Запрети тебя любить

- Кирилл, я тут хотел тебе кое-что сказать…       Тихо и спокойно произнес Никита, приблизившись еще ближе к лицу Кирилла. Кареглазый немного испуганно смотрел на своего нового знакомого. Между их лиц осталось несколько миллиметров. Измайлов зажмурил глаза, боясь пошевелиться. Никита осторожно дотронулся до щеки задрота, приподняв очки на лоб. - У тебя ресничка выпала, - с улыбкой произнес Никита, держа в двух пальцах злосчастную ресницу. - А? Спасибо, - Измайлов растерянно кивнул и быстро отвел взгляд. Вернув очки на их положенное место, Кирилл начал жадно кусать булочку, находящеюся у него в руках. - Да не за что, - с улыбкой ответил Никита и отпил сока, наблюдая за своим любимым одногруппником.       Богдан бесился еще больше, когда терял из виду русую макушку. Как его раздражал слишком назойливый Никита. За какую-то неделю он его настолько достал, что блондин был готов задушить собственными руками неназванного соперника. Если бы он только мог, он бы уже давным-давно запер Кирилла где-нибудь, где его будет видеть только сам Царёв. Но он не имел на это права. Так как был совершенно чужим человеком для кареглазого. Он сам разрушил ту дружбу, которую они строили несколько лет. Ведь как говориться, кто первый влюбился, тот проиграл. Вот тут он понимал эту фразу очень хорошо. Ведь любить одного человека уже десять лет было невыносимо. Обычно с незаметным задротом никто не общался и не обращал внимание. А тут какой-то Ширыкалов завладел Кириллом прямо на глазах Богдана. Зло пнув рядом стоящую мусорную корзину, он рыкнул, вспомнив слова Андрея, и пошел по направлению к крыше. - Вот упрямец! – бросил Андрей, смотря в сторону удаляющейся спины Царёва.       Богдан поднялся по ступенькам и увидел, как с лестницы спускались Кирилл и Никита. Сдержав сильное желание просто сразу наброситься на Никиту и избить его до потери сознания, блондин, улыбнувшись, подошел к Никите и попросил его отойти на крышу вместе с ним. Отзывчивый оптимист с огромной радостью согласился, но перед этим сказав Кириллу, что они встретятся уже в аудитории. Измайлов проводил двух парней взволнованным взглядом. Ему казалось, что Царёв явно что-то задумал. Нет, не казалось, он был точно уверен. Царёв что-то задумал. Он слишком хорошо знал Богдана. В этот момент на крыше беловолосый красавчик с очаровательной улыбкой на лице прижал Ширыкалова к стене, просто вжимая парня в поверхность. Никита попробовал возразить на слова сына прокурора, но ему врезали в живот. Из-за боли тот быстро согнулся. Положив ладошку на спину парня, Богдан наклонился и прошептал ему на ухо: - Если еще раз увижу тебя рядом с Измайловым, то на тебе живого места не останется. Ты меня понял?!       Развернувшись, голубоглазый хотел было идти к выходу, как его внимание привлек кашель. Повернув голову, он увидел, как Никита уже встал и держась за живот одной рукой, просто убивал его взглядом. - А что если я тебя не послушаюсь? Кирилл не твоя собственность. Ты ему никто! - бросил парень, но спустя мгновение пожалел об этом. Ему с кулака прилетело в челюсть. Вскрикнув от резкой боли, Никита схватился за больное место. - Он моя игрушка. А я не позволю, чтобы мою вещь трогал кто-то другой. Так понятней? – выкрикнул Богдан, теряя самообладание. Зло рыкнув, он хлопнул дверью, оставляя парня одного. На следующий день Никита Ширыкалов не пришел в университет.       Пара, казалось, длилась вечность. Ничто не могло ускорить время, чтобы все поскорее закончилось. Кирилл уже просто не знал, чем себя занять. Было скучно. Невыносимо скучно. Он записывал каждое слово, которое говорил учитель, но всё равно вникнуть не мог. Его голова почему-то была занята одногруппником, который, на первый взгляд, очень даже хотел общаться с ним, но сейчас даже не ответил на приветствие. Его как всегда просто сверлил взглядом Богдан и нагло усмехался. Измайлов предпочитал делать вид, что его это не волнует. И вот раздался долгожданная спасительная песнь в виде звонка, оповещавший о конце пары. Встав из-за стола и взяв свою сумку, Кирилл вышел из аудитории и пошел в буфет. Идя в наушниках, его резко схватили за ворот рубашки и закинули одним движением в узкий проем между стеной и окном. Кирилл быстро скинул с себя наушники и развернулся, чтобы посмотреть на того, кто его схватил. - Никита? – вопросительно-спокойно спросил Кирилл. - Ага, - кивнул Ширыкалов и улыбнулся. – Прости, что так грубо схватил. Давай сегодня вместе домой пойдем? - Ладно, а почему ты об этом говоришь в таком месте? – вздернул бровь Измайлов. - Просто не хочу, чтобы кто-то слышал, - ответил Никита и, помахав рукой, вышел из-за угла. – Увидимся после пар!       Как и сказал Никита, после пар они пошли домой вместе. Ширыкалов жил на два дома дальше, чем сам Кирилл. Поэтому они ходили домой вместе. Никита рассказывал веселые истории, а русоволосый слушал и пытался понять их. Ему было спокойно с этим человеком, и он мог бы сказать, что ему было приятно находиться рядом с этим позитивным парнем. Шатен пытался как-то развлечь их скучную прогулку до дома своими рассказами, но ровно до того момента, пока не заметил, как из магазина вышел его «горячо любимый» одногруппник. Богдан Царёв вышел с бутылкой воды и, увидев знакомых, заинтересованно уставился на них. Никита заметил потенциального соперника за внимание Кирилла и тут же подошел к предмету раздора поближе. Царёв как человек гордый и держащий свое слово пошел за ними, сверля спину Ширыкалова. Тот как ни в чем не бывало шел вперед, что-то увлеченно щебеча. Блондин бросил взгляд на Измайлова: тот шёл, как всегда, спокойный и слушал всё то, что говорил его одногруппник. Как только звезда университета решил простить глупую оплошность Никиты, увидел, что этот самоубийца приобнял его Кирилла. Тут его здравый смысл улетучился. Он в одно мгновение оказался рядом с Никитой и быстро схватил его за руку, которой он секунду назад обнимал Кирилла. Необоснованная ревность просто туманила рассудок. Богдану захотелось прямо здесь похоронить Ширыкалова из-за того, что он притронулся к его игрушке. - Самоубийца что ли? – быстро выдал Богдан, сжимая руку парня еще сильнее. - Царёв, ты уже лишился маленькой частицы того, что у тебя было вместо мозга? – спросил Кирилл. - Задрот, закройся. Не с тобой разговаривают, - бросил блондин и взглянул своими злыми голубыми глазами на мелкого парня. Но тут же перевел его на Ширыкалова. – Я тебе говорил, чтобы ты даже рядом с ним не дышал. Так какого хуя ты его обнимаешь?! - А тебе-то какое дело?! – зло прошипел Никита и выдернул свою руку. – Ты мне никто! Так что с кем хочу с тем и общаюсь! - Вот сученок! – сплюнул Богдан и рывком ударил кулаком в нос Никиты. Тот, получив удар, быстро начал отвечать. Завязалась драка, Богдан уверенно наносил удары в лицо. Ширыкалов бил как умел. Кирилл, из-за которого и началась драка, просто развернувшись ушел домой.       Темнота была его лучшим другом, союзником и просто необходимостью. В ней он чувствовал себя свободнее и спокойнее. Ему она была как родная. Он спокойно ориентировался в ней и мог запросто рассмотреть даже малейшие предметы. Принимает очередное положение, чтобы было удобнее поразить свою цель. В этот раз этой целью была очаровательная брюнетка, которая была известна всем своими отменными ядами и любовью к дорогим украшениям. У входа в самый дорогой ресторан города стояла девушка в красном платье в пол и рядом с ней стоял красивый блондин. Этим парнем являлся сын прокурора. Как только девушка повернулась в профиль, было сложно не отметить её аккуратненький носик. Кот с выдохом нажал на курок, и пуля попала девушке прямо в висок и пролетела насквозь. Но, если бы не точность снайпера, еще мгновение и пуля попала бы в юношу. Тот сразу побледнел и не мог сразу выкрикнуть слова о помощи. Накинув капюшон, силуэт убрал винтовку и ушел с места преступления. - Задание завершено. - Очень хорошо, Тринадцатый.