Кракен и иной

      — Теон, как ты оказался здесь, что вообще происходит?       Грейджой далеко не сразу ответил на вопрос девушки. Его горло и лёгкие горели, словно дикий огонь, после такой быстрой пробежки. Он судорожно хватал воздух примерно пять минут и только потом устало произнёс одну-единственную фразу:       — Очень долгий и интересный рассказ, лучше присядь поудобнее, и попроси вина. Я расскажу всё с того момента, как отправился с Роббом на юг.       Рассказ действительно получился долгим, Санса и притихшая Мирра слушали всё очень и очень внимательно. Начиная рассказ о Пайке и взаимоотношениях молодого кракена с его семьёй с островов, потом с явной болью он рассказывал о том, как проходило его предательство. Такая же боль была во взгляде юной Старк. Когда разговор дошёл до последних дней его власти в Винтерфелле, Волчица показала клыки, с неожиданной силой и яростью схватила юношу за воротник костюма и яростно прокричала:       — Как такой мерзкий предатель, как ты, мог остаться жив, вместо них? Почему тебя не убили северяне, как тебя пощадили Старые и Новые Боги?!       Теон был поражён и не мог ничего сделать. Неизвестно, что бы сделала Санса, не будь рядом Тойво. Полуиной спокойно, как и всегда, неожиданно мягко и легко оттащил Пташку от железнорождённого, посмотрев на неё, и сказал:       — Грейджой нужен королю живым и целым, а ты не вовремя решила показать свои клыки. Вижу, сам он не сможет закончить рассказ, всё закончится тем, что вы будете орать друг на друга, а потом будет не менее громкая и горячая ночь любви. Прошу меня, пастуха оленей, простить за прямоту пред вами, особами королевского рода. Пожалуй, рассказ продолжу я.       Далее говорил он. Санса слушала о появлении Родрика с непередаваемым интересом и радостью, особенно о том, как он разобрался с Рамси Сноу, которой для неё, как и Грейджой, очевидно стал предателем, достойным только смерти. Шоковое состояние у неё началось только на моменте, где появился Скакмат и армия Иных. Оно только усилилось, когда Тойво в подробностях расписал Битву за Стеной. Тот момент, когда древний Старк держал речь перед северными лордами и стал в их глазах королём на самом деле, она прокомментировала так:       — Ещё ни один из Старков за время власти Таргариенов не держал подобные речи перед своими вассалами. Становится страшно за юг, если хоть половина сказанного будет исполнена. От единого королевства не останется и камня на камне. Пусть будет так!       Но вот истинное наслаждение юная леди испытала после того, как полуиной рассказ о смертях Русе Болтона и Уолдера Фрея:       — Такие песни я послушаю с удовольствием!       После этого мужчина затих, заявив, что это конец на данный момент, после этого они втроём направились в столицу. Внезапно для всех подала голос Мирра Форрестер, спросившая:       — Милорд Теон, какова судьба моего дома, и что случилось с Ладдом Уайтхиллом?       Вместо железнорождённого ей ответил Тойво:       — Насколько я знаю, лорд Вершины вместе со своим владыкой и другими присягнувшими Дредфорту был убит в битве с королевской армией, вместе с ним пали и его воины. Дом Форрестеров, в свою очередь, выразил лояльность королю Родрику, и поэтому жив и здравствует. Зная характер короля, скоро лорд Родрик Железный Хромец, как его прозвали сторонники Старков, получит Вершину в свою собственность.       Услышав это, девушка впервые за долгое время улыбнулась, совершенно радостно и искренне, а потом добавила с нескрываемой иронией:       — Ладд обвинял нас в том, что наши предки отняли у его рода земли, которые были их законной собственностью, и поэтому он собирался отнять у нас всё с позволения Русе. Клянусь Старыми Богами, впервые за долгое время я спокойна за свой дом, особенно теперь, когда узнала, что Родрик пережил бойню в Близнецах и то, кто стал новым королём Севера!       Потом она отошла к краю палубы и молча устаивалась, глядя на синюю гладь морской воды. На этом рассказы кончились, и все замолчали. Каждый погрузился в свои мысли. Слинт прокрутил в голове события последних месяцев и решил, что если он доживёт до конца этой войны, то станет благочестивее самого Бейлора, не будет брать взятки, станет верным вассалом короля Родрика. Ему казалось, что все события, которые произошли с ним, начиная с его отстранения — это наказание богов за его нечестивые поступки за время службы в Золотых Плащах. Тойво глядел на юг и решил для себя, что ему здесь нравится климат, и поселиться здесь, будет неплохим вариантом, а также отметил, что ему нравится внешность Мирры Форрестер. Грейджой хотел поговорить с Сансой наедине, чтобы попытаться доказать ей то, что он искупил свои грехи, хоть отчасти. Её жгучая ненависть легла на его душу тяжким бременем.       И вот молчание вновь сменилось разговорами. Они были самые разные, затрагивали все темы, которые можно было представить. Полуиной и леди Форрестер очень быстро нашли между собой общий язык, и сейчас были главными источниками шума на палубе. Изредка к ним присоединялся Янос; леди Старк хранила холодное молчание и сидела, устремив свой взгляд в сторону Гавани.       Грейджой отошёл к другой стороне палубы, смотря на север и думая: «Вот и всё, моя миссия выполнена. Как бы она ни относилась ко мне теперь, я безумно рад знать, что ей больше ничего не угрожает. Теперь она, вероятно, вернётся к родным стенам. Интересно, за кого её выдаст Родрик? Уж точно не за Рамси или ему подобного — ещё один повод для спокойствия. Надо продумать свой следующий шаг, надо и дальше доказывать свою пользу, лучше от этого будет всем».       Он услышал шаги сзади и обернулся, увидев, к своему удивлению, «лорда». Тот совершенно спокойно подошёл и опёрся на ограждение корабля и спустя несколько секунд сказал:       — Я удивлён. Раньше не мог помыслить, что окажусь в подобной ситуации и, более того, выберусь живим и невредимым. Теперь, похоже, моя жизнь налаживается, с тех пор, как сучий карлик лишил меня всего, что у меня было, и отправил умирать от холода на край мира! — последние слова он злобно прошипел.       Грейджой ответил Слинту:       — По крайне мере, ты, вероятно, останешься живых, в отличие от тех, кто сейчас сидит в Королевской Гавани. Не думаю, что перед армией Севера и Иных, силой Скакмата и магией жрецов хлада у них много шансов.       После этой фразы внезапный разговор закончился. Грейджой направился к Остаду, стоящему на задней корме возле рулевого. Кирош отвлёкся от разговора со своим первым помощником и, посмотрев на Грейджоя, сказал:       — А-а-а, вот и наш нынешний заказчик, чем я могу вам помочь?       Теон напрямую сказал:       — Нам требуется прибыть прямиком к тому месту, где сейчас армия Севера.       Браавосиец покачал головой, перекинулся парочкой фраз со своими и, почесав бороду, сказал:       — Армия Севера находится возле Сигарда, до него на этом корабле не добраться. Зато я могу высадить вас возле Солервани, а оттуда можно двигаться до переправы лорду Харруэля или до Рубинового Брода, и потом уже на другом берегу встретиться с королём.       Юноша, поблагодарив капитана, отошёл в сторону. Он собирался идти и попробовать поговорить с Сансой, но взявшееся из ниоткуда чувство вины не давало ему сделать и шага. Плюнув на всё, он сделал первые неуверенные шаги, а дальше пошёл уже абсолютно уверенно. Санса, услышала его, развернулась, посмотрев косо и холодно спросив:       — Что тебе от меня нужно?       Он выдал в ответ:       — Я ищу разговора с тобой.       Она развернулась к нему лицом и всё так же холодно ответила:       — Мне не о чем с тобой говорить. Ты умер для меня, когда предал Робба и казнил Рикона и Брана, теперь я вижу перед собой лишь червя, который когда-то был для меня одним из близких людей.       — Рикон и Бран живы, но ушли на север: Рикон к Амберам, Бран за Стену. Его точно видели разведчики одного из генералов Иных.       Холод мгновенно покинул юную волчицу, в её глазах разгорелся огонёк надежды, который тут же сменило недоверие, и она спросила с сомнением:       — С чего мне верить тебе, особенно в таком вопросе? Как бы ты ни старался вернуть моё доверие, у тебя этого не выйдет. Ты предал нас, Теон Грейджой.       Но тут у него не выдержали нервы, наружу вырвалось всё то, что держалось в глубине себя все эти годы:       — Может быть, я и предатель, леди Санса. Но вы забываете, кем я был, и через что я прошёл. Точнее не знаете. Когда Пайк пал, мне было девять лет, и я впервые увидел смерть человека, не просто гвардейца моего отца, но моего брата Марона. Его внесли на внутренний двор, окровавленным и избитым, его рука лежала рядом с ним, а при каждом вздохе у него вырывалась изо рта струйка крови. Я подбежал к ним и, упав на колени, смотрел на него без движения, а он открыл затёкшие кровью глаза и, как следует прокашлявшись, сказал: «Береги себя, младший, теперь ты последний из нас». Он закашлялся в последний раз и больше не двигался, не издавал звуков. Я вытащил его кинжал из ножен и посмотрел на короля Роберта. Позднее я проникся к нему уважением, но тогда мне хотелось заколоть его и всех остальных этим же кинжалом, и, представляешь, я пошёл к нему. Маленький пацан девяти лет пошёл на короля всего Вестероса с одним кинжалом и дошёл бы, клянусь Утонувшим богом, все они смотрели на моего отца, униженного и поставленного на колени, я легко мог пробить Баратеону ногу, а пока все в ужасе, добить его ударом в шею. Но меня остановил лорд Старк. Он просто взял меня за руку и посмотрел мне в глаза. Никогда я до этого не видел подобного холода у кого-то в глазах, в них было настолько страшно смотреть, что я упал на спину. А потом меня забрали в Винтерфелл. Лорд Эддард пытался относиться ко мне как к своему сыну, но я всегда вспоминал истекающего кровью брата и тот взгляд, и в душе содрогался. А тот кинжал я сохранил до сих пор. Теперь ты понимаешь? Я не предал Старков ради своего «отца», который меня уже за сына не считает, не ради сестры, которая меня обманывала в своих целях, и уж точно не ради пресловутой чести железнорождённого. А ради брата, который умер на моих глазах. Тем более, ты забываешь одну деталь: я присягнул на верность новому королю Севера, и по его воле я припыл за тобой, рискуя погибнуть. По его воле я сражался против орды одичалых, и пойду даже в ледяной ад, если потребуется.       Теперь маска ледяной леди спала окончательно, на него вновь смотрела девочка, с большими и удивлёнными глазами цвета летнего неба. Видимо, она не ожидала услышать ничего подобного. Оно и понятно, лорд Старк всегда защищал своих дочерей от подобной информации, да и вообще от всей грязи, что была в этом мире. Помолчав, она спросила удивлённым голосом:       — То есть, ты всё это время помнил о смерти своего брата и боялся, что тебя постигнет такая же участь? Я-я не знала, прости, я думала, что ты сделал это лишь потому, что ты Грейджой, и у вас это в крови.       Глядя на неё, Теон подумал: «Как вообще можно злиться на неё и насколько надо быть чудовищно жестоким, чтобы причинять вред?». Сам он, усмехнувшись, ответил:       — Ох, чего-то я разошёлся тут со своими проблемами. Нет ничего страшного в том, что ты считаешь всех Грейджоев предателями только из-за происхождения, я привык, а остальные и подавно, да и есть причины так считать. — Потом добавил: — Лучше расскажи, что с тобой происходило, пока ты была в Королевской Гавани.       Юная Старк вздрогнула, но тут же изменилась в лице, и снова став спокойной, начала рассказ. Она вспомнила всё: избиение Королевскими Гвардейцами маленькой девочки, то, как они порвали платье на глазах у полного людьми тронного зала, угрозы юного короля Джоффри и всё остальное, закончив словами:       — Жаль, что с севера идёт не безумная армия мертвецов и Иных, которая превратит юг в ледяную пустыню!       Юноша ответил с усмешкой:       — Их ждёт ещё более худшая участь, им придётся склонить колени перед Старком, который ведёт эту армию…       Плавание заняло всего два с половиной дня. И вот, в полдень они ступили на землю в порту Солеварни . Они вынуждены были соблюдать инкогнито, в городе было полно солдат лорда Тарли. Жители города были всполошены известиями с севера Речных Земель. Армия Севера взяла Близнецы и перебила большую часть Фреев, после этого они двинулись на юг, и вслед за ними пришла Зима, притом очень странная. Она будто двигалась точно за войском, потому Трезубец ещё не замёрз до конца. Армия сейчас достигла Риверрана, где уничтожила осаждавшею замок армию последнего из Фреев. Но истинным шоком стала армия настоящих Иных, идущая сюда, которую ничего не могло сдержать. И Тарли решился выступить на неё.       Но до этого Грейджою и остальным не было дела. Им требовалось дойти до этой самой армии, всего-то. Попрощавшись с Остадом, они купили себе лошадей в местной конюшне и направились на запад. Дорога была тихой до ужаса. Казалось, что всякая жизнь покинула округу, даже птицы и звери, что уж говорить про разбойников и простых людей. С наступлением сумерек стало ещё хуже, тишина стала нагнетать сильнее прежнего. Но вскоре она прекратилась, послышался громкий стук копыт, который ласкал слух после подобной тишины. На дорогу выехал никто иной, как сам король Родрик, на которого Санса и Мирра Форрестер уставились во все глаза. Старк тоже увидел их и, остановив коня, сказал:       — Ну, здравствуй-здравствуй, Санса Старк…