Во времени

Прим. автор: я, походу, разошлась на эксперименты... Надела каску и броник, и ушла прятаться в подземный бункер... Приняв горячий душ и согревшись после ночного купания, если это можно так назвать, выхожу из ванной, обернувшись мягким полотенцем. В комнате полумрак, только ночник на тумбочке со стороны Бена неярко освещает комнату. Прислоняюсь к косяку и на секунду закрываю глаза. Как этот мягкий теплый полумрак напоминает ту ночь – горячую, страстную, играющую десятками танцующих в темноте свечных огней… Ночь откровений и признаний… Так странно – внутри, в мыслях и чувствах ничего не изменилось. Они все так же чисты, сильны и постоянны. Проведя по мокрым волосам, открываю глаза… Бен устроился на кровати, подложив под спину подушку и небрежно прикрыв одеялом только одну ногу. - О чем ты думаешь? – Легкая улыбка на губах. - О Греции… ты помнишь? – Подхожу к кровати, встаю на нее коленями и приближаюсь к нему. Усаживаюсь рядом, подогнув под себя ноги. Бен сползает вниз, обвивая руками мои бедра, и укладывает голову на колени. - Конечно, помню… Рука ложится на его плечо, пальцы второй зарываются в мягкие волны. От него пахнет свежестью, немного корицей и на секунду кажется – ванилью… Но стоит мне сосредоточиться, и я уже не могу уловить этот запах – как будто он исчез бесследно… Или был только в моем воображении. Плавно перебираю шелковистые прядки, веду до кончиков, позволяя им выпасть из пальцев, и захватываю снова. Бен довольно жмурится – я знаю, какие у него чувствительные корни, поэтому стараюсь быть очень осторожной. - Милый… расскажи мне… - Мммм… - Он тихонько мурчит, закрыв глаза, отдаваясь приятным ощущениям и, кажется, не понимает вопроса. - Расскажи… Ты сказал, что это не все твои фантазии… Я хочу знать… - Провожу по шее, едва касаясь. По спине и рукам Бена разбегаются мурашки, и он слегка вздрагивает, выдернутый этим жестом из расслабленно-сонного состояния. - Нет… Не буду.. Мне как-то неловко… - Трется носом о мои колени, поднимает голову, снова ложится на свое место, поправив под поясницей подушку и отведя глаза в сторону окна. - Бен… - Обняв рукой за талию, тяну вниз, заставляя опуститься и лечь, пристраиваю голову на его плече. – Ну что может быть такого, что тебе неловко? – С каждым словом губы слегка касаются бархатной кожи. - Мы ведь никогда не стеснялись друг друга, так? Он переводит на меня взгляд и смотрит с таким смятением – нахмурив лоб и сведя брови. Я чувствую, что он хочет рассказать, но ему от чего-то тяжело, он сомневается и не может решить, как поступить. Я приподнимаюсь и устраиваюсь так, чтобы он обнял меня одной рукой, утыкаюсь лицом в изгиб между плечом и шеей - может быть, если Бен не будет меня видеть, заговорить станет легче. И это срабатывает. Он вздыхает, и я понимаю - набирается смелости. Протягивает руку и выключает свет, погружая нас почти в полную темноту. - В общем… есть кое-что… Что мне хотелось бы… - Поворачивает лицо ко мне и целует в лоб. – Только ты не подумай, что мне чего-то не хватает… Мне с тобой очень, очень хорошо. Словно в подтверждение прижимает меня крепче, а я закидываю ногу на его бедра, давая понять, что я так не думаю, что все в порядке и он может продолжать. - Вот… - Пауза. – Было кое что, что я вспомнил… И эти ощущения… Они не дают мне покоя… У меня не было такого опыта в этой жизни, поэтому до определенного момента я даже не задумывался… - Тяжело вздыхает и отрицательно качает головой, видимо решая, что идея начать этот разговор была плохой. - Бен… Нет, пожалуйста. Говори, я слушаю, мне важно знать… – Шепчу быстро, боясь, что он не закончит начатое, испугается и больше никогда не заговорит об этом. Выскальзываю из объятий, отбрасывая полотенце, усаживаюсь верхом и, сжимая коленями его бедра, наклоняюсь, тесно прислонившись голой грудью к мускулистому торсу. Обвив голову руками целую – мягко, осторожно, просяще: – Бен, пожалуйста, мне надо знать… Если я могу сделать что-то еще… Я хочу это сделать… - Он колеблется, на секунду крепко сжимает веки. - Хорошо. Только… Можно я покажу… Я не готов сказать вслух. - Покажи. – Провожу носом по щеке и чувствую, как обе его ладони ложатся мне на ягодицы, крепко сжимают, поглаживают и скользят между ними, раздвигая и недвусмысленно касаясь кончиками пальцев складочек кожи… Его член тихо вздрагивает, становясь ощутимо больше только от мысли о возможности…Ооо… Вот оно что… Я задерживаю дыхание, перебирая варианты дальнейших действий… Не то чтобы я никогда не думала об этом, но это было скорее любопытством… Ладони перемещаются на плечи, и Бен снова отворачивается к окну, пытаясь утопить в темноте смущенный взгляд. Грудь тяжело и медленно вздымается, он явно взволнован, возможно, даже больше, чем я. - Тебе интересно… то есть ты хотел бы… попробовать такой секс? – Спрашиваю тихо и старательно контролирую интонации, чтобы он не решил, что слишком меня шокировал или отпугнул. - Мне… Да, но ты не обязана… - Несколько раз коротко целует в висок. – Просто это могло бы… Но совсем не обязательно… Еще недолго лежу, приводя в порядок мысленный сумбур. Не сказать, что я готова, но если ему это нужно… У меня тоже нет опыта в этом вопросе, если не считать совсем недалеко зашедших экспериментов… и это было вполне… - Нет, знаешь, забудь! – Он решительно сжимает меня в объятьях. – Просто иди сюда… - Проводит по волосам, опускаясь к подбородку и приподнимая мое лицо. – Мне хорошо с тобой. Всегда. – Выдыхает последнее слово на грани слышимости и прикасается губами к моим, начинает мягко целовать, осторожно прикусывая, обводя языком. Широкие теплые ладони ласково скользят по спине, не опускаясь ниже поясницы. Я чувствую, как его плоть напрягается сильнее, и делаю всем телом движение навстречу, заставляя его судорожно вдохнуть через нос и выдохнуть мне в губы. Я чуть приподнимаюсь, позволяя его руке проскользнуть между нашими телами и прикоснуться к чувствительному месту. Он осторожно ласкает пальцами, мягкие поцелуи становятся глубже – более настойчивыми и требовательными. Все внутри отзывается на распаляющие желание касания, внизу становится горячо. Тихонько застонав, я начинаю двигать бедрами, давая понять, что хочу принять эти чуткие пальцы внутрь. Но он дразнит, продолжая целовать меня сквозь хитрую усмешку змея-искусителя. Не вытерпев, я немного отстраняюсь, и пытаюсь взять его твердый член в руку, но он ловит ее на подходе и отводит мне за спину и следом проделывает то же со второй. Почему-то это жест, это ощущение подчинения, зависимости, запускает внутри незнакомую реакцию, усиливающую желание в миллионы раз. Мышцы внутри сжимаются почти до боли… И все, что мне остается, это нетерпеливо двигаться, скользя разгоряченной влажной плотью по его члену, получая хоть что-то, изнемогая от недостаточности этих касаний. И в голове мелькает мысль, что мы могли бы… Почему нет… - Бен… - Ммм? – Иллюзия власти, вседозволенности, чувство контроля надо мной застилает его прозрачную радужку стальным. - Давай… - Что?... - Давай сделаем то, что ты хочешь… - Становится не важно, где именно он будет, главное – что во мне… Он, осознав, вдруг подхватывает меня, переворачивает на спину, укладываясь набок рядом, продолжая свои пытки, и я по инерции сжимаю ноги, стараясь удержать его ладонь дольше. Но Бен, просунув колено между моих ног, лишает этой возможности. Наклоняется близко, теплое дыхание касается щеки: - Нет, это… пусть все будет как есть… Но чувство противоречия, которое невозможно заглушить даже такими мучительно сладкими ласками подает голос и, я уже уверена, что это будет, что бы Бен ни сказал. - Давай… Аххх… - Дрожащий стон срывается и гаснет в темноте, когда его пальцы начинают быстрее кружить по разгоряченной плоти. - Ты точно… Хочешь… - Даже в затянутом возбуждением взгляде читается беспокойство и неуверенность… - Попробуем… давай… - Я уже готова взорваться, распотрошить ногтями простыни… - Я…. Ладно… Только… Смотри на меня, чтобы я знал, если… - Хорошо… Он располагает ладонь так, чтобы большой палец по-прежнему касался набухшего бугорка, а указательный начинает мягко скользить по крепко сжатым лучикам кожи между ягодиц. Я развожу ноги шире, чтобы ему было удобнее, пытаясь не думать, как все это будет выглядеть. Мне кажется, Бен слегка дрожит – от страха или возбуждения – я не знаю, сама стараюсь сконцентрироваться на своих ощущениях, которые идут по нарастающей. Его касания становятся все настойчивее, и это… приятно… Я тону в этих ласках, но вздрагиваю, когда кончик тонкого пальца вдруг входит внутрь… - Тщщ… Все хорошо? – Он покрывает щеку и скулу легкими поцелуями, рука замирает. Мелькнувший дискомфорт плавно отступает, и я слабо улыбнувшись, тихо выдыхаю: - Да… Бен осторожно продолжает обводить клитор пальцем, старательно контролируя каждое движение, но ощущения так усиливаются, что я понимаю – если он продолжит, я не выдержу… - Убери… - И запоздало сообразив, что он может не правильно понять, договариваю: - Большой… убери… слишком… - И вздрагиваю снова, зажимаясь, когда чувствую, что он продвигается глубже, мягко прокручивая указательным пальцем внутри… - О, господи… Такая странная смесь всего - покалывающей боли, наполненности и… И вот сейчас… какого-то животного удовольствия… - Расслабься… - Он рвано дышит, припав открытыми губами к моему плечу и не сводя глаз… Так сосредоточен, что его член слегка опал. Протягиваю руку и сжимаю, начиная осторожно водить по стволу. – О… Да, хорошо… Его палец внутри меня начинает скользить так же осторожно, синхронно с моими движениями, и, кажется, что рассудок меня сейчас оставит насовсем… Бен снова помещает большой палец на чувствительное место, и меня почти подбрасывает от мощной волны удовольствия… Боже, я и не думала, что может быть так… - Ты… - Продолжай… - Я рычу сквозь зубы, наверное, слишком резко … Но он что-то сделал со мной… Что-то такое, о чем я не догадывалась раньше. Словно вызвал ненасытных, порочных демонов, скрывавшихся внутри все это время… - Еще… - И Бен, осмелев, вводит палец до конца… Кажется, это уже не остановить… Это безумие, которое рушит все представления о наслаждениях, открывает то, что было недоступно раньше. Он смотрит за тем, как я реагирую, зрачки расширяются, вытесняя сталь, член становится каменным в моей руке, и он начинает несильно толкаться ко мне в ладонь, прикусывая плечо. - Еще… - Боже… Аккуратно выскользнув из меня и собрав больше влаги, тут же вводит средний палец, который я принимаю легко. Он двигает и поглаживает изнутри, но уже и этого кажется мало. - Еще… - И к среднему осторожно добавляется фаланга указательного. Я снова вздрагиваю… Бен замирает. Это… Я не думала, что это настолько больше…Это больно, пожалуй… Но отвлекающие поглаживания и кружения в точке острого желания отвлекают, я нахожу его губы, впиваюсь в них жадно, и я опять отдаюсь этому наваждению. Постепенно пальцы внутри начинают двигаться свободно. Почувствовав, что захват моих мышц стал слабее, Бен аккуратно добавляет третий палец, не сводя с меня распахнутых глаз, и остатки самоконтроля ускользают от меня окончательно… Я двигаю бедрами, рыча и издавая стоны непрерывно, подаваясь навстречу его пальцам, усиливая трение. Моя рука опадает с его члена и он, застонав, придвигается, чтобы прижаться им к моему бедру. Он стонет вместе со мной, как будто чувствует все то же самое – это полыхающее, сильное, яркое… - Тебя… ты… - Губы не слушаются, под веками взрываются салюты… - Что, что ты хочешь… - Он прислоняется к моему лбу, покрывая глаза и лоб поцелуями, водя приоткрытым ртом. - Тебя… Сейчас… - Ох… Я…. Тогда давай…Перевернись на бок… осторожно… Я перекидываю ногу, стараясь не соскользнуть с его пальцев, и ложусь на бок, подтягивая колено ближе к груди. Он делает еще пару движений и мягко выходит из меня, но я почти сразу ощущаю влажную головку у входа. - Подожди… - Мои неглубокие познания напоминают, что нужно больше влаги. – Возьми что-нибудь… Лосьон на тумбочке… быстрее, Бен… - Вырывается со всхлипом. Он молниеносно подрывается и дотягивается до пузырька, нажимает на дозатор, и я снова чувствую его – готового проникнуть внутрь. Давление кажется неожиданно интенсивным… Я не ожидала что будет… Боже! Боль пронзает от кончиков пальцев до кончиков волос, как будто в меня всадили десяток стальных прутьев, прошив мышцы, закрутив нервы, кажется, я сейчас рассыплюсь на осколки. Слезы льются из глаз, сразу закладывает нос, не давая возможности нормально дышать. - Бен… - Отчаянный придушенный крик разрывает полумрак… - Больно, Господи… - Теперь я понимаю какой ад испытывали люди, которых казнили «Железной девой». Тело не слушается, оно сковано, каждая попытка двинуться вызывает новые волны запредельной боли, которую я просто не в состоянии вынести. Бен вздрагивает, не двигается, но удерживает около себя, не позволяя отстраниться, избавиться от причины этих диких ощущений. - Вера, милая… Пожалуйста… - Испуганный рваный шепот едва доходит до сознания. - Сейчас пройдет… Если я выйду, будет хуже… Я не могу ответить… Просто не могу… - Дыши, слышишь… Сейчас все пройдет… Дыши… - И я чувствую, как его грудь за моей спиной начинает вздыматься, словно показывая мне как надо… Я пытаюсь, но получается только хватать воздух ртом… Через пару тысячелетий, кажется не меньше, боль действительно начинает притупляться… И я понимаю, что Бен все еще не двигается, непрерывно водя ладонью по моей спине, плечам и рукам, целуя затылок и жарко выдыхая в волосы… Слезы продолжают литься, я лежу щекой на мокрой простыне, по которой расползается едва заметное влажное пятно. - Любимая… родная… Вер, ты слышишь… Господи, это я виноват… - В его надтреснутом голосе столько вины и боли… - Попробуй… - Обессилев и, наконец, расслабившись, сжимаю обхватившую меня руку… - Ты… - Осторожно, попробуй… - Я не знаю, что будет, когда он начнет, но… Мягкий неглубокий толчок и шепот: - Как… - Нормально… Еще один такой же осторожный, и еще, и еще один… Он начинает двигаться аккуратно, выверяя глубину каждого проникновения, стараясь входить не больше, чем в первый раз. И на смену страху и испытанному ужасу начинает приходить что-то другое… Это уже больше похоже на то удовольствие, которое охватило меня под натиском его пальцев. Я осторожно подаюсь навстречу, принимая его чуть глубже, и снова искра боли пробегает по телу, но уже не такая острая. Бен, немного изогнувшись, просовывает руку между моих ног и, собрав немного смазки на ладонь, начинает массировать еще возбужденный клитор. Ярко вспыхнув, желание возвращается, вытесняя из памяти минуты пережитого кошмара. Я чувствую, как мое тело действует само, затягивая его все глубже внутрь, как оно отзывается на каждое скольжение, каждое касание, как нарастает внутри лавина, угрожающе подрагивая и готовясь в любой момент сорваться вниз, погребя под собой меня, его, нас обоих. - О… Боже… - Вер.. Ты… - Не останавливайся… - И сердце начинает колотиться сильнее, и всхлипы трансформируются в голодные стоны. - Ахх... Это… - Ты невероятна… - Не прекращая плавно толкаться внутрь, Бен прижимается лбом чуть ниже лопаток, легко поводит и целует, будто благодаря, что я прошла это с ним, позволила, и я тихо смеюсь, шмыгнув носом и снова отдавшись этому новому и неизведанному. И наши движения друг к другу становятся синхронными, стоны и всхлипы удовольствия сливаются в один: - Боже… - Ааах... Бен… Еще… Он наваливается на меня, почти подминая под себя, и входит глубже, почти до основания, скользя внутри, подводя к краю нас обоих: - Я сейчас… - Да… - Вера, Господи… - Да… давай… сейчас… И его словно подбрасывает так, что он почти выходит, рыча сквозь зубы, и опять толкается внутрь… Я чувствую, как горячее семя наполняет меня… - Ааа….Ччч… Черт… - Он так сильно втягивает воздух, что мне кажется, что его грудь просто разорвется… Я чувствую, как он сокращается внутри, вздрагивает… Я представляю, как сначала распахиваются его глаза, как он затем мучительно стискивает зубы и сжимает веки… Как я жалею, что не вижу этого потрясающего зрелища… Еще дрожа, он легко выскальзывает и переворачивает мое безвольное тело на спину, садится между коленей, обхватив бедра трясущимися руками, и припадает ртом к горячей плоти, быстро дразня кончиком языка… И вот та последняя капля, которая запускает сход лавины, набравшей критическую массу… Несколько широких движений, и мощный поток срывается, унося меня в бездонную пропасть… - Аххх…. – И спина изгибается, отрывается от простыней. Пытаясь за что-то ухватиться, я ударяюсь рукой об изголовье, но не чувствую боли, потому что сила этого оргазма не сравнима ни с чем, что я испытывала раньше. В голове вспыхивают салюты, под веками искрит, мышцы скручивает и тут же разворачивает назад. Лихорадит так, словно я попала в эпицентр взрыва, силу которого невозможно просчитать, я как будто покидаю собственное тело, и глаза снова наполняются слезами, задыхаюсь… - Оо… ты… это просто… - Бен прижимается щекой к низу живота, удерживая ладонями бедра и припадая влажными губами к коже. Вернувшись, я едва нахожу силы, чтобы поднять руку и запустить пальцы в его волосы, слабо по ним скользнув. Чувствую, как кровь приливает к лицу, и я отворачиваю голову к окну, не в силах посмотреть на него. - Эй… - Устроившись рядом он пытается повернуть меня к себе, в тихом шепоте звучат нотки беспокойства… - Вер… Вер, тебе плохо, скажи… Больно? Опустошение и щемящее чувство стыда вдруг вязко расползается в груди, становится противно от самой себя... Я вспоминаю, как насаживалась на его пальцы, как требовала больше, почти приказывая… Как животное, не способное управлять ни своим мозгом, ни своим телом… как ему, должно быть, было мерзко, Господи… Молча мотаю головой, слезы заливают лицо, и я стараюсь не всхлипывать… Пусть лучше он ляжет рядом и уснет… Или я уйду вниз… Почему так гадко… - Нет… нет, нет, нет… ты что такое думаешь?? – Бен нависает надо мной, вцепившись пальцами в подбородок, не давая возможности отвернуться. Не смотреть… Не в эти невозможные глаза… Больше никогда… - Не читай меня… - Едва слышно шепчу. – Не лезь в мою голову. - Боже, сумасшедшая… - Наваливается всем телом и кладет ладони на скулы, пытаясь поймать мой взгляд. – Посмотри на меня… Закрываю глаза… - Нет, не уходи, посмотри на меня… - Покрывает лицо торопливыми поцелуями. – Я люблю тебя. - Не надо… - Я обожаю тебя, ты самое лучшее, что было со мной… Это… То, как ты мне открылась… Тихий стон сквозь зубы, и слезы снова катятся из-под закрытых век. - Это было восхитительно… Я даже подумать не мог, что будет настолько прекрасно… Это я должен ругать себя за то, что причинил тебе боль… милая… То, что ты мне дала сегодня… Боже, я перед тобой буду всю жизнь стоять на коленях за это… - Снова целует лицо, коротко, отчаянно. – Пожалуйста, скажи что-нибудь. Его слова доходят медленно… Он передо мной? На коленях?... Он обожает… было… прекрасно… даже после… Тяжело поднимаю припухшие веки и неуверенно обвиваю руками его шею. Он прижимает тесно, на губах начинает играть улыбка облегчения, но в снова ставших светлыми глазах, копятся прозрачные озера. Сведя брови домиком, тихонько бормочет: - Вот… Так лучше, и не отпускай, ты обещала, помнишь? Там, в Греции… Краем сознания слышу его мысли «Люблю, до безумия люблю… моя… только не уходи, не бросай меня… скотина, дурак…» Начинаю тихо смеяться. - Аха, дурак, если думаешь, что избавишься от меня. И Бен широко улыбается, но горячие капли срываются с ресниц и струятся по его мраморной коже. - Даже в мыслях не было… ты же знаешь.