Юный Нейл.

Забежав в дом и бросившись вверх по лестнице, я стремился помочь своей сестре. Ей всегда становилось легче, если я был рядом. Присев около кровати, смял ладонь Селесты своей. Жар пробивался наружу, а с каждым вздохом слышался хрип. Это сильно меня угнетало. Столько усилий матери и все в пустую, как будто к нам вмешались силы тьмы. От каждой судороги ее тела бежал холодок по спине. Скрипнула дверь, сзади ко мне подошел Уильям, положил руку на мое плечо и попросил выйти. Брови мои взметнулись, выражая возмущение и протест, я тут же хотел возразить и закричать, но мою идею тут же опровергли: -Нейл, сынок, выйди, пожалуйста. Пусть ее осмотрит наш лекарь, я потом все тебе расскажу. — Мама глянула на меня по-доброму, но тут же ее взгляд стал жестким и более уставшим. Понурые плечи и бледная кожа на ее лице, выдавали долгие дни без сна и еды. Грязный подол платья и пыльный фартук еще сильнее усугубляли мою решимость. Я уступил. Осторожно поднявшись на ноги, я пошел прочь, лишь на миг оглянувшись. Мне было не по себе. Плохое предчувствие. И это разъедало мой душевный покой. Пройдя в залу (это была самая чистая, самая богатая комната в нашем доме, тут мы принимали гостей и часто праздновали знаменательные дни), я остановился возле огромного зеркала, сейчас оно было потертым, казалось, что ему около сотни лет, а может быть и больше. Предо мною стоял юный парень, крайне высокий, черная копна отросших по плечи волос, была растрепана и похожа на птичье гнездо, чуть впалые глаза, прямой нос с узкими крыльями, тонкие и обветренные губы, выпирающие скулы, а над ними были разбросаны темно-коричневые веснушки (такое чувство, что лицо забрызгано грязью), острый подбородок… Вроде бы ничего необычного. Обычный, вполне обычный. Худой, как хвоинка сосны. Порой, мама говорила, что меня может сдуть ветер. Меня от других отличало то, что сильная рука оказалась левой и глаза были темно-зеленые. В остальном я оставался серым, ничем не выдающимся. Нахмурившись, отошел от зеркала и вышел на кухню. На столе стояла одна порция рагу из крольчатины, в камине горел огонь, приятно потрескивая, а из-за кресло-качалки показался рыжий хвост. Ничего не оставалось делать, как сесть и поесть, чтобы не оскорблять чувства домового, который старался мне угодить. Поев без особого аппетита, я откинулся на спинку стула и посмотрел в потолок. Мысли кружили вокруг сестры и той девочки в остроносых туфлях… Все это было так странно и вызывало множество вопросов, ответы на которые знал только мой отец Эндрю Арлум. Выпрямившись, я сказал: -Сегодня рагу из крольчатины было еще прекраснее, чем в прошлый раз. Благодарю, за вкусную еду! На момент все затихло, даже огонь перестал танцевать, а потом послышалось довольное урчание, да такое громкое, что зазвенела посуда и хотелось заткнуть уши от дребезжания. Под столом о мои ноги потерся кот — это значило, что он доволен моей благодарностью. Стоит всегда говорить ему комплименты, чтобы в следующий раз еда не подгорела и огонь в камине был разведен. Если он был доволен, то представлялся нам большим рыжим котом, но чаще оставался невидимым духом. Выйдя из-за стола, я пошел в сад, к отцу. Он разговаривал с мастером Морганом, тот размахивал руками и что-то громко объяснял Эндрю. Любопытство взяло вверх надо мной и я подбежал к ним. Старик посмотрел на меня строгим взглядом, а потом кивнул папе, тот тоже в свою очередь ответил кивком, загадочно глянув мне в глаза. -Нейл, тебе пора многому научиться, поэтому ты пойдешь с Морганом, он проведет тебя к мастеру Грегори. За обучение я уже заплатил. Вы выходите на рассвете, послезавтра. Мое лицо вытянулось, глаза округлились, а челюсть вот-вот хотела отвиснуть. «Как это к Грегори?» — хотел спросить я, но передумал. Если отец так решил, значит на то есть свои причины. -А кто этот мастер Грегори? -Узнаешь все по дороге, парень, тебе это придется по вкусу. Этот человек на многое способен, самый лучший учитель в нашей стране. — Сказал старик Морган, почесывая свою седую бороду. -Начнется новая жизнь, юный Нейл, у тебя есть все шансы стать его лучшим учеником, так что не подведи своего отца. Так и начались мои новые дни в ожидании своего обучения. Что же ждало меня далеко от дома, вдали от деревушки Роуслли?