Walking in your shadow

Alice Nine – Mirror Ball (piano) то, под что писала я, но это не саундтрек. Таканори потянулся, приоткрывая глаза, но как только он попытался оторвать голову от подушки, тупая боль ударила в виски и затылок, заставляя парня зажмуриться и упасть обратно. Пару минут перед глазами была только темнота, во время которой Мацумото лениво перебирал в памяти события вчерашнего дня: институт, какие-то нелепые гонки по трассе, бар… Снова разлепив веки, Така осторожно обернулся, стараясь не отнимать затылка от подушки. Чья-то обнаженная широкая спина, совсем слегка загорелая. Выступающие лопатки и выделяющиеся позвонки от того, что лежащий почти свернулся клубком. «Акира?» ― Таканори распахнул глаза, придвигаясь ближе. Он не видел цвета волос мужчины рядом – он накрывал голову подушкой, вероятно, от яркого утреннего света от окна. Превозмогая «стрельбу» в висках, шатен приподнялся на локте, волнительно закусывая губу и осторожно убирая подушку с лица спящего. В груди остро и неприятно кольнуло, когда вместо ожидаемого лица Сузуки он наткнулся на лицо едва ли знакомое. Спутавшиеся смоляные пряди, тонкие губы и нос с неуместной горбинкой. По пьяным воспоминаниям Мацумото догадывался, что это тот парень, с кем он вчера уехал из бара. Он не помнил ни обстоятельств, ни имени, только то, как прижимался к его спине во время езды. А еще брюнет что-то говорил о том, что алкоголь ему нипочем. Отвернувшись и склонившись над полом со своей стороны постели, Таканори, как и ожидал, наткнулся на свою комом сброшенную одежду и, скорее всего, телефон находился где-то в этой куче. Тут была и кожаная куртка, и белая борцовка, и драные на коленях джинсы, которые накануне с него грубо и наспех стаскивали. Отыскав сотовый во внутреннем кармане, Така снова поморщился. Часы показывали половину первого дня. Он проспал пары. ― Дерьмо… ― парень закрыл глаза, откидываясь на подушку. Рядом заворочались, а после Мацумото ощутил, как к его плечу сосед по постели прижимается лбом, а крепкая рука накрыла обнаженную талию. Акира прислонился лбом к витрине, за которой рядами расположились наручные часы. Маленькие лампочки подсветки отменно выполняли свою задачу, и от этого блестящие детали на механических изделиях иногда слепили глаза своим сиянием, отчего блондин слегка щурил глаза. По левую руку стояла консультантка, и минутами ранее она уже спрашивала, нужна ли ее помощь, но Сузуки почему-то не слышал. ― Не прислоняйтесь к витрине, пожалуйста, ― чопорно попросила девушка, не меняясь в лице и интонации, на что Акира только молча отлип от стекла, выходя из отдела. Он шатался по торговому центру бессмысленных сорок минут, но за это время ничего не купил, кроме продуктов на первом этаже, которые оставил в камере хранения. Выходной день хотелось потратить с пользой, а в итоге он выбирал подарок себе на день рождения. Мысль о том, чтобы побаловать себя, пришла внезапно, точнее вытекала из того, что нужно покинуть квартиру. Телефонная трель в кармане куртки более-менее отрезвила мужчину, заставляя опомниться. ― Я слушаю, ― не глядя на экран, ответил Акира, засматриваясь на летние женские платья цвета морской волны и задумчиво закусывая губу. ― Как отдыхается? ― бодрый голос Широямы на том конце просто не позволял мычать и мямлить в трубку, несмотря на то, что последнее было, скорее, от недосыпа. ― Какие планы на день? ― Я бы лучше просидел с тобой на работе, чем иметь такие выходные, ― Акира усмехнулся, проходя дальше. ― Что, совсем уныло? ― Более чем. ― О, ну так, может, ты хочешь составить мне компанию вечером? ― предложил Юу, а после задумчиво промычал, обдумывая место. ― Сходим в какой-нибудь бар или клуб? У меня, кстати, есть абонемент в боулинг. ― Нет, Юу, ― Сузуки устало едва ли не стонал в трубку от одного только представления того, как они с Широямой заваливаются в клуб. ― Давай в другой раз, ― он никогда не считал себя человеком, созданным для шумных тусовок. Он бы, наверное, не отказался от бара, но что-то останавливало. Возможно, слишком бодрый и веселый Широяма. ― В чем дело? Тебе давно пора выползти из своей норы и повеселиться как следует, ― он, видимо, раздувал щеки в своих убеждениях с того конца провода, и это заставило Акиру улыбнуться. ― Хочешь, можем снять девочек, м? ― Прекрати, ― Сузуки засмеялся, прикрывая глаза. ― Ну так? Боулинг, клуб, девочки? ― Ничего, Юу, ― окинув обреченным взглядом еще длинный коридор с отделами, по которому он не проходил, мужчина мотнул головой и прошел к эскалатору, ― я лучше отосплюсь как следует перед рабочим днем. ― Что ты за коллега такой? ― недовольство Широямы забавляло Сузуки, но он не собирался менять решения. ― Какой есть, ― пожал плечами блондин, скользя ладонью по движущимся перилам, а после ступая на кафельный пол этажа. ― В другой раз. Юу на том конце чертыхнулся, что-то бормоча о неверных друзьях, которые подводят, и об унылых коллегах, которые не хотят выручить. Акира только приглушенно засмеялся, проходя к камерам хранения, а после, когда Юу с ним все же попрощался, открыл дверцу и достал свой пакет с продуктами. Их было ничтожно мало, ведь теперь покупать приходилось только на себя и ни на кого больше. Подавив в себе вздох, Сузуки стиснул пакет пальцами и вышел из помещения на стоянку с тыльной стороны здания. ― Тебя не смущает твое поведение? ― Изуми нахмурился, а Таканори, глубоко затянувшись, выдохнул дым в сторону и снова качнул ногами. Он сидел на бетонном выступе крыльца напротив своего друга и курил уже вторую сигарету. ― Ничего не путаешь? ― парень уперся рукой в бетон рядом с бедром Мацумото, а тот непонимающе вскинул брови. ― Что тебя не устраивает? ― сбивая пепел на асфальт позади себя, переспросил Мацумото. ― Или, быть может, напрягает? ― Со сколькими из них, ― кивок в сторону дверей бара, ― ты уже успел переспать? ― О, только не надо нотаций, ― шатен закатил глаза, отталкивая чужую руку и прислоняясь к холодному бетонному столбу под крышей спиной. ― Что хочу, то и делаю, собственно. Тебя волновать не должно. ― Руки, мы как бы друзья, ты не забываешься? ― рука парня заставила Таканори развернуться, грубо сжав в плечо, отчего младший чуть не выронил сигарету, которую с неуместной вальяжностью держал между пальцев. ― И что? ― подросток ответно нахмурился, поджимая губы, а густые клубы дыма перед ним заставили бросавшего курить Изуми закашляться. ― Тебя не устраивает, что меня трахал Сано? Сам хочешь? ― парень с вызовом посмотрел на брюнета, а тот закатил глаза. Было смешно слышать это от Мацумото, но и это раздражало тем, что Руки не понимал истинный смысл слов друга. ― Прекрати заниматься этим. Тебе это, как и алкоголь, не поможет. Пойми, Така, ― парень глубоко вздохнул, убирая руку с плеча шатена, а тот только снова отвернулся, поправляя куртку. ― Мне помогает. ― Эй, послушай, ― Изуми на секунду зажевал губу, обдумывая слова, ― я знаю, что мои слова сейчас для тебя ничего не значат, но просто хотя бы подумай об этом, ладно? ― он все-таки уловил взгляд Таканори, готового слушать. ― Трагедии не произошло. Акира не был любовью всей твоей жизни. Он не стоит того, что ты делаешь сейчас под предлогом «забыть его». Это даже не депрессия, это… Это выглядит так, словно тебе нечем заняться. Така даже дыхание задержал от услышанного, а после резко выкинул сигарету, так и не успев сделать последнюю затягу. ― Ты не пробовал пережить это без… ― Отвали с такими советами, ладно? ― подросток спрыгнул с выступа, обходя брюнета и на пару секунд задерживаясь в дверном проеме. ― Я думал, ты действительно мой друг, ― фыркнул Руки, прежде чем зайти в бар. Изуми даже останавливать его не стал, лишь потому, что не был тем человеком, кто, подобно рыбе, бессмысленно бьющейся головой об прозрачный лед, будет пытаться что-то сделать. Он считал своим долгом уберечь Мацумото от нежелательного, но также придерживался того мнения, что каждый человек должен учиться на своих ошибках тоже. Так или иначе, он поверить не мог, что за считанные дни Таканори начал превращаться совсем не в того, кого Изуми знал до этого. ― Хей, ― Така окликнул брюнета за барной стойкой, приваливаясь к ней боком, и мужчина тут же обернулся. Внутри до сих пор неприятно покалывало от слов друга, сказанных минутами ранее, и Така даже уловил в них долю истины, но совсем не хотел принимать это. Изуми напомнил ему об Акире, и это напоминание пробуждало уже изведанное чувство стыда. ― Чего тебе, парень? ― он опрокинул в себя остатки содержимого бокала и снова посмотрел на Таканори. ― Не хочешь меня угостить? ― шатен забрался на соседний стул, упираясь локтем в крышку стойки, а незнакомец изогнул подкрашенную бровь. Паренек был нагловатым, но симпатичным. ― Может, сначала познакомиться не мешало, горе соблазнитель? ― брюнет хохотнул, откидывая темные пряди со лба. Он сидел в этом баре уже не первый час и видел, как стройный шатен обтирался о какого-то хлипкого паренька, которому что-то говорил, выходя из-за стола. ― Можешь называть меня Руки, ― Така прочистил горло слегка и протянул руку, неотрывно смотря на мужчину перед собой. Сейчас было совсем не то настроение, чтобы флиртовать, однако то, что незнакомец его не прогнал сразу же, давало понять исход разговора. ― Можешь называть меня Юу, ― он пожал хлипкую ладонь, а после окликнул бармена, продолжая скользить взглядом по телу Мацумото. Определенно он был интересен внешне – растрепавшиеся каштановые волосы, небрежно ложащиеся на плечи, широкий вырез борцовки, открывающий худую бледную грудь. И Юу отметил миниатюрное телосложение. ― Апельсиновый сок моему маленькому другу, ― обернувшись к бармену, попросил брюнет, но, слыша возмущенное «эй!» сбоку, засмеялся и исправил заказ на бокал вина. На это возражений не последовало, и Широяма улыбнулся. Почему-то не хотелось поить наверняка молодого паренька пивом или мартини, и тем более джин-тониками. ― Можно я проведу с тобой вечер… Юу? ― Таканори крутанулся на стуле вокруг своей оси и снова уставился на брюнета, неспешно потягивающего второй бокал пива. Широяма только вскинул брови, не отрываясь от края стакана и не веря в то, что вечер, который обещал быть нудным и скучным, становится разнообразным и интересным. «Таких мальчиков моя кровать еще не видела», ― хохотнул мужчина про себя и кивнул в ответ на слова Мацумото. О своих друзьях, которые попарно или одиночно выходили из бара, или тех, которые оставались в зале, Така снова не подумал, облюбовав себе дилера на одну ночь. Он должен был обеспечить хорошую такую дозу, от которой смылось бы все неприятное за предыдущие и сегодняшний дни. Постель прогнулась под весом тел двух мужчин, один из которых восседал на бедрах другого. Таканори, под действием алкоголя и откровенных прикосновений Широямы в такси и подъезде, сгорал от желания и возбуждения, поэтому беспрерывно зацеловывал крепкую грудь брюнета под ним, то и дело срываясь на тихие всхлипы. Пальцы мужчины массировали тугой вход в тело подростка и в перерывах шлепали упругие покрасневшие ягодицы, которые как и все тело становились влажными от пота и горячими от возбуждения. ― Скорее, давай, ― хрипло попросил шатен, накрывая пальцами затвердевшие соски и одновременно с этим заходясь слабым стоном, когда Юу разводил в нем три пальца, стараясь сильнее растянуть. ― А ртом ты поработаешь после? ― Широяма сипло засмеялся, не боясь, что это может обидеть подростка сверху. Он видел его поведение, поэтому был уверен, что сегодня он у этого мальчика не первый и возможно даже, что не последний. Така пропустил эту едкую фразу мимо ушей, поднимаясь с груди Юу и потираясь разведенными ягодицами об эрекцию. ― Держи, ― пошарив рукой где-то над головой на тумбочке возле постели с горой хлама, мужчина протянул Руки упаковку презерватива. ― Знаешь, как пользоваться? ― он усмехнулся, переводя дыхание и смотря на Таканори, который дрожащими пальцами пытался открыть обертку. Парень только фыркнул, разрывая полиэтилен зубами. ― Просто надень мне на член… ― протянул Юу, закрывая глаза и давясь рваным выдохом, когда чужие влажные пальцы задели эрекцию. ― Твою мать, я знаю, ― запоздало ругнулся Таканори, когда пальцы снова соскользнули, но шатен все-таки сделал то, что попросили. ― Теперь давай… ― срываясь на хриплый шепот произнес он, медленно опускаясь на крепкий член, а Юу, вовремя спохватившись, уместил руки на бедрах Мацумото. ― О черт… такой тугой мальчик, ― у него до сих пор оставалось терпение на смешки и комментарии, а Така просто игнорировал их, растворяясь в тех ощущениях, которых хотел с того момента, как вообще подошел к Широяме в баре. ― Как будто… девственная попка, ― снова засмеялся брюнет, но тут же зашипел и закусил пухлую губу, когда Таканори опустился до основания, сжимая в себе горячий ствол. ― Просто трахай меня, ― пробормотал парень, скользя руками по своей груди и сжимая влажные соски, ― без… без лишних слов, ― он болезненно застонал, поднимаясь и снова опускаясь на член. Ощущать Широяму в себе до сих пор было немного некомфортно лишь потому, что растяжки тремя пальцами оказалось мало для размеров Юу. Таканори единожды поймал себя на мысли, что у него больше, чем у Акиры, но образ Сузуки так и не успел появиться в сознании подростка, когда мужчина под ним толкнулся бедрами вверх, задевая простату и заставляя стонать и запрокидывать голову. ― Дерьмо, какой толстый, ― зажмурился Така, кусая губу и переводя дыхание, но с каждым толчком неприятные ощущения отходили на второй план, а после и вовсе исчезали. ― Двигайся давай, ― Юу смотрел на него из-под полуопущенных век, удерживая за бедра и оставляя слабо алые отметины на бледной вспотевшей коже. Акира откинулся на спину, предварительно положив под голову подушку. Дым, извиваясь тонкими струйками, взлетал вверх и растворялся под потолком. Сузуки раньше никогда не курил в гостиной, но, пролежав весь вечер на диване, подниматься с него не хотелось. Пепел он осторожно стряхивал на металлический корпус телефона, чтобы потом, наверное, по неосторожности его рассыпать или сдуть. ― Наверное, было бы неплохо сейчас сидеть в баре с Юу, ― пробормотал мужчина себе под нос, снова затягиваясь. Посмотрев на то, что осталось от сигареты, блондин все-таки превозмог себя и поднялся с дивана, чтобы выкинуть окурок. Тишина квартиры действительно угнетала, очень не хватало чьего-то общества, а в особенности – общества Таканори, который в это время вечера обычно был уже дома. Принимал ванную или же вис на Сузуки в гостиной.