18:00-18:00

Пять месяцев назад.       Был обычный вечер пятницы, мы с мамой смотрели сериал по телевизору, как она начала сильно кашлять. Я думал, что она просто простудилась, но затем мама начала кашлять жутко красной кровью. Через пару минут она упала в обморок. Дрожащими пальцами я набрал номер скорой помощи и приобнял лежащую мать, не понимая, что только что случилось. Минут через десять приехали врачи и увезли ее в больницу, быстро одевшись, я тоже пошел за ними. Ожидая, пока врач обследует маму, я не мог найти себе места. Думал, что же с ней такого случилось. Возможно, туберкулёз, я не знаю. Думая, я не заметил, как врач вышел из палаты и шел в мою сторону. — Кхм, — покашлял доктор О. — Вы сын госпожи Ли? — Д-да, — отрывая от своих мыслей, сказал я. — Что с ней? — Мне очень больно это вам говорить, но у вашей мамы рак легких, вторая стадия. Ей нужна химиотерапия в течение шести месяцев, а затем операция, — врач вздохнул, а по моему лицу покатилась одинокая слеза. — Сейчас она спит, мы дали обезболивающие, можешь зайти к ней завтра, — он похлопал меня по плечу и собирался уходить, но я остановил его. — Сколько это будет стоить? — опустив голову, сказал я. — Три миллиона вон. Я знаю, дорого, — он грустно улыбнулся и ушел в свой кабинет, а я все так же стоял в коридоре, не осознавая такую большую сумму. — Откуда я возьму такие деньги? — я бубнил себе под нос, перебирая тонкие пальцы.

***

Вдыхая полной грудью запах больницы, я вошел внутрь. Здесь меня знали уже все, начиная с уборщиц, заканчивая врачами. Меня всегда все пропускали, зная, куда я иду. Складывалось такое ощущение, что больница — этой мой второй дом. Хотя это так и есть. Я не прихожу сюда, только когда на работе, а у меня их три. Точнее, это самые обычные подработки для школьников. Но я до сих пор не могу собрать мне нужную сумму, и это огорчает. Я Бён Бэкхён. Мне шестнадцать лет, и я учусь в школе для альф и омег. В моей школе все дети избалованные, из богатых семей. Они все имеют хорошие связи и поддержку со стороны некоторых учителей, да каких учителей — даже от директора. Я не особо популярен в школе, и с уроками так себе. До сих пор не понимаю, как я поступил в эту школу. Я одинок, у меня никого нет, кроме моей мамы. Папа умер два года назад в автокатастрофе. Хоть и он оставил нам денег, но этого не хватает. Плюс, надо платить за аренду дома и на личные расходы. Я никогда не отдыхаю полноценно и сплю всего по два часа в день, но даже этого мне хватает, чтобы быть бодрым весь день. — Мам, я пришел! — радостно-грустно сказал я, заходя в палату больницы на третьем этаже, в отделении онкологии. — О, вы пришли? Тогда оставлю вас ненадолго, — посвятила мне медсестра и вышла из палаты с разными препаратами в руках. — Сыночек, как ты? — моя мама была вся бледной и имела болезненный вид, но она находила немного сил поприветствовать меня и погладить по голове. — Я-то хорошо, сама как? Идешь на поправку, не так ли? — сказал я, чтобы хоть немного взбодрить ее. В последнее время она совсем разочаровалась в жизни, но я всегда ее, говоря, что все скоро закончится и станет на круги своя. Пока мы разговаривали с мамой, к нам подбадривающе зашла медсестра по имени Хира. — Бэкхен~а, время вышло. К сожалению, тебе стоит уйти, — с огорчением говорила медсестра. — Ей нужно на анализы, из-за этого тебе стоит уйти пораньше. Прости, в следующий раз посидишь подольше, — она болезненно улыбнулась. Хира видела, насколько я переживаю и тружусь ради мамы. Иногда, когда мама засыпает, я разговариваю с ней и делюсь разными мелочами из моей жизни. — Хорошо, — я улыбнулся в ответ. — Ма, я вернусь завтра, не скучай, — она коротко улыбнулась, и я пожал ей руку. Она должна чувствовать мою поддержку как никогда. — Я зайду завтра, присмотрите за ней, — поклонившись, я вышел из палаты, тихо прикрыв за собой дверь. Я прихожу к маме рано утром, перед школой и поздно вечером, после работы. Работы у меня довольно легкие: официант, водитель и разносчик. Только вот от них не получаешь большие деньги. И, естественно, это не дает никакой пользы. Но я продолжаю работать, я верю в то, что чудо существует. Хотя мой друг по имени До Кёнсу твердит обратное. Он уехал учиться в Китай, но я с ним очень часто разговариваю по телефону. Мы близки, и это радует. Впервые придя домой рано, я позвонил Кёнсу, чтобы обсудить с ним все то, что произошло со мной за это время. — Может, ты начнёшь зарабатывать на своем теле? — шутя, сказал До по телефону, но я над этим очень сильно задумался. — Эй, не подумай, что это всерьез. Я пошутил, не смей этим заниматься, — поднял голос Кёнсу после моего длительного молчания. — Бэкхён, ты там умер что ли? — Кёнсу, а это идея, — сказал я, глядя на стену, которая разукрашена разными фотографиями семьи. — Ты придурок, Бэкхён. Все, мне надо идти. Кладу трубку, — после этой фразы на линии появились лишь гудки. Я прошелся рукой по фотографии, где улыбается папа. На глазах появились слезы, а в душе все разрывалось. Я не могу потерять еще одного родного для меня человека, я просто не переживу. «Что же мне делать?» — про себя сказал я, обнимая подушку и тихо всхлипывая.

***

Обычно я прихожу в школу рано и сижу в библиотеке, читая о медицине и анатомии, я хочу стать врачом и спасать жизни людей. Ведь это такое приятное ощущение, когда спасаешь человека от смерти. Но даже когда я читал, меня начали часто посещать мысли о словах Кёнсу. Я стал очень много задумываться над этим. «Неужели мне придется это сделать?» — думал я. Стану ли я мальчиком по вызову*? Громко падая головой на стол, я грустно выдохнул. Такими темпами я никогда не соберу эти чертовы три миллиона вон. Я закрыл глаза и почувствовал, что рядом со мной кто-то сел. Я не стал обращать на это внимания и продолжил дальше раздумывать о деньгах. Похоже, этот омега подумал, что я сплю, и начал разговаривать по телефону не о самых приличных вещах. — Представляешь, я вчера переспал с одним альфой, и он дал мне кучу денег! — с восторгом говорил мальчик с очень приятным и мягким голосом. — Да, я же тебе говорил, что сплю с альфами и зарабатываю кучу денег. Стоило бы начать делать это еще раньше! — Извини, но ты можешь разговаривать в другом месте? — наконец промолвил я, повернув к нему голову. — Вон, там же есть пустое место, — я указал подбородком на место рядом с окном. Парень встал, даже не смутившись, пошел и сел на указанное место и продолжил свой увлекательный разговор. Пока я шел в кабинет, то успел принять решение. Я буду заниматься этим, пока не соберу нужную сумму. Точка. Только вот я девственник, надо бы лишиться ее, но неужели мой первый раз будет при настолько ужасных обстоятельствах? В нашей школе есть альфа-шлюха, которая имеет омегу каждую ночь, и знайте, только одну ночь. У него есть некий принцип «не встречаться ни с кем». Его зовут Юн Ниель. У него есть несколько притягивающих черт лица: прожигающие глаза, пухлые губы и острый подбородок. Стоило взглянуть ему, как все омеги были готовы отдаться. Вот такой вот он был. И я, долго думая, решил первым переспать с ним. Так сказать, с опытным человеком. — Хэй, звезда школы, можно с тобой сесть? — спросил я, садясь рядом с ним. — Милый, зачем спрашиваешь, если уже сел? — вот оно — его коронное соблазнение. Ох, какие хитрые глазки. — Я к тебе за делом, — смотря прямо ему в глаза, сказал я. — Валяй, — он понюхал меня. — Мм, ваниль? — Ваниль. Так вот, — я сделал небольшую паузу, а тот посмотрел на меня с вопросительным лицом. — Переспи со мной за деньги, — я сказал это настолько быстро, насколько это было возможно. — Ты же хочешь меня? Сладкого и никем не тронутого омегу. — Соизволишь отдать мне свой первый раз? — он изогнул бровь и ухмыльнулся. — Я… не… Да. — Идет. Приходи ко мне в семь вечера. Заплачу, сколько хочешь. — Пришли адрес, — я дал своими изящными пальчиками свой телефон ему в руки. — 50000 вон. — Малыш, не слишком ли ты дорогой для девственника? — Раз не хочешь, то не надо, — я хотел уйти, но он остановил меня, схватив за запястье. — Что? — Идет. Только постарайся удовлетворить меня, — в его глазах появилась искра, и это меня пугало. — Постараюсь.       Сказав начальнику, что заболел, я раскрыл свой шкаф, выбирая нужную одежду. Нужно выглядеть сексуально? Или же более мило? Черт, я не разбираюсь в этом. В конечном итоге я надел обычные темно-синие джинсы, футболку с большим вырезом, который открывал вид на мои ключицы, и кроссовки. Взяв куртку, я вышел из дома и направился в сторону дома моего первого «кавалера». Мне было страшно, что я не смогу ему угодить, и то, что он выставит меня за дверь после этого. А что еще хуже, он может сделать меня посмешищем, назвав «бревном» в постели. Дрожащими пальцами я нажал на звонок, и тут же по всему дому раздались звуки, оповещая, что домой кто-то пришел. От этого мне стало еще хуже, я не знал, что мне там делать и как себя вести. Дверь мне открыли почти сразу, и я увидел совсем домашнего Ниеля. — Ванилька пришла, — сказал мне Ниель, открывая дверь. — Проходи, я заварю чай, — он рукой пригласил домой, на что я нерешительно зашагал внутрь. Его квартира не была большой. В ней царил уют и тепло, что очень странно для такого мальчика, как он. На кухне уже запахло приятным запахом ванильного чая, похоже, специально приготовленного для меня. Он не был похож на дерзкого парня из школы — сейчас он обычный уютный Ниель, которого я не знал вообще. Он словно другой человек, который заботится о каждой мелочи. — Бэкки, иди пить чай, — до меня дошел приятный и нежный голос из кухни. В кухне было так же уютно, как и в остальных комнатах этого дома. Я давно не кушал нормально, хоть сейчас могу попить глоточек горячего чая, а не пить суп из рамёна. — Бэкхён, сразу говорю, я не собираюсь с тобой спать, — он сел напротив меня, ставя на стол две чашки чая. — Я не знаю, что у тебя там происходит, но я не хочу тебе причинять боль. Да, я не такой в школе, но с тобой я особенный. Ты притягиваешь. Расскажи мне, зачем ты этим занимаешься? Обещаю, я сохраню эту тайну до могилы, — от этих слов у меня появились слезы на глазах. Неужели я получил заботу от самого Ниеля? — Ради мамы, — я тяжело выдохнул. — Она больна, а мне не хватает денег на операцию. Вот и пришла идея зарабатывать на своем теле. — Боже, прости, если бы я знал, то не заигрывал бы с тобой. Так тебе нужны деньги? Почему не пробовал работать? — я ухмыльнулся, вытирая остатки слез рукавом кофты. — Я работаю на трех местах, Ниель. Но денег так и не хватает, — я сделал глоток чая, отчего внутри прошлась приятная теплота. А Ниель все это время сидел, нахмурив брови и думая о чем-то. — Давай сделаем так, — после пары минут он все-таки заговорил. — Сейчас я дарю тебе лучший первый раз и плачу деньги, но знай, это чисто по-дружески. Я не хочу причинять тебе боль. И если хочешь, я могу прорекламировать тебя некоторым альфам. Проси у них много, насколько это возможно. Это все, что я могу сделать для тебя на данный момент. — Спасибо, но почему ты помогаешь мне? — я посмотрел на него с удивленным взглядом. — Ты же в школе весь такой крутой, известная альфа-шлюшка, — услышав это прозвище, он начал откровенно смеяться. — Не знаю, ты мне кажешься не таким, как все. — Никогда не подумал бы, что ты настолько хороший, — я грустно улыбнулся, потирая свою кружку с чаем. — Пойдем наверх? — допивая свой чай, спросил меня Ниель. — Пойдем.