Sometimes they come closer

Так, если уж быть до конца честной, то, когда блеснувшие в лунном свете ослепительно-белые клыки Деймона глубоко погрузились в ещё не зажившую рану на моей шее, и я сумела-таки издать душераздирающий вопль, эхом прокатившийся по поместью, я могла ожидать, что на пороге комнаты появится кто угодно. Это мог быть обеспокоенный Стефан, воинственно настроенная Кэролайн или даже внезапно материализовавшийся из ниоткуда Джереми. Но возникшая в дверном проёме Бонни с перекошенной от волнения гримасой ужаса и какой-то незнакомый мне мужчина с недельной щетиной на посеревшем лице побили все рекорды. Не успела я удивиться, как Бонни скороговоркой выкрикнула какие-то слова на латыни, а мужчина откуда-то выудил огромных размеров арбалет, заряженный какими-то странными стрелами, больше похожими на дротики. Деймон зашипел, но его, словно пушинку, оторвало от меня и с неистовой силой отбросило к стене. Подоспевший к тому моменту Стефан пулей метнулся к Деймону, удерживая его на месте, пока мужчина с арбалетом всаживал в грудь старшего Сальваторе дротик за дротиком. Картина была поистине ужасающей, но я застыла на полу, не в силах пошевелиться. На глаза навернулись слёзы, но я не могла даже моргнуть, чтобы смахнуть их. В память навсегда врезалось дикое выражение лица Деймона, по подбородку которого стекала моя кровь, в глазах читались животный охотничий азарт и голод, а с губ срывался звериный рык. Бонни продолжила читать какое-то заклинание, и всё его тело скрутило судорогой. Он резко изогнулся, вырвался из стальной хватки Стефана, попытался сделать очередной выпад в мою сторону, но его вдруг словно подкосило. На лице застыло недоумение, а затем он кулем рухнул на пол. Я лишь издала сдавленный всхлип, а в следующее мгновение буквально зашлась в рыданиях. *** Спустя примерно полчаса, когда я, укутанная в большой тёплый плед, по-детски свернулась калачиком на руках у Стефана, всё ещё слегка подрагивая и издавая краткие всхлипы, разум начал потихоньку проясняться и стал оценивать ситуацию. Стефан мягко гладил меня по спине, успокаивающе укачивая на руках, пока Бонни вела беседу с мужчиной. Когда я немного успокоилась и пригляделась, он показался мне смутно знакомым. Кажется, я видела его где-то… только где? Деймона, потерявшего сознание, куда-то оттащили, и я предпочла не уточнять, куда именно. Я поморщилась от боли, в очередной раз вспоминая чистое бешенство, светившееся в его глазах, и рефлекторно смахнула выступившие слёзы. - Ты как, милая? – Прошептал мне на ухо Стефан. Я встрепенулась при звуке его голоса, и по телу пробежала дрожь. - Тише-тише, всё в порядке, - нежно проговорил он, прекрасно понимая, что обманывает меня. Бонни закончила разговор с мужчиной, и они оба подошли к нам. Я затравленно оглядела обоих исподлобья и покрепче прижалась к Стефану. В тот момент меня совсем не волновало, кто и что мог подумать на наш счёт. Бонни присела на подлокотник дивана и заглянула мне в глаза. - Лили, родная, я знаю, что ты по-прежнему в шоке и наверняка очень устала, - начала она, накрыв ладонью мою руку, которой я судорожно вцепилась в ворот рубашки Стефана. Не будь он вампиром, скалой восседавшим на этом диване, я могла бы задушить его своей хваткой. - Я… - Может, не будем пока её допрашивать? – Довольно резко отреагировал Стефан, сурово поглядев на Бонни. Она удивлённо посмотрела на него. - Я тоже так думаю, - добавил мужчина, садясь в кресло напротив нас. – Извините, что влез в вашу беседу. - Н-ничего… - растерянно протянула я, разглядывая незнакомца. - Ох, прости, Лили. Это Аларик Зальцман, - спохватилась Бонни, - он был нашим преподавателем в школе и хорошим другом семьи Гилберт. - Очень приятно, я Лилиан, - икнула я, протягивая к нему влажную ладонь. Он мягко пожал её и улыбнулся. И тут я вспомнила. Вспомнила, где и когда видела этого человека. Он был на похоронах Елены. И в тот момент, когда все столпились, чтобы попрощаться с ней, он стоял поодаль, у могилы тёти Дженны. Мозг пронзила догадка. - Вы... вы Рик? Вы были близки с Дженной, да? – Осторожно спросила я и увидела, что его будто по сердцу полоснули. – Извините. - Да, - устало отозвался он. – Но откуда ты знаешь? - Елена… она мне о вас кое-что рассказывала. Правда, я не знала, что вы местный Ван Хельсинг, - угрюмо отозвалась я. Бонни и Аларик переглянулись и сдержанно улыбнулись друг другу. - Что-то вроде того, - ещё раз улыбнулся он, глядя уже на меня. На минуту воцарилось неловкое молчание. - Я всё же должна спросить, - первой не выдержала Бонни. - Бонни. - Я не буду утомлять её, Стефан. - Всё в порядке, - вяло отмахнулась я, но инстинктивно прижалась к груди Стефана покрепче. Он, кажется, немного расслабился после этого. - Лили, - пересаживаясь на диван рядом со мной и беря мою руку в свою, начала Бонни, - расскажи мне точно, как всё произошло и что ты помнишь. Я потупилась, глядя на наши переплетённые пальцы. Стефан мягко сжал моё плечо. Меня вообще просто поражала его стойкость, учитывая обстоятельства, ведь даже я чувствовала лёгкий запах металла в воздухе, исходивший от раны, едва прикрытой бинтом. Несмотря на это, страха я почему-то не испытывала и продолжала прижиматься к нему всем телом, словно хотела сделаться меньше, спрятаться и не являть миру свой страх. Я набрала в грудь побольше воздуха, поморщилась от боли в шее и снова погрузилась в свой кошмар наяву. *** - Ты не слышала, что он говорил тогда? – Озабоченно уточнила Бонни, дослушав мой сбивчивый рассказ. – Перед тем, как напал на тебя. Я лишь замотала головой. - Ясно. Остался один вопрос. Что ты с ним сделала? Я округлила глаза. - В каком смысле? Я думала, то, что он рухнул как подкошенный – твоих рук дело. Бонни посмотрела на Аларика, затем на Стефана и, наконец, вернулась ко мне. - Не совсем, - осторожно начала она. – Видишь ли, после того, как мы с Алариком вывели его из строя и увели в… в общем, неважно. После этого… - Так, всё, хватит. – Решительно прервал её Стефан. – Бонни, ей нужно отдохнуть. - Но… - Нет. Пожалуйста. Не сейчас. – Он в очередной раз за эту ночь покрепче прижал меня к себе. – Мы все вымотаны. Можете остаться здесь. Остальные вопросы будем решать утром. Бонни слегка раздражённо посмотрела на него, но, похоже, сдалась. - Ладно, возможно, ты прав, но, если это то, о чём я думаю… - Хватит! – Гневно выпалил Стефан, до боли сжимая мне рёбра своей хваткой. Когда я пискнула от неожиданности, он спохватился и отпустил меня, оставив руку на спине. В светло-зелёных кошачьих глазах мелькнуло сожаление. - Прости. - Всё в порядке, - поморщившись, ответила я. – Извини, Бонни, но, кажется, Стефан действительно прав. У меня мозг плавится, и я, несмотря на весь этот ужас, что зовётся моей жизнью, чертовски сильно хочу спать. Аларик усмехнулся. - Бойкая девочка, - устало улыбнувшись, сказал он, - но я бы тоже не отказался чуток вздремнуть. Бонни сокрушённо вздохнула. - Хорошо, вы победили. Но я никуда не уйду, пока Деймон эмоционально нестабилен. - Он всегда эмоционально нестабилен, - фыркнула я, несмотря на появившийся перед этим именем панический страх. Аларик вдруг разразился оглушительным смехом. - Что есть, то есть, - выдавил из себя он, вытирая выступившие от смеха слёзы, - давай дружить, ты мне нравишься. Мы с Бонни переглянулись и не сдержали улыбок. Один Стефан оставался плачевно-угрюмым, исподлобья поглядев на Аларика. *** Бонни в итоге решила, что будет ночевать в непосредственной близости от нашего новоиспечённого «заключённого». Где конкретно он находится, мне пока так и не сказали. Аларик вознамерился сменить её, но конечным аргументом стал тот факт, что Бонни всё же может быстрее среагировать и усмирить Деймона куда эффективнее с помощью своей ведьмовской силы. Никто из нас подобным преимуществом похвастаться не мог. Я всё ещё не могла свыкнуться с мыслью, что почти все мои старые друзья, так или иначе, не совсем люди. Про новых я вообще молчу. - И запомни, услышишь малейшее движение, не бросайся в бой первая, а лучше позови меня, я устроюсь в гостиной, поблизости, - наставительно прогудел Аларик, приобняв Бонни за плечи. - Да-да, я помню, уже не маленькая, - раздражённо отозвалась Бонни, стряхивая его руку. - Надо было почаще тебя после уроков оставлять, пока была такая возможность, - пробубнил он. - Что? - Ничего-ничего. Бонни прищурилась, но оставила его слова без комментария. - Ох, что-то мне неспокойно, - простонала она, покидая комнату. Я почему-то напряглась, несмотря на её на удивление беззаботный тон. Аларик бодро подмигнул мне и, скинув ботинки, прямо в одежде лёг на диван. - Может, хотите чего-нибудь? Или приготовить для вас комнату? – Совершенно не к месту подумала о гостеприимстве я. - Нет, малышка, я так перекантуюсь. – Беспечно ответил он, вытягиваясь на диване во весь рост. – И пожалуйста, давай без формальностей. Зови меня просто Рик и на «ты». - А… хорошо. Тогда, может, хотя бы бурбона? - Вооот, от этого не откажусь, - он снова приподнялся и сел. – Стефан, мне нравится твоя подруга. - Я заметил, - процедил Стефан. У меня слегка вытянулось лицо. Стефан быстро метнулся к бару, и уже через секунду Аларик сжимал в руке стакан бурбона со льдом. - Впечатляет, - присвистнула я. - Тебе нужно отдохнуть, - на удивление резким тоном отозвался Стефан, но тут же смягчился, - ты вымотана и ранена. Тебе нужно хорошенько выспаться, а всё остальное решим утром. В подтверждение его слов, я с упоением зевнула и попыталась потянуться, но тело пронзила боль, и я согнулась пополам. - Ох… - Лилиан… - рванулся ко мне Стефан, - давай, я помогу тебе. Он подхватил меня на руки так, словно во мне не было веса, и уверенно направился к выходу из гостиной. - Спокойной ночи, милая, - запоздало бросил ему в спину Аларик. На лице Стефана не дрогнул ни один мускул, но руки сжали меня чуть сильнее. *** - Уверена, что не хочешь, чтобы я вызвал доктора Фелл? – Всматриваясь в мои глаза, спросил Стефан. - Нет, но у меня совершенно не осталось сил на осмотры у врача. - Я очень беспокоюсь за твоё состояние, - мрачно отозвался он. - Да всё в порядке, - по привычке ответила я. - Перестань. - Не перестану. - Почему? - Потому что, если… если я скажу это вслух… всё пойдёт прахом, а пока… пока это не озвучено, можно тешить себя иллюзиями. Стефан тяжело вздохнул и сел на край кровати рядом со мной. В свою комнату я возвращаться не решилась. Там всё ещё оставались следы ожесточённой борьбы и моя кровь на полу, поэтому Стефан предложил переночевать в его комнате. Я с радостью согласилась. - Ты всё ещё дрожишь. Хочешь, я принесу тебе чаю? Я со страхом помотала головой. После всего, что случилось, мне безумно не хотелось оставаться одной. Он угадал мои мысли и слабо улыбнулся. - Не бойся, я мигом. Обещаю. И не обманул. Не прошло и минуты, как он уже вернулся с чашкой ароматного липового чая с мёдом. Я блаженно принюхалась, беря чашку в руки. - Ммм… - я прикрыла глаза, - как приятно пахнет. Спасибо. - Ты такая красивая, - очень невпопад ответил он. - Класс. Отличная шутка, спасибо. - Нет… я… извини. – Он сел рядом со мной и посмотрел в глаза. – Я знаю, что это очень не вовремя. Просто… мне приятно, что ты здесь. Хоть обстоятельства для этого не самые благополучные. Я улыбнулась уголком рта и сделала глоток чая. Он был именно таким, как я люблю. Остаётся только догадываться, это у нас так вкусы совпадают или Стефан чего-то недоговаривает. - Я могу уйти в другую комнату, если мешаю тебе, - начал он. - Нет! – Слишком громко запротестовала я и тут же понизила голос. – В смысле, я… буду рада, если ты останешься тут, со мной. Не хочу сейчас оставаться одна. В его глазах промелькнуло облегчение. - Хорошо. Я в два глотка осушила чашку, покрепче закуталась в плед и наконец-то легла на кровать, полностью вытянувшись и заложив руки за голову. Стефан осторожно прилёг рядом, не решаясь коснуться меня. - Как думаешь, - нарушила тишину я, - Клаус скоро убьёт меня? Стефан с шумом втянул воздух и в следующую секунду резко навис надо мной, пристально глядя в глаза. - Я хочу, чтобы ты запомнила одну вещь раз и навсегда. Я никогда и ни за что не позволю ему или кому-либо ещё убить тебя. Я не смог предотвратить эти нападения, но я точно не дам никому отнять твою жизнь, поняла? И, прежде чем я успела ответить, с силой впился в мои губы поцелуем. Я тихонько пискнула сквозь зажатые губы, но в груди стало разливаться такое тепло, что я не стала отстраняться. Стефан вжал меня в кровать, словно хотел соединиться со мной в единый организм, руки блуждали по телу, будто ища возможность вцепиться, а из горла донеслось сдавленное рычание. Я в ужасе замерла и попыталась оттолкнуть его от себя. Выдержке младшего Сальваторе всё-таки можно было позавидовать. Он резко отстранился и тут же исчез из виду. Я только успела глотнуть воздуха, когда он снова возник, словно из ниоткуда, передо мной и виновато улыбнулся. - Я напугал тебя? - Я… н-немного… - Прости, сложно себя контролировать, когда ты рядом. - Ты… ты хочешь меня укусить? Его глаза округлились. - Что ты! Нет! Я… в другом смысле… мои инстинкты, они сильнее… - О… - Да, - сгорая со стыда, выдавил он. – Я становлюсь похожим на дикое животное. Прости. - Всё в порядке, Стефан. Давай лучше попробуем поспать, - устало отмахнулась я. - Ты права. Он лёг на краю кровати, как можно дальше от меня. - Стефан, уж кто-кто, а я точно не кусаюсь, - усмехнулась я, - к тому же, мне нужно твоё присутствие. Я хочу знать, что ты точно рядом. Он мягко улыбнулся и обнял меня со спины, крепко прижав к себе. Уже проваливаясь в сон, я поймала себя на мысли, что такого умиротворения не испытывала очень давно. *** Сон оборвался внезапно, словно кто-то щёлкнул у меня перед лицом пальцами. Открыв глаза, я поёжилась от холода и тут же встрепенулась, ожидая, что увижу открытое настежь окно. Вопреки опасениям, окно было закрыто наглухо, но я не могла избавиться от ощущения бегущих по коже мурашек. Нестерпимо захотелось пить. Стефан спал, продолжая обнимать меня за талию. Я оглянулась и посмотрела на него. Его глаза были плотно закрыты, дыхание ровное и спокойное. Я не удержалась и едва коснулась подушечками пальцев его щеки. Осторожно выбравшись из его объятий, я снова поёжилась, ухватила со спинки стула плед и, накинув его на плечи, на цыпочках выскользнула из комнаты. Весь дом Сальваторе был погружён в безмолвие. Я тихо спустилась по лестнице, прошла мимо гостиной, в которой, то и дело ворочаясь, беспокойно спал Рик, зашла на кухню и потянулась за стаканом для воды. О мои ноги потёрлось что-то пушистое, и я чуть не выронила стакан. Укоризненно посмотрев вниз, я увидела Сноу, который пару раз беззвучно мяукнул, глядя на меня снизу вверх. - Ох, малыш, ты наверно голоден, - прошептала я, хватая его на руки и оглядываясь в поисках Бака. Пса нигде не было видно, и я предположила, что он забрался в кровать Деймона, уж очень она ему приглянулась, к вящему недовольству старшего Сальваторе. Пришлось напрячь память, чтобы вспомнить, куда накануне вечером мы убирали пакеты с кормом для животных. Наполнив, на всякий случай, сразу обе миски и давая Сноу возможность устроить внеплановый ночной перекус, я наполнила стакан ледяной водой и с удовольствием сделала глоток. Горло окатило освежающей волной, и я зажмурилась. В этот момент до меня донёсся какой-то звук. Тихий, едва уловимый, он был похож на шёпот. Я замерла и прислушалась. Звук повторился, но мне показалось, что я слышу в нём какие-то знакомые ноты. Пришлось затаить дыхание. Стакан в руках задрожал, и я осознала, что это я привожу его в движение своей трясущейся рукой. С трудом не пролив воду на пол, я поставила его на стол и упёрлась в край столешницы руками. - Так, Лили, успокойся. Тебе просто показалось. Дыши глубже. Но звук повторился, и теперь я уже отчётливо слышала своё имя. Так, будто его донесло сюда дуновением ветра. Хотя никакого ветра, конечно же, не было и в помине. Я помотала головой и прислушалась. - Лилиан… - донеслось откуда-то из темноты, и я чуть не взвизгнула от ужаса, прижав руки ко рту. - Нет… нет… тебя здесь нет. Никого здесь нет, - часто дыша, зашептала я. Но звук повторился более настойчиво, и я, опасливо оглядываясь, двинулась в сторону его источника. Тот, как оказалось, обнаружился за закрытой дверью где-то в глубине кухни. Я резко распахнула её, ожидая увидеть немыслимое чудовище, но увидела лишь винный погреб, освещаемый, нет, не факелами, как можно было ожидать, а обычными лампами дневного света. Довольными яркими, надо сказать. Погреб оказался пуст. Я недоумённо обвела взглядом стеллажи, уставленные бутылками с вином, замерла, прислушалась и… ничего не услышала. С шумом выпустив из груди воздух, я облегчённо вздохнула. - Нервы тебе лечить надо, Лилиан Стрим, - отчитала себя я и собиралась вернуться на кухню, когда снова услышала тихий, но настойчивый шёпот. - Так, ладно! Клянусь Богом, кто-то тут разговаривает! – Прошипела я как можно тише. Потом решила взять себя в руки и огляделась. Внимание вдруг привлекла большая дверь в дальнем конце погреба. Я тихо подкралась к ней и прислушалась. Ответом послужила тишина, и тогда я решила героически распахнуть дверь, а дальше действовать по ситуации. *** Сразу оговорюсь, распахнуть дверь не получилось. Ни героически, ни как-либо ещё. Она, казалось, была намертво заварена, и я уже почти повисла на ручке, но всё равно не смогла приоткрыть её даже на дюйм. Затем моё внимание привлекла довольно крупная щеколда. - Ну и дура же ты, Лилиан! – В сердцах прошептала я и потянулась к ней. Та на удивление просто поддалась, и уже через несколько секунд я медленно потянула дверь на себя. Не знаю, что я ожидала там увидеть. Возможно, банк крови, пыточные инструменты или подвешенных к потолку девушек. Но я всё равно слегка обалдела, когда за такой массивной дверью обнаружила вход в узкий коридор, а пройдя по нему, вышла в довольно крупное помещение, где с одной стороны стояла кушетка, а большую часть пространства по другую сторону занимало забранное решёткой подобие темницы. На кушетке, свернувшись клубочком, тихо посапывала Бонни, а за решёткой, вцепившись в прутья, сидел… Деймон Сальваторе. Услышав звуки моих шагов, он резко вскинул голову и, вопреки моим ожиданиям, с болью посмотрел на меня. - Лилиан… - прошептал он, и я услышала, как, ухнув, провалилось куда-то в пропасть моё сердце. *** Его руки были скованы цепью, и я видела, что каждое движение причиняет ему боль. На подбородке ещё оставались следы запёкшейся крови, но глаза… в них не осталось и следа той дикости и животной жажды крови, что я видела во время и после нападения. Он уткнулся лбом в прутья решётки, и по телу его пробежала дрожь. Я продолжала стоять, словно парализованная, и смотреть на него. В голове роились вопросы. Бонни, кажется, не слышала, как я вошла. - Лилиан, пожалуйста, - он умоляюще смотрел на меня, протягивая ко мне руки сквозь решётку. Я инстинктивно отпрянула, но обратила внимание, что цепи на его руках какие-то странные. В них словно было вплетено какое-то волокно. И только приглядевшись, я поняла, что это пропитанные чем-то верёвки, а вовсе не цепи причиняли Деймону мучительную боль. Проследив за моим взглядом, он горько усмехнулся. - Вербена. Я продолжала испуганно смотреть в его сторону. Пальцы рефлекторно взметнулись к шее. Я словно стыдливо прикрывалась. Он посмотрел на меня и зажмурился. - Лилиан… прости меня. Господи, я знаю, как глупо это звучит. - Я бы на твоём месте не шумела, - проигнорировала его извинения я, кивая на Бонни. Та, словно отвечая, беспокойно заворочалась во сне. – Почему дверь была заперта снаружи, если Бонни здесь? Что за верёвки? Почему...? Что это за место? - Как много вопросов, - покачав головой, прошептал он. Я, опасливо посмотрев в сторону Бонни, и, несмотря на страх, тихо подошла поближе к решётке, но садиться рядом не решилась, поэтому, прислонившись спиной к стене, медленно осела на пол, недалеко от темницы. - Зачем ты сделал это? – Сдавленно прохрипела я. - А вот и главный вопрос. Но сначала, позволь я отвечу на остальные. Эта темница была создана для таких вот случаев, когда кто-то из нас теряет самообладание. Не переживай, пытать меня тут никто не собирается. По крайней мере, пока. Что касается запертой тут со мной Бонни, ну, во-первых, она пока единственная, кто может более-менее мне противостоять, а, во-вторых, она тут нынче и телекинезом владеет почти в совершенстве, так что запертая дверь – её рук, точнее, мозга, дело. Эти верёвки, что довольно сильно меня бесят, пропитаны настойкой вербены, которая, в свою очередь, является крайне неприятной занозой в заднице каждого вампира. Эта дрянь причиняет некоторый… хм, дискомфорт. Что касается твоего последнего вопроса, то… я не знаю. Я, внимательно ловившая каждое его слово, на этом моменте словно запнулась о невидимое препятствие и недоумённо посмотрела на него. - Что? Весь его непринуждённый, даже слегка нагловатый вид напускного спокойствия словно улетучился. - Я не знаю, - растерянно повторил он. - Ты… ты не знаешь, почему проник ко мне в комнату? Не знаешь, зачем сшиб меня с ног, выбив из меня весь дух? Не знаешь, зачем зажал мне рот рукой? Не знаешь, зачем начал разрывать моё горло и пить мою кровь? И не знаешь, почему хотел убить меня? – Срывающимся от слёз хриплым шёпотом протараторила я. Его лицо исказила гримаса сожаления. Он беспомощно смотрел на меня, пытаясь заглянуть в глаза. Я не хотела смотреть на него. - Я не могу это объяснить, - сокрушённо сказал он, наконец. – Я даже не собирался заходить в твою комнату. Просто поднимался к себе, предаваясь каким-то мрачным мыслям, а потом вдруг почувствовал такую… ярость и… желание. Это сродни состоянию аффекта. Но я всегда, всегда мог себя контролировать. А в этот раз будто кто-то щёлкнул выключателем, я остался во тьме, и единственным путём к свету была ты. То есть твоя кровь. Лилиан, я не знаю, правда не знаю… - Ты меня ненавидишь? - Что? Нет! Боже… нет. Точнее, я испытывал к тебе что-то вроде… раздражения, как бывает, когда видишь капризного ребёнка. Но не более. И я… - Ты не знаешь, я уже поняла, - я поднялась и уже развернулась, чтобы уйти. - Она говорила о тебе. Я замерла, словно почувствовав толчок в спину. - Она постоянно говорила, какая ты сильная и замечательная. Я крепко зажмурилась, но оборачиваться не рискнула. - И я… я так злился из-за того, что ты своим приездом доказала каждое её слово в свой адрес. У меня отвиcла челюсть. *** - Что ты сказал? - Лилиан… я… хочу сказать, что она была права, и, как бы я ни метался и ни брыкался, я должен признать, что ты хорошая сестра, добрый друг и сильная женщина. Чёрт возьми, да ты перекроила свою жизнь для того, чтобы присматривать за маленьким Гилбертом! Я был его опекуном две недели, и мне хватило этого на всю мою вечность. Я ошеломлённо обернулась и посмотрела на него. Он криво улыбнулся, так, что почти стал похож на привычного мне Деймона. Я вернулась на место и села чуть ближе к нему. Он прислонился спиной к стене по ту сторону решётки, повторяя моё движение. - Я вёл себя отвратительно по отношению к тебе, я знаю. - Деймон… - Пожалуйста, выслушай меня. Я сам не понимаю, что со мной происходит. Ведь я уже переборол свою неприязнь к тебе. Точнее, ты сама это сделала. Я лишь фыркнула. - Да, я знаю, я вёл себя как полный засранец. Но, даже несмотря на все мои выходки, я никогда не смог бы убить тебя. - Слабо верится. - Почему? - Деймон, я помню каждый миллиметр кожи, который был покрыт синяками после общения с тобой. Вряд ли это можно назвать проявлением дружелюбия. - Резонно. Но, хоть ты мне и не поверишь, я… благодарен тебе. - За что? - Сложно объяснить. Понимаешь… после смерти Елены, я был… как неприкаянный. В тот момент, когда я об этом узнал… Боже, для меня как будто весь мир умер. Я понял, что не хочу больше жить или существовать, или как ещё можно назвать вот это всё. Тогда я принял решение встретить свой последний рассвет. Так уж совпало, что это было в ночь твоего приезда. А потом ты появилась как ураган и очень удачно сбила меня своей шикарной машиной. Он усмехнулся, предаваясь воспоминаниям, но затем его лицо резко посерьёзнело. - Так что ты фактически спасла мне жизнь. - И поэтому ты хотел загипнотизировать меня, чтобы я всё забыла и уехала, - припомнила я, - знаешь, это странный способ сказать «спасибо». - Я был не в себе. - Я знаю. Я тоже. - Прости, я всё время забываю, что ты тоже её потеряла. Мы оба замолкли, вспоминая ту ночь. По крайней мере, мне хотелось так думать. - И всё же, - нарушила тишину я, - что… я имею в виду… почему ты напал? - Знаешь, несмотря на всю серьёзность ситуации, не устаю удивляться, какой же настойчивой ты можешь быть! – Почти рассмеялся он. Я лишь развела руками. - Не знаю… я просто собирался пойти к себе в комнату. Честно признаюсь, я в тот момент думал о Елене. Я шумно вздохнула. - Понимаешь… я сам себя испугался. Я вдруг почувствовал такую… ярость. Временами я почти ненавидел тебя за то, что ты ворвалась в нашу жизнь и перетянула одеяло на себя. Всё вдруг сосредоточилось вокруг тебя, и я… словно ревновал, словно… не знаю… мне казалось, что все резко выключились и забыли о Елене. Они все должны были скорбеть, а ты как будто начала залечивать их раны. А потом я стал ненавидеть уже себя. За то, что я присоединился к ним. Объявился Клаус, всё так быстро завертелось, все стали защищать тебя, и это вызвало во мне такое странное чувство. Я не знаю, как это объяснить, но я не могу перестать… не могу не думать о тебе, не волноваться и не защищать. Меня это страшно бесит. Всё это так смешалось во мне, что, проходя в тот момент мимо твоей комнаты, я просто выключил голову и включил инстинкты. С того мгновения я по факту ничего не помню. Последним, что я увидел перед тем, как отключиться, было твоё перепуганное до смерти лицо. *** Я долго молчала прежде, чем сказать хоть слово. Деймон испытующе изучал моё лицо. - Скажи, ты скучаешь по ней всё так же сильно? – Глухо отозвалась я. - Что? - Елена… скучать по ней всё так же больно, как и раньше? - Я… - он запнулся. - Извини, не обязательно отвечать на этот вопрос, - отмахнулась я, вставая с пола. Он дёрнулся, вставая за мной, и зашипел от боли, когда верёвки впились в запястья вместе с цепями. - Лилиан… - Всё в порядке, Деймон. Мы будем разбираться со всем этим утром. Надеюсь, ты окончательно придёшь в себя к тому моменту. Я повернулась, чтобы уйти, когда за спиной раздался его тяжёлый вздох. - Скучать по ней всегда будет больно, Лилиан, - хриплым шёпотом отозвался он. - И я не знаю, утихнет ли эта боль когда-либо. Но что я точно знаю, так это то, что Елена не хотела бы, чтобы кто-то из нас страдал или губил свою жизнь на алтаре её памяти. Она бы очень хотела, чтобы все мы были счастливы и берегли друг друга, как бы наивно это ни звучало. А сейчас, когда появилась ты, я уверен, она со своим упрямым характером бросила бы все силы на твоё спасение. Вы всё-таки похожи. Я стояла, не в силах обернуться. Слёзы предательски навернулись на глаза. - И ещё, я хочу, чтобы ты запомнила это навсегда. Несмотря на то, что я всю дорогу вёл себя, как говнюк, я бы никогда не попытался лишить тебя жизни по своей воле. Я лишь кивнула и двинулась к выходу. - Лилиан, - окликнул он меня напоследок. – Спасибо. Я улыбнулась уголком рта, не оборачиваясь, чтобы он не видел. Но почему-то осталась уверенной в том, что он почувствовал это. *** Есть что-то мрачно-романтичное в том, чтобы блуждать по старинному поместью в призрачных лучах лунного света. Старые половицы едва слышно скрипели под ногами, в воздухе витал какой-то особый запах с примесью духов, возможно, табака и старых дубовых бочек. Пройдя через погреб и вернувшись в кухню, я почувствовала странное облегчение. Ещё раз наполнив стакан чистой холодной водой, я медленно двинулась в сторону гостиной. Единственным спутником и источником освещения мне сейчас служила полная луна. Сырная луна, как говорил мне в детстве папа. Ведь все знают, что луна сделана из сыра. Я усмехнулась этой мысли и в приподнятом настроении тихо поднялась по ступенькам наверх, в комнату младшего Сальваторе. Стефан тихо посапывал, лёжа в кровати, но беспокойно заворочался, когда нащупал под рукой пустую подушку. Его глаза резко распахнулись, он поднялся в кровати, испуганно озираясь по сторонам. Когда его взгляд сфокусировался на мне, он облегчённо выдохнул. - Всё в порядке? - Да, просто ходила попить воды, жажда замучила. - Как я тебя понимаю. Он вылез из постели и подошёл ко мне, когда я, отставив стакан, как заворожённая уставилась на сияющую в небе луну. - Красиво, правда? – Прошептал он, приобнимая меня со спины за плечи. Я не ответила и лишь неопределённо пожала плечами. Затем, медленно развернувшись, поплелась обратно к кровати. Стефан озадаченно застыл у окна. - Всё точно в порядке? – Обеспокоенно спросил он, возвращаясь в кровать следом за мной. Я забралась в постель, уютно свернулась клубочком и глупо хихикнула. - Всё просто замечательно. Сегодня в небе сырная луна. Ведь все знают, что луна сделана из сыра, правда? *** Остаток ночи прошёл на удивление спокойно. Я просто провалилась в глубокий сон без сновидений. Может, это тяжёлая рука Стефана, лежащая на моём боку, оказывала такое чудесное снотворное действие или откровения Деймона, снявшие с моего сердца часть груза. Либо я банально вымоталась настолько, что просто не было больше сил на приключения. В любом случае, спала я как убитая. Что совсем не смешно, учитывая обстоятельства. Так или иначе, продрыхнуть до обеда не удалось. День не задался с самого утра, которое началось с отчаянного звонка Джереми. Спустя десяток гудков, пятиминутную борьбу с самой собой и недовольное сонное бурчание, я всё-таки схватила трубку. - Лил! – Встревоженно завопил Джереми. - Боже, Джереми, что случилось?! – Недовольство в моём голосе сменилось нарастающим беспокойством, остатки сна тут же улетучились. - Почему ты не брала трубку?! Я звонил тебе со вчерашнего дня! - Да что случилось-то?! - Что? А… да, в сущности, ничего. Просто хотел узнать, как ты там. – Тут же поник он. - Джереми! - Да, прости… я что-то не подумал. - Не подумал ты, а беспокоюсь тут я! Тебе не стыдно?! - Прости… - Ладно, - глубоко вздохнув, смягчилась я. – Как ты, устроился? - Да, спасибо, Хью очень прикольный. Звал сегодня с его друзьями на пляж. На сердце сразу стало как-то теплее. - Сходи, конечно. Познакомишься с Хлоей, она красотка. - Лилиан! - А что?! - Ничего, - обиженно буркнул он, - ты не ответила на мой вопрос. Ты в порядке? Я на секунду замялась. Подскочивший вместе со мной Стефан беззвучно наблюдал за мной. Я знала, что он всё слышит. - Лил? - Да, конечно, Джер. Всё хорошо! Насколько это в принципе возможно в данных обстоятельствах. - Уверена? Может, мне стоит вернуться? - Джер, не вздумай! Я в полном порядке. К тому же, к моим защитникам добавился Рик. Почему ты раньше нас не познакомил? - Хм… что-то я не подумал, - в его голосе слышалось какое-то облегчение. – Это хорошо, что вы познакомились. Он там? - Да, спит в гостиной. - Что? Почему? Я прикусила язык. Чёрт! - Ну, вчера приехала Бонни, и они вместе пришли сюда. - Она что-то узнала? – Оживился он. - Ну… - я беспомощно посмотрела на Стефана, - я… я не знаю пока. Видишь ли, они поздно приехали, и я пока не стала её расспрашивать. Мы как раз собираемся выпить кофе и обсудить всё это. - Хорошо… - растерянно ответил Джер, - ты уверена, что я не нужен тебе там? - Уверена! – Поспешно выпалила я, о чём тут же пожалела. – Прости, Джер, я не имела в виду… в смысле, ты мне, конечно же, нужен, но сейчас не самый подходящий момент… - Я понял. – Тихо отозвался он. – Позвони, как посчитаешь нужным. Я крепко зажмурилась и уронила голову на руки, когда он отключился. - Ох, ну какая же я глупая идиотка! – Простонала я в складки одеяла. Стефан сочувствующе посмотрел на меня, когда я подняла свою взъерошенную ото сна голову. - Не переживай, он всё понимает. -Боюсь, что нет, Стефан, - тихо пробормотала я. – Он всё ещё ребёнок. Запутавшийся ребёнок, которому нужны внимание и забота. А я запихнула его на другой конец страны к людям, которых он даже не знает. Они, конечно, замечательные, но это слабое утешение и оправдание. - Но ты сделала это ради него. Я снова подняла на него взгляд. - Да… да, наверно, ты прав. Спасибо, Стефан. Он ласково улыбнулся, тронув меня за подбородок. У меня защемило сердце. Стефан продолжал смотреть мне в глаза целую вечность, пока я, смутившись, не опустила голову. - Как ты себя чувствуешь? – Спросил он, вставая с кровати и накидывая рубашку. Я поймала себя на мысли, что с сожалением провожаю взглядом его скрывшийся под рубашкой пресс. - А? - Ты в порядке? – Повторил вопрос Джереми он, внезапно оказавшись рядом. У меня перехватило дыхание. Он был слишком близко. - Д… да, нормально, - шумно сглотнула я. Он как-то особенно озорно улыбнулся мне, а я невольно подалась к нему, когда дверь резко распахнулась, и на пороге возникла Бонни. Я чуть не зарычала от негодования. - Доброе утро! – С порога крикнула она, а потом увидела меня в постели Стефана и запнулась, - я… эээ… я не помешала? - Нет! – Громко выпалила я и выбралась из кровати. Стефан только игриво усмехнулся. Скотина. - Как ты, дорогая? Интересно, каждый считает своим долгом спросить, как я себя чувствую и всё ли у меня в порядке, прекрасно зная, что я в полном и бесповоротном раздрае? Бонни подошла ко мне и заглянула в глаза. - Выглядишь кошмарно, Кэролайн упала бы в обморок от возмущения. - Отстань, - мрачно буркнула я. - Не дождёшься. - Ладно, пойдём пить кофе, заноза, - усиленно игнорируя Стефана, сказала я и потащила её за собой. *** Аларик Зальцман, уважаемый, как мне сказали, преподаватель истории в университете Уитмора, сидел на высоком барном табурете в кухне и отчаянно зевал, почёсывая свою недельную щетину, а синяки под глазами, вечные призраки недосыпа, активно чернели на его измождённом лице. Поэтому, когда он при виде меня с Бонни, весело и достаточно бодро поднялся навстречу нам, я немало удивилась. - Доброе утро, красавица, - участливо сказал он, лучезарно улыбаясь. Я поразилась его радушию, но невольно улыбнулась в ответ. - Привет, - ответила я, усаживаясь на табурет и оглядываясь в поисках кофеварки, - видишь, Бонни, некоторые всё равно считают меня красавицей. Бонни лишь скорчила мне рожицу. - Бака никто не видел? – Заглядывая под стол, спросила я. Аларик оглянулся вокруг. - А Бак – это…? - О, извини, Бак – это большой тёплый медведь, в народе его называют собакой породы лабрадор, но ты на это не ведись. – Важно проговорила я. – Серьёзно, он снесёт тебя с ног и не заметит. Рик громко рассмеялся. - Отличное описание любимого питомца, но, к сожалению, нет. Я видел какого-то котёнка, но под описание он едва ли подходит, разве что с большой натяжкой. - Жаль, - пожала плечами я, - его компания мне бы сейчас точно не помешала. - Не переживай, наверно, бегает где-то в саду, - криво улыбнулся Рик, - но если нужна будет компания, обращайся. Я благодарно улыбнулась ему в ответ. Стефан, словно стена, вдруг вырос из ниоткуда прямо рядом со мной. Кофейник волшебным образом оказался у него в руке. - Кофе? – Тепло улыбнулся он. - Спасибо. Первый же глоток приятно прокатился прямо в желудок, словно вернув меня к жизни и заставив довольно зажмуриться. - Ммм… - Приятно видеть тебя такой, - хихикнула Бонни, но тут же посерьёзнела, - так, а теперь к менее приятным вопросам. Во-первых, как считаете, уже можно привести сюда Деймона? По жёсткому, но такому выразительному взгляду Стефана догадаться было несложно. - Хорошо, я поняла, пока рано. Тогда, во-вторых. Я могу задать тебе несколько вопросов о вчерашней ночи, Лили? Я невольно съёжилась, но кивнула. - Бонни, - начал Стефан, но она тут же его оборвала. - Стефан, у меня пока есть только догадки, но, чтобы их проверить, я должна поговорить с Лилиан. Я хочу защитить её не меньше, чем ты. - Милая, если будет сложно, не торопись, - похлопал меня по плечу Рик, а Стефан шумно втянул воздух. - Да перестаньте вы, я не сахарная, - взъярилась вдруг я. Бонни нахмурилась. - Хорошо. Итак, я вернусь к своему вчерашнему вопросу. Ты не слышала точно, что говорил Деймон перед тем, как напасть на тебя? Я лишь неопределённо повела плечами. - Нет, его шёпот был слишком тихим. К тому же, это произошло так стремительно. Я… честно говоря, я ведь даже не знала, что это он. Стефан покачал головой. - Опиши ещё раз более точно, как всё было, - попросила Бонни. - Честное слово, Бонни, ты ведь уже слышала эту историю вчера! – Взъелся Стефан. - Всё нормально, Стефан, - удивлённо покосилась на него я, но от внимания не ускользнул его недовольный взгляд. Я ещё раз, но уже более подробно и менее сбивчиво пересказала им события прошлой ночи. - И знаете... – закончила я, - у него были такие глаза… - Я понимаю, - перебил меня Стефан, неправильно истолковав паузу в моих словах. - Нет, Стефан, - покачала головой я, - я знаю, как выглядят вампирские глаза при виде крови. Я не об этом. Просто… мне показалось, что он меня не узнаёт. То есть, я понимаю, охотничий инстинкт и жажда, но… он словно впервые меня видел. Никогда раньше не видела в нём столь слепую ярость. Бонни озадаченно нахмурила брови. - Скажи, - нарушила она внезапно образовавшуюся тишину, - в последнее время тебя не мучило что-то наподобие мигрени или ещё какое-то недомогание? А может, были вспышки агрессии или нервозность? Я удивлённо вскинула брови. - Да, но… я хочу сказать… это был такой период, что неудивительно плохое самочувствие и вспышки агрессии или… не знаю… депрессия. - Ты права, отчасти. – Бонни словно погрузилась в раздумья и говорила сама с собой. – Но тут такая штука… Её монолог прервал звонок в дверь. - Я открою, - Рик тут же подскочил с места и скрылся из виду. - Так что ты хотела сказать? – Спросил в нетерпении Стефан. - Я… Не успела она продолжить, как из холла послышался озадаченный голос Рика. - Эээ… Лилиан? Ты не могла бы подойти сюда, милая? Мы все переглянулись и поспешили на его зов. На пороге стоял субтильного вида бледный паренёк лет шестнадцати. Увидев меня, он странно оживился и сжал в руках какую-то планшетку. - Лилиан Стрим? - Да, - нахмурившись, ответила я. - У меня для вас посылка, - как-то чересчур радостно объявил он. - Что? От кого? Он сосредоточенно заглянул в планшетку. - Отправитель пожелал остаться инкогнито. Это сюрприз, но вам нужно расписаться вооот тут. – Он протянул мне планшетку и ручку, тыча пальцем с грязным ногтем на строчку, в которой действительно значилось моё имя. Отчаянно недоумевая, я нацарапала в ней какую-то каракулю и уставилась на курьера. - А! – Поднял палец он. – Один момент. И ринулся к фургону. - Как-то странно, не находишь? – Посмотрел на меня Рик. - Более чем. Мальчишка вернулся через пару минут, толкая перед собой тележку, на которой громоздилась огромная коробка в красочной подарочной упаковке. - Вот, пожалуйста! Здоровенный-то какой! – Восхищённо присвистнул курьер и поспешил удалиться, сгрузив коробку на дорожку. Испытывая самое дурное предчувствие, я потянулась к огромному банту. - Подожди, - Стефан прошёл мимо меня и с лёгкостью поднял коробку, с удивлением отмечая, что она довольно-таки тяжёлая. Внеся её в холл, он растерянно запустил руку в волосы. - Ну что, попробуем открыть? – Нарушил тишину Аларик. Я пожала плечами. - Ладно, что тут у нас? – Я вытянула из-под ленты небольшой конверт. В нём обнаружилась изящная подарочная карточка, на которой размашистым старомодно-витиеватым почерком было написано: «Приходи на мой праздник! И прими сердце моё! А иначе я не перестану слать тебе подарки!» Вместо подписи в углу чернела большая буква «Н». У меня перехватило дыхание. - Лилиан? – Бонни посмотрела на меня. – Всё в порядке? Вместо ответа я молча потянула за ленту, опоясывающую стенки коробки. Дрожащей рукой сняв с неё крышку и заглянув внутрь, я почувствовала, как уходит из-под ног пол. Весь холл особняка заполнил такой оглушительный крик, что я не сразу поняла, что он вырывается из моей груди. Подо мной словно разверзлась пропасть. Я упала на колени и завыла как раненое животное. Зрение и слух словно изменили мне, и я не могла ни видеть, ни слышать никого вокруг. Внимание было приковано только к одной пульсирующей перед глазами точке. Ею была злополучная коробка, на дне которой лежал труп моей собаки. Моего Бака. Его грудная клетка была разодрана, являя миру сломанные рёбра и развороченные внутренности. Сердце было зажато между зубами. Откуда-то издалека, словно сквозь толщу воды, до меня донёсся глухой гул, но я не обращала на него внимания, глядя в свой непрекращающийся кошмар. Это была чистая скорбь, обнажённая боль. И я поразилась её всепоглощающей силе, которая заставила меня проявить все свои накопленные чувства, выплеснуть их наружу, как никогда прежде. Где-то внутри, на задворках сознания начинало нарастать ставшее привычным чувство всеобъемлющего гнева. Звуки вокруг стали сгущаться, и я вдруг снова чётко смогла их различать. - Не трогай её, Стефан! – Долетел до моих ушей насмерть перепуганный голос Бонни. Я попыталась сфокусироваться, но его ответ потонул в волне ярости, которая захлестнула всё моё нутро. Я не сразу поняла, что произошло. Помню только едва уловимое, лёгкое прикосновение ледяных пальцев к моей накалившейся до предела коже, полный гнева и боли вскрик и что-то, похожее на взрывную волну, прокатившуюся по всему первому этажу особняка, сотрясая его стены. Впрочем, меня она не затронула. Потому что исходила она от меня. Когда я открыла глаза, взору предстала полная разруха, царившая вокруг. Слегка обалдевшая, словно оглушённая, Бонни держалась за руку Аларика, который помог ей встать с пола. Стефан лежал на полу без сознания. На стене над ним появилась большая вмятина. - Господи… я так и знала, - всхлипнула Бонни. Я растерянно посмотрела на неё. - Что…? - Ты – Бессмертное Дитя. Я же говорила, день не задался с самого утра.