Слово на букву Л

      Орихиме никогда не училась игре на музыкальных инструментах, но это не отменяло того факта, что музыка ей нравилась. Особенно музыка в хорошем исполнении. Поэтому, получив от Укитаке приглашение посетить выступление музыкантов, она без всяких раздумий согласилась. Во-первых, Джуширо по определению не мог позвать её на что-то плохое, где вместо музыки зычные дикие вопли, скрежет по стеклу и три аккорда не в тему. Во-вторых, капитан Кучики отзывался очень хорошо об этих музыкантах, а это что-то, а значило. Ну и, наконец, в-третьих, это же музыка и послушать её всегда радость. И вот, сидя рядышком с Джуширо, Орихиме получала неподдельное удовольствие от того, что происходило на сцене. Цитры, сямисэны и флейты завораживали, увлекали, погружали в какой-то особенный мир, в котором хотелось нежиться и из которого не хотелось выныривать. Укитаке и сам, будучи любителем прекрасного, был весьма доволен, и после завершения мероприятия на замечание Иноуэ:       - Это было чудесно! – ответил:       - И вправду. Надо нам будет ещё как-нибудь их послушать.       Но это всё было только предисловие к событиям, случившимся неделей позже. Орихиме, находясь в гостях у Укитаке, случайно обнаружила цитру неподалёку от заначки, оставленной капитаном Кёраку. Джуширо, заметив вопросительный взгляд Иноуэ, пожал плечами и сказал:       - Цитра моя. То, что в заначке, Шунсуя, чтобы у лейтенанта Нанао претензий не было.       - А можно попробовать? – Орихиме указала на цитру. – Правда, я играть совсем не умею, но я только чуть-чуть…       - Если хочешь, то конечно, - ответил Укитаке.       - Спасибо!       Поначалу Иноуэ честно пыталась воспроизвести то, что звучало на том концерте. Но по факту, несмотря на все её старания, звучало что-то совсем иное, походящее скорее на что-то сюрреалистичное, но точно не традиционные звучания. Наконец, вздохнув, Орихиме отложила цитру в сторону и произнесла:       - Так и думала, что ничего не получится.       - Ну, вообще-то ты играешь очень даже мило. Ты просто ещё не знаешь, как звучит это «ничего не получится».       - И как же?       Укитаке сел рядом с Иноуэ, забрал у неё из рук цитру, на секунду задумался, а после стал воспроизводить что-то ещё более сюрреалистичное, необычное и немузыкальное.       - Например, вот это вполне можно назвать «ничего не получится», - Джуширо завершил своё импровизированное выступление этими словами, а после добавил, - Но ведь тут можно и обойтись без чудес и виртуозности. Лишь бы это всё радовало. Поэтому не грусти.       - А я и не грущу.       - Ну, вот и славно, - кивнул Укитаке. – Есть у меня идейка…       Идея, как и всё гениальное, оказалась на редкость проста и прекрасна. А именно, плюнуть на все законы жанра и поиграть в своё удовольствие. Ну, или другими словами, просто повеселиться или подурачиться. В конце концов, можно же иногда позволить себе такое развлечение. Орихиме идею поддержала. И поэтому в ближайшие полчаса Укитаке и Иноуэ воплощали на цитре совсем уж невероятные сочинения, смеялись, снова демонстрировали своё новое музыкальное виденье, и в довершение всего этого решили потанцевать, единогласно решив, что музыка - она в душе, и совсем не обязательно для танцев ей звучать громко и явно. Вначале был шутливый традиционный танец, после вспомнили, как не так давно Куросаки показывал Рукии какой-то новомодный танец, который сейчас популярен в Генсее, и сами попытались его воплотить, потом опять была классика, на этот раз европейская, в виде вальса. И как раз на вальсе шутливое и задорное настроение переросло в нечто другое. Орихиме почему-то казалось, что если бы тот не доведённый до конца вечер случился бы сейчас, то она не спасовала бы, не остановила… Если бы сейчас, то она не сбежала бы как маленькая девочка… Укитаке и Иноуэ посмотрели друг другу в глаза, будто бы читая друг друга, понимая… И, наконец, будто решившись, Орихиме встала на цыпочки и поцеловала Джуширо.       Поцелуи и объятия как будто в первый, как будто в последний раз, ласки, как будто это самый драгоценный на свете человек, слова шёпотом только друг другу... В одной постели, обнажённые, беззащитные друг перед другом, влюблённые друг в друга. Единые.       Орихиме и до этого знала, что её сердце принадлежит Джуширо и никому больше, знала, что он любит её. И она была абсолютно, на все сто процентов, уверена, что то, что произошло, это не просто так, это по-настоящему, так, как может быть только между влюблёнными людьми.       Оставленная цитра лежала у стены, чашка с недопитым чаем стояла на столе. В воздухе витало ощущение тишины, покоя и счастья, которое только для двоих, настолько личное, близкое и светлое, что казалось осязаемым. Счастье, которое начиналось на букву «Л».