"Какая нелепая ситуация"

      — И ты просто ушла?       — Да.       — Ты не ударила его, не обозвала козлом, а просто ушла?       — Я просто ушла, Талия. Прекрати склонять меня к насилию.       — Ну, охренеть, Бет!       Я морщусь от ее ора, и перекладываю телефон в другую руку.       — Ты могла ударить его головой об стол за то, что он не рассказал тебе про Силену сразу, как только у них все закрутилось.       — Это ничего бы не изменило.       — Я просто бл*ть не могу поверить. — Талия наконец-то перестает орать и возвращает своему голосу нормальный расстроенный тон. — Как нам теперь с ними общаться?       — Как и раньше. Мы друзья. Уже не такие как раньше, но друзья.       — Меня поражает твое спокойствие в этой тупой ситуации, Чейз.       — Меня волнует только то, как воспримут эту новость в школе. Не хочу стать козлом отпущения.       — Ох, да твою мать, — подруга громко стонет, отчего я снова морщусь. — Да не насрать ли?       Ну, вообще-то нет. Это старшая школа, выпускной год. Мне не нужны проблемы со сплетнями!       — Слушай, есть еще кое-что.       — Салли?       — Да. Она познакомилась с каким-то Полом и, как я поняла, проводила много времени у него дома, пока мы с тобой отдыхали.       Талия присвистнула, после чего я мрачно продолжила.       — Она сообщила мне это за завтраком. И теперь я ищу в своем гардеробе что-то нарядное, чтобы отправиться с ней на ужин в «Палермо», где я увижу этого Пола.       — Тебя это расстроило?       — Я еще не поняла.       — Салли заслужила хорошего мужика, Бет. Если этот Пол нормальный, просто порадуйся за маму. Ты свалишь учиться через год, будет неплохо, если рядом с ней останется кто-то еще.       Я вздыхаю, понимая, что подруга права. Талия хоть и была резкой, но она знала, когда со мной нужно быть мягче. И я это ценила.       — Ты права. Я просто не ожидала.       Проболтав с подругой еще около получаса, я возвращаюсь к поиску чего-то нарядного в своем шкафу. Все платья (без исключения!)я отложила куда подальше. У меня была психологическая травма, и я собиралась одеться как можно комфортнее и безопаснее.       Выбрав наконец-то узкие черные брюки и шелковый белый топ на тонких переплетенных на спине бретельках, я оставила волосы распущенными. Пойдет. Не на свидание же собираюсь. Салли, конечно, настаивала на платье, но мой упрямый взгляд не оставил ей выхода и она смирилась.       — Не забудь про каблуки. Или я выброшу твои кеды в помойку.       Закатив глаза, я вернулась в комнату за парой лодочек бежевого оттенка, уже чувствуя, как вечером буду заклеивать ноги пластырем. Однако в целом я выглядела очень даже не плохо и совсем не обыденно.       За руль села я, так как не собиралась пить этим вечером в отличие от матери. Салли сильно нервничала, и ее беспокойство перешло ко мне, поэтому я включила радио, чтобы избавить себя от ненужных разговоров.       Мы подъехали к красивому прибрежному ресторанчику, и я не торопила мать выйти из машины.       — Пойдем?       Она неуверенно повернулась ко мне, и в ее глазах плескалось беспокойство.       — Мам, почему ты так волнуешься? Я буду вести себя хорошо, твой Пол не расстроится, увидев меня после твоих, наверняка чересчур сентиментальных, рассказов.       Салли качает головой, отворачиваясь к окну.       — Я боюсь не того, что ты не понравишься Полу, потому что ты не можешь не понравится. И потому что он уже восторге от тебя. Мне страшно, что ты можешь невзлюбить его.       Ох. Я действительно веду себя как паршивая свинья? Черт.       — Мам, если он нравится тебе, то я уверенна, что я тоже буду о нем хорошего мнения.       Это типично для семей вроде нашей: мать и дочь. Когда отца нет — подобные темы и факт одобрения играет огромную роль. Мы были близки с Салли, и я не собиралась портить ей личную жизнь, даже если ее ухажер мне не понравится.       Заставив себя выйти из машины, мы довольно неловко входим в холл этого роскошного ресторана, где все блестит и сверкает. Почему нельзя было выбрать место попроще? Мы с мамой посещали обычные забегаловки, а это — определенно не наш уровень. Но что меня удивило больше всего, Салли была почти спокойна и, в конце концов, я поняла, что она здесь не первый раз. Супер. Значит, чудить сегодня буду только я.       Администратор проводит нас в зал, и я стараюсь смотреть себе под ноги, чтобы не дай бог не споткнуться. Удача сегодня явно стоит ко мне задницей. Я как-то не осознано чувствую на себе чей-то пристальный взгляд, поэтому неуверенно поднимаю голову и осматриваю людей, пока не натыкаюсь на тот пристальный взгляд, который заставил меня поднять голову. И когда я вижу эти зеленые глаза, я чувствую, как краска заполняет мое лицо.       Нет. Боже мой. Нет.       Хуже всего, что когда я суматошно отвожу от него взгляд, стараясь выглядеть невозмутимой и не краснеть под его озорным взглядом и широкой улыбкой, я понимаю, что он не один. Рядом с ним мужчина средних лет, довольно приятной внешности, и он тоже смотрит на нас. Сначала мне кажется, что он смотрит на меня, но потом я понимаю, что он смотрит на мою мать. С улыбкой.       Нахмурившись, я снова перевожу взгляд, на парня, отмечая, что его улыбка стала шире, словно он над чем-то потешался, и мрачно возвращаю взгляд на его соседа, теперь отмечая, что мужчина смотрит на меня.       Когда картинка в моей голове складывается, воздух окончательно покидает меня, и я резко дергаю мать за руку.       — Где твой Пол?! — практически шипя, спрашиваю я, подсознательно догадываясь, что ее ответ оправдает мои худшие опасения.       — Бет, что с тобой? — Салли нервно дергает меня вперед. — Пол сидит прямо напротив нас вместе со своим племянником.       По нервному голосу Салли я понимаю, что это для нее не сюрприз, скорей всего она просто не сочла правильным предупредить меня о том, что за ужином с нами будет племянник ее ухажера.       Меня прошибает стыд и удушающее смущение, когда мы подходим к их столику. Лично я готова провалиться сквозь землю.       — Аннабет, — Пол, после того как обнял маму, подошел ко мне, вежливо улыбаясь. — Я очень рад наконец-то познакомиться с тобой. Твоя мама очень много рассказывала нам о тебе.       — Мда. Я тоже, спасибо.       Я все еще не смотрю на парня, который явно получает удовольствие от моего положения, и хуже всего я вижу, как Салли ласково обнимает его. И парень не менее ласково обнимает ее в ответ. Это что блин такое?!       К моему ужасу парень теперь поворачивается ко мне и протягивает руку, на которую я тупо смотрю, не понимая, что он хочет.       — Аннабет, это мой племянник. Перси.       — Привет, Аннабет. Салли нам все уши прожужжала на счет тебя.       Салли и Пол усмехаются, и пока мужчина отодвигает стул, чтобы помочь Салли сесть, я вяло пожимаю руку этому парню, чувствуя, как меня прошибает жар от его прикосновения. Дерьмо. Цвет моего лица наверняка был алым. Перси, прокашлявшись, отодвигает мне стул и я нелепо приземляю свою задницу, чувствуя себя абсолютно никчемной.       Теперь я вижу какие у них прекрасные отношения. И с этим Перси тоже. Но меня бесило, что Салли не рассказала мне обо всем этом, не подготовила к тому, что за этим ужином я буду чувствовать себя лишней.       Когда мне удается взять себя в руки и вежливо ответить Полу на какой-то вопрос, Перси наклоняется ко мне, якобы помогая с меню.       — Классные брюки, — со смешком говорит парень и меня снова прошибает стыд.       О боже. Я не могла надеяться на то, что он не припомнит мне мой конфуз. Инстинктивно провожу рукой по левой штанине, и парень снова не сдерживает смешка.       Ужин проходит для меня как в тумане. Я все время краснею, и всячески старюсь не смотреть на симпатичного парня рядом с собой. Он же напротив все время задает мне какие-то непринужденные вопросы, явно насмехаясь надо мной. Отвечаю ему односложными фразами, пока мать не пинает меня под столом.       Отлично.       — Мы каждый день ждали звонка, что вас депортируют.       Ну вот. Опять. Я бросаю на Салли мрачный взгляд.       — Мы не настолько невезучие. — с вежливой натянутой улыбкой говорю я и, когда Перси выгибает бровь, я снова вспоминаю свой конфуз днем. Нет. Я определенно невезучая. Но парень мог бы не напоминать мне всякий раз про это.       — Тебе понравилась Франция, Аннабет?       Я с облегчением поворачиваюсь к Полу и пару минут мы непринужденно обсуждаем Париж. Пол оказался приятным собеседником и ему удается разговорить меня, я наконец-то расслабляясь. Мама и Перси не мешают нам и наверно этой какой-то психологический трюк, чтобы сблизить меня с Полом, но я понимаю это только сейчас. Он профессор в каком-то здешнем университете, переехал сюда со своим племянником Перси два года назад. Еще я узнаю, что Пол долгое время играл на бирже и теперь мог спокойно заниматься любимым делом пока проекты, в которые он успешно в свое время инвестировал, работают на него. То, что он преподаватель определенно мне нравилось, и я с удовольствием обсудила с ним несколько тем, пока Салли и Перси обсуждали что-то менее сложное. Пол тоже оценил мои познания и, кажется, был приятно удивлен тем, что я интересуюсь такими вопросами.       — Но хорошо, что ты уже дома. Я все время переживала, что вы с Талией куда-нибудь вляпаетесь.       Так как возле нас стоит официант, и я несколько потеряла нить разговора, я, не задумываясь, киваю.       — Да все обошлось, слава богу.       Я протягиваю девушке свое меню, не сразу понимая, почему все замолчали, а Перси пытается сдержать смех. Только когда снова поворачиваюсь, вижу скромно улыбающегося Пола и красное лицо матери. Ох, дерьмо.       — Что значит, все обошлось?!       Твою мать. Надо как-то срочно выкручиваться. Не рассказывать же ей про то, что мы познакомились с какими-то французами старше нас на год и они катали нас на своих байках по ночному Парижу. Из-за превышения скорости мы скоро оказались у полицейского участка. Кое-как вымолив прощения у них и заплатив нехилый штраф, мы с Талией смылись на такси и еще неделю шугались каждого полицейского. Я все еще припоминаю ей этот случай, так как заранее была против этого. Но полагаю, Салли не стоит знать о том, что мы познакомились с законом во Франции несколько ближе, чем хотелось бы.       Пока я пылаю, придумывая себе оправдание, мне на помощь, как ни странно, снова приходит Перси. Парень ловко переводит разговор, вспоминая, как он отдыхал с друзьями в Пенсильвании, и Салли ловит каждое его слово, забыв про меня. Пол понимающе мне подмигивает, и я вконец теряюсь.       Остаток вечера я провожу в качестве слушателя и наблюдателя. Я понимаю, что Пол по уши очарован Салли, а она очарована Перси, который надо заметить, очень тепло общался с моей матерью. Они рассказывали мне о том, как Салли спасала их от голода, пока меня не было, и как помогла им привести все клумбы и цветы возле дома в порядок, и все это выглядит так, словно они уже успели стать семьей. Грубо говоря, я чувствую себя обделенной.       Поэтому спустя какое-то время я оказываюсь в женском туалете, пытаясь привести себя в чувство. Это все из-за этого Перси. Не будь здесь его я не вела бы себя как тупица. Выходя из туалета, я едва не сшибаю с ног какую-то молодую девушку, и та, конечно, отвешивает мне пару ласковых.       — Да зайди уже. — ворчу я, и вместо того, чтобы реагировать на круглые глаза девушки, я реагирую на что-то недалеко от нас. И, конечно, прямо напротив нас сидит Перси с улыбкой наблюдающий за всем этим. Он встает и мне ничего не остается, как подойти к нему.       — Паршивый день все еще паршивый?       Его зеленые глаза так и искрятся весельем, в отличие от моих, и я не сдерживаю улыбки, опустив взгляд в пол.       — Определенно.       Когда Перси обнимает меня за плечи, подталкивая вперед я, снова чувствую какой-то электрический разряд.       — Ты не должна переживать, Пол хороший, он по уши влюблен в твою мать и никогда не обидит ее и тем более тебя.       Ох. Его слова ошеломляют меня и, когда я поднимаю на него глаза, он тепло улыбается мне. В белоснежной рубашке, галстуке и темном костюме он выглядит как молодой бизнесмен или фотомодель Хьюго Босс. Не удивительно, что я веду себя как тупица. У меня мало опыта в общении с парнями старше.       — Спасибо.       Перси проводит нас в зал и, когда мы садимся за стол, заводит разговор о кинематографе. Постепенно смущение уходит, и я уже вполне нормально обсуждаю с ним фильмы, которые, оказывается, оба любим.       Поэтому, под конец ужина я наконец-то перестаю смущаться и нервничать, а уже абсолютно спокойно что-то обсуждаю и смеюсь над очередной шуткой Пола или Перси. Эти двое были весельчаками со стажем.       Пол и Перси провожают нас с Салли до стоянки и мне приходится помахать им, вместо того, чтобы как Салли лезть к ним со своими объятиями. Перси игриво подмигивает мне, и я снова смущаюсь, проклиная себя за эту тупую реакцию на него.       До дома мы едем молча, слушая легкую музыку по радио. Салли задает пару типичных вопросов о том, как мне Пол и его племянник, и я успокаиваю ее, когда говорю, что Пол мне понравился. Про парня я осознанно умалчиваю, но это не задевает маму. Она с глупой улыбкой смотрит в окно, пока я везу нас домой.