Falling up

      Зеленая трава приятно щекотала оголившуюся кожу. Свежий весенний воздух дурманил мозги еще больше, но ничто не сравнится с рядом лежащим Липом. Экзамены сданы, последние дни старшего класса укорачивали до трех уроков, в школу приходило мало народу. Мы прохлаждаемся на заднем дворе под тенью дерева, рядом со стволом лежали наши сумки. Несмотря на длинную перемену, никто не попадался на глаза.       — Повтори-ка еще раз, — шепчу я, смотря в голубые глаза. — И медленнее. Я никак не могу запомнить.       — Преобразование Фурье… — говорит Лип, целуя меня в шею. Я повторяю за ним. — Это операция… — поцелуй ниже. Я продолжаю повторять его слова. — Сопоставляющая одной функции…       Лип проходит губами от шеи до груди, делая паузу, чтобы сказать продолжение термина. Чем дальше он заходил, тем все сложнее мне давалось повторять и запоминать. Рука Липа приподняла мою майку, и он забрался лицом в грудь.       …другую вещественной переменной, — договаривает Лип, целуя в районе сосков.       Тут-то я пробубнила что-то непонятное, позабыв, что мне говорят. Лип засмеялся и вылез из-под майки, утыкаясь в мою щеку. Я поправила лифчик и захихикала вместе с ним. Как хорошо… Мир будто погрузился в невесомость, все движения давались с легкостью.       Лямка майки спала на дюйм, из-за чего я быстро пришла в себя. Нет, раздеваться на заднем дворе школы и вступать в половой акт никак не входило в мои планы.       — Брось, — пожал плечом Лип. — Пропустим урок другой. К тому же, разве ты кого-нибудь видишь вокруг?       Я огляделась. Ни души.       — Дотерпи хотя бы до дома!       — Не хочу, — на полном серьезе говорит Лип. Я поднимаю бровь, мол, что ты мне сделаешь?..       Лип крепко взял меня за бедра и понес к дереву. Тем временем я барахталась, пытаясь вырваться из хватки, стуча по спине и крича беспомощное «отпусти». Я со всей силы ущипнула Липа за задницу, и только тогда он зашипел, роняя меня у ствола.       — Ладно, — говорю я, поправляю очки. — Только «туда-обратно», окей?

***

      Дерево качалось в разные стороны, сбрасывая с себя груды листьев. Наши стоны, казалось бы, раздавались на несколько футов.       Рука скользнула от мягких кудрей Липа до его шеи, надавливая большим пальцем на кадык. Его спина была мокрой и двигалась в такт с проникновением его «друга» в меня.       Я сидела сверху, чувствуя твердую хватку на моих сиськах. Из раскрытого рта парня тянулась маленькая прозрачная струйка. Слюна?       Одна ветка, за которую я держалась, разорвалась и полетела вниз, а вторая, на которой довольствовался Лип, грозно заскрипела. Мне пришлось испугаться сквозь оргазм.       — Боишься упасть? — еле выговорил Лип в паузу между рывками. — Мой хер послужит тебе спасательным тросом.       Его лицо искривилось в попытке усмехнуться, но тут он начинает кончать… Такую рожу я себе никогда не смогла бы представить, порой фильмы ужасов никак не сгодятся с тем, что только что произошло. Я начинаю приходить в себя, а потом уж и смеяться.       Лип утирает слюну, когда я слезаю с него. Парень снимает с члена белый презерватив и, немного рассмотрев у себя на ладони, неожиданно бросает мне в лицо, после дико заржав.       — Фу! Какая же противная херня! — я двумя пальцами снимаю с себя мокрую дрянь, и та вместе с листьями летит на землю. Во рту чувствовался привкус спермы. — Твою мать… Фу. А если у меня язык забеременеет, придурок?! Меня уже тошнит! — в ответ хриплый смех. — Да пошел ты!       Я замечаю, что футболка упала вниз, как тут же прилипаю к мокрой груди Липа.       — Только попробуй на меня обидеться, — и целует в лоб.       Вдруг под нами что-то скрипнуло, хрустнуло, щелкнуло, и вот мы с грохотом оказались на земле. Представляю это со стороны: пишу тест, смотрю в окно и вижу, как из дерева вываливаются обнаженные подростки, обмазанные спермой и с прилипшими листьями на теле.       В отличие от меня, Лип хихикнул, мол, спускаться не надо. Я же побоялась за свою левую руку, на которую этот слон упал. Меня отвлекли протягивающей одеждой и легким поцелуем.       — Лип… Давай поговорим, — раздался голос Мэнди недалеко. Мы были в дереве до второй перемены? Меня рывком оттащили за ствол. Чужое дыхание над ухом участилось. — Я тут подумала и пришла к выводу, что я была не права… Прости. Мне стоит задуматься над тем, что я делаю для тебя…       — Я думала, у вас давно все в порядке! — одними губами говорю Липу.       — Так и есть. Как видишь, что-то она там подумала, — слышу в ответ.       — …Так что давай начнем все с чистого листа.       — Драпаем! — заорал Лип, крепко взял меня за руку, и мы ринулись прочь в одном нижнем белье, что успели надеть. Позади слышался возмущенный возглас Мэнди, который послал нас в конце.

***

      На этом и строилась жизнь с Липом. Косячить еще больше, удовлетворяться, ругаться порой, ну и конечно же бежать от неприятностей. Кстати, он изменил мне с Мэнди на днях, сказав, что это только во благо, чтоб отстала. Так же он говорил про измену с русской проституткой, которую одолжил Микки. Знаю, каждый раз смиряться с этим глупо, но Лип всегда возвращается с еще большей любовью ко мне. Такая у него натура, которой мне было достаточно.       Мое счастье заключалось в том, чтобы не удерживать то, что уходит, и не отталкивать то, что приходит.