Крестики-Нолики

      Альфа криво усмехнулся. Вот он, стоит, мечта любого самца. Ждёт. Его ждёт.       Димочка. Красавец. Даже в этом спортивном обмундировании, с небольшим рюкзачком и зонтиком он словно только что сошёл с глянцевой обложки. Высокий и стройный, подтянутый, прямые волосы до лопаток цвета созревшей пшеницы. И глаза такие, что в пору идти кораблем на их дно, а когда взглянет ими, ну точно «Бемби», можно падать к ногам и молить стать мужем. Ресницы только придают им колдовское очарование, длинные и пушистые, даже тушь не нужна. Аристократические манеры и утончённость, прямая осанка, словно дефилирует по подиуму. Всегда чистенький, аккуратненький, весь из себя неженка. И даже проливной дождь не может испортить прекрасную картинку.       Олег сжал руль, скрипнул зубами. Вон, как альфы выворачивают шеи, чтобы взглянуть и на точёную фигурку, и упругую попку, обтянутую спортивными велосипедками. А томные тяжёлые вздохи чего стоят. О да, спать с таким — одно наслаждение. Страстный и отзывчивый любовник, да только до поры до времени. Всем им нужно только одно. И уж поверьте, точно не толстый член. Они раздвинут ножки, когда захочешь и перед кем угодно, лишь бы хорошо платили. Даже перед таким, как Олег, этот Димочка умудрялся просто на отлично играть свою роль. Превосходно, что комар носа не подточит. И можно было бы продолжить эти встречи, дарить подарки, нагибать шлюшку на любой горизонтальной поверхности. Парнишка нигде и никогда не отказывал.       Только появилось одно «но».       «Люблю» — одно слово, слетевшее с губ в порыве страсти. Дима был в тот вечер обворожителен. Пухлые и искусанные блядские губы всего несколько минут назад обхватывали его член. Чуть взмокшие от пота волосы, разметавшиеся по подушке, преданный и полный обожания взгляд. Наверное, любой другой и повелся бы, да только не Олег. Только не он. Знаем, проходили.       Это глупое слово резануло по сердцу сильнее самого острого ножа. Резануло, и ещё им для пущего эффекта покрутили. Раздербанили рану и солью посыпали. Ох, Димочка, что же тебе, мало было побрякушек? Решил продлить абонемент на безбедную жизнь?       Олег не был красавцем-мачо. И уж тем более он далеко не самый молодой. Калашников в своё время был в горячих точках, в Грозном, видел, как друзья и товарищи погибают, как подрываются на минах, разлетаясь кусками на много десятков метров. Это сожгло сердце в угли, чтобы мстить врагам, хладнокровно и даже как-то зло рвать на клочки. Без жалости, без сожаления. Конечно, спецназовца списали в утиль. Под пару пуль попал, подлатали в госпитале и вернули в родной город за ненадобностью. Тогда Олег ещё на что-то надеялся, что его ждут. Но как же? Его милый и родной променял любовь на толстый кошелёк, обозвав психом и нищебродом, а ранения для полной мозаики сделали из него ещё и «урода». Олег бухал по-чёрному, пропивал свою пенсию из месяца в месяц. Это помогало заглушить боль, и не только физическую. А потом начались лихие девяностые. Альфа почувствовал себя в своей стихии. Пара ларьков, пивные точки и через два года первые кровавые разборки с местными, а за десять лет такого бизнеса их было столько, что война меркнет на их фоне.       Всё было: и кровь, и деньги, и машины, и топ-модели в кровати, которые не раз показали, что они любят.       Сейчас стабильно всё, с криминалом Олег порвал и к своим тридцать восьми обзавёлся делом. С нуля поднял свое детище. Сейчас есть и дорогой загородный дом, и крутые тачки, и кругленький счёт в банке, который многих заставляет бессильно скрежетать зубами от зависти. Ну, и, конечно же, омежки. Им плевать на то, что он прихрамывает, что всё тело испещрено шрамами, что личико далеко не от Ди Каприо. Один только оскал заставляет писаться в штанишки, но акул за лёгкими деньгами таким не отпугнешь. Раздвигают ножки — только в путь.       Но альфа-то прекрасно всё понимает, вот и придумал эту игру. Назначить очередную встречу и поставить точку в «романтических» отношениях.       Олег набрал на древней и полуразбитой Нокиа заученный номер. Всего пара гудков и сразу отвечают. — Да?       Ох, какой голос. В штанах сразу потяжелело. Олег сквозь зубы тяжело вздохнул. — Я подъехал к месту.       В трубке тишина. Ха, наверняка ищет глазами тот серебристый Порш, на котором альфа развозил Димочку по магазинам и ресторанам. В упор не видит, что он в двух метрах от него. — Олег, не вижу тебя. — Сейчас, мой хороший.       Альфа открыл дверцу и вышел навстречу к своему омежке. Игра начинается.