V. Предложение Дамблдора
23 января 2017 г., 18:05
Прошла долгая неделя. Замок заметно ожил. Из летнего отпуска возвратились преподаватели и мадам Помфри, которая теперь могла с точки зрения медицины оценить её физическое состояние.
– С тобой всё в порядке, Гарри, – вынесла вердикт колдомедик. – Твои раны затянулись. Тот, кто лечил тебя в моё отсутствие, очень хорошо об этом позаботился.
Может, физически она действительно и была в порядке, однако её душевное состояние тем же похвасться не могло. Нет, оно было вполне стабильно, и Гарри Поттер не впадала в истерику только от того, что кто-то находится с ней в одной комнате. Однако одна проблема всё ещё оставалась.
«Девочка-Которая-Выжила» не могла выносить чужих прикосновений к себе. Даже случайных, даже самых мимолётных. И как будто бы назло каждый считал своим долгом выразить ей своё приятие и сочувствие. Кто по-матерински погладит по руке, кто в поддержке сожмёт её плечо, кто поддбадривающе похлопает по спине, хотя последнее больше относилось к Хагриду и его внушительной ладони размером с маленькую лопату. Разумеется, подробностей того, что произошло на Тисовой улице, профессора не знали. Им никто и не рассказывал. Всё, что им было известно: Дурсли не слишком хорошо относились к своей племяннице.
Гарри шарахалась ото всех. Даже от Минервы МакГонагалл, которая в прошлом была её деканом факультета и относилась к ней с заботливостью. Нет, гриффиндорка любила профессора Трансфигурации, но всё ещё не была готова ни к каким видам близкого контакта с другими людьми. Она старательно держала со всеми дистанцию, вежливо улыбаясь и извиняясь. Никого это не задевало. Все всё прекрасно понимали.
Единственным, кого Поттер могла подпустить близко к себе, был Альбус Дамблдор, всегда находящий время для родительского внимания к девушке. Вот и сегодня они сидели в директорском кабинете и мирно пили чай с тыквенным печеньем, ведя отвлечённые разговоры ни о чём.
– Ты слишком много времени проводишь в башне Гриффиндора, – печально покачал головой старик. – Тебе нужно чаще выходить в мир.
– Я появляюсь в Большом Зале, профессор, – пряча виноватый взгляд, надкусила печенье волшебница.
– Только потому, что Минерва силком приводит тебя с собой, чтобы ты хотя бы поела, – улыбнулся в свой чай Дамблдор. – Я беспокоюсь о тебе, Гарри.
– Не нужно, сэр, – мягко отозвалась Гарриет. – Я в порядке.
– Тогда почему бы тебе не написать своим друзьям? – предложил он. – Это бы могло поднять тебе настроение.
Девушка опустила грустный взгляд в пол и тихо пробормотала:
– Не думаю, что это хорошая идея.
– Правда? – поразился в своей манере Альбус Дамблдор. – А мне она кажется замечательной.
– Вряд ли Рон и Гермиона обрадуются моему письму, – невесело усмехнулась Гарри Поттер. – Я исчезла, ничего им не сказав. Я не удивлюсь, если они злятся на меня.
– Я не думаю, что мистер Уизли и мисс Грейнджер могли хоть когда-то на тебя злиться, Гарри, – вдумчиво изрёк директор. – Они волновались за тебя. Насколько я знаю, Молли Уизли от нервов связала тебе уже несколько тёплых свитеров.
При упоминании миссис Уизли гриффиндорка широко улыбнулась, тихо смеясь. Ей была очень дорога эта женщина. Она заботилась о ней, о Гарри, как собственной дочери, да и все в семье Уизли относились к ней, будто Поттер была частью их большой семьи. Она скучала по ним всем.
– Возможно, когда-нибудь я всё же наберусь смелости им написать, – неуверенно улыбнулась Гарри. – Я бы хотела увидеть Гермиону, Рона и остальных… Но не знаю, когда смогу заставить себя сделать это!
– Я понимаю, Гарри, – мягко кивнул Дамблдор и вдруг сменил тему. – Но на самом деле, я позвал тебя поговорить не только об этом.
– Вы выглядите очень серьёзным, профессор, – прокомментировала волшебница и нахмурилась. – Что-то случилось? Это касается Волдеморта?
– Нет-нет, я хотел поговорить о другом, – спешно отмахнулся старый волшебник. – Не беспокойся, это не имеет никакого отношения к Тому. У меня всего лишь есть к тебе одно очень важное предложение, и я бы хотел, чтобы ты его приняла.
– Я сделаю всё необходимое, сэр, – поклялась Поттер. – Что я могу для Вас сделать?
– Гарри, – тщетно пряча играющую на губах улыбку, начал он, – как ты смотришь на то, чтобы стать профессором Защиты От Тёмных Искусств?
Та аж чаем подавилась:
– Что, простите?
– Уже скоро начало учебного года, – улыбаясь, поведал Альбус Дамблдор. – Все преподаватели уже вернулись в Хогвартс, однако место преподавателя Защиты От Тёмных Искусств по-прежнему пустует. Я никак не могу найти кого-то на эту должность. Сейчас очень тёмные времена, и я бы хотел иметь под рукой только тех людей, кому могу безоговорочно доверять. Как ты помнишь, мой выбор преподавателей ЗОТИ не всегда был удачным – мне не хотелось бы повторять свои ошибки, когда мы находимся на грани войны с Волдемортом. И поэтому, Гарри, я вспомнил о тебе.
– Я? – всё ещё поражённо смотрела на него Гарриет. – Я и профессор ЗОТИ? Сэр, я не думаю, что я подходящая кандидатура для такой ответственной должности.
– Я думаю иначе, – развёл руками он. – Немногие волшебники могли вступить в схватку с Волдемортом и выйти из неё живыми. Я бы даже сказал, что таковых практически нет. К тому же, ты ведь уже пробовала себя в роли преподавателя, не так ли?
– Это немного другое, профессор, – густо покраснела гриффиндорка, вспоминая об «Отряде Дамблдора». – Я просто учила ребят тому, что знала сама. Я во многом просто заурядная самоучка.
– И, тем не менее, деканы факультетов отмечали резкий скачок успеха своих студентов в области Защиты От Тёмных Искусств и Чар, – добродушно отозвался Дамблдор. – И у меня бы язык не повернулся назвать тебя заурядной. Ты талантливая молодая волшебница, Гарри. Очень сильная волшебница. Ты не можешь стать аврором из-за проваленного экзамена по Зельеварению, но из тебя может получиться хороший преподаватель ЗОТИ. – Старый волшебник слегка подался вперёд и заговорщицки улыбнулся. – И между нами говоря, Гарри, я не знаю, кто бы смог научить студентов Защите От Тёмных Искусств лучше, чем тот, кто был рождён для того, чтобы сражаться с тёмными силами.
Старик подмигнул и, коснувшись губами своего горячего чая, очень внимательно следила за её реакцией. Гарри Поттер была смущена, удивлена и… растеряна.
– Это очень щедрое предложение, сэр, – наконец, выдавила из себя ответ она. – Но я, правда, не знаю... Я ведь просто Гарри. Я не уверена, что справлюсь.
– Я тебя не тороплю, – поспешил успокоить её Альбус Дамблдор. – Подумай пару дней, прогуляйся в Хогсмиде. – Завидев её вялую попытку возразить, волшебник многозначительно поднял ладонь. – Нет, Гарри, я настаиваю. Тебе нужно подышать свежим воздухом. Я буду ждать твоего ответа.
Гарри обречённо вздохнула, откинувшись в кресле. С Дамблдором она никогда не умела спорить.
***
Капли дождя разбивались об осенние лужи. Земля была совсем сырой, появилась грязь. Завывал холодный ветер. Гонял по воздуху опавшие пожелтевшие листья. Прогуливаясь по Хогсмиду, Гарри Поттер вдруг почувствовала, что замёрзла, и, сбив грязь с подошвы ботинок, зашла в «Три Метлы».
Посетителей сегодня было не так уж и много. Видимо, нормальные люди предпочитали сидеть в такую дождливую погоду дома. Мадам Розмерта уныло протирала стойку. Всё было тихо. Ровно до одного момента.
– Гарри!
«Девочка-Которая-Выжила» не могла поверить своим глазам и выдохнула в тихом смешке. За соседним столом сидели широко улыбающиеся Гермиона и Рон и радостно махали ей руками. Рон приближался к ней с распростёртыми объятиями, и Гарри стало очень стыдно перед другом, когда она уже по привычке шарахнулась от чужих прикосновений. Лучший друг медленно опустил руки, будто что-то вдруг вспомнив, и как-то виновато улыбнулся.
– Извини, Гарри, – смутился он. – Я забыл.
– Забыл? – переспросила та, нервно усмехнувшись. – О чём ты?
– Не волнуйся, Гарри, – поспешно вступила в разговор Гермиона Грейнджер. – Дамблдор нам всё рассказал. Он предупредил нас, чтобы мы воздержались от объятий и других близких контактов с тобой.
– Что он вам рассказал? – не на шутку испугалась Гарри.
– Об автомобильной аварии, конечно, – отозвался Рон Уизли. – Эти маггловские несчастные случаи на дорогах… Кошмар какой-то!
«Что? Автомобильная авария?» – недоумённо нахмурилась она и едва сдержала улыбку. – «Альбус Дамблдор, Вы должны были учиться на Слизерине!»
– Мы очень переживали! – взволнованно сообщала Гермиона. – Почему ты не написала нам?
– Простите, ребята, мне, правда, очень стыдно и… – виновато заговорила Поттер и вдруг запнулась в удивление. – Так, стоп. Вы говорили с Дамблдором?
– Ну, конечно! – насмешливо ответил Рон. – Для чего он, по-твоему, выманил тебя в Хогсмид?
– Ты просто неуловима, Гарри! – смеясь, поддержала друга гриффиндорка.
Гарри задрала голову к потолку и весело рассмеялась. Друзья тут же подхватили её смех, и теперь они сидели втроём за столиком, счастливо хохоча. Дамблдор! А директор, оказывается, был тем ещё интриганом!
– Я, правда, рада вас видеть, ребята, – отсмеявшись, призналась Гарриет.
– Мы тебя тоже, дружище, – врезался в неё плечом Уизли, вызвав за столиком новый приступ смеха. – Ты так внезапно пропала, что заставила нас понервничать. Мы понятия не имели, где ты.
– Я жила с Дурслями, – скривив губы при воспоминаниях о Тисовой улице, отмахнулась Гарри.
– Ты сейчас шутишь, верно? – тупо уставился на неё он.
– Да какие уж тут шутки, – пробормотала Гарри Поттер, выпив ещё немного сливочного пива.
– Мы тебя там даже не искали, – прошептала Грейнджер. – Нам даже и в голову не могло прийти, что ты вернёшься к Дурслям после своего семнадцатилетия. Мы без особой надежды проверили дом на площади Гриммо, но тебя там не было.
Гарри мрачно улыбнулась. Она не могла заставить себя даже переступить порог родового дома Блэков. Там всё вокруг напоминало о Сириусе. Это причиняло боль. Гриффиндорка не могла вернуться туда. Пока не могла.
– Да, зато сейчас там живёт Малфой, – хмыкнул Рон Уизли.
– Рон, он тоже частично Блэк, – неодобрительно напомнила ему Гермиона Грейнджер. – Дом принимает его.
– Пусть так, – махнул рукой он. – Но я спокоен только потому, что за ним приглядывают Ремус и Тонкс.
– Правда? – услышав имена друзей, воодушевилась Поттер. – Как они?
– Замечательно, – улыбаясь, ответила магглорождённая волшебница. – Ремус и Тонкс обручились!
– Что? – поражённо воскликнула она, радостно улыбаясь от уха до уха. – Когда?
– Мы не знаем, – усмехнулся Рон, сделав глоток сливочного пива. – Они поженились в тайне ото всех. Новости сообщили уже позже. Шифровщики!
– У них должен родиться сын следующей весной, – сообщила Гермиона.
Гарриет ошарашено выдохнула и откинулась на спинке стула:
– Ну, ребята… Вы меня просто поразили новостями!
– Ты многое пропустила, – отозвался лучший друг.
– Так рассказывайте! – подавшись вперёд, в приглашении всплеснула руками она. – Вы-то двое как?
– Ну, Рон стал аврором, – коснулась плеча старого друга Грейнджер.
– Это же здорово! – порадовалась за друга Гарри Поттер. – Поздравляю, Рон!
– Да уж… – невесело усмехнулся Уизли.
– В чём дело? – чуть улыбаясь, нахмурилась Гарри. – Ты же мечтал об этом, разве нет?
– Он просто злится из-за своего напарника, – насмешливо ответила Гермиона Грейнджер. – Кстати ни за что не догадаешься кто это.
– Кто же?
– Малфой! – буркнул гриффиндорец.
Гарри с секунду недоверчиво смотрела на друзей, а затем, прыснув, от души расхохоталась.
– И ты туда же, – уныло пробормотал Рон Уизли.
– Прости, – отсмеявшись, виновато произнесла та. – Я просто удивлена. Это кому же такое в голову пришло?
– Грозному Глазу, – с деланным спокойствием сказала магглорождённая волшебница. – Ему надоело слушать пререкания Рона и Малфоя, и Грюм решил сделать их напарниками. Он даже для верности наложил на них сцепляющее заклятие, – хихикнула она. – Они неделю не могли отцепить руки друг от друга.
– Это было издевательство какое-то с его стороны! – возмутился Рон. – Вот вы обе сейчас веселитесь, а нам с Малфоем было не до смеха.
– Мне даже любопытно, – старательно подавляя смешок, начала Поттер, – из этого хоть что-нибудь вышло?
– Ну, – неуверенно протянула Гермиона, – в ненависти к Грозному Глазу они невероятно солидарны.
– А как напарники? – вопросительно посмотрела на рыжего Гарри. – Сработались?
– Как видишь, друг друга пока не убили, – невесело усмехнулся Уизли и, спохватившись, указал кружкой на их общую подругу. – Вот Гермиона тоже работает в Министерстве.
– Ты тоже аврор? – устремила удивлённый взгляд на неё Гарриет.
– Не совсем, – покачала головой Грейнджер. – Формулировка немного сложная.
– Да уж, язык сломаешь, – пережёвывая бутерброд, согласился молодой аврор.
– Но если говорить совсем в общих чертах, я занимаюсь сбором и изучением информации, полученной аврорами, – поделилась магглорождённая волшебница.
– Проще говоря, тем же, чем и в школе, – хмыкнул Рон Уизли.
Девушка, поджав тянущиеся в улыбке губы, несильно ударила друга по плечу, а Гарри Поттер, наблюдая за ними, рассмеялась. Да, как же ей не хватало этих двоих.
– Жаль, ты не с нами, Гарри, – отсмеявшись, грустно произнёс гриффиндорец. – Что молчишь? У тебя-то что нового?
– Ну, Дамблдор предложил мне стать профессором Защиты От Тёмных Искусств, – просто сообщила она.
Пьющий в этот момент из своей кружки Рон аж подавился, и из его носа фонтанчиком хлынуло сливочное пиво. Его лицо было просто воплощением удивления.
– ОМЕРЛИНЕТЬ! – ошарашено воскликнул он, во все глаза глядя на неё. – Ты серьёзно???
Гарри только весело усмехалась. Она наслаждалась реакцией друга.
– Это же просто замечательно, Гарри! – отойдя от шока, взволнованно заговорила Гермиона Грейнджер.
– Да, наверное… – неуверенно проговорила гриффиндорка. – Но я даже не знаю, выйдет ли у меня. Дамблдор дал мне время подумать.
– А что тут думать-то?! – с набитым ртом сказал Уизли. – Соглашайся!
– Да, Гарри, конечно, соглашайся, – охотно поддержала Гермиона. – Это же здорово! Я уверена, ты со всем справишься. Мы ведь все знаем, что ты хороший учитель.
– Вот именно, – согласился рыжий и вдруг ухмыльнулся. – И потом я бы хотел увидеть лицо Снейпа, когда он узнает, что его снова прокатили с этой должностью.
– Какова бы ни была его реакция, она и вполовину не будет такой же выдающейся, как твоя, Рон, – подмигнула Поттер, сделав несколько глотков сливочного пива.
Друзья обменялись насмешливыми взглядами и усмехнулись. В тот вечер они ещё долго говорили о Хогвартсе.
***
Первое, что сделала Гарри Поттер, оказавшись в кабинете ЗОТИ, избавилась от розовых стен, вернув им свой прежний вид. Ей не хотелось видеть уже в своём кабинете лишнее напоминание о Амбридж и её режиме. В отличие от предыдущего профессора, «Девочка-Которая-Выжила» не меняла облик помещения под себя, предпочитая тот, каким она его запомнила ещё при Ремусе Люпине. Обычно строгая и серьёзная Минерва МакГонагалл отнеслась к новому профессору ЗОТИ с воодушевлением. – Я думаю, из тебя выйдет хороший преподаватель, Гарри. – Спасибо, профессор, – улыбнулась та. – Я ведь больше нет твой профессор, – напомнила декан Гриффиндора. – Ты можешь называть меня Минервой. То, что Гарри была удивлена – ничего не сказать. Однако на этом же настаивало большинство преподавателей. Называть по имени своих же бывших профессоров ей было весьма неудобно и неловко, но она подумала, что со временем всё же сможет привыкнуть к этому. Хорошенько прибравшись и покопавшись по пыльным стеллажам, Поттер нашла старые заметки Люпина, что было весьма удачным стечением обстоятельств. И вот теперь гриффиндорка сидела за письменным столом и в хмурой сосредоточенности пыталась составить учебный план на этот год. День, конечно, уйдёт на это не один, но, к счастью, до первого сентября времени ещё предостаточно. – Располагаетесь, Поттер? Она отвлеклась от своих пергаментов и подняла голову. Как и следовало ожидать, это был Северус Снейп, который, прислонившись плечом к двери, стоял на пороге и с едва заметной усмешкой наблюдал за ней. – Можно и так сказать, профессор, – пожала плечами Поттер. – Пытаюсь осилить учебный план для первогодок. – Признаться, – хмыкнул он, – я был уверен, что Вы отвергнете предложение Дамблдора. – Я хотела, – неловко согласилась девушка. – Но директор, как оказалось, очень хороший интриган. – Вы понятия не имеете насколько, – усмехнулся Северус. – Вы не выглядете рассерженным, – не отрываясь от работы, с удивлением прокомментировала Гарриет. – А должен? – Ну, – смутилась волшебница, – я думала, что Вы… Декан Слизерина выжидающе приподнял бровь. – В общем, мне казалось, что Вы тоже хотели получить должность профессора ЗОТИ, сэр, – наконец, призналась Гарри Поттер. – Откуда такая мысль? – хмыкнул в удивлении Снейп. – Вы ведь всегда пытались стать им, – уже не так уверенно отозвалась она. – Ещё на моём первом курсе мне сказали, что Вы хотели место Квиррела. Профессор Зельеварения едва удержался от смеха. Ради Мерлина, сколько легенд в этом замке об «Ужасе подземелий»? Студенты, похоже, додумывали себе куда больше, чем он мог представить. – Я никогда не горел желанием стать преподавателем ЗОТИ, Поттер, – с деланным спокойствием ответил Северус Снейп. – Несмотря на мой опыт «общения» с тёмными силами, мой профиль всё же Зельеварение. В действительности единственная причина, по которой я предлагал директору свою кандидатуру в этом вопросе: я не хотел, чтобы её получил очередной дилетант или предатель. – Да, – сглотнула Гарри. – Сириус говорил об этом Вашем опыте. – Блэк? – нахмурился мужчина. – И что же именно он сказал? – Что Вы, профессор, были помешаны на тёмных искусствах и уже на первом курсе знали больше заклинаний, чем большинство семикурсников когда-либо могли, – невесело усмехнувшись, вспоминала слова крёстного гриффиндорка. – Какое лестное замечание, – с расстановкой протянул Северус, ухмыльнувшись. – Так он сказал правду, сэр? – подавив усмешку, спросила Поттер. – Правда ли, что я знал больше заклинаний, чем большинство семикурсников? – уточнил Пожиратель Смерти. – Я и сейчас знаю. Девушка рассмеялась: – Не сравнивайте себя и студентов, профессор. Снейп криво ухмыльнулся. – Вы теряете сноровку, – казалось, осмелев, слабо усмехнулась Гарриет. – Если честно, я думала, что после того, как Вы узнаете о предложении Дамблдора, Вы начнёте надо мной издеваться. – Вы – не самое худшее, что могло случиться с Защитой От Тёмных Искусств, – беспечно отозвался он. – Вы так считаете? – Конечно, – серьёзно кивнул Северус Снейп. – В конце концов, когда Вы на виду, от Вас меньше неприятностей. – Звучит так, как будто бы у Вас уже есть в этом опыт. – За семь лет Вашего обучения набрался, – ответил зельевар и, бросив короткий взгляд на хмурое лицо профессора ЗОТИ, с издёвкой сказал. – Покажите хоть, что успели написать, профессор Поттер.
