Все, что нужно знать

От него исходил странный, едва уловимый запах. Не возбуждающий, терпко-горьковатый, как от феромонов Джека, а прохладный, вселяющий в сердце странную печаль. И он не закрыл глаз, когда они наконец занялись любовью, а продолжал смотреть на нее, и она чувствовала его пронизывающий взгляд даже сквозь собственные сомкнутые веки. Даже когда улетала к звездам в сокрушительном экстазе, она чувствовала этот взгляд, в котором была любовь, и может совсем чуть-чуть удивления, после того как она улыбнулась. Розе просто не приходило в голову бояться его, никогда. То что отпугивало других, вселяло почтение или ужас, для нее было всего лишь «мой Доктор». Когда он злился, она была уверена, что его гнев безопасен, хотя конечно, это было совсем не так. Когда он смеялся, она была всегда уверена, что знает над чем, хотя опять же это было совсем не так. Вот только ей было все равно, абсолютно пофигу, понимает она его Тайм-Лордовскую сущность или нет, и эта наивность помогала ей быть ближе к нему, чем кто-либо другой во всей бесконечной вселенной. В конце-концов, что бы там не рассказывал Джек, в некотором, вполне определенном отношении Доктор оказался очень даже мужчиной. Он смешно ревновал ее, когда она обращала внимание на кого-то еще, и совершенно не думал о том, как ведет себя сам — и скажите, разве не так ведут себя обычные, земные мужчины? Он постоянно разбрасывал по палубе Тардис их одежду, так что потом она не могла ничего найти, и портил ее белье точно так же, как это делал Микки. Он вечно заставлял ночевать ее в сомнительных гостиницах, где не было ни человеческого душа, ни свежего белья, и удивлялся, что ее не приводит в восторг отсутствие туалетной бумаги. А еще он обожал в самый ответственный момент дернуть за какой-нибудь рычаг на панели управления, так чтобы они оба оказались на полу, причем она непременно снизу. Больно! И он не признавал кроватей! Палуба Тардис и его пальто, по его мнению, были достаточным удобством, хотя Роза точно знала, что в Тардис полно других, куда лучше приспособленных для таких занятий помещений. Интересно, сколько девушек у него было до нее? Скольких он гладил своими тонкими пальцами перед тем, как усадить на панель управления или опустить на решетчатый пол? Десятки? Сотни? Она бы хотела, чтобы ей было наплевать. Заниматься любовью с Доктором было слишком здорово, чтобы расстраиваться из-за всякой ерунды. Она ведь знала, что это не на всегда, что однажды она вернется к Микки. Или к кому-то еще, там, на Земле. В своей реальной, настоящей жизни. В конце-концов, что значит в наше время секс? Ничего. Тем более, если твой партнер даже не человек. У Доктора таких как она было множество, и никто никому не обязан хранить верность. Так она думала до встречи с Сарой Джейн. Взгляд Сары, сначала полный недоумения, а потом смущенно-озадаченный, когда до нее дошло, какую медвежью услугу она оказала своему Доктору, подсунув ему Микки в компаньоны. Увидев этот взгляд, Роза поняла, что никаких девушек до нее не было. Никого Доктор не укладывал на палубу Тардис, на расстеленное пальто, и не усаживал на панель управления, и не целовал, проникая языком в горячий рот. Никому не говорил «прикоснись ко мне». Может вне Тардис они и были, много роскошных великолепных красавиц, но в Тардис была только она, одна-единственная. Это поразило ее в самое сердце. Это изменило все. Изменило настолько, что когда Доктор влюбился в мадам Помпадур, она оказалась просто не в состоянии ревновать. Как будто их вдруг связало нечто гораздо большее, чем секс. Как будто то, что между ними было, было совсем не сексом. Не любовью. Что-то, что навечно привязало ее душу к его душе. Хотя, может, именно это и была любовь. Когда все равно, есть ли у него еще кто-то, лишь бы быть с ним рядом. Когда наплевать на то, что однажды все закончится, и останется только рыдать над ушедшими годами в безбрежном одиночестве, а важно только то, что есть здесь и сейчас. В единственное неповторимое и бесконечное мгновение, когда он рядом. Когда весь смысл жизни в том, чтобы видеть его улыбку и слышать его голос. Только это — без остального можно и обойтись.