Бесстрашие, сэр!

.       — Лондон, сир! Англия, да будет вам угодно! Пощадите! Июнь… июнь 1710 года. Видит бог — тысяча семьсот десятый год!       В первую минуту на пляже воцарилось недоуменное молчание, нарушаемое лишь сиплым дыханием лежащей на песке изгойки, испуганно разглядывающей покрасневшими глазами странных людей, говорящих на непривычном диалекте. Взгляды же всех Бесстрашных, не сговариваясь, скрестились на Эрике. Это была привычка, годами службы впитанная всей подкоркой мозга — в любой непонятной ситуации ждать распоряжений сверху. Зло сплюнув, Лидер поднимается на ноги и отворачивается, усилием воли стараясь привести весь хаос мыслей, царящих в голове, в порядок. Какие уж тут распоряжения — не свихнуться бы. Он несколько раз зло вдыхает и выдыхает, не забывая внимательно оглядывать обманчиво спокойную полосу пляжа.       Первым тишину нарушает натянутый смех Питера.       — А мы тут все, похоже, нехило башкой о камни приложились. И эта, — он брезгливо пинает взвизгнувшую нищенку, — больше всех.       Ответом ему служит становящееся все тяжелее и мрачнее молчание хмуро переглядывающихся людей. Фор, не выпуская из объятий стоящую с открытым от удивления ртом Трис, хмуро спрашивает:       — Я правильно расслышал? Она сказала — 1710 год? Начало восемнадцатого века?!       — Маразм, — припечатывает Марс и, резко вздернув руку, задирает рукав куртки, освобождая надетый на руку коммуникатор. Экран разбитого о камни прибора никак не реагирует на прикосновения, от чего мужчина злится все больше. Карми, поняв своего командира без слов, тут же тянется к своему, точно такому же, но целому прибору, браслетом обвивающему хрупкое запястье. Вся разведка оснащена этими ультрасовременными системами связи, а Марс с Карми, ставшие невольными участниками драки, как раз шли заступать на дежурство, поэтому и были экипированы по полной. Наконец, после нескольких бесплодных попыток, лицо девушки озаряет слабая улыбка — портативный передатчик оповещает о готовности к работе. Горящий огонек контроллера ясно дает понять, что рация исправно принимает и отдает сигнал, но в эфире стоит лишь сплошной треск, без малейшего намека на человеческое присутствие. Ощущение, что весь огромный город вдруг резко перестал пользоваться налаженной и всегда работающей без перебоев системой связи.       — До появления в эфире первого человеческого голоса еще более двухсот лет, — голос бывшего Эрудита Уилла звучит глухо и потерянно. Парень недоуменно оглядывается по сторонам, силясь, как и все мы, хоть как-то привязать реальность к здравому смыслу. Судорожно сглотнув, затравленно оглядывается и продолжает, — но этого не может быть, — такого не бывает! Наука что раньше, что сейчас напрочь отрицает возможность путешествий во времени!       На него с молчаливым укором уставились стоящие почти в самом центре средневекового города невольные участники этого насквозь антинаучного явления.       — Я тоже в это не верю! Надо получше оглядеться, разведку провести. Мы в окрестностях Чикаго, — выкрикнула дрожащая Трис, но, оглянувшись на никуда не пропавшие за это время серые башни Тауэра, обреченно прошептала, — ну должно же быть какое-то логическое объяснение!       Эрик не был бы Лидером, если бы не знал, как гасить в зародыше поднимающуюся панику и разброд в строю.       — Проверить оружие! — Рявкает он на столпившихся словно стадо баранов Бесстрашных.       За растерянных, недоумевающих людей действуют наработанные тренировками условные рефлексы — руки мгновенно начинают обшаривать поясные ремни. Лишь Питер, осмотрев всех безумным взглядом, начинает орать:       — Вы что, верите в это? Здравомыслящие люди Послевоенного времени! Какая Англия, вы в своем уме? Этому должно быть другое объяснение! Симуляция! Массовая, групповая — назовите как хотите! Эрик, ну же, признайся — напичкали нас гребаные Эрудиты какой-то новой дрянью, вот и мерещится черт знает что? — последние слова парень выкрикивает срывающимся от злости визгливым голосом, — эксперименты на нас ставите?! Но, похоже, ты, Лидер, и сам оказался в роли подопытной крысы!       — Симуляция? — голос Эрика, с грацией опасного зверя приблизившегося к тяжело дышащему бойцу, обманчиво спокоен, — и ты, в лучших традициях дивергентов осознаешь, что это все не реально?       Одно молниеносное движение, и вот уже пальцы Лидера обхватили шею Хейеса удушающим хватом.       — Ответь мне.       Прозвучавшее обвинение — серьезнее некуда, ведь ни один член Бесстрашия, проходивший моделирование при помощи сыворотки, не осознавал, что он в иллюзорном мире. Находясь там, за гранью оглушенного ядовитой химией сознания, ни за что не усомнишься в реальности происходящего, если ты, конечно, не подлежащий немедленному расстрелу дивергент. Разом побледневший парень, тут же почувствовавший первые признаки асфиксии, отчаянно трясет головой.       — Нет… Нет, все реально, но это не Англия.       Не разжимая стальной хватки, Эрик тащит сопротивляющегося парня к реке и резко толкает, заставляя того упасть в грязную воду, подняв фонтан брызг.       — Значит, не симуляция?! Тогда какое объяснение ты найдешь этому, — Эрик указывает пальцем на противоположный берег, на котором виден стоящий во всей красе Лондонский мост с находящимися на нем двух- и трехэтажными деревянными постройками, — если у тебя есть другие предположения — пожалуйста, мы слушаем.       Питер, сидящий по пояс в воде, молчит, тогда Эрик, схватив его за волосы на макушке, резким движением окунает лицом в воду и с десяток секунд держит отчаянно барахтающегося парня в таком положении. Нарушения субординации Лидер не прощал никогда. Дав пару секунд отдышаться, ласково спрашивает:       — Ну что, по-прежнему никаких идей? — замотавший головой парень снова погружается в воду, а держащий его мужчина наблюдает за агонией с абсолютно лишенным эмоций лицом.       — Перестань, Эрик, пожалуйста, — отчаянно выкрикивает не выдержавшая Карми, — ты же его утопишь! Нашли время для выяснения отношений!       Полоснув по девушке не предвещающим ничего хорошего взглядом, Эрик выходит из воды и, не обращая внимания на настороженно-осуждающие взгляды остальных подчиненных, вновь повышает голос:       — Я сказал — всем проверить оружие!       Результат проверки оказался более чем плачевным. У самого Эрика был при себе пистолет с неполной обоймой, у Карми и Марса оружие оказалось заряженным полностью. Фор, Питер, Уилл и Трис остались без пистолетов — у инструктора во время падения сорвало висящую на поясе кобуру, а остальные были безоружны изначально. Единственное, что оказалось у всех семерых — остро заточенные, идеально сбалансированные и выверенные личные боевые ножи. Привычного, надежного и такого необходимого в этих диких условиях автомата с парой-тройкой запасных лент не оказалось, понятное дело, ни у кого.       Изгойка, смотрящая на эту демонстрацию вооружения удивленными глазами, не забывала потихоньку отползать от временно потерявших бдительность бойцов. Фор, первым заметивший телодвижения пытающейся ускользнуть нищенки и здраво рассудив, что женщина еще пригодится в качестве источника информации, в два шага догнал ее и схватил за руку. Попытавшаяся было вырваться изгойка успела лишь воскликнуть «Какой дьявол вас принес сюда?», прежде чем парень отточенным движением ладони, ударившей по нужной точке на шее, вновь отправил ее в нокаут. Тщедушное, раньше времени состарившееся тело женщины тяжело рухнуло на песок.       — Хороший, кстати вопрос, — хмуро проронил сидящий у воды Питер. Эрик, не обративший внимания на реплику бывшего Искреннего, с неудовольствием обернулся на беседующих вполголоса Карми и Марса. Посмевшая возражать ему девка что-то горячо шептала на ухо своему командиру, не обращая внимания на происходящее вокруг.       — Может, разведка и до нас донесет свои соображения? — едко уточнил Эрик, с неудовольствием отмечая неприятное царапанье за грудиной. Почему-то очень хотелось, чтобы высокомерная разведчица, умеющая одним взглядом показать весь спектр своего презрения, обращалась к нему напрямую.       Карми, бросив на Лидера насупленный взгляд, тихо ответила.       — За кого нас здесь примут? Странная одежда, прическа, — и, пройдясь глазами от лица Лидера до грозно сцепленных кулаков, продолжила, — пирсинг, тоннели в ушах и, самое главное, татуировки! Мы все, ну, кроме тебя, Уилл, татуированы. Нас примут за каторжников? Что это здесь значит?       — Ничего, — пожав плечами, отрезает Лидер, задержав взгляд на запястье девичьей руки, опоясанной латинской надписью.       — Это ничего не значит, — закивал неугомонный Уилл, пользующийся любой возможностью выдать свои энциклопедические знания, — каторжан и преступников здесь клеймили, а не татуировали. Да и после освоения Индийского океана и Азии татуировка здесь — заморская невидаль, конечно, но не чудо света. Мы выглядим просто странно. Очень странно. Нашему внешнему виду, непривычному языку и полному незнанию местных реалий нужно попытаться найти грамотное объяснение.       — Мадрас, — вдруг произносит Эрик. Уилл взглянул на командира с неподдельным уважением, — мы вполне можем сойти за поселенцев этой индийской колонии, находящейся сейчас под властью Англии.       — Вообще, татуировка была больше развита на островах Полинезии и Новой Зеландии, — осторожно возразил Уилл.       — Сейчас, в 1710 они не являются английскими колониями и интересы Вест-индской компании на них не распространяются. Англичан там быть не могло. А мы попытаемся сойти за них.       — Согласен, — быстро закивал Уилл, — не думаю, что местный народ так уж разбирается в обычаях и традициях далеких от них индийцев, чтобы уличить нас во лжи или поймать на несоответствии. Тем более, сейчас, в эпоху промышленного развития, Англия вообще, а Лондон в особенности привлекают массу иностранцев. Мы вполне можем затеряться, если найдем способ встроиться в эту жизнь, мимикрировать под местных…       Эрик, во время этой лекции не сводивший глаз с выползшего из воды мокрого Питера, снова командует, решив осуществить только что пришедшую в голову безумную идею. Но, какая ситуация, такие и идеи.       — Всем в воду, быстро! Построиться точно также, как стояли на мосту!       Люди, недоуменно переглянувшись, но не осмелившиеся ослушаться прямого приказа, обреченно начали заходить в реку. Но ни совместное погружение, ни тщательное воспроизведение сцены драки со всеми действующими лицами не дали никаких результатов — переноса обратно в Бесстрашие не получилось. Реальность, окружающая их, не желала меняться ни на йоту.       Взбешенный Лидер первым вышел на берег, приказав остальным сделать то же самое. Он, отдавая приказ, и так чувствовал себя полнейшим идиотом, но это было единственная идея, не попробовать которую он не мог.       — Бред какой-то, только вымокли опять! — эти слова, тихо произнесенные Карми, уверенной, что ее никто не слышит, не прибавили раздраженному Лидеру отличного настроения.       — Вымокла? — с преувеличенной заботой протянул Эрик, глядя в глаза вздрогнувшей девушке. Сучке, посмевшей перечить, да еще и давать оценку его приказам. — Раздевайся.       — Что?! — недоуменно протянула девушка, отшатнувшись от него на шаг.       — Раздеться, — повторяет Эрик ледяным тоном. — Выполнять!       — Эрик, сейчас не время и не место… — пробует заступиться за свою подчиненную Марс, но Эрик перебивает его. Кивая на лежащую без сознания изгойку, рявкает:       — Раздеться и поменяться с ней одеждой. Пора вливаться в местное общество. С тебя и начнем.       — Я не надену этого, — девушка брезгливо морщит носик и чуть-ли не топает ногой, с ужасом разглядывая никогда не знавшую стирки одежду женщины.       Эрик спокойно достает оружие и, щелкнув предохранителем, цедит, выделяя каждое слово.       — Приказы. Лидера. Не. Обсуждаются.