Like A Boss

      — Он меня затрахал, — Алек делает затяжку, чувствуя, скользящий по гортани дым, наполняющий лёгкие, а потом медленно выдыхает, пуская носом две едва заметные струйки дыма. Тонкие пальцы Изабель нетерпеливо отбирают у юноши сигарету, и девушка вторит брату, получая на свои действия взгляд, полный недовольства.       — В прямом или переносном смысле? — парень ухмыляется и достаёт из пачки новую сигарету. Маленький огонёк зажигалки вспыхивает в темноте ночного Бруклина, слышится тихое шипение. Алек подходит к белоснежным перилам на балконе и переводит взгляд вниз, наблюдая за привычной жизнью родного города. Гуляющие парочки, освещённые приглушённым светом фонарей, снующие туда-сюда машины, чьи фары облизывают почерневший от недавнего дождя асфальт…       — А вот и проститутки вышли на охоту.       Изабель поднимается с кресла, поправляя свободной рукой своё короткое платье, а затем также опускает взгляд вниз, ухмыляясь. Действительно, ночные бабочки Бруклина уже выстроились вдоль улицы пёстрыми, блестящими рядами, элегантно подходя к проезжей части, чтобы обговорить все детали с клиентом. Девушки нагибаются к открытому окну так, что прохожие могут спокойно увидеть их нижнее бельё, а затем запрыгивают в машину, скрываясь за углом здания. Алек замечает на одной из проституток знакомое платье и через мгновение вспоминает, что видел вчера похожее на своей сестре. Удивительно. Юноша, отгоняя от себя подобные мысли, вновь затягивается, едва прихватив сигарету губами, и удерживает на несколько мгновений в себе дым, позволяя дурману полностью окутать его разум. Лайтвуд запрокидывает голову вверх и только тогда уже выдыхает, растягивая облегчённо губы в улыбке.       — Так что насчёт мистера Бейна?       Алек морщится и плюхается в кресло, кинув сигару в пепельницу. Всю неделю Магнус не давал своему подопечному покоя, постоянно не отпускал на законный обед, заставляя сидеть за написанием очередной статьи, и позволял отходить от рабочего места лишь по самым веским причинам. В среду Лайтвуд застрял в пробке и, к своему несчастью, опоздал буквально на несколько минут. Какого же было его удивление, когда, залетая в своё рабочее крыло, Алек встретился взглядами с Магнусом, который с хитрой улыбкой восседал на его, Лайтвуда, письменном столе.       — Опаздываете, Александр, — Бейн проводит пальцем по столу, собирая невидимую пыль, а потом встаёт на ноги и поправляет идеально сидящий на нём пиджак. Лайтвуд замечает краем глаза ту самую цепочку на нагрудном кармане, за которую он притягивал Магнуса к себе, и позволяет себе ухмыльнуться.       — Прошу прощения, мистер Бейн, пробки, — начальник понимающе кивает, делая почти сострадающее выражение лица.       — Понимаю, конечно. Но в следующий раз, думаю, без наказания не обойтись, — Бейн ухмыляется, заметив ярость в голубых глазах, а потом обводит взглядом всё помещение. Сотрудники, позабыв о своих делах, с широко открытыми глазами наблюдают за представлением, но, как только Алек, пыхтя от злости садится за своё место, вмиг потупляют взгляд, создавая атмосферу полного рабочего процесса. Магнус хмыкает и выходит из отдела, цокая каблуками ботинок по кафелю.       — В переносном смысле, Иззи, — юноша устало зевает и переводит взгляд на наручные часы. Ровно полночь.       — Тогда сделай так, чтобы было в прямом, Алек, — девушка треплет брата по щеке, а потом целует в лоб. — Я пошла, а ты ложись спать. Завтра кого-то ждёт ещё один день персонального ада.       Алек глухо стонет и закатывает глаза. Его сестра чертовски права.       Он опять опаздывает. Время на часах показывает уже «8:03 am», а Лайтвуд только вбегает в здание, на ходу показывая свой пропуск охраннику. Рюкзак долбит по заднице, лямки комкают клетчатую рубашку, но юноша, похоже, даже не обращает на это внимания. Он ещё несколько секунд ждёт лифт, нервно притоптывая ногой, а затем влетает в маленькую кабинку, остервенело нажимая на кнопку нужного, двадцать седьмого этажа. Дверцы лифта феноменально медленно закрываются, и Алек уже готов взвыть от негодования, когда ситуация становится в разы хуже. До закрытия лифта остаётся буквально несколько сантиметров, как между дверцами появляется чей-то носок ботинка, и Лайтвуд начинает тихо ненавидеть весь мир, потому что только один человек в этой компании может себе позволить обувь из настоящей кожи крокодила.       — Александр, какая встреча! — Магнус довольно ухмыляется и с прищуром смотрит на журналиста, потирая руки. Кольца блестят в свете ламп, пуская блики на металлические стены лифта, а Лайтвуд тем временем хочет связать эти руки красным галстуком, который висит на шее Бейна, развернуть начальника к себе спиной и, впечатав лицом в стену, показать кто на самом деле здесь должен быть главным.       Вместо этого Алек лишь выдавливает из себя улыбку, мысленно проводя перед лицом начальника руками с поднятыми средними пальцами, и дверцы лифта с тихим музыкальным оповещением закрываются. Жестяная коробка движется, кажется, с черепашьей скоростью наверх, а голубые глаза пристально следят за отсчётом этажей на маленьком экранчике.       10… 11… 12…       — Кстати, Вы опять опоздали, Александр, — подаёт голос Магнус неожиданно близко, и Алек, обернувшись, осознаёт опасную близость своего начальника. Голубоглазый поднимает насмешливо бровь, наблюдая за тем, как Бейн проводит языком по губам, и непроизвольно вспоминает то, на что способен этот язык и этот рот. — Всё же, похоже, мне придётся Вас наказать.       Алек замечает, как опасно движется рука начальника к его бедру, и делает шаг назад, скрещивая руки на груди.       — Если уж на то пошло, мистер Бейн, то Вы тоже опоздали, — Магнус усмехается и приподнимает изумлённо бровь.       — Вы сейчас осознаёте тот факт, что только что сделали замечание своему начальнику? — голубоглазый нахально кивает, не разрывая зрительного контакта, а потом отходит к дверцам, увидев на экране цифру нужного этажа.       — Нужно было сказать Вам замечание ещё тогда в клубе, — Алек отворачивается от босса, тихо усмехнувшись. — Вы ведь тогда даже не попрощались со мной, верно? Просто развернулись и ушли. Решили скорее проверить, испортили Вы свой макияж моей спермой или нет?       Журналист, невероятно довольный собой, выходит из лифта, оставляя своего начальника наедине со злостью и наполовину вставшим членом.       — Александр! У меня для Вас прекрасная новость, — юноша с тихим вздохом снимает с лица очки и поднимает взгляд на своего довольно улыбающегося начальника.       Эту фразу журналист слышал каждый день, и, если в самом начале своей службы он радовался подобным новостям, то сейчас Алек был готов лезть на стену от бессилия или, в крайнем случае, кинуть свой ноутбук прямо в голову босса. Проблема заключалась в том, что после этой фразы всегда следовала новость о том, что Бейн нашёл очередную информацию, о которой стоило написать статью. Информация о том, что кто-то признался в своей не совсем традиционной ориентации; информация о том, что в каком-то городе, на какой-то улице прошёл гей-парад; информация о том, что очередную звезду застукали на «горячем». Алек уже видел то, как вскоре ему отдадут специальную страничку в журнале, где статья будет напечатана на радужном фоне.       — Да, я Вас слушаю.       — В сеть были выложены час назад провокационные фотографии с Роналду, — Бейн кидает распечатки фото на стол, и Алек со скучающим видом разглядывает снимки. Действительно, рука известного всему миру футболиста была в очень опасной близости с пахом какого-то накаченного юноши. — Ты должен поведать об этом всему миру, жду статью до завтра.       — Проблема в том, мистер Бейн, что Вы мне даёте задания каждый день, — вздыхает Алек, швыряя бумажки обратно на стол. В жёлтых глазах вспыхивает азарт, но лицо мужчины выражает полное удивление.       — Не понимаю, на что Вы намекаете, Александр.       — Я намекаю на то, что всем Вы даёте на статью три-четыре дня, а меня заваливаете информацией чуть ли ни дважды в день. Я физически не успеваю, — юноша поднимается со своего кресла, схватив с его спинки кожаную куртку. Магнус сверлит своего подчинённого взглядом, но журналист даже не смотрит на начальника, а лишь захлопывает свой ноутбук, запихивая его в белый рюкзак. — Я напишу статью, но больше на этой неделе Вы не имеете права выдавать мне новую информацию.       — Куда-то собрались? — Алек ухмыляется и, быстро пробежав взглядом по пустым рабочим местам своих коллег, подходит к Магнусу так, что между их лицами остаётся лишь несколько сантиметров.       — На свой законный обед. Мне нужна ежедневная порция белка, которой Вы меня здесь не сможете обеспечить, — Бейн сверкает глазами и выгибает бровь.       — Вы так в этом уверены?       — На сто процентов.       — Ты понимаешь, что тебе несдобровать? — Лайтвуд равнодушно пожимает плечами и едва заметно подводит чёрным карандашом линию роста ресниц. Он несколько раз хлопает глазами, привыкая к новым ощущениям, а потом внимательно всматривается в зеркало, пытаясь найти разницу. Глаза, как и говорила Изабель, действительно стали казаться ещё больше и выразительнее, а голубая радужка — ярче. Алек поправляет на себе чёрную, обтягивающую майку, которая позволяет всему миру увидеть сильные, накаченные руки, исписанные в некоторых местах чёрными татуировками в виде рун, а затем садится на кровать, чтобы завязать шнурки на своих гриндерсах. Белая коленка выглядывает из дырки на джинсах, которые мгновенно обтягивают зад парня при малейшем наклоне.       — Мне плевать, честно говоря, Из. Он всё равно не посмеет меня уволить, — юноша поднимается на ноги и идёт в коридор, слыша стук неизменных каблуков своей сестры. Девушка поворачивает брата к себе за плечо и с тихим вздохом запускает свои пальцы в волосы старшего Лайтвуда, заставляя их торчать в разные стороны.       — Так намного лучше. Уж если решил строить из себя крутого голубого парня, то нужно доводить всё до конца.       Из кухни выходит Эрондейл, держа в руках пакетики с едой, принесённые из KFC, и хитро ухмыляется, увидев внешний вид своего брата.       — Поверь мне, братишка, твой мистер Бейн обкончается лишь от одного вида твоей задницы в этих джинсах, которые ты носил, если я не ошибаюсь, в последний раз ещё в старшей школе? — Алек ухмыляется, обнимает сестру на прощание, показывая за её спиной средний палец хохочущему Джейсу, а затем выходит из квартиры, поправляя на плече лямку кожаного чёрного рюкзака.       Как только Алек появляется в своём рабочем крыле, с грохотом кидая свой рюкзак на стол, то слышит свист и возмущенный шёпот коллег. Юноша ухмыляется, замечая голодные взгляды журналисток, подмигивает девушкам, заставляя их покраснеть и стыдливо отвернуться, а затем медленно потягивается на стуле, от чего майка немножко задирается, обнажаю бледную полоску кожи и тазобедренные косточки.       Лайтвуд открывает крышку ноутбука, перекатывая во рту языком жвачку, и начинает быстро листать новостную ленту, выискивая информацию для будущей статьи. Так проходят несколько мгновений, пока стеклянная дверь не открывается, а гул не затихает. В крыло здания, где работали с самого утра юные журналисты, входит Его Величество Магнус Бейн, деловито держа в своих руках кипу бумаг. Мужчина пробегается взглядом по своим подопечным, намеренно не смотря в сторону Лайтвуда, а затем кашляет, привлекая к себе последнее внимание.       — Хочу сообщить, что сегодня к нам приезжают с проверкой. Прошу всех в течение дня не отвлекаться на посторонние дела, урезать все телефонные звонки и максимально сосредоточиться на деле. К вам обязательно придут гости, проверяя всё, начиная от вашего присутствия на рабочем месте, заканчивая разглядыванием того, имеются ли скрепки в ваших столах. Желаю удачи, и, не дай Бог, вы меня подведёте.       Сотрудники с побелевшими лицами начинают энергично кивать головами, показывая своим сосредоточенным видом уважение к своему начальнику, а вот Лайтвуд поглядывает на окно за своей спиной и мысленно размышляет над тем, возможно ли разбиться в равномерную, неузнаваемую лепёшечку на асфальте. Он нервно сжимает пальцы в кулаки, молясь всем Богам, чтобы Магнус и дальше не обращал на него внимания, и он бы смог быстро приехать домой, чтобы переодеться, но спустя несколько секунд все его надежды превращаются в пыль, когда явно довольный собой начальник поворачивается в сторону голубоглазого журналиста. Словно в замедленной съёмке, улыбка на лице Бейна сменяется каменной маской, и Алек чувствует, как взгляд жёлтых глаз лишает его возможности пошевелиться; как напряжение сжимает горло, не позволяя вздохнуть; как все органы разом падают вниз под испепеляющим взглядом Магнуса.       Алек сгладывает, от чего кадык резко дёргается, и Бейн сжимает губы в узкую полоску.       — Ко мне в кабинет, живо.       Под многочисленные взгляды сотрудников, Алек поднимается со своего места и быстрым шагом идёт за разгневанным начальником, стараясь сильно не пялиться на его задницу.       — Мистер Бейн, — Клэри поднимает свой взгляд на босса, но, когда видит стоящего Алека рядом с ним, шокировано раскрывает рот, забывая напрочь о том, что хотела сказать. Магнус гневно смотрит на свою секретаршу, и та, медленно отворачиваясь от порванных на коленках джинсов Алека, передаёт папку Бейну. — У вас через семь минут встреча.       — Перенести её, — мужчина открывает дверь своего кабинета. — У меня, как уже видишь, появились неотложные дела. Срочно купи этому идиоту что-нибудь подходящее для нашей фирмы, — Магнус достаёт из пиджака кредитку, бросая её на стол девушки. Клэри хлопает глазами, перемещая взгляд с кредитки на начальника, и так несколько раз, а затем быстро ретируется с места, бормоча себе что-то под нос. — Лайтвуд, — Алек поворачивает голову на голос своего начальника. — В кабинет. Живо.       Журналист медленно проходит мимо Бейна в кабинет, слыша через несколько секунд за собой как тяжёлая дверь с грохотом захлопывается.       — Слушай, Магнус, это не такая уж и проблема.       — Не проблема? Это что, блять, такое? — почти шипит на Алека начальник, разворачивая его к себе лицом за плечо. О, куда делась наша формальность? Жёлтые глаза горят праведным гневом, и Лайтвуд замечает как желваки проступили на смуглом лице. Он смотрит на Магнуса, пытаясь понять, что он больше хочет сделать со столом возле окна: спрятаться под ним или трахнуть на нём босса. Тем временем сам Бейн вышагивает по всему кабинету, словно разъяренный хищник в клетке, заломив руки за спиной. — Я понимаю, у нас с тобой негласная война после того инцидента в клубе…       — Ты сейчас серьёзно назвал минет «инцидентом»? — хмыкает Лайтвуд и получает в ответ ещё один гневный взгляд, после чего решает тактично заткнуться, присев на диван. Журналист замечает, как его начальник скользит голодным взглядом по открытым рукам, словно облизывает, ласкает, и от этого становится невероятно туго в джинсах. Юноша едва заметно раздвигает пошире ноги, а в следующий момент над ним уже нависает Магнус.       — Даже не думай сейчас двигаться, Лайтвуд. Ты и так уже предоставил мне достаточно хлопот, ясно? — Алек находит в себе дерзость широко улыбнуться и склоняет голову на бок.       — Смотри, как иронично. Теперь у нас ты сверху, — Магнус гортанно рычит, хватая наглеца двумя пальцами за подбородок, заставляя вздёрнуть вверх голову, и сверлит возбуждённым взглядом Алека, который уже чувствует привычную тяжесть внизу живота. — Ты хочешь меня, признайся, кис. Как бы ты ни скрывал этот факт за своими «мистерами» и прочими формальностями, у тебя член твердеет каждый раз, когда я поворачиваюсь к тебе задницей. Ведь я прав?       — Какая же ты сука, Алек, — Бейн резко отстраняется и отходит на несколько шагов назад, поправляя пиджак. — Очередной самодовольный мальчик, цепляющий неопытных парней в клубах. Сильно удивился, когда там, в «Пандемониуме», я тебя «нагнул», заставляя молить о пощаде, а не ты меня?       Юный журналист буквально задыхается от возмущения и уже хочет возразить своему начальнику, как дверь кабинета раскрывается, и к ним влетает запыхавшаяся Клэри, держа в руках пакеты.       — Мистер Бейн! Я всё сделала, — девушка бросает покупки рядом с Алеком, перечисляя каждую. — Штаны, рубашка и кеды. Алек, не уверена, что всё будет сидеть идеально, но так хотя бы тебе наша проверка ничего не скажет.       Магнус выпроваживает Клэри из кабинета, поблагодарив её перед тем, как закрыть за ней дверь, а потом оборачивается к Лайтвуду, и мужчины несколько мгновений не отрывают друг от друга взгляд.       — Чтоб тебя больше в таком виде не было, ясно?       — Неужели, тебе не нравится? — Алек медленно подходит к мужчине, проводя пальцем по лацкану пиджака, а затем, облизнув губы, смотрит прямо в глаза. — Я старался специально для тебя, мой сладкий.       — Бесконечно ценю это, Алек, а теперь убери свои руки от меня, быстро переодевайся и тащи свою задницу на рабочее место, — Магнус отстраняется от журналиста, усмехнувшись. — Как я уже говорил ранее, у нас проверка.       Ровно через три секунды Лайтвуд остаётся абсолютно один в кабинете.