Ты мой, Зверь!

      Люди: как жестоки и несправедливы они порой бывают. И как мелочны их страхи, когда они чего-то не понимают. Они стремятся уничтожить всё, что не понимают и то, что по их мнению не достойно жизни, при этом вмешиваясь в решение богов. В этой стране, да и в многих других жили когда-то Звери, но не простые. Они были огромны, словно медведи, выносливы и проворны, как волки, и при этом хитры и умны, как лисы. Да и в пасти были острые зубы, а на лапах длинные когти, и по следу, который оставался от его лап, всегда можно было понять, что здесь прошел именно Зверь.       Люди боялись, что Зверь может напасть на них и убить. Они начали на них охоту. Не потому, что Зверь напал. Нет! Они просто решили пойти на опережение и при этом даже не понаблюдали за повадками Зверя. Ну, да, они ведут очень уединённый образ жизни, но ведь никто и не стремился их изучать, проще ведь повесить все шишки, объявить, что они чудовища и уничтожить.       И так охота шла чуть ли не каждый день. Убивали всех, не щадили ни молодых, ни стариков. А ведь никто и не подумал бы, но Звери практически не ели мясо, лишь на Великие Божественные Дни. Год за годом Зверей становилось всё меньше и меньше, а люди продолжали нещадно убивать их.       Но боги на то и боги, что бы наказывать тех, кто провинился перед природой и ними. Чем меньше становилось Зверей, тем больше катастроф случалось в мире.       Суровые, губительные зимы там, где до этого о них лишь в сказках слышали. Там, где она до этого была, всё вымерзло. Мокрые, запоздалые весенние деньки с трудом выгоняли зиму, но при этом приносили наводнения, смерчи, шторм и оползни. Лето то очень мокрое, от чего постоянно гнил урожай, то удушающее, жаркое, в последствии с засухой. Осень наступала быстро, возвещая о приходе грозами и штормом       Ужасная погода. Неурожай. А так же землетрясения, при этом не в горах, а на равнине, приводили к гибели людей и животных, и в этом снова обвиняли Зверей. Но настал момент, когда все Звери исчезли.       В этот год была необычайно суровая зима, вымерзли почти все деревья, они от удара рассыпались в щепки, а летом так и не выросла трава. Весну можно и пропустить, поскольку её, как таковой и не было. Везде стояли лужи и грязь. Именно тогда и начали появляться болезни вроде холеры, тифа и даже чума. Летом снова стояла непереносимая жара, только теперь невозможно было найти тень, деревья быстро не растут, да и вырастут ли они теперь? Осень снова залила весь мир водой, но зато потушила пожары вспыхивающие то здесь, то там.       Люди умирали от голода, холода и болезней целыми семьями, а иногда и городами, и хоть многие пытались устраивать карантинные зоны, вскоре выяснилось, что это бесполезно. Болезни распространялась неизвестным путём и в неизвестном направлении. У людей больше не было ни сил, ни средств для продолжения преследования Зверей и они ушли в дальние края, в Потерянные горы. Названные так потому, что их постоянно окружает туман и облака.

***

      Но однажды случилось то, чего так боялись люди, в их столицу пришёл Зверь. Он шел вперёд, не останавливаясь, смотря на людей с презрением и ненавистью. Зверь никого больше не боялся, а зачем? Он потерял всё: свою пару и детей, а вместе с ними и своё сердце. А ведь именно потерявший своё сердце Зверь мог стать чудовищем.       Он шел по самым оживлённым улицам, не обращая внимание на испуганные вскрики и шараханья от него в сторону, шел туда, где жил тот кто отнял у него всё. Зверь был ранен, его чёрная густая шерсть была пропитана его же кровью, но вот чудо, там, где капли крови падали на сухую землю появлялась молодая зелёная травка. Если кровь попадала в воду, то на дно она опускалась сверкающим алым камешком.       Люди испуганно провожали его взглядом, а те кто посмелее даже шли за ним, но пытались не попадаться ему на глаза. А Зверь шел вперёд, иногда принюхиваясь. Он не останавливался, пока не пришел к небольшому дворцу.       Герцоги Нитинборы были когда-то очень богаты и влиятельны. Ещё бы, ведь герцогиня Солия является кузиной самого императора, а сам герцог в свои тридцать пять уже был его советником, хотя... весьма никудышным и высокомерным. Именно его влияние и наставление повлияло на начало охоты на Зверей и именно он привёл к упадку в мире.       Когда-то сияющий дворец потихоньку превращался в руины. Дивные сады и парки засохли, а кое-где и сгорели. Фонтаны больше не радовали глаз, а пруды превратились в болото. Тут же у воды были заросли колючек, но только пользы от них никакой. Ослабевшие люди бродили здесь тенями, бывалые храбрые воины не имели сил даже на то, чтобы поднять меч или натянуть тетиву против раненого Зверя, и он остановился около парадной лестницы. Мраморные перила потрескались, кое-где на ступенях были провалы, а в тени можно было заметить растущий мох. На окнах кое-где отсутствовали стёкла, поскольку были разбиты.       Везде видны следы упадка и нищеты, а кому сейчас легко? Никому, даже императору, ему наверное, труднее всего, ему армию нужно держать боеспособную, чтобы страну защитить от предполагаемых врагов, а для этого деньги нужны, только где их взять, если народ нищий, да и то тот, который ещё жив.       Оглядевшись, Зверь улёгся на площадке около лестницы и положил свою голову себе на вытянутые передние лапы. Люди во дворце собрались около окон и, испуганно прижавшись к друг другу, смотрели на него. - Что он хочет? - не выдержав напряжение, громко спросил герцог:. - Что ему надо от нас? - Милорд, это ведь Зверь, чего он может хотеть? - заметил кто-то из приближенных. - Так убейте его, немедленно! - закричал герцог, да так громко, что даже Зверь услышал его и поднял голову. Хотя наверное его привлекло внимание всё же что-то другое.       У четы Нитинборов было пять детей, но к этому времени осталось лишь двое младших: дочь Налла семи лет и двух годовалый сын Эстэл, остальных забрала к себе смерть, старшему только стукнуло шестнадцать лет. А народ за окном с ужасом смотрел, как малыш Эстэл сбежавший от опеки няни, приближался к Зверю. Герцогиня Солия от ужаса упала в обморок, но прежде успела громогласно провопить, да так, что мальчик оглянулся назад. Герцог Сотейн метнулся за ним, но на ступеньках он остановился, не зная, что делать дальше, чтобы спасти сына от чудовища, но и не спровоцировать его на нападение.       Зверь смотрел прямо в глаза герцогу и не делал попыток даже встать. Через какие-то доли секунд мальчик подошел к нему. - Эстэл, сынок иди к папочке. Пойдём поиграем с няней, - позвал мальчика герцог, но ребёнок даже не посмотрел на него.       Мальчик протянул свою маленькую ручку к Зверю и тихо пролепетал: - Ал...больно? ...Очень больно! - сам же ответил он. Зверь покосил на него свой взгляд, но тут же принюхался к аромату, исходящему от ребёнка. Пахло просто завораживающие, так и хотелось его съесть. Зверь приблизил свою морду к груди ребёнка, повсюду раздались вопли ужаса.

***

      от Зверя. Я очнулся после боя весь утыканный стрелами, было чертовски больно, из ран текла кровь, но нужно было идти. Люди, как всегда напали из засады, но на этот раз слишком близко от логова. Хор, он недавно родил нам детишек, и мне надо было как можно быстрее вернуться в логово.        Вначале избавился от стрел, они мешали движению, а потом поковылял вперёд. Только вот я опоздал, эти твари которые называют себя людьми убили мою пару и наших детей. Хора, как и меня они просто нашпиговали стрелами, а потом ещё и четвертовали, а детям просто устроили бойню; кому шею сломали, кому голову камнем разбили, а кому....в общем их было пятеро ни осталось никого.       Время оплакивания не осталось, кровь из моих ран медленно покидала моё тело и я понимал, что и моя смерть не за горами, но я должен отомстить. Принюхался и учуял тонкий запах убийц. Они пытались скрыть его, только у нас очень тонкий нюх. Иду по следу, иду долго, точно пару дней. Иногда проваливаюсь в забытье от потери крови и нехватки еды, но продолжаю путь дальше. Вот впереди человеческая столица. Здесь по улицам ещё ходят люди, но и здесь их уже мало. Люди вымирают, так же, как и Звери. При виде меня они шарахаются в разные стороны, кто-то пытается преследовать, а кто-то даже тянется за своим оружием, но их силы, как и мои на исходе и у них ничего не выходит.       Запах привёл меня к небольшому дворцу. Дворец похоже переживал свои не лучшие времена. Повсюду был упадок и разруха. Во дворец мне конечно сейчас не попасть, я ложусь у лестницы ведущей к парадному входу, чтобы передохнуть. Люди герцога меня убить не смогут, слабы, а воины императора прибыть не успеют, так, что отдохну и займусь делом. Положил голову себе на лапы и прикрыл глаза.       Из дворца доносились крики и возгласы людей. Я услышал недалеко от себя шорох и открыв глаза приподнял голову. По потрескавшемуся булыжнику шел маленький мальчик. Он шел уверено, прямо ко мне. Мальчик смотрел мне прямо в глаза и я видел в них печаль и сострадание, а не страх и ненависть.       Из-за массивной двери дворца выбежал герцог. Он остановился у перил в растерянности, пытаясь сообразить, что делать дальше. Я смотрю герцогу в глаза, стараясь понять, что он решит предпринять в этой ситуации. Выбор у него не велик, а точнее он уже ничего не может поделать, ребёнок очень близко от меня и по его мнению я могу напасть на него в любой момент, могу, но не делаю ни каких движений. - Эстэл, сынок, иди к папочке. Пойдём поиграем с няней. - позвал мальчика герцог, но то ли мальчик не услышал, то ли ему няня уже надоела. Ребёнок даже не посмотрел на него. Мальчик протянул свою маленькую ручку ко мне и пролепетал: - Ал, ...больно? Очень больно! - сам же и ответил, смотря Зверю в глаза.       Я скосил взгляд на него. Запах герцога явно говорил, что он убил мою семью, но аромат ребёнка был совсем другой. Принюхиваюсь. Пахло просто завораживающие; молоком и мёдом, умм, так и хотелось его съесть. Приблизил свою голову к нему и утыкаюсь своим носом в его маленькое тельце, а повсюду раздаются вопли ужаса. Герцог срывается с места ещё не зная, что будет делать когда добежит. Мальчишка смеётся, ему видите ли щекотно, а я приподнимаюсь и рыча готовлюсь бросится на герцога. Подомной была зелёная лужайка из молодой травы. - Ал... больно, тебе нельзя,... отдыхай, папа Алу больно... - лепетал Эстэл обняв меня за переднею лапу, до шеи ещё не доставал, мал ещё. - Э- э. - протянул герцог останавливаясь в пару шагов от нас. - Эстэл, это чудовище, его надо уничтожить. - попытался, что-то сказать он своему сыну, но мальчик крепко вцепившийся в меня не слушая повторял одно и тоже. - Ал мой, он мой и только мой, папа! Он мой! Герцог в растерянности смотрел на своего наследника, а может и наследника императора, ведь у того дети то же уже умерли от какой-то заразы и не знал, что делать.       Что же, я пока отложу свою месть, решил я укладываясь обратно на траву. Подлечу раны, вотрусь в доверие, а потом и нанесу смертоносный удар в сердце, да так, чтобы он подольше помучился.