По прихоти судьбы

      Утром демоны и эльфы вышли из портала прямо на широкий двор крепости Дербезанта. В воздухе витал запах древесного дыма, скошенной травы, свежевыпеченного хлеба, слышался весёлый детский смех. Абигор и Изаверель, оставив своих воинов снаружи, направились за Дорном, чтобы засвидетельствовать своё почтение предводителю всех кланов оборотней Вадису Дербезанту. Это был суровый оборотень с проницательными серыми глазами. От его фигуры веяло спокойствием и надёжностью. При виде весело болтающего с гостями сына, выражение его лица немного смягчилось. Следуя пожеланию Дорна, никто и словом не обмолвился о тяжёлом ранении оборотня. Выпив по кубку медовухи и поблагодарив предводителя кланов за помощь оказанную проводником, демон и эльвит, сославшись на неотложные дела, засобирались домой, испросив дозволения отбыть из крепости через портал. Вадис Дербезант не видел причин для отказа и согласно кивнул.       Осёдланные кони нетерпеливо били копытами по вымощенному булыжниками двору. Эльфы и демоны снова разделились и, разойдясь по разным сторонам, оживлённо что-то обсуждали между собой.       Вурхис первым заметил вышедших из широких дверей Абигора и Изавереля, успокаивающе похлопывая своего коня по шее. А также резко натятивая узду резвого вороного своего дархэма, пританцовывающего на месте. Конь громко всхрапнул и втянул широкими ноздрями воздух, почуяв своего седока.       Конь эльвита, за которым присматривал Мириликия, тоже пританцовывал на месте, цокая по камням копытами, проявляя характер.       Гул голосов при их появлении стих.       — А вот и они, — сказал громко следопыт, привлекая внимание всех.       Дорн с отцом вышли следом за гостями, чтобы проводить их и пожелать всего хорошего.       Демон отошёл в сторону от всех и, под восхищённые крики обитателей крепости начертил в воздухе какие-то огненные знаки, прошептал заклинание, и вдруг прямо перед ним появилась сияющая зеленоватая воронка портала.       — Эльфы, я открыл путь в ваш мир. Вы окажетесь прямо возле Спорного озера. Идите.       Изаверель кивнул Мириликия, и тот первым вошёл в воронку, а за ним последовали остальные. Замыкающим был эльвит. Прежде чем войти в портал он резко обернулся и невесело усмехнувшись, сказал, глядя только на Абигора:       — Подумать только, даже не верится, что наша встреча была тщательно спланирована. Но я ни о чём не жалею. И не будь ты так слеп в своём упорстве доказать, что тебя всё устраивает в жизни…       Он не договорил, а просто вошёл в воронку и исчез.       Абигор снова что-то прошептал и портал, вспыхнув на мгновение, изменил цвет, став оранжевым.       — Чего застыли? Наша очередь, демоны, — произнёс Абигор. — Я не могу держать портал открытым вечно.       Тёмные воины не стали мешкать и один за другим исчезли в воронке. Последним был Абигор. Он махнул рукой на прощание оборотням и исчез в светящейся глубине. Портал тут же закрылся за демоном.

***

      — Да в кого он такой упёртый?! — бушевал Великий герцог.       Разумеется, вопрос был чисто риторический, ведь Астарот прекрасно знал, что его сыновья Абигор и Сайрус унаследовали его характер и невероятное упрямство. Получив неутешительные новости из горного королевства, он, вот уже полчаса не мог успокоиться, расхаживая взад-вперёд по малому залу и круша всё, что подвернётся под руку.       — Глупый своенравный мальчишка всё испортил. Мой долго вынашиваемый и тщательно разработанный план пошёл коту под хвост.       Высший демон развернулся в красном длинном шёлковом халате и на полпути к столу застыл, обдумывая сложившуюся ситуацию заново. Его брови нахмурились, а на лбу образовалась глубокая складка, что говорило о том, что герцога сейчас лучше не беспокоить. Астарот не мог понять: зачем его сын так отчаянно сопротивляется? Чего боится? То, что Абигор неровно дышит к эльвиту, демон, проживший не одно тысячелетие, видел так же ясно, как и любовь своего супруга, который никогда не говорил о ней, но которая отчётливо сияла в глазах, когда Аллели смотрел на него.       — Ничего не понимаю. Может, эльвит действительно холоден, как о нём поговаривают? Ума не приложу, что делать. А делать что-то нужно, и побыстрее.       Демон осёкся, заметив, что его Аллели, приподняв брови домиком, с ехидной улыбкой глядел на него.       — Слушаю тебя, дорогой, — съязвил Астарот.       — Как я понимаю, спросить сына о том, желает ли он стать супругом моего отца Великий герцог не удосужился. Вот и итог. И кстати, супруг мой, Абигор уже полчаса ожидает в приёмной, желая поговорить с правителем Шокоанда. Он в курсе дела, что Лавиния живёт, да здравствует, и никуда не пропадала. Кулаки сжаты, глаза горят, желваки на лице так и играют — жуть. От него исходят такие сильные волны гнева, что мне даже как-то не по себе стало. Избежать разговора не удастся. Он настроен решительно.       — Аллели, солнце, не зли меня ещё больше. Боюсь, если я выйду из себя, то это не понравится ни мне, ни тебе, ни моему сыну.       — Вот поэтому, я предлагаю следующее, — гиан плавно соскользнул со стула с высокой спинкой, и лёгкой походкой приблизился к своему супругу. — Дорогой, во избежание ещё больших неприятностей и ссор, прошу, доверься мне. Ничему не удивляйся, а подыграй, когда будет необходимо. Я хочу видеть своего отца счастливым, и, похоже, его счастье может составить именно Абигор.       — Что ты задумал? — демон прищурился. Его умный супруг был не только его сокровищем, но и хорошей занозой чуть пониже спины.       — Увидишь. Поговори с Абигором. А когда на сцене появлюсь я и начну спектакль, ты просто подыграй. Если твой сын и правда неравнодушен к лорду Изаверелю, то всё пойдёт так, как было тобой задумано изначально. Спорное озеро отойдёт к демонам без напрасного кровопролития, а Абигор обретёт свою пару.       — Признаться, ты меня заинтриговал, Аллели. Что же, выхода у нас всё равно нет. Давай, действуй, воплощай в жизнь задуманное.       Гиан скользнул к супругу и приник к его губам в нежном поцелуе. Но когда демон попытался обнять его, то тот ловко увернулся, и в одну секунду оказался возле замаскированной под зеркало потайной двери. Нажав на золочёный подсвечник на стене Аллели исчез в образовавшемся тёмном проеме и ход снова закрылся.       — Вот же хитрец. Ничего, вечером посмотрим, кто тут у нас главный, быстрый мой.       — Слоанн! — крикнул герцог, оставшись один.       Дверь в зал тут же отворилась, и появился слуга.       — Ваше Темнейшество, я здесь.       — А пригласи-ка сюда моего сына.       — Да, слушаюсь, Ваше Темнейшиство.       — Иди уже! — нетерпеливо бросил герцог.

***

      Король Эльсидимир нежно обнимал Лавинию, наматывая на пальцы её густые тёмные волосы, с сожалением понимая, что сейчас она станет свидетельницей его неприятного разговора с братом.       — Эльсидимир, почему ты хмуришься? Что произошло, пока я примеряла свадебный наряд?       — Сюда идёт Изаверель. Он вернулся и вот-вот будет здесь, злой, как адовы гончие.       Глаза эльфийки широко распахнулись, а губки сложились в идеальную букву «о».       — Значит ничего не получилось. Очень жаль. Я так рассчитывала на удачную развязку этой ситуации.       Стоя за спиной Лавинии, король Эльсидимир медленно опустил ей руки на плечи и приник губами к открытой изящной шее.       — Какая прелестная картина, брат мой, — раздался звенящий от едва сдерживаемой ярости голос, заставивший увлёкшуюся поцелуем пару вздрогнуть и обернуться.       В дверном проёме библиотеки стоял злющий Изаверель. Он был в белой рубашке, обтягивающих сильные ноги штанах и высоких сапогах для верховой езды. Длинные светлые волосы были распущены и обрамляли поистине красивое тонкое, с идеальными чертами лицо. Он осуждающе смотрел на воркующую пару своими колдовскими глазами цвета дикой сирени.       Таких притягательных мужчин принцесса ещё не встречала. Да этот демон просто дурак, не иначе! Эльвит был не просто красив, он был прекрасен.       — Ну, кто-нибудь объяснит мне, какого беса лысого я ищу принцессу, когда она так прекрасно здесь устроилась?       — Не горячись, Изаверель, — примирительно начал разговор Эльсидимир. — Позволь мне всё объяснить. Не делай никаких скоропалительных выводов. Сначала выслушай, хорошо?       — Рассказывай, — с вызовом произнёс эльвит, проходя в библиотеку и присаживаясь за стол.       — Я вины с себя не снимаю, брат. Да, я признаю, что поддался на уговоры Великого герцога Астарота. В сущности, было всё довольно просто…       По мере того, как Эльсидимир обстоятельно и подробно вёл свой рассказ, лицо Изавереля всё больше вытягивалось. Он который раз поразился уму и хитрости отца Абигора.       — Мне жаль, что я согласился, — подвёл итог всему сказанному король. — Я думал, что у вас с демоном действительно всё не так однозначно, как вы старались показать.       В словах короля отчётливо звучало раскаяние.       — Твоей вины тут кот наплакал, брат. Демон прекрасно знал, на какие рычаги нужно надавить, чтобы добиться желаемого. Не зря он является одним их девяти принцев ада и хранителем его сокровищ. У Астарота была конкретная цель — получить Спорное озеро. Но он просчитался. Ему лучше следовало знать собственного сына, прежде чем что-то замышлять за его спиной. Абигор не ягнёнок на заклании. Ему сунь палец, так он руку по локоть отгрызёт. Вот теперь всё снова встало на свои места. А ты, Эльсидимир, и мой король, в следующий раз будь мудрее и не слушай посулов демонов. Прошу прощения у Вас, принцесса Лавиния, за моё безобразное поведение. Даже боль от обмана брата не извиняет моей горячности. Мне нужно идти. Ещё раз приношу свои искренние извинения вам обоим.       Возле самой двери эльвит обернулся и заявил:       — А свадьба у нас будет, Эльсидимир, так как мы мечтали — в один день. Я решил просить руки Руэллии.       — Погоди, Изаверель, — остановил эльвита голос короля. — Я хочу спросить тебя… Только не обижайся, пожалуйста.       Изаверель обернулся в ожидании вопроса: красивый, сильный, несгибаемый.       — Брат, у тебя действительно ничего нет с тем демоном?       — Разумеется. Я никогда не начну новые отношения, не оставив старые позади. Можешь не волноваться, больше ничего нет.       Отвесив поклон, Изаверель повернулся и зашагал прочь.       — Ох, Эльсидимир, чувствую я, что твой брат на пути к совершению самой большой ошибки в своей жизни. Это неправильно. Я отличаю правду от лжи — это мой дар. О, мой король, сердце твоего брата не открыто для новых отношений. Оно под надёжным замком, в нём нет места этой Руэллии. Они оба будут несчастливы.       — Знаю, Лавиния. Что же творят эти двое? Великие духи, помогите всем нам, — тихо пошептали губы эльфа.       В это самое мгновение эльф почувствовал магию призыва. Она словно кружилась вокруг, рождая сильную тягу подойти к большому зеркалу, которое находилось возле письменного стола. Оставив Лавинию и приложив палец к губам, Эльсидимир подошёл к зеркалу, по пути прихватив со стола нож для нарезки бумаги. Порезав палец, эльф начертил кровью руну защиты, и только после этого провёл рукой по зеркалу, отвечая на призыв.       Каково же было удивление короля, когда в зеркале с обратной стороны он увидел Великого герцога Астарота в длинном шёлковом халате, от которого по правую руку стоял его племянник Аллели, являющийся супругом демона.       — Прошу прощения, что отрываю вас от возможных дел, король Эльсидимир, вопрос, по которому я Вас потревожил, не требует отлагательства.       — Это уж как всегда, герцог. Что случилось на этот раз?       — К вам скоро прибудут гости: Абигор и два его сопровождающих демона.       — И что забыл в моём королевстве твой сын? — насторожился король.       — Не что, а кого. Своего супруга, конечно.       — Так он…       — Да, Ваше Величество, он признал, что в этом мире есть вещи, бороться с которыми бесполезно.       — Что произошло такого, что ваш сын изменил свои планы относительно женитьбы?       — Благодаря моему хитроумному супругу Абигор понял, что прожить вечность без того, кого он желает всем сердцем слишком мучительно. А мой сын, при всей его вспыльчивости и заносчивости вовсе не идиот.       — Я услышал вас, Великий герцог. Сейчас же предупрежу своих воинов, чтобы им не чинили препятствий на входе. Мы рады гостям с честными намерениями.       Демон хохотнул.       — Ваше Величество, вы прекрасно осведомлены, что я преследую всегда только собственную выгоду. Но сейчас любовные порывы моего сына ничем не противоречат моим замыслам. Этот союз только укрепит связь между нашими расами, а чувства лорда Изавереля и Абигора — это приятное дополнение ко всему.       — Согласен. Вы ловко убили двух зайцев: получили Спорное озеро и выгодный союз.       — А теперь разрешите откланяться. Хорошего дня.       — Да, и вам того же, герцог.       Зеркало затянула молочная пелена, а потом оно снова стало простым отражением мира.       — О Духи! Эльсидимир, я должна срочно найти Руэллию. Я надеюсь, что Изаверель ещё не встретился с её отцом и не попросил её руки.       — Спасибо, дорогая Лавиния. Иди скорее. Моему брату уготована иная судьба, и она не связана с эльфами. Он её сам пожелал, пусть и получает. А я пока встречу дорогих гостей, — на лице эльфа появилось неописуемо забавное выражение.       Лавиния весело рассмеялась. Кажется, всё будет хорошо.

***

      А между тем, до беседы двух правителей в малом зале Шокоанда состоялся весьма напряжённый разговор отца с сыном.       — Умно, мой герцог, отправить меня на поиски миража, — прошипел Абигор, неотрывно глядя на безмятежное лицо Астарота, который спокойно потягивал вино из бокала.       — Не утруждай себя, пытаясь воззвать к моей совести, потерпишь поражение. Я сделал то, что сделал. Мне жаль, что даже сногсшибательная красота эльвита не тронула твоё сердце. Правду шепчут воины: у тебя нет сердца.       — Ну, тут ты хватил, отец. У меня их целых два. И тебе это хорошо известно. Только оба моих сердца защищены такой бронёй, что никому её не пробить. Прости, что разрушил твои планы, но это моя жизнь, и я буду проживать её так, как хочу.       — Гордец, весь в меня. Хочешь извинений? Их не будет.       — Удивил. Я просто прошу, не лезь в мою личную жизнь. Моя сила, мой меч, моя верность — всё это принадлежит Шокоанду и тебе, как его правителю, но в остальном я хочу сам решать, что делать. И того, кому идти со мной сквозь века, тоже выберу сам.       — Хочешь свободу выбора? — прошипел Астарот. — Дьявол с тобой! Принимаю, и ни скажу ни слова, кого бы ты не нашёл.       Тут раздался громкий стук в дверь.       — Кто? — резко спросил герцог Астарот.       — Это я. — В малый зал вошёл Аллели.       В груди Абигора защемило. Молодой дух леса был похож на Изавереля и смотрел влюблёнными глазами на герцога. Именно так при каждой встрече смотрел на него эльвит. Демон уставился на Аллели широко распахнутыми голубыми глазами, начиная понимать истинную природу чувств Изавереля, и как ни странно, своих собственных чувств к нему.       — Прости, супруг мой, но нет никаких сил сидеть на месте, и я пришёл к тебе с радостной вестью. Я только что говорил с отцом через магический шар и счастлив тем, что от него узнал. Доброго дня, Абигор, — улыбнулся демону гиан.       — И это не могло никак подождать, Аллели?       — А разве известие о скорой свадьбе моего отца не стоит внимания? Ведь я и ты будем почётными гостями.       — Знаешь, это, конечно, довольно неожиданная новость, — мрачно усмехнулся герцог, — но не такая уж срочная.       Абигор потерял дар речи. Ярость поднималась откуда-то из глубины души. У него зачесались руки: захотелось немедленно прикончить кого-нибудь. Демона затрясло от злости и бешенства, появился хвост, сияя острым пикообразным наконечником, на пальцах выросли чёрные когти, что свидетельствовало о том, что контроль Абигора трещит по швам.       — Спокойно, сын, — раздался сильный ровный голос герцога Астарота. — Дыши медленно и глубоко. Адовы врата, возьми под контроль свою ярость и сделай наконец выбор! Хватить ерепениться. Решай: нужен тебе эльвит. Или отвали в сторону и оставь его. Пусть женится и будет счастлив.       — Ну что ж, отец… — Абигор глубоко вздохнул, неимоверным усилием воли подавляя гнев, клокочущий внутри, и признавая своё поражение. — Свяжись с Королём горных эльфов, и предупреди о моём скором прибытии. Я хочу встретиться с Изаверелем и поговорить. Если окажется правдой то, что я предполагаю, то у демонов будет Спорное озеро, а у меня появится пара.       Аллели стоял за широкой спиной супруга очень тихо, не привлекая к себе внимания, только глаза его лукаво блестели от осознания того, что его чутьё снова не подвело. Он знал, что отец планирует женитьбу на эльфийке Руэллии, но не знал когда. Идея сказать об этом сейчас пришла неожиданно и показалась правильной. Демон отреагировал бурно, но именно так, как он и рассчитывал.       Абигор понимал, что на этот раз он должен первым сделать шаг навстречу, ведь до этого их всегда делал эльвит. Демон побаивался сильных, рушащих контроль эмоций, что пробудил в нём Изаверель. Но отрицать очевидное больше не видел смысла — он давно и безнадёжно любит крылатого, и до одури желает заполучить его в супруги. И адовы муки, если эльвит захочет равный брак, он согласится. На этот раз он не отступит и получит любовь Изавереля, его верность, его совершенное тело. Всё достанется ему и только ему одному.