Sometimes they come closer

Тёмное, ставшее почти чёрным небо взорвалось яростными раскатами грома, свинцовые тучи прорезал кривой кинжал молнии, и землю оросили первые крупные капли дождя, вскоре превратившегося в настоящий ливень. На Мистик Фоллз обрушилась первая за это лето по-настоящему сильная гроза. Словно сам Господь наказывал нас за то, чем мы были. Ошибки природы. Неправильная форма жизни. Генетическая оплошность. Я молча сидела за столом, глядя куда-то в одну точку. Пальцы сжимали кружку с кофе, глаза слепо взирали на стену, тело неподвижно застыло. Бонни уже немного пришла в себя после того, что случилось в холле, Аларик мрачно потягивал бурбон, а Стефан… Стефан со смесью интереса и ужаса на лице смотрел прямо на меня. - Нет,- прервала тишину я и покачала головой. – Это не может быть правдой. - Лилиан… - Я сказала, нет! - Ох, дорогая, пожалуйста, - Бонни потянулась было ко мне, но я окинула её таким злобным взглядом, что она в страхе отдёрнула руку. Я встала из-за стола и принялась мерить шагами комнату. - То есть ты хочешь убедить меня в том, что я являюсь неким… не знаю, бессмертным существом? - Не совсем, но… - Хорошо, расскажи, расскажи мне всё по порядку, но я хочу сделать кое-что ещё. На меня уставились три пары глаз. - Я хочу, чтобы Деймон тоже был здесь и слышал этот бред. - Но… - Приведите его сюда или я сама это сделаю. - Откуда ты…? - Неважно. - Хорошо, - Бонни послушно встала и вышла из гостиной. Стефан посмотрел на меня с болью в глазах. Его правая рука была покрыта сеткой чёрных вен. След от прикосновения ко мне. Сильно, должно быть, его шарахнуло тогда. Но меня захлестнула такая ярость, что я до сих пор не могла прийти в себя и бросалась на всех, словно злая собака. Собака… Нет, не могу думать об этом. Бака больше нет, и в моём сердце зияла глубокая рана. Больнее было ещё и оттого, что это был подарок моего отца. А я не уберегла его. На глаза навернулись злые слёзы. Я смахнула их рукавом рубашки и, насупившись, посмотрела на Стефана, но потом мой взгляд снова упал на его руку, и черты моего лица сами собой разгладились. Мне было стыдно. И больно. И я не знала, как это можно исправить. Поэтому молча закусила губу и зажмурилась. Моего плеча коснулась тёплая ладонь Рика. - Эй, милая. Не вздумай ни в чём себя винить. На тебя свалилось столько всего. Не каждому под силу вынести такую боль. Я тебя понимаю. Я коротко всхлипнула, и он сжал меня в объятиях. - Эй, дружище, а ты даром времени не теряешь, да? – Раздался с порога ехидный и до боли знакомый голос Деймона. Я резко обернулась и посмотрела на него. Он отпрянул. - Лилиан… что с тобой? – Растерянно спросил он, окидывая меня взглядом. – Ты словно наэлектризована. - На твоём месте, я бы к ней близко не подходила, - предостерегла его появившаяся следом Бонни. Я не могла объяснить, почему, но Бонни стала меня порядком раздражать. - Я заметил, - потирая запястья, ответил Деймон и посмотрел на Стефана. Его взгляд задержался на руке брата. - А с тобой что случилось, чучело? - Не смешно, Деймон! - Извините, но, кажется, пока меня не было, у вас у всех пропало чувство юмора, хотя, с этим и раньше было не фонтан. - Тебе очень весело что ли?! – Ощетинился вдруг Стефан, и старший Сальваторе попятился назад. - Да что с вами всеми такое?! Бонни положила руку ему на плечо, покачала головой и указала подбородком на кресло у камина. - Тебе лучше присесть. Да и всем нам, собственно. История будет долгой. *** - Итак, - сделав глубокий вдох, - начала Бонни, но её тут же прервал Деймон. - Подождите, я хочу понять, у нас что, был взрыв? Что случилось с моим братцем и почему у этой женщины молнии в глазах сверкают?! - Заткнись, Деймон! – По привычке прикрикнула на него я, но потом осеклась. Деймон пожал плечами и нахмурился. - Так, ладно, извините, давайте по порядку, а то у меня мурашки по коже от неё. Я снова сверкнула в его сторону глазами. Вернулся привычный мне Деймон. Но я заметила ещё одну вещь. Он перестал меня пугать. Во мне словно что-то переломилось. - Итак! – С нажимом повторила Бонни, и мы все посмотрели на неё. – Как многие из вас, в том числе теперь и Лилиан, знают, Клаус является первородным вампиром. Таковым его, как и его семью сделала очень могущественная ведьма. Эстер Майклсон. По совместительству является матерью Клауса. Я не переставала удивляться, слушая эту историю уже во второй раз. Впервые о ней мне поведали Стефан и Деймон, чтобы я вкратце имела представление о том, кто такой Клаус. Но у меня до сих пор в голове не укладывалось, как любящая мать могла обрушить на своих детей такое страшное проклятье. - Клаус никогда не был паинькой, а после обращения и вовсе стал сеять всюду смерть и ужас, оставляя после себя пустые выжженные деревни. – Продолжала свой рассказ Бонни. - Об этом мы и так знаем, Бон-Бон, к чему эти лирические отступления? – Снова влез со своими комментариями Деймон. - Ты когда-нибудь станешь слушать меня молча или нет, Деймон Сальваторе?! – Злобно воскликнула Бонни. - Ладно-ладно, чего разоралась? - Тебя ничто не исправит, да? - Совершенно верно. Странно было смотреть на Деймона снова вот так, как раньше. Наш откровенный разговор прошлой ночью казался теперь далёким, давно забытым сном, но сейчас я воспринимала Деймона спокойно. Как будто всё, что меня в нём пугало, в том числе и воспоминания о его нападении, куда-то улетучилось. Наверно, такие сильные эмоции способны вытеснить всё, что было до них. Или это что-то другое. В конце концов, я, как теперь выяснилось, тоже не совсем человек. Может, это одна из моих способностей? - Честно говоря, я уже отчаялась найти что-то, что прольёт свет на эти таинственные нападения на Лилиан, - прервала ход моих мыслей Бонни, - но, покопавшись в кабинете бабули, нашла один древний гримуар. Я таких раньше никогда не видела. Он настолько старый, что я даже не осмелилась привозить его сюда. Пришлось надёжно спрятать его. Это очень ценная книга. В нём я нашла одну весьма занятную историю. Историю о неком существе, которое зовётся «Бессмертное Дитя». Меня слегка передёрнуло от этих слов, и я, поёжившись, встала. - Что это с ней? – Провожая меня взглядом, спросил Деймон. - Ты всё поймёшь сейчас, Деймон, немного терпения, - раздражённо ответила Бонни. - Мне нужно… - растерянно пролепетала я, - я немного замёрзла. Пойду сварю кофе. - Я помогу! – Вызвался вскочивший с дивана Стефан. Я лишь пожала плечами и вышла из гостиной. *** - Я понимаю, тебе сложно всё это переварить, да? – Тихо сказал Стефан, подходя ко мне, когда я доставала из шкафчика кофе. Я лишь промолчала. Не знала, как мне теперь вести себя в его присутствии. - Как твоя рука? – Хрипло отозвалась я, игнорируя его вопрос и кивком показывая на почерневшие вены. - Честно говоря, не знаю, - слегка растерянно отозвался он, оглядев свою правую кисть. - Очень больно? Он лишь неопределённо пожал плечами. - Да не то, чтобы. Точнее, теперь нет. Но… ммм… в тот момент было весьма неприятно. - Извини, - мой голос слегка задрожал. - Ты не виновата, - покачал головой он. - Да? А кто тогда виноват? - Я сам. Бонни предупреждала меня, чтобы я тебя не трогал. А я… - Мне не очень хочется говорить об этом, Стефан. - Хорошо, - кивнул он, - я понимаю. Ты немного дрожишь, хочешь, я принесу тебе плед? Не успела я сказать, что могу сама о себе позаботиться, как он скрылся из виду и вернулся буквально через несколько секунд с тёплым пушистым пледом, который тут же накинул мне на плечи. - Спасибо, - тихо сказала я и укуталась в него покрепче. - Это самое малое, что я могу для тебя сделать сейчас. – Улыбнулся мне младший Сальваторе, от чего у меня тут же кольнуло в груди. - Не надо. Не будь таким милым со мной. Я этого не заслуживаю. Он снова покачал головой. - Давай я сам буду решать, как мне к тебе относиться. Кофе почти сварился. Я сам доделаю. Он мягко оттеснил меня от плиты и сам занялся закипающим ароматным напитком. Затем ловко разлил его по чашкам и, водрузив на поднос, коротко взглянул на меня. - Я знаю, что тебе не очень хочется знать о том, что сейчас скажет Бонни. Но, милая, боюсь, без этого нам никак не обойтись. Я чуть не рассыпалась прямо там, но потом поняла, что он прав и расправила плечи. - Хорошо, да. Я понимаю. Он мягко улыбнулся мне, затем подхватил поднос с кофе и направился в гостиную. Я сделала пару глубоких вдохов и пошла следом за ним. *** - Хватит там лясы точить! – Возмущённо отозвался Деймон, когда мы вошли обратно в гостиную. Бонни пихнула его локтем в бок. Тот даже не шелохнулся. - Ладно-ладно, где мой кофе, Стефан. Стефан лишь изогнул бровь, поставил поднос с кофе на столик и сел на диван. Я присела рядом с ним, подобрав под себя ноги и усиленно кутаясь в плед. Деймон как-то неодобрительно нахмурился, окидывая нас обоих взглядом. - Я могу продолжить? – Многозначительно спросила Бонни, делая глоток кофе. Я коротко кивнула. - В общем, после своих разорительных мероприятий на Юге, Клаус двинулся на Север, где располагалось поселение древних ведуний. О чём он, в принципе, не имел ни малейшего понятия. Та ночь стала для него судьбоносной, хотя сам он об этом до сих пор не знает. Он напал ночью, когда женщины общины, сильнейшие ведьмы, собрались на совет и поэтому отсутствовали. Советы тогда проходили не в самой деревне, а на вершине некой Спящей Скалы. Присутствовать могли только двенадцать самых могущественных ведьм, поэтому в самой деревне остались лишь дети, старики и молодые девушки, ещё не владеющие тайнами колдовства. Мужчины в тот период ушли на охоту, поэтому, как на беду, деревня осталась без защиты, ведь никто не ожидал столь жестокого нападения. На этом моменте Бонни слегка зажмурилась. Было заметно, что сам рассказ даётся ей с большим трудом. Она сделала глубокий вдох и продолжила. - Когда он ушёл, деревня представляла собой только обугленный остов, как скелет древнего животного. Кругом были лишь почерневшие останки жилищ, прах жителей и ещё не выветрившийся запах крови. Вернувшиеся с совета матери были безутешны. Верховная ведьма, Ромина, была в таком гневе, что поклялась найти способ защиты от чудовища, сотворившего столь ужасное зло. Наутро с охоты вернулись мужчины деревни и готовы были ринуться в бой. Но биться было уже не с кем, к тому же, они не знали, кто их противник, ведь никто доселе не сталкивался с таким явлением. Знала только Ромина. В своей скорби она обратилась к духам всех своих предков, и они поведали ей, что за ужасный монстр совершил нападение на их деревню. От них же она узнала, что его будет не так-то просто победить. Но духи дали ей ответ, который крылся в будущем ребёнке Ромины. - Что?! – Встрял Деймон. – Беременная ведьма?! - А ты думал, ведьмы из Пещеры Дьявола выходят?! – Треснула его по голове лежавшим на столе справочником Бонни. - Ну, а как ещё? – Недоумённо посмотрел на неё этот идиот. Бонни закатила глаза. - Да, представь себе, рожают ведьмы так же, как обычные женщины! После того, как Ромина родила первенца, был созван срочный совет, где она и остальные ведьмы приняли решение пожертвовать свою кровь новорождённой дочери верховной ведьмы, дабы сотворить Бессмертное Дитя, что станет погибелью для первородного вампира. Кровь двенадцати ведьм совета напитала девочку и в будущем должна была сделать её сильнейшим орудием. - Стоп! – Снова не выдержал Деймон. – Ты же не хочешь мне сказать, что вот она, - он кивнул в мою сторону, - это вот тот самый ребёнок. - Ты будешь слушать меня или нет, кретин?! – Вконец разозлилась Бонни. - Да-да, хорошо, извини, Бон-Бон. - Придурок. - Ну, не обязательно же сразу так грубо. - Деймон! - Хорошо-хорошо. - Так вот, после проведения ритуала ребёнок был готов стать поистине могущественным существом, но, как и любое колдовство, ритуал был с неким… - Изъяном? – Вдруг спросила я. - Да, - удивлённо посмотрела на меня Бонни. – Дело в том, что такое сильное колдовство не может работать так просто. По факту дитя не было бессмертным, оно становилось таковым только после своего совершеннолетия и лишь в том случае, если оно само принесёт кровавую жертву. Это как обряд инициации. Даже сильные ведьмы не могут создать совершенное во всех смыслах орудие. - Хорошо, но почему Клаус до сих пор жив, в таком случае? – Спросила я. - Да… тут такое дело. Как я поняла, сила проявляется в непосредственной близости от первородного. Грубо говоря, она спит, пока нет угрозы. К тому моменту, как девочка стала достаточно взрослой для того, чтобы одолеть Клауса, он уже был очень далеко от тех краёв. Он ведь долгое время скитался по миру. Выследить первородного не так-то просто, как вы понимаете. - Так, хорошо, и что же стало с той девочкой? - Она умерла, - пожала плечами Бонни. - В смысле?! – Взъярился Деймон. – Какой толк от такого орудия, если оно умирает?! - Да помолчи ты, Деймон! – Бонни достала из кармана свёрнутый в несколько раз листок и разложила его на кофейном столике. Мы все сгрудились вокруг него и стали смотреть на содержимое. Сначала я не поняла, что она показывает, рисунок был похож на генеалогическое древо, но потом мой взгляд выхватил из множества имён знакомое. Ричард. Имя моего отца. - Погоди… - растерянно начала я. - Я наскоро создала набросок твоего семейного древа, Лилиан, - кивнула Бонни, - Ромина – это твой древний предок по отцовской линии. Ваша фамилия была рождена от бурного потока, что протекал неподалёку от деревни. В тебе сосредоточилась сила двух очень могущественных семей. Ты потомок Ромины, ты дочь Ричарда Стрима, ты дочь Мэрил-Энн Гилберт, ты Бессмертное Дитя. *** - Так, а теперь давай ещё и по порядку, - после небольшой паузы сказал Деймон. – Она является потомком древней ведьмы, которая хотела убить Клауса. - Да. - Но она не бессмертная? - Пока нет. - То есть я могу её убить? - Нет. - Да почему?! - Потому что её кровь отравляет тебя. - Чтоооо?! – Взвился Деймон, отодвигаясь от меня подальше. – Что ж ты раньше не сказала?! - Потому что ты постоянно меня перебиваешь. – Парировала Бонни. - Справедливо. - Итак. После того, как было создано первое Бессмертное Дитя, Клауса выследить не удалось, даже таким могущественным ведьмам. Он ловко скрывался, и очень скоро ведьмы поняли, что сила девочки в полной мере может проявиться, только если Клаус будет рядом. Она будет реагировать на его присутствие. А так как он скрылся надолго, постепенно жизнь девочки стала совершенно обыденной. Но что точно ведьмы могли сделать, так это передать ген бессмертия дальше. Правда, передаётся он только через поколение, девочкам семьи Стрим. И он дремлет до тех пор, пока первородный не окажется рядом. - Хорошо, а мы тут тогда каким боком? – Спросил Деймон. - О, а они исключений решили не делать, знаешь ли. Грубо говоря, Лилиан является носителем гена убийцы вампиров. На случай, если вампир будет не один. Как в воду глядели, да? - Класс, пригрели на свою голову, - фыркнул Деймон. Я даже не стала отвечать на его колкости. Настолько была погружена в свои мысли. - Так вот, почему её кровь била из меня фонтаном? – Воскликнул вдруг он. Бонни кивнула, а Стефан удивлённо смотрел на меня. - Что? – Словно опомнившись, спросила я. - Да, я об этом и хотела спросить тебя вчера. – Вздохнула Бонни. – Когда мы с Алариком вывели его из строя и увели в темницу, он стал извергать твою кровь так, как ни один студент-первокурсник после первой попойки! Я помотала головой. - Извините, но я совершенно запуталась. - Я знаю, - сочувственно кивнула мне Бонни. – Я хотела ещё вчера тебе всё рассказать, но я не была на сто процентов уверена в том, кто ты, к тому же, мы не ожидали, что Деймон на тебя нападёт. И получается, что я сама отправила тебя в логово вампиров, не подозревая, какому риску тебя подвергаю. Прости меня, дорогая. Я лишь поджала губы и сделала тяжёлый вздох. - Ты не знала. - Да, и как только я поняла, кем ты можешь быть, я сразу позвонила Аларику, и мы бросились сюда. Как видишь, мои догадки подтвердились. - Подожди, - прервала её я. - Но я ведь никого ещё не убила, почему Деймон отравился моей кровью, а Клаус нет? Бонни горько усмехнулась. - Всё не так-то просто. Ладно, давайте ещё раз по порядку. Так уж сложилось на протяжении жизни Клауса, что ему повезло, и за всё своё жалкое существование, пока его не уложили надолго спать в гроб, он ни разу не столкнулся с потомком Ромины. Поэтому ген Бессмертного Дитя спокойно спал в твоих предках и лишь передавался из поколения в поколение. Твой папа ведь был единственным ребёнком в семье? Я лишь кивнула. - Так повелось ещё со времён Ромины, в семье всегда рождался один ребёнок, попеременно, сначала девочка, потом мальчик, продолжая род. После того, как твой папа встретил сестру Грейсона Гилберта, им словно суждено было создать вдвойне сильное дитя. Ведь ты девочка, в тебе этот ген был заложен со стороны отца, а со стороны матери тебе достались ещё и охотничьи замашки семейства Гилбертов. У меня голова пошла кругом. - Что? - Ах да, Джереми не рассказывал тебе? В семье Гилбертов были охотники на вампиров. - Как Аларик? - Да, только Аларик не Гилберт. - Это я уж сама поняла, спасибо. А мои родители, они знали, кто я такая? Бонни покачала головой. - Нет, конечно нет. Иначе твоя мать не отпустила бы тебя сюда, зная, какие кошмары тут в последнее время творятся. - Как же хорошо, что я поехала сюда вместо неё, - вздохнула я. - Может, и да, а может, и нет. – Грустно заметила Бонни. - В каком смысле? - Скорее всего, живи ты в Бостоне, твой ген и дальше спал бы глубоким сном. Когда ты приехала в Мистик Фоллз, он начал пробуждаться, ведь тут обитают вампиры. А они, в свою очередь, стали чувствовать тебя. - Ты о Клаусе? - И не только. Ведь Деймон напал на тебя? Я кинула в его сторону короткий взгляд. Он виновато посмотрел на меня в ответ. - Так. Ладно. Я поняла, моя кровь травит вампиров. Но что, если бы они не нападали на меня? - Боюсь, это не совсем возможно, - пожала плечами Бонни. - Почему? - Видишь ли, твоя кровь влечёт вампиров на расстоянии. Они начинают чувствовать тебя, как только твой ген пробудился. Одно влечёт за собой другое, понимаешь? Твой ген проснулся от того, что ты приехала в место, населённое вампирами, а они, в свою очередь, почувствовали тебя и твою кровь. Она сейчас для них как самый сладкий нектар. Я в ужасе посмотрела на Стефана и Деймона. Те оба подобрались, но ничего не сказали. - Я объясню, - продолжала Бонни. – Незадолго до твоего совершеннолетия у тебя ведь начались мигрени, если я не ошибаюсь? Я кивнула. - Это пробуждающаяся в тебе сила даёт о себе знать. Мигрени, всплески агрессии, непонятно откуда взявшееся раздражение. - Если я не ошибаюсь, ты сейчас описала симптомы ПМС, - важно отметил Деймон, но мы метнули в него пару таких злобных взглядов, что он тут же притих. - Во время этих всплесков вампиры чувствуют запах твоей крови, даже если у тебя отсутствуют внешние повреждения. Поэтому Клаус нападал на тебя в эти моменты. Для него ты - объект вожделения. Он хочет твою кровь, но не убивает тебя, потому что иначе её источник иссякнет. Поэтому все его нападения не были для тебя смертельными. Всплески активности являются чем-то вроде приманки, чтобы дать первородному почувствовать, какова ты на вкус, и ему захотелось ещё. - Хитро, - присвистнул Деймон. Бонни снова бросила на него раздражённый взгляд. - Молчу-молчу. - Хорошо. То есть сначала я приманка, а потом что? - Сначала он пробует на вкус твою кровь, и она даёт ему долгое чувство насыщения, к тому же, увеличивает его силу и другие способности. На время. Чем ближе было твоё совершеннолетие, тем сильнее ему хотелось снова попробовать твою кровь. И в ночь, когда тебе исполнился двадцать один год, он напал снова. Когда ты проснулась на кладбище, помнишь? - Так... - Погоди-погоди, Бон-Бон. Ты только не бей меня, но у меня один вопрос. Почему Клаус тоже не траванулся её кровью? - Я этого не сказала. – Посмотрела на него Бонни. – Да, сначала она не кажется ему отравой, для него это что-то сродни божественному нектару. Но это работает только до её совершеннолетия. – Она снова повернулась ко мне. - В ночь, когда он напал на тебя на кладбище, он впервые попробовал отравленную кровь, до этого она была для него чистой. С первородными это работает несколько иначе. Во-первых, начну с того, что до своего дня рождения ты была подвластна его гипнозу. Сейчас это должно прекратиться. Во-вторых, теперь твоя кровь его медленно отравляет, но он всё равно будет хотеть ещё. В-третьих, если ты убьёшь кого-то… неважно, кто это будет… Человек, вампир, оборотень или ведьма, ты, наконец, станешь именно тем, чем была изначально. Ты будешь бессмертной. И тогда уже точно ни один вампир не сможет тебя убить. Плюс, те силы, что есть в тебе, проснутся в полной мере. Тот фокус, что ты проделала со Стефаном – лишь небольшая доля того, на что ты способна. Это так, можно сказать, разминка. Ты просто была расстроена. Твоя отравленная кровь – лишь сдерживающий вампира фактор. При достаточно долгом употреблении, думаю, она убьёт его и так. Но я бы сделала ставку на те силы, что проснутся в тебе после инициации. В конце концов, мы точно не знаем, как это будет. Я зажмурилась. Слишком много информации. - Так, стоп, ещё вопрос! – Завопил Деймон. – А почему она не поддалась на мой гипноз? - Потому что ты не первородный, заткнись, пожалуйста! - Вот сейчас обидно было… - Да, - продолжила Бонни, - что касается обычных вампиров, они тоже все хотят твоей крови, но тут есть, скажем так, нюанс. Так как изначально Бессмертное Дитя задумывалось как орудие против первородного вампира, никто не знал, что будут те, кого он обратит, то есть, грубо говоря, его дети, обычные вампиры. На них ты действуешь несколько иначе. Я нашла в гримуаре пару свидетельств проявления гена Бессмертного Дитя, но это касалось лишь обычных вампиров, которые столкнулись с твоими предками. Во-первых, да, ни один вампир, кроме первородного, не может воздействовать на тебя гипнотически, так же, как не действует на тебя и его кровь. Поэтому Деймон не смог исцелить тебя своей. Осмелюсь лишь предположить, что Клаусу такой фокус удался бы. Во-вторых, есть небольшая завязка на эмоциях. - То есть? - Скажем так, чем сильнее ты нравишься тому или иному вампиру, тем в большей безопасности находишься. - Вот сейчас вообще непонятно было. - Хорошо, - хитро посмотрела на Стефана Бонни. – Почему Стефан ни разу на тебя не напал? - Эм… потому что он не идиот? - Резонно, но тут дело в другом, - улыбнулась Бонни, - он привязался к тебе в эмоциональном плане, поэтому у него не появляется желания вонзить в тебя клыки. Я округлила глаза и посмотрела на Стефана. Тот смущённо потупился. - Я… мне надо, я сейчас вернусь. И пулей вылетел из гостиной. - Эй! Я тоже привязался к ней в эмоциональном плане! – Возмутился Деймон. – Мы нежно друг друга не переносим! В чём тогда дело?! - В этом! – Рявкнула Бонни. – Деймон, скажи мне честно, ты ведь сразу невзлюбил Лилиан. Деймон часто заморгал от удивления. - Ну… н-нет? Ой, да брось, Бон-Бон, ты серьёзно веришь во всё то, что сейчас сказала?! Это же чистой воды бред! Бонни лишь изогнула изящную бровь. - А теперь проанализируй всё, что случилось с момента приезда Лилиан и скажи мне, что это совсем не подходит под рассказанную мной историю. Деймон аж захлопнул рот. - Так, ладно, я допускаю, что мог быть несколько грубым по отношению к Лилиан, но, чёрт возьми, я же не изверг! - Серьёзно, дружище? – Вдруг подал голос Аларик. Деймон смутился и задумчиво посмотрел на меня. - Ладно, сдаюсь, в ваших словах есть смысл. Но… я ведь не ненавижу Лилиан. Да, она меня раздражае… ла. Раздражала. Но это не настолько сильная эмоция, чтобы мне вдруг захотелось напасть на неё. Я вдруг вспомнила наш вчерашний разговор и посмотрела на него. Он словно что-то понял и кивнул мне в ответ. - Что ж, знаете, мне, кажется, тоже нужно выйти. После затхлого воздуха темницы и запаха вербены мне хочется глотнуть озона после дождя. – Сказал Деймон и медленно вышел из гостиной. Я запоздало отметила, что гроза закончилась. *** - Тебе надо поспать, - вырвала меня из омута мыслей Бонни. – Я понимаю, такое количество информации сложно переварить сразу. Я лишь помотала головой. - День на дворе, я не хочу спать. - Я знаю, но ты устала и в шоке. – Заботливо увещевала меня подруга. Я вдруг резко повернулась к ней. На глаза навернулись слёзы. - Я не знаю, что мне делать дальше, Бонни. На моё плечо легла крепкая рука Аларика, а Бонни взяла мои холодные пальцы в свои руки. - Я понимаю, дорогая. Мы все прошли через большое количество трудностей, и никто из нас не был готов к ним. Но вместе мы разберёмся во всём. Постепенно. - Да… но… ты видела записку Клауса? Бонни грустно кивнула. - Он не станет ничего делать пока. Он уже нанёс удар. И теперь будет лишь ждать твоего ответного хода. Но Лили, он не знает, с чем он столкнулся. Он только думает, что хочет владеть тобой и прибегает ко всем своим гадким способам манипуляции. К тому же, его разум затуманен жаждой. То же самое было и с Деймоном. - Да, но… Клаус меня даже не знает… - Лилиан, дорогая, Клаус – это другое. Он первородный. Его жажда твоей крови не имеет никакого отношения к эмоциям. Он не знает, что с ним происходит. Но твоя кровь уже начала потихоньку отравлять его. Ему лишь нужна новая доза. Как наркоману. Плюс в том, что твоя кровь даёт долгое чувство насыщения, поэтому у нас ещё есть время. Как минимум, пара дней. Я надеюсь. Я коротко кивнула и благодарно сжала её пальцы в ответ. Аларик мягко похлопал меня по плечу и улыбнулся. - Не бойся, детка, мы не дадим тебя ему в обиду. - Спасибо… - Ну что ж, - бодрее, чем стоило, отозвался Рик, - может, нам стоит пообедать? Бонни подхватила его идею. - Стойте, - спохватилась вдруг я, - а Кэролайн? - Что Кэролайн? – Удивлённо посмотрела на меня Бонни. - Она ведь тоже вампир. Почему она ни разу не напала на меня? Бонни улыбнулась. - По той же самой причине, что и Стефан. Она тебя любит. - Погоди, но ведь Стефан… Бонни снова улыбнулась. - Он ведь ни разу не попытался сделать этого, правда? Я растерянно покачала головой. - Делай выводы, дорогая, - подмигнула мне подруга и встала, чтобы выйти из гостиной вслед за Алариком. Я осталась одна. Наедине со своими мыслями. *** Есть совершенно не хотелось, поэтому, побродив некоторое время по дому, я сварила свежего кофе и, поплотнее укутавшись в плед, вышла с чашкой на улицу. После дождя воздух был наполнен свежестью озона и ароматом цветов. Раскинувшийся за поместьем Сальваторе сад так и манил к себе. Я босиком ступила на траву, и по телу пробежали стайки мурашек. Сделав первый глоток обжигающе горячего кофе, я довольно зажмурилась и пошла в сторону сада. Плотные и упругие бутоны пионов, мокрые от дождя, тянулись к солнцу, уже начавшему проглядывать сквозь расступающиеся тучи. Я остановилась напротив клумбы и присела на корточки, изучая крупные капли, покрывавшие пурпурные лепестки, готовые вот-вот прорваться наружу. Ещё немного, и они зацветут буйным цветом. Пальцы невольно потянулись к новой жизни, радовавшейся только что пролившемуся дождю, когда я услышала за спиной тихие шаги и резко встала, словно испуганное животное. - Прости, я напугал тебя, - выставив вперёд руки, ко мне шёл Деймон. Я неопределённо пожала плечами. - Извини, не хотел испортить тебе момент единения с природой, - усмехнулся он уголком рта, и где-то глубоко в моей груди шевельнулся какой-то странный отголосок давно забытого чувства. - Они прекрасны, - хриплым от молчания голосом сказала я. Он необычайно обаятельно и как будто даже ласково улыбнулся. - Да, наша мать очень любила цветы. Особенно лилии. Я нахмурилась и посмотрела на него. - Кстати, её звали Лили. Стефан не говорил тебе об этом? Я покачала головой. - Нет. А должен был? - Не знаю, вы ведь так близки, я думал, он рассказывал тебе о нашей семье. Я всмотрелась в его лицо. - Деймон Сальваторе, не говори, что ты ревнуешь. - Что?! Господи, нет, конечно! – Резко выпалил он и отвёл взгляд в сторону. – Просто… - Что? - Ну… если то, о чём рассказала Бонни Беннетт, правда, получается, что мой братец втюрился в тебя. Я хмыкнула. - И тебя это смущает? Он неловко почесал в затылке. - Да нет, я готов дать вам своё благословение и всё такое, просто… Я продолжала смотреть ему в глаза, и тут в голову закралась догадка. - Тебе стыдно за то, что ты чувствовал ко мне неприязнь? И поэтому напал на меня? - Я… не… я не чувствую стыда… обычно. Чёрт, Лил. - Да всё в порядке, Деймон. Как выяснилось, ты не виноват в том, что сделал. Поэтому я прощаю тебя. - Чёрт, женщина! Ты можешь послушать меня хоть раз?! Я тут пытаюсь тебе в чувствах признаться! Я ошарашено смотрела на него. - Что, прости? - Прощаю. Послушай, я бы ни за что и помыслить не мог, что эта история может повториться в третий раз! Но… что случилось, то случилось! И… короче, я не… я не ненавижу тебя! - Оу, вот это признание. - Да помолчишь ты или нет?! – Взревел Деймон и с силой впился в мои губы поцелуем. Чашка с кофе выпала из моих рук и с грохотом приземлилась на вымощенную камнем садовую дорожку. Я застыла, не в силах пошевелиться и пытаясь понять, что за чувство бушует у меня в груди, когда он, с трудом оторвавшись от меня, с шумом втянул воздух и перевёл дух. - Чёрт! – Одновременно вырвалось у нас, и Деймон вдруг расхохотался, как ненормальный. - Знаешь, Деймон, лечиться тебе надо, - почему-то испуганно пропищала я и нагнулась, чтобы подобрать с земли осколки чашки. - Возможно, ты права, - усмехнулся он и присел на корточки рядом со мной. – Не трогай, поранишься. - С каких это пор ты обо мне заботишься? - С тех самых, как не ненавижу тебя! - Уверен? - Ну, вот теперь не очень. Ты всё же такая заноза в заднице! Иди в дом, ты ещё и босая на улицу выперлась. Кому из нас лечиться надо? Я закатила глаза. Как в старые добрые. Зато злость будто рукой сняло. Я медленно поднялась и застыла, как вкопанная. Неподалёку от сада стоял Стефан. Он отвёл взгляд и тут же скрылся в доме. Чёрт! Лилиан! Какая же ты дура! - Я… мне надо в дом… - Да иди уже, - отмахнулся от меня Деймон, увлекшийся осколками чашки. Я ринулась к входной двери и пулей влетела в холл. - Стефана не видели? – Вихрем ворвалась в столовую я. Бонни и Рик пожали плечами. - Толку от вас, - прошипела себе под нос я и побежала наверх. Может, он в своей комнате. Интуиция или простой случай не подвели. Стефан оказался там. Я робко постучала по открытой двери. - Стефан? Можно мне войти? Он стоял у окна спиной ко мне и лишь коротко кивнул. - Что-то случилось? – Бесцветным голосом отозвался он. - Я… Стефан… то, что ты видел, это… - Поцелуй. Лилиан, это называется поцелуй. Мой брат в своём репертуаре. - Что…? Стефан повернулся ко мне лицом, и я подумала о том, что лучше бы сверлила взглядом его спину, чем увидела то, что отражалось в его глазах. - Стефан, пожалуйста… я ведь не хотела этого. Он лишь покачал головой. - Лилиан, на тебя сейчас свалилось столько всего, что мои чувства – это последнее, что должно тебя волновать. Я закусила губу и подошла к нему поближе. - Прости меня. Я такая эгоистка. - Перестань. - Не перестану. Он лишь устало улыбнулся мне вымученной улыбкой и, взяв мою руку, положил её себе на грудь. - То, что зародилось здесь к тебе, не может заглушить какой-то поцелуй с моим братом. Не переживай из-за этого. Я едва слышно втянула в грудь воздух и во все глаза уставилась на него. - Стефан, ты же не хочешь сказать, что… - Помнишь, что сказала Бонни? - Да, но… Он подошёл совсем вплотную ко мне. Я уже почувствовала его дыхание у виска, когда он мягко прильнул к моему лбу губами и прижал меня к себе. - Я мог обманывать Деймона, мог обманывать тебя или себя, но что есть, то есть. Бонни права, Лилиан. Я влюбился в тебя в ту самую секунду, когда впервые услышал по телефону твой растерянный, слегка надтреснутый от боли голос. Хоть я и не отдавал себе в этом отчёта. Ты можешь быть кем угодно, хоть прекрасной незнакомкой, которая внезапно приехала в этот злополучный городок, хоть всесильным смертельным для меня оружием, хоть сестрой той, кого я давно потерял, но ты начала исцелять меня сразу, как только тут появилась. Может быть, тебе это сейчас и не нужно. Да скорее всего, не нужно. Но я всё же скажу честно. Я люблю тебя, Лилиан Стрим. На мои глаза навернулись слёзы. Я не стала смахивать их, и они просто скатились по моим щекам двумя влажными горячими дорожками. Стефан осторожно утёр их кончиками пальцев, взяв в свои руки моё лицо, и мягко склонился надо мной, потянувшись, чтобы поцеловать. Его губы были буквально в сантиметре от моих, когда карман рубашки яростно завибрировал. - Ответишь? – Прошептал он мне прямо в губы. - Позже, - ответила я срывающимся голосом и потянулась к нему, когда телефон издал пронзительную трель. Стефан быстро чмокнул меня в нос и отстранился. - Ответь, может, это что-то важное? Я чуть не прокляла звонившего, достала телефон и уставилась на дисплей, высветивший входящий вызов от мамы. - Чёрт, совсем забыла! Нужно было позвонить маме. Она наверняка места себе не находит! – Воскликнула я и нажала кнопку ответа. – Мам? Раздавшийся на том конце провода голос словно лавину на меня обрушил, заставив все мои внутренности похолодеть от ужаса. - Ну здравствуй, любовь моя. - Клаус… - хрипло отозвалась я и рухнула на колени, как подкошенная.