18:00-18:00

      Показав завучу школы справку об освобождении, я пошел домой, чтобы хоть как-нибудь привести себя в порядок ради этого грёбаного Пак Чанёля. Дело сложное: нужно превратить кусок говна в что-то стоящее. Он заплатит немало денег, и, конечно же, я не могу отказаться от такого. Даже если я сегодня не в состояний заниматься этим, я пойду. Мне нужны деньги как можно скорее. Кто знает, может, он откажется, посмотрев на мое избитое до синяков тело.       В том районе, где живёт Чанёль, только коттеджи и небольшие дома, которые стоили целое состояние. «Очередной сынишка богатых родителей», — подумал я, когда надевал более нормальную одежду. Я надел узкие джинсы с дырочками на коленях, облегающую футболку, кроссовки и густо подвёл глаза. И главное, все в черном. Таким образом я хочу показать, что я тоже могу быть достаточно дерзким, только вот характер-то подводит. Выпив пару таблеток обезболивающего, я направился к выходу. Телефон в очередной раз завибрировал, когда я уже надевал на себя кожаную куртку и собирался выходить из дома. «Cohocoh: Не хочешь еще раз этим заняться, жалкая сучка?», — оповещало пришедшее сообщение. Я уже не обращал на него внимания: больно надо. Скрывается, как жалкий трус. Засунув смартфон обратно в карман, я вышел из квартиры, заперев ее на ключ; у Дио есть запасной. На улице похолодало ещё сильнее, и я пожалел, что не надел свой вязанный шарф. Ну, не по стилю это было. Как там говорится? «Красота требует жертв». Спустя пару минут мне на плечо легла чья-то горячая рука, и я не на шутку испугался, отчего нервно вздрогнул, не осмелившись посмотреть ему в лицо. — Давно не виделись, Бэкхён, — голос был до жути знакомым, но я не хотел, чтобы это был именно он. Мерзкий и самовлюблённый балбес по имени Цзы Тао. — Слышал, теперь ты торгуешь своим телом. Как же низко ты пал, Бен Бэкхен? — сказал он, наклоняясь до уровня моего уха, обжигая его своим дыханием. — Иди ты нахуй, — коротко выдавил я и пошёл дальше, даже не взглянув на него. Внутри все кипело от ненависти. Я его знаю со времён средней школы. И никогда не забуду его издевательства в мою сторону. Он испортил пол моей жизни, отчего я, разозлившись, дал ему по морде при всех. Это был первый раз, когда я сделал что-то, не обдумав; по началу я был горд собою, но затем он начал ещё больше унижать меня. Скотина. «Да чтоб ночью тебя омега или же бета изнасиловал, придурок! Завались где-нибудь. Да чтоб тебя сбила машина, гнилой!» — кричал я на всю улицу, отчего прохожие смотрели на меня очень странно.       Без десяти шесть, черт, опаздываю. Мне оставалось всего несколько домов до нужного, но я все равно прибавил шаг. Ровно через девять минут я стоял около его двери, не решаясь постучать. Я стоял, перебирая одну ногу на другую, не осмелившись нажать на звонок. Секунд через двадцать я все же нажал на кнопку. По дому эхом раздался звонок, оповещая о том, что пришел человек. Дверь открыли почти сразу, и передо мной появилась высокая башня с голым торсом. Красивый. Высокий. С отточенным прессом. Да он лучше всех, с кем я спал! По правде, я рядом с ним — совсем беззащитная омежка с хрупким телом. Да еще и с синяками и с разбитой бровью, на которую медсестра налепила пластырь. POV Автор — Пунктуальный ты, проходи, — он указал рукой в коридор дома. Бэкхён нерешительно зашел и начал осматривать помещение, в котором живет этот идеал от Бога. Как только он приблизился к стене, чтобы посмотреть картины, Чанёль развернул его и спиной прижал к стене, после чего жадно поцеловал. Этот поцелуй… Он был так похож на поцелуй того парня, который изнасиловал его… Он уже начал проникать языком в рот, как Бэк коротко выдавил: — Вот так вот быстро? — Я не люблю ждать, — его бас, немного хрипловатый голос возле его уха сильно возбуждал, что тот был готов кончить с одного его слова. Стыдно признавать, но это так. — Мм, ваниль? — он принюхался, проведя своим носом по шее омеге. Кадык предательский дернулся, выдавая его с потрохами. После чего он начал покрывать ее красными отметинами, отчего Бён тихо застонал. Поднимаясь выше по шее, он поцеловал уголки губ, а затем и сами губы. Они целовались: то страстно, то ласково, будто бы успокаивали самих себя. Альфа снова перешел на шею, омега простонал и задрал голову вверх, открыв тому больше доступа к своей шее. Ноги омеги сами по себе обвили талию Чанёля, и первый упирался лишь спиной. Схватив Бэка за ягодицы, Пак отстранился от его шеи и направился в сторону своей комнаты. Мягко положив Бэкхёна на кровать, подхватил пальцами подол футболки и снял ее, швырнув на пол, а куртка уже валялась где-то в коридоре. Глаза Пака увеличились в размерах от увиденного: на бедре красовалась фиолетово-синяя гематома, на плечах небольшие царапины и на груди, можно сказать, небольшой синяк. Альфа прилип губами к молочной коже и начал посасывать ее, медленно переходя к напряженным соскам. Бэк застонал и впился в плечи альфы, когда тот начал ласкать и посасывать его соски, иногда играясь ими пальцами. Чанёль навис над ним, неотрывно смотря на милое личико омеги и раскрасневшиеся от поцелуев губы. Альфа медленно потянулся к его губам, закрыв глаза, он нежно поцеловал его. Это лишь невинный поцелуй, даже без языка, но у обоих смутился разум. Пак нежно посасывал нижнюю губу омеги, плавно переходя на верхнюю. Бэкхён обвил его шею своими тонкими руками, прижимая его ближе к себе и прося о большем. Паку казалось, что губы омеги пропитаны ванильным экстрактом, от которых было невозможно оторваться. Омега на автомате раздвинул ноги, позволяя второму устроиться между ними. Умелые руки Бэка скользнули по обнаженному торсу, прошлись по рельефным кубикам и потянули вниз резинку домашних штанов. Смекнув, что хочет сделать омега, Пак помог откинуть от себя штаны. Наконец сняв их, парень кинул его к своей футболке, которая валялась где-то на полу. Член альфы начал твердеть и наливаться кровью, да и омега не отставал. В его джинсах начал появляться небольшой бугорок, сжимающий внутри член. После пары движений альфы Бэкхён освободился от узких штанов вместе с боксерами. Омега громко застонал, когда альфа оставил небольшой засос рядом с членом и погрузил его в жаркий рот. Альфа нежно проводил языком по головке и проходил вверх-вниз по выступающим венам. Влажные губы скользили по члену, доставляя нереальное удовольствие. Немного расслабив горло, Чанёль чуть ли не заглотнул его на всю длину. Бэкхён пошло стонал от такого напора, отчего альфа еще больше возбуждался. Бэк разочарованно выдохнул, когда его член больше не чувствовал влажных губ и жаркого рта. Немного пристав, альфа снял с себя боксеры и положил их куда-то на кровать. Омега удивился, когда увидел внушительных размеров член. – Смазка, – почти простонал Бэён. – Не нужно, ты и так течешь, – хрипловатым голосом заявил Пак. И вправду: Бэкхён чувствовал, что у него между ног довольно-таки влажно. – Презервативы, – привстав на локтях, уже более уверенно промолвил омега. – Не доверяешь мне? – усмехнулся Чан. – Вспомни, со сколькими ты спал? – вопросительно посмотрел на него Бэкхён. – Хорошо, под подушками, – указательным пальцем альфа показал в сторону подушки. – Это у вас фишка такая: прятать их под подушкой? – доставая из-под подушки квадратную упаковку и вспоминая, со сколькими он это проделывал, улыбнувшись, спросил омега. – Типа того, – в тот момент Пак задернул голову назад, так как холодные пальцы коснулись его члена, надевая на него латексный презерватив. Казалось, весь мир перевернулся только от того, что омега коснулся его. «Что же будет, когда я погружу его в тебя?» – подумал Пак. Как только процесс надевания был завершен, альфа схватил омегу за бедра и приставил головку к влажному входу. Пару раз проехался по отверстию и крепче сжал бедра, отчего второй вскрикнул от боли, а на глазах подступили капельки слез. – Чанель... Пожалуйста, не надо. Мне больно... – дрожащим голосом вымолвил Бён. – Прости, я слишком сильно возбужден, – коротко заявил Пак и погрузил член в жаркие стены внутри омеги. Омега блаженно застонал, выгнулся в пояснице, принимая член во всю длину. Он не понимал: то ли ему больно, то ли хорошо. Скорее, второе. Альфа медленно начал двигать членом внутри него, затем переходя на более быстрый темп. Двигая бедрами, альфа неотрывно смотрел на лежащую перед ним омегу: его глаза были закрыты, ресницы немного подрагивали, брови немного нахмурены и зубы кусали губы. Бэкхён резко распахнул глаза, смотря в медовые глаза, стоящие перед ним. Между ними прошла искра: оба подались вперед и слились в страстном поцелуе. Их языки соприкасались, иногда сталкивались друг с другом. Чанёль отстранился первым, чмокнув омегу в губы. Оба получали блаженство друг от друга, стонали имена, в особенности Бэкхён. Пак чувствовал, что скоро кончит, и ускорил темп. Бэкхён провел рукой пару раз по своему члену и кончил, пачкая их животы. Следом, сделав внутри него еще пару толчков, Пак кончил в презерватив. – Ты мне понравился, Бэк, – почти задыхаясь, промолвил Пак, выходя из него. – Я многим нравлюсь, – усмехнулся Бэк. – Сходи в душ, – будто бы не слышал ранних слов, сказал Чанёль, ложась сзади него. – Потом схожу, – Бэкхён повернулся к нему и уткнулся носом в его грудь. – Спокойной ночи. – Тебе тоже. Конец POV Автор

***

      Утром я проснулся от того, что меня кто-то обнимал за талию и дышал прямо в затылок. В воздухе витал запах ванили и сладкой нуги. Медленно повернувшись, я увидел спящего альфу. «Какой же ты красивый», – продолжал думать я. Он резко распахнул глаза и посмотрел на меня. Между нашими лицами оставалось всего пару сантиметров, и Пак приблизился ко мне, прижимаясь к моим губам. – Не надо, – сказал я, опустив глаза. – Можешь идти, оставь номер банковского счета, я пришлю деньги, – холодным тоном выговорил Пак. – Пришлю сообщением, – так же холодно ответил я. «И что так внезапно произошло», – подумал я. Найдя и надев все свои вещи, даже не попрощавшись с ним, я вышел из дома и зашагал сторону своей многоэтажки.

***

– Ну и как тебе он? – сказал Чонин, предлагая Чанёлю бутылку с газировкой. – Охуенный, – коротко заявил тот. – Может, мне тоже с ним попробовать? – задумчиво спросил первый. – Не смей, – Пак посмотрел на него хмурым взглядом. – Почему это? Влюбился, что ли? – Чонин, мне кажется, что мы истинные... – Что? – Ким чуть ли не подавился соком, который пил. – Но ты же... – Я знаю. Не напоминай. – И что теперь будешь делать? – Не знаю, честно, я запутался, – Пак схватился за волосы, не зная, что сейчас делать. «Бён Бэкхён»,– лишь это крутилось у него в голове весь день.