По раскрашенной душе

      Шампанское, купленное на собранную с общих карманов мелочь, било в голову похлеще сорокоградусных напитков. А может, это были те самые яркие впечатления, которые позже зажигают улыбками серые вечера. Сотни фейерверков уже успели оповестить о наступлении Нового года. Самого важного праздника в году, ведь именно он дает зеленый свет новым начинаниям, стимулируя вкусом мандаринов и запахом пихты.       Леви уткнулась носом в плечо Гажила, зажмурив от удовольствия глаза. Таким теплым и уютным подъезд не казался еще никогда в жизни. Но это совсем не значило, что ей хотелось провести тут волшебную ночь. - Что будем делать дальше? - Могли бы поехать ко мне, но… - Люси печально посмотрела на растянутые коленки спортивок Нацу. - Мы сами в состоянии устроить вечеринку, главное – не мешкать! – уверенно ответил Грей. - Думаю, даже для нас это слишком экзотично, - возразила МакГарден. Фуллбастер согласно кивнул, но сдаваться не собирался: - Я вас в это втянул, мне и вытаскивать!       Тихий щелчок громом и молниями обрушился на головы друзьям. Грей, переполненный гордостью, геройски отворил дверь ключом, который пару часов назад так некстати «потеряла» Леви. Нахлынувшее блаженство мгновенно сменилось праведным гневом. Но Фуллбастер ожидал такой реакции, поэтому попятился назад, подняв руки вверх. - Ребята, будьте благоразумны! Я, конечно, дико извиняюсь, просто не мог расстаться с вами ни на день. Редфокс грозно навис над другом, отчего тот невольно зажмурился. Если цена за «украденный» праздник равняется удару по челюсти, то Грей хоть и с неохотой, но готов ее заплатить. - Спасибо, старик! – Рукоприкладство все же последовало, но в более безболезненной форме – крепком мужском объятии. Люси улыбнулась. Она еще немного злилась, но вспомнив, сколько невзгод свалилось на Фуллбастера в последнее время, с легкой душой отпустила обиду. - И когда же ты задумал свой коварный план? – спросил Нацу. - В ту самую минуту, как узнал, что в этом месяце выпало рекордное количество осадков. Ты же был у меня дома, согласись, что этот огромный двор уже давно пора продать.       Несмотря на опасения, народу на внезапную вечеринку прибыло достаточно: приятели, одногруппники и незнакомцы, да кого там только не было. Но МакГарден волновали совсем не эти люди. Избавиться от докучливых поздравлений оказалось непросто, но заметив Гажила, который яростно указывал жестами на дверь собственной комнаты, она мигом все поняла. Теперь любая сложность казалась секундным пустяком. Выслушав еще парочку подпитых ничего не значащих признаний в любви, Леви все же удалось скрыться. Она наконец-то осталась наедине с человеком, имеющим значение этой ночью. И как надеялась сама МакГарден, еще сотни таких же удивительных ночей.       Гажил был так близко, что она даже не заметила, как очутилась в крепких объятиях. Ей так многое нужно сказать, да просто жизненно необходимо! Леви всегда любила играть со словами, выбирая самые красивые предложения из книжек, она заучивала их наизусть, мысленно перефразируя и подгоняя под себя. Фраз из прекраснейших слов скопилось огромное множество, но именно сейчас, когда представился случай их использовать, они казались пустыми и неуместными. Все было совершенно не так, как в многочисленных фантазиях МакГарден, когда она горячо шептала стихи на ухо Гажилу. Абсолютно не так. Лучше. Ей больше не нужны чужие слова, чтоб найти в них себя. Леви никогда не обладала сочинительским талантом, богатейший словарный запас просто рассыпался. Но только не в этот раз, не рядом с Редфоксом. Она могла бы сочинить целую поэму. Парадокс, но рядом с ним слова были не нужны, потому что МакГарден наконец-то поняла их значение.       От горячих поцелуев таяла неуверенность, так часто навещающая людей, которые боятся поверить в свое счастье. «Какая дикость» - успела подумать Леви прежде, чем Гажил поднял ее на руки, словно она не весила совсем ничего. Дикостью стал триумф. Странно было представлять, что этот взрыв мог и не произойти, обойдя ее стороной. Случиться с какой-то другой девочкой, например, с соседней улицы. Даже если это всего лишь помутнение рассудка, то МакГарден всеми фибрами души желала, чтоб оно продлилось гораздо дольше. - Это мой первый раз, - прошептала она.       Редфокс аккуратно уложил ее на разобранную постель и на мгновение замешкался. Были ли слова правдой, или ему померещилось? Был же еще этот Джет. Да совсем недавно был, буквально сегодня. Гажил скрипнул зубами. С ним теперь покончено. Ему бы радоваться, но уж слишком неправильно. Леви занимала все его мысли, но обижать ее он хотел меньше всего на свете. Она сама пришла на помощь, стянув через голову платьице. Стеснение поразительно граничило с решительностью, и это, пожалуй, нравилось Гажилу больше всего. С чего он вообще взял, что существуют какие-то правила. Они просто счастливы вместе в эту самую минуту.       От одного прикосновения по телу прошел разряд, заставив все мышцы напрячься. Нет, его не остановить. Их не остановить.       Леви потушила светильник на прикроватной тумбочке, но Гажил и в темноте мог прекрасно разглядеть изгибы девичьего тела. Маленькая, угловатая, хрупкая. Кожа почти светится, позволяя разглядеть реки вен, которые так и манили проследовать за ними языком, чтоб найти устье. Упругие грудки-виноградинки мгновенно ожили под его пальцами. Леви дернулась, но не от испуга, скорее наоборот, навстречу, распахивая перед ним тело и душу. Гажил нежно погладил бедро, если бы не эти округлые ягодицы, то МакГарден запросто можно было бы принять со спины за мальчишку-подростка. И от этого он тоже сходил с ума.       Оба молчали, смотря друг другу в глаза. Слышалось только возбужденное дыхание и шуршание оставшейся одежды, которая вскоре присоединилась к беспорядку на полу. Леви не помнила ничего, даже имя, кажется, свое забыла. Вот-вот должно было случиться то, о чем она так долго думала, берегла себя. Страха не было. А Гажил был на удивление нежен. Такая грубая нежность, но другой она и знать не хотела. Сама предложила ему шею, и он послушно целовал каждый миллиметр кожи. А потом воздуха в комнате совсем не осталось, в глазах потемнело, и какая-то неведомая сила, как под прессом, прижала одно тело к другому. Крик застрял в горле. В мечтах Леви боли не было места. Какие же это были глупые мечты. МакГарден даже удивилась, что до сих пор помнит о них. Теперь перед ней абсолютно новый мир. Мир, в котором она нужная и желанная женщина. На плече Гажила остались отпечатки от ее пальцев. Он все понимал и шептал какие-то бессвязные слова, что скоро все пройдет. Но Леви в них не нуждалась. Она захлебывалась в эмоциях, тонула в чувствах. Они были единым целым, а лучшего и придумать невозможно.       Грей поежился, заметив Кану, которая, активно жестикулируя, пыталась что-то вбить в светлую головушку Люси, и тут же убрал в сторону очередной стакан виски. Нет, против Альбероны он ничего не имел. Абсолютно ничего! То ли она была сокурсницей Леви, то ли подругой приятельницы Джувии. И это было бы совсем неважно, но каждый раз, когда Кана оказывалась в поле зрения Фуллбастера, на следующий день он просыпался с жуткой головной болью и опустевшим сознанием. В одну из таких встреч Хэппи, кот Нацу, решил поменять имидж, перекрасившись в синий цвет, а у Гажила на заднице появилась татуировка божьей коровки, которая кормит деток. И ведь ни одного воспоминаний, ни малейшей зацепочки! Конечно, Грей пытался избегать встреч с Альбероной, но каким-то чудом она всегда чувствовала приближение вечеринок и с завидным постоянством посещала их все. Исключением не стал и Новый год, поэтому Люси нужно было спасать.       Как назло никого из друзей под рукой не оказалось. Разве не для того, чтоб провести праздник вместе, Фуллбастер придумывал махинацию с ключами? Но они видимо так и не оценили всю гениальность плана. Гажил и Леви как сквозь землю провалились. Нацу, который за прошедший час неожиданно воскрес из мертвых, лишь отмахнулся от него, оправдывая себя тем, что ждет кого-то особенного гостя. Естественно, это ведь не Драгнил при очередной встрече с Каной целовал трансвестита.       Операция «спасти глупую овечку из лап ведьмы, стирающей память, в одиночку» с треском провалилась. Фуллбастер пытался приманить Люси к себе, не попадая в эпицентр событий. Но, как оказалось, таких жестов она не понимала, как и пантомим с виселицей и прямым выстрелом в голову. А знала только один, для которого требовался всего лишь палец и висок. Собственно, его-то она и преподнесла Грею в обмен на его заботу. «Никакой оригинальности!» - подумал Фуллбастер, начиная закипать. Вторая попытка тоже не увенчалась успехом. Вместо того, чтоб поднять трубку и выслушать предостережение, как нормальный человек, Хартфилия умудрилась выронить телефон в бокал чего-то явно алкогольного. А в довершение картины решила, что это именно он виновник всех ее бед. Как оказалось, Люси знала еще один жест – средний палец.       Грей был так зол, что даже не сразу заметил появление Джувии. Только теперь он понял, что даже не пытался обратиться за помощью к ней. После разговора в библиотеке они почти не общались. Несколько раз его охватывало дикое желание просто побыть с Локсар рядом, но Фуллбастер терялся в догадках, нужно ли это Джу. Поэтому все попытки наладить мосты откладывались на неопределенный срок. Грею не то чтобы было плохо без нее, скорее – совершенно по-другому. Ему не хватало крепкого кофе, который Джувия варила каждое утро специально для него. Не хватало пунцовых щек при очередном дефиле в нижнем белье. Не хватало приторных духов, которыми больше не пахла его подушка. Не хватало ежедневных одинаковых смс «Спокойной ночи, Грей ». Но он приспособился не думать об этом.       А теперь Локсар стояла перед ним, протягивая фужер шампанского. Такая обычная и непривычная одновременно. Ей безумно шло атласное платье в пол и игривые локоны, выбившиеся из высокой прически, но дело было совсем не в этом… Грей ведь никогда не отрицал ее привлекательности. Тем временем Джувия, приняв его замешательство за комплимент, лучезарно улыбнулась. И тут все встало на свои места – она была счастлива. Внутри что-то неприятно садануло. Словно не было недели молчания, боли и стены непонимания. Фуллбастер почувствовал, как все усилия отпустить ее, пали прахом. - Я хотел… Она не дала договорить, прикрыв рот ладонью, а потом поцеловала его. Всего лишь на мимолетное мгновение прижалась к губам и упорхнула к гостям. Но Грею было этого достаточно, чтоб почувствовать, как внутри разливается тепло. Его не покидало ощущение, что он забыл о чем-то важном, но как не старался сосредоточиться, в голове звенел только родной голос: «С новым счастьем, Грей!» И, черт возьми, Фуллбастер ему верил!       Нацу, напевая веселую песенку себе под нос, в очередной раз посмотрел на часы. Договорились ведь без опозданий, но женщины такие странные. Он отнюдь не сердился, такие мелочи его вообще не волновали, просто ждать Драгнил не умел. Неожиданный звонок с предложением встретиться поверг его в шок всего на несколько минут, а потом, откуда не возьмись, нарисовалось праздничное настроение и дышаться стало гораздо легче. Нацу заметил вокруг себя улыбки и смех – все, что так любил.       От нетерпения начало сводить желудок, и Драгнил вспомнил, что ничегошеньки не ел весь день. Пробираясь на кухню сквозь танцующих людей, он краем глаза заметил девушку на полу. Она держалась за ручку двери, но никак не могла подняться и, кажется, рыдала от бессилия. Нацу не хотелось в это верить, но девушкой без сомнений была Люси.       - Люси, что случилось? – Драгнил аккуратно приподнял ей голову. Ответа не последовало, да и не требовалось. Расфокусированный взгляд говорил сам за себя. А запахом алкоголя можно было свалить буйвола, даже Нацу не сдержался и поморщился. Хартфилия не была пьяна, она была проспиртована! - Ууу, да ты совсем готовая! - Люси не реагировала, лишь мотала головой из стороны в сторону. Нацу не без труда удалось поднять ее на ноги, что и со здоровой-то рукой сделать стало бы проблематично, так как у подруги видимо осталось только одно желание – притворяться трупом на полу. Хотя такое ли это было притворство? Получалось очень убедительно. Но Драгнилу все-таки удалось затащить ее в ванну. Струи холодной воды подействовала на Хартфилию благоприятно, она даже смогла узнать соседа. - Нацу… мне так плохо, Нацу! Люси сделала провальную попытку вылезти из-под спасительного душа, ухватившись за его футболку, но Драгнил настойчиво усадил ее обратно. - Подожди здесь, я сейчас быстренько найду Леви или Джувию. - Не уходи, пожалуйста, мне так страшно, - с трудом выдавила из себя Хартфилия и бессильно скатилась по мокрой стене на дно ванной.       Нацу замешкался, решая, как стоит поступить. В кармане вибрировал сотовый телефон, заставляя вспомнить о собственных планах и радости, которой они сопровождались. - Не уйду, - твердо произнес он. Драгнил сбросил звонок и, опустившись на колени, помог Люси собрать волосы, пока она отторгала «нервный вечер и знакомство с Каной». Где бы мы не оказались, что бы не сделали – это исключительно наш выбор.