find.

Стефан убрал руку с плеча и серьезным, довольно растерянным взглядом уставился на меня. — Ты замерз? У тебя руки трясутся. Дома же не холодно, вроде? — Такое бывает, когда я нервничаю, — я сомкнул ладони в замок, пытаясь остановить дрожь. — Это не от холода, от таблеток, — тихим голосом я дополнил и опустил голову. Блондин ловко вспорхнул с места, показав жестом, чтобы я оставался на диване. Почувствовав слабость, уже до боли в костях привычную и надоевшую, я откинулся на подушки и скомканное покрывало, прикрыл глаза ладонями, пытаясь прогнать появившуюся разноцветную рябь. — Может отдохнешь? — протягивая бледную желто-зеленую жидкость в прозрачном стакане, спросил Стеф. — Я не устал, — я медленно приподнялся на локтях. — Не хочу проспать всю жизнь, — осипшим голосом сказал я, забрав стакан из руки и выпив содержимое. — Опять лекарство? Гадость, — я высунул язык и поморщился. — Если лечиться, то только так. По-другому я не умею, — посмеялся Стефан и забрал пустой стакан. — Ну, или в больнице. — Дерьмо, — я сказал с долей недовольства, продолжив морщиться. — Если тебе хреново, могу сходить за продуктами один. Я отрицательно покачал головой. — Да нет, я с тобой. Только давай чуть попозже. Стеф понимающе кивнул и сел обратно на диван, скрестив ноги в уже ассоциирующейся у меня с ним позе лотоса. В силу длинных и худых ног у него это с легкостью получалось. Он взял пульт с тумбы и с выражением скуки на лице начал быстро перелистывать каналы. Я слегка потирал виски пальцами, чувствуя, как начинает действовать лекарство и мне становилось легче. — Кажется отпускает, — тихо, но вслух я удостоверил самого себя. — Чего? — обернулся Стеф. — Нет, нет, забей, — я улыбнулся и отмахнул рукой. Стефан встал с дивана и направился в спальню, толкнув дверь плечом. Он вернулся с бумагой и ручкой, заняв на диване свое прежнее место рядом со мной. Я внимательно наблюдал за ним, в конце концов, сам не замечая того, уставился на него вопросительным взглядом. — Это список покупок, — Стеф перевел на меня взгляд и улыбнулся доброй широкой улыбкой. Тут я резко вспомнил про то, как я планировал покупки, и это сподвигло меня на мысль, что мне нужно заплатить за аренду квартиры. — Чееерт, — я озадаченно засетовал, закрыв лицо руками и опустив голову. Блондин оторвался от своего занятия и вскинул бровями. — Мне на этой неделе нужно заплатить за аренду квартиры, но я боюсь появляться там, сам понимаешь, — я закусил губу. — И как мне быть? — Ты же не жил в квартире пару месяцев? За что платить? — Это долг. Долг за последний месяц. В этом аренда закончится и если бы я не свалил с больницы, при выходе из неё я должен бы был искать новое жильё. — При выходе, — усмехнулся Стеф. — Не волнуйся, — он потер над губой указательным пальцем, — я могу встретиться с хозяином и отдать деньги. — Спасибо, но… — я смущенно улыбнулся. — И при том заберу твои вещи сюда, — понимающе дополнил Стеф. — Оставайся у меня, мне все равно одному скучно. Я на радостях обнял и в сотый раз поблагодарил его. — Брайан, — улыбался Стеф, — если ты думаешь, что мне сложно, то это не так, — убедил меня блондин. Спустя пару часов поедания пиццы на ковре у телевизора и рассказов историй из наших жизней мы решили что пора бы что-нибудь сделать за этот день. *** — Я должен выглядеть прилично, — серьезно сказал Стефан, усердно стараясь завязать галстук напротив зеркала. — Должен, только галстук это уже через чур… И может я все-таки пойду с тобой? — Да, правда, к черту, — блондин откинул галстук, который у него так и не получилось завязать. — Я съезжу сам. Да и не стоит тебе лишний раз светиться у этого дома, — он накинул длинный черный пиджак и, повертев ключами вокруг пальца, попросил закрыть за ним дверь. *** Я утомительно бродил по пустой квартире с чашкой в руках, в ожидании Стефана. Сам того не понимая, я ждал его, допивая уже вторую кружку зеленого чая с лимоном, который он пьет днями напролет. Удивительно, что присутствие одного человека может излечить лучше сотен таблеток. Тут я чувствовал себя уверенно, но в то же время беззащитно. Иногда достаточно только одного разговора с человеком, одного слова, чтобы понять, что вы с ним определенно связанны одним единым. Единственное мгновение, и мысль о том, что я перестал верить в любовь и дружбу бесследно испарялась. Наверное, в этом и заключается вся прелесть настоящего друга. Наверное, дом — это не место, дом — это ощущение и окружение. Закуриваю, мотая головой и приказываю себе остановиться. Я просто не могу… Не могу, не могу довериться. Почему я боюсь понравиться, потому что влюбленность, — это открытие? В глубине души я боюсь открыться и снова получить в ответ боль. Я не хочу. Отвлекающие бесполезные речи доносящиеся из телевизора начинали раздражать и, выключив его, я решил поставить пластинку из коллекции Стефана, к слову, она у него была побольше моей. Не долго выбирая между дебютником Radiohead и акустикой Depeche Mode, я остановился на второй, потому что я никогда раньше не слышал эту группу, и акустика была сейчас под настроение. Сидя на барном стуле и поджав под грудь ногу я вслушивался в каждую песню, в такт постукивая пальцами по столешнице. Задумавшись о вере в судьбу, ибо если бы все случилось по другому… я бы, наверное, вообще не о чем не мог думать. С каждым днем мы находили в себе все больше сходств и общих тем, и я был безумно рад, что Стефан разрешил мне остаться у него. *** Услышав щебет дверного звонка, я спрыгнул со стула. Поставив проигрыватель на стоп, я посмотрел в глазок и тут же открыл дверь долгожданному Стефану. — Ты что имел в виду, когда говорил, что у тебя «мало вещей»? — смеясь, он спросил стоя у порога на лестнице, держа в руках два больших пакета из Икеи, из которых виднелись мои шмотки. Рядом стояла коробка, в которой стопкой лежали диски, пластинки и книги. — Ну, я… — я забрал у него пакеты и, придержав дверь ногой, пропустил Стефана с коробкой в руках вперед. Он аккуратно поставил коробку на пол. — Хотя действительно не так много. Просто тяжеловато, — разуваясь, сказал Стеф. — Еще бы, тут коробка и пакеты вместе взятые будут тяжелее тебя самого. Стефан улыбнулся и по пути к комоду попросил разрешение прочитать одну из моих книг. — Бери конечно, даже не спрашивай. *** Пока я раскладывал свои вещи, Стефан с полностью увлеченным выражением лица лежа на диване читал одну из моих книг. Закончив с вещами, я перебрался к коробке с дисками. — Я сегодня слушал твои пластинки, — я тихо сказал, перекладывая свои диски рядом к дискам Стефана. — Да? — он закрыл книгу и положил её рядом с собой. — Что слушал? — Стеф перевернулся на живот и подпер подбородок рукой, подняв взгляд на меня. Я взял обложку пластинки в руки и помахал ей. — Этот. — Мой любимый, — блондин довольно заулыбался. — Понравился? — Очень, — я аккуратно убрал пластинку обратно. — У нас вкус в музыке похож, — я сказал это, найдя одинаковые альбомы в наших стопках. Я подошел к дивану и устало плюхнулся рядом со Стефаном, от чего тот немного подвинулся. — Я сегодня ничего не сделал… Но устал. Не понимаю как, но у Стефа есть дар, — когда находишься в его окружении, тебе сразу становится спокойнее. Стефан рассмеялся. — Это просто слабость, твой организм еще не до конца окреп. Я закрыл глаза и выдохнул. — Мне надоело быть слабым. — А я думал, тебе нравится… Я открыл глаза и посмотрел на улыбающегося Стефана. — Я имею в виду косметику. Твою же? Я и ее тоже забрал, она у меня в рюкзаке. Я стыдливо закрыл лицо руками. Я не хотел, чтобы он узнал об этом, по крайней мере, сейчас. — Ты, наверное, думаешь что я какой-нибудь педик-трансвестит? — выговаривая это, мне хотелось просто улетучиться в воздухе, вычеркнуть все и всех из памяти и больше никогда нигде не появляться. — Все в порядке. Почему ты так стыдишься этого? — Потому что я больше не хочу к этому возвращаться, и ты не должен был это видеть, — я как можно старательнее избегал зрительного контакта. — Тебе не может это разонравиться, — уверенно сказал блондин. — Я не красился уже месяца четыре, и не думаю, что когда-нибудь еще захочу, — вспомнив про «вкусы» Стефана мне стало значительно легче. — А мне кажется, тебе идет косметика, — он изучал меня глазами. — У меня есть идея, — оживленно проскандировал Стеф и потянулся к рюкзаку. — Поднимайся и хватит стесняться, — он поднял меня и развернул к себе за плечи. — Что ты делаешь? — я отважился взглянуть в его глаза. — Каждый гей чуть-чуть стилист, — рассмеялся Стефан. — Сегодня ты моя первая жертва. Он уложил руками мои волосы и потянулся к туши для ресниц. — Нееет, Стефан, пожалуйста, только не это! — я согнулся и выкручивался из его рук, от чего он только шире улыбнулся и вновь повернул мое лицо к себе. — Ну, вот. Сейчас по тебе не скажешь, что ты парень, — закончив с ресницами и накрасив губы блеском, удивлялся блондин. — Охренеть, мисс Молко! — С щетиной на лице? — я залился смехом. Я подошел к зеркалу и не долго разглядывая свое отражение тут же убежал смывать старания Стефана. — Надеюсь, я твоя первая и последняя жертва. — Эй, ты куда?! Я еще не закончил, вообще-то! — Стефан, аккуратно отложив косметичку догнал меня на пороге в ванную и утащил на себе обратно на диван. — Из тебя хреновый стилист, — я смеялся и бил его по лопаткам, требовательно уговаривая отпустить меня. — Даже семилетняя девочка глаза ровнее красит. — У меня просто еще слишком низкий стаж, — Стефан опустил меня на диван. Я сел и положил голову на поджатые к подбородку колени. — Я не могу понять, — Стефан, облокотившись спиной на шкаф напротив тихо сказал. — Тебя невозможно взбодрить. Ты постоянно вспоминаешь о прошлом, зачем? — Потому что там осталось все. — Ты здесь и сейчас, Брайан, так живи этим, — Стефан на корточках присел рядом со мной. — Ты боишься открыться. Я словно потерялся, как в точку он угадал мое состояние. — Я вытащил тебя от туда, чтобы тебе стало легче. — Мне хорошо здесь. — Но чего ты боишься? Я пожал плечами. — Снова… — Влюбиться? — дополнил Стеф. Я поднял на него неровно накрашенные им же глаза. Он рассмеялся. — Да, косметика это действительно не моё, — он сел рядом и стер потекшую тушь. — Мне иногда кажется, что я поселил у себя дома не взрослого человека, а будто усыновил подростка. Если тебе плохо со мной, я не настаиваю. Ты можешь уйти и мы просто забудем всю эту неделю. Внутри меня словно что-то обрушилось и по телу пробежались стаи мурашек. Я впервые видел всегда спокойного и радостного Стефана таким подавленным и грустным. Я не хотел терять его в своей жизни, потому что он единственный, кто в ней сейчас есть. — Мне хорошо с тобой, просто, наверное… Мне плохо с самим собой, и я не доверяю себе, а не тебе. — Тогда перестань думать о том, что уже прошло. Пошли Ника на все четыре стороны, и Тони уже не вернуть, — голос Стефана заметно потускнел. — Дай мне руку. Я протянул ему руку и он слабо сжал мою кисть. — Вот смотри, сколько дерьма было в наших жизнях. Но все это в прошлом. Так? — Так. — Значит это все прошло? — Прошло, — я повторил, начиная понимать ход его мыслей. — Значит все это было для того, чтобы мы сейчас были вместе, и жили этим временем? — Наверное, ты прав. — Замечательно. Значит теперь ты понял, что прошлое в прошлом? Я покачал головой и обнял его. — А если я привяжусь к тебе? — Не бойся, — Стефан сильнее сжал мою кисть. — Все так, как должно быть. За весь этот разговор у меня создалось впечатление, что меня кто-то вел, может быть — судьба, может быть — время, может быть я сам шел к тому, где и с кем я нахожусь сейчас. Все и всегда происходит не зря, люди приводят нас к другим людям, у которых мы либо останемся, либо, которые подарят нам другого, наиболее значимого человека. На самом деле, его словами я отпустил в себе все то, что произошло. Что было, то было. И если мне хорошо здесь и сейчас, то почему я должен думать о плохом? — А ведь я привязался, — я шепотом произнес с закрытыми глазами. Блондин улыбнулся. — Я тоже. Игла проигрывателя соскочила с паузы, и мы вместе дослушали песню на альбоме. Я чувствовал себя таким ничтожным… Ноги подо мной ослабли, И я стал ползти. Смущенный и довольный, я скатывался отовсюду. Разоблачение позади, Я был потерян, затем — найден… О, оставьте меня здесь на веки веков, Я обрел покой, который так искал.