Близнец для меня (Larry Stylinson)

•°•°• Первое, что чувствует Гарри, пробуждаясь - озноб, ноющую слабость и мокрые прикосновения к разгоряченной коже. Он морщится, насколько ему хватает сил, и поднимает тяжёлые веки. Размытые черно-желые краски вскоре сгущаются, образуя силуэт сидящего рядом Луи: у него намокли плечи и большая часть борцовки, волосы блестели в свете прожектора, а грудь тяжело и звучно вздымалась. Все вокруг пахло мокрой травой. - Лу? - Слава богу, малыш. Слава богу. - Луи подаётся вперед и оставляет поцелуй холодных губ на горячем лбу. Он сидел на обочине, держа ладони Гарри в своих, мальчик всё ещё находился в машине. Гарри попытался встать и потер глаза, именно в данный момент особенно ощущая усталость и слабость. - Где мы? - Мы дома, все хорошо. - Луи вздохнул, встав с колен. Он поправил рукой волосы, оглядев все вокруг усталым взглядом. - Ты потерял создание и, кажется, у тебя жар. Тебе срочно нужно в постель и принять лекарства. Гарри, держась за дверцу машины, осторожно встал на ноги и отметил про себя, что совершенно их не чувствует. Ощущение было такое же, как и в небытие, в котором Гарри оказался, отключившись. Луи заметил взгляд Гарри, устремленный в пол и подошёл к нему, обвивая рукой плечо. - Иди ко мне. - с этими словами он поднял мальчика над землей и, расположив его поудобнее, направился в сторону его дома. - Я сам... - Не хочу рисковать. Гарри решил не спорить, а просто наслаждаться моментом. Он уткнулся носом в холодную шею, вслушиваясь то в дыхание, то в быстрые тяжелые шаги. Гарри сладко убаюкивал истинно-мужской запах, исходящий от кожи Луи, и конечности его ослабли еще больше, он уже не был уверен, что сможет самостоятельно добраться до своей комнаты. - Бабушка наверное вызвала наряд полиции. - пробубнил мальчик сквозь почти закрытые губы. - Нет, но она звонила тебе. Я сказал, что ты просто уснул, и что я уже везу тебя домой. - как-то угрюмо произнес Луи, минуту спустя. - Удобно? Хорошо. - Кстати, о полиции. - Гарри даже приподнял голову, вспомнив сегодняшнее происшествие. - Тебе удалось от них уйти? - Как видишь. - Но... они же будут тебя искать? - Если о пропаже мальчика, на которого я зверки напал и пытался изнасиловать, никто не заявит - то они быстро успокоятся. - с укором ответил Луи, напоминая мальчику, что все это его вина. Гарри вновь положил голову на плечо Луи и задумался. - Если бы ты дал мне им все объяснить, ничего бы не случилось. А то, что сделал ты вызвало еще больше подозрений. - И что бы ты им сказал? "Этот странный парень, который не хочет показывать вам своего лица, просто шел мимо и случайно схватил меня, пока я просто так кричал"? Гарри хотел было возразить, но прикусил язык, когда понял, что Луи прав. Хотя все, что он сказал - правда, вот только все это звучало бы невероятно подозрительно, особенно то, что Луи не хочет показывать им свое лицо. - Почему ты не сказал мне раньше? - Не сказал чего? - Что у тебя проблемы с полицией. Луи поднимался на крыльцо. Гарри вдруг с горечью осознал, что сейчас Луи уйдет и он не знает, когда они увидятся в следующий раз. Парень будто специально тянул время, чтобы не отвечать и только постучавшись, он пробормотал: - Притворись спящим. Дверь быстро открылась. На пороге стояла Гейл в плотно завязанном халате, лицо ее выражало волнение и недоверие. Луи просто улыбнулся, изображая непринужденность и прошел в глубь дома. - С ним все хорошо? - Вполне. Мы повеселились и он устал. - Гарри почувствовал как Луи поднимается по лестнице, к его комнате. - Что его так утомило? - Гейл, не отставая, шла позади. В ее голосе улавливалась укоризненная двусмысленность. - Что такое? Неужели вы подозреваете меня? - Луи почти смеялся. Сегодня буквально все подозревают его в совращении Гарри. - Он никогда прежде так не уставал. - Он никогда прежде не веселился со мной. - Луи толкнул ногой дверь комнаты Гарри. - Никаких наркотиков, алкоголя, сигарет и половых связей, исключительно юмор и тёплые дружеские встречи. Гарри почти представил себе лицо Гейл и чуть было не выдал себя смехом. Он осознал, что Луи мог ввести в заблуждение кого угодно самыми простыми словами. Парень делал это так умело, что Гарри мог назвать это безоговорочной манипуляцией. - Луи, я не хотела показаться грубой. - Гейл вздохнула, Луи положил Гарри на кровать. - Я, конечно, не такая зануда как его родители, но я тоже волнуюсь за него. - небольшая пауза. - Ему не доступно многое, что могут делать другие подростки, ты достаточно взрослый и я думаю, что должен это понимать. Возникла минутная тишина, хотя Гарри был уверен, что Луи ответит сразу. Точнее, он очень на это надеялся, ибо эти слова заставили Гарри почувствовать себя овощем, портящим жизнь своим родным. Тем, кем он чувствовал себя в течение года. И то, что Луи не ответил, непременно означало, что он тоже так думает. Мальчик медленно открыл глаза, совершенно забыв о том, что ему нужно претворяться спящим. - Детка, мы тебя разбудили? - ахнула Гейл и села на край кровати. - Как ты себя чувствуешь? Луи выглядел озадачено. Гарри смотрел на него так, будто ему в одно мгновение все в мире стало безразлично настолько, что он не считал нужным даже моргать. - Ты голоден? - Гейл протянула руку в голове мальчика. - Мне сделать что-нибудь для тебя? Гарри перевел взгляд на нее. Впервые Луи не мог определить по этим чистым и открытым глазам истинные чувства Гарри. Парень попытался вспомнить, что он делал и говорил за последние минуты, но не обнаружил ничего, что могло бы причинить боль. Разве что недосказанность, которая стала роковой в эту ночь. Что ж, если так, то оно и к лучшему. - Бог ты мой, да ты горишь! - ахнула Гейл, собираясь вставать. - Я сейчас принесу градусник. Гарри проводил ее взглядом до двери, затем собрал оставшиеся силы в кулак, сел и начал снимать с себя обувь. Луи потянулся, чтобы помочь ему, но Гарри закончил слишком быстро, нырнул под одеяло и накрылся им с головой. - Гарри. - Луи выдержал минуту, ожидая, что мальчик ответит, что в ответ тот даже не пошевелился. - Я обидел тебя? Одеяло образовало крохотный бугорок, точно повторяя размер тела Гарри, сжавшегося в комочек. Как бы Луи не присматривался, он смог заметить даже малейшего движения: дыхания. Луи боролся изо всех сил с желанием сделать хоть что-нибудь, что заставило бы этого маленького засранца улыбаться, но мысль, что это он довел Гарри до такого состояния связывала его по рукам и ногам. Так уж вышло, что стоит Луи только попытаться сделать Гарри счастливым, заставить его улыбаться и светиться солнышком, рассыпаясь в благодарностях, как вот уже он видит разочарование в зелёных глазах, испуг или обиду. Буквально час назад Гарри кричал от счастья, а теперь лежит в страшном молчании и Луи знает - он тому виной. Сегодня он подверг мальчика опасности. Мальчика, жизнь которого из без того круглые сутки находится в опасности. Мальчика, которого нужно оберегать как самое ценное сокровище. Луи действительно испугался. Испугался, когда бездыханное тело Гарри упало на сидение, не подавая ни малейших признаков жизни. Испугался настолько, что погоня полиции ушла на второй план. По правде говоря, Томлинсон даже не понял, как ушел от них, в этот раз ему не пришлось хитрить и разрабатывать на ходу целый план, все случилось само собой. На секунду Луи даже показалось, что полиция была плодом его боязливого и настороженного воображения и она исчезла как только появился страх, затмевающий все остальное. Сейчас уже Луи понимал, что в такое темное время суток никто и не заметил бы его лица и, возможно, не узнал, а Гарри действительно мог бы объяснить, и даже если не так, то Луи бы вернул все назад и изменил. Он больше не считал, что Гарри нуждается в его присутствии, не считал, что он может что-то дать Гарри, кроме того состояния, в котором мальчик сейчас находится. Все те доводы, которыми Луи руководствовался когда начинал это (он не знал, существует ли название их отношениями), сейчас казались ему таким несусветным бредом, что он устыдился самого себя. О чем он думал, когда подвергал невинное кудрявое существо такому риску? - Пока? - вырвалось из Луи со вздохом, и он постоял ещё немного, в надежде услышать хоть какой-нибудь ответ, но всю эту тишину, возникшую пару минут назад, разрушил только звук захлопывающейся за Луи входной двери. ™ Депрессия. Гарри теперь был уверен на все сто, что то, что с ним происходит - ни что иное как депрессия. Когда настал тот момент и за Луи захлопнулась дверь, в Гарри будто бы медленно ввели это состояние, от которого он не в силах был избавиться, даже чтобы ответить на звонок Марты. На этот раз Гарри не притворялся принцессой, и уж тем более не винил Луи в том что с ним происходит. Парень просто вывел его из этого мечтательного транса, который ограждал Гарри от реальности, и он ему за это благодарен. Не стоило питать наивные надежды по поводу Луи, по поводу его отношению к Гарри. Хотя будет глупо отрицать - мальчик восхищаться этим самопожертвованием, этой самоотверженностью Луи, который, вместо того, чтобы раз и навсегда стереть из памяти знакомство с Гарри продолжил с ним общение и даже в некоторых моментах проявил своё актерское мастерство, показывая, как ему приятно находится с глупым маленьким Гарри. Мальчик был не в состоянии перевернуться на другой бок и взглянуть в зеркало на свою подавленную физиономию, а следовало бы. Следовало бы почаще смотреть на нее, чтобы помнить, кем он является на самом деле. А ещё лучше - написать большими буквами на лбу "ОБУЗА", чтобы все это знали и не предпринимали попыток завести разговор или подружиться. Ну зачем только Луи заставил ребят прийти сегодня на встречу с Гарри? Они - единственные люди, которые относятся к Гарри с глубочайшей любовью и терпением не смотря на все его непростительные выходки. Разве родители окружали бы его любовью и заботой, если бы их не связывали кровные узы? Марта никогда не обращала внимание на бездомных детей, просящих подаяния, а Арне вовсе был так холоден и строг, что вряд ли бы смог полюбить ребенка из детского дома, если бы другого выхода не было. А друзья - да что их держит? Что их заставляет так терпеливо выслушивать все жалобы, разделять боль и стирать слезы с твоих щек? Что такое невидимое и нерушимое связывает вас, что позволяет прощать и быть прощенным? Это потрясающе, просто потрясающе - знать, что ты нужен кому-то не потому что ты красив, богат или ты просто вынужденная ноша. Это прекрасно. Подумав об этом, Гарри немного пришел в себя и окинул ранее застывшими глазами комнату, оценивая ситуацию. Сквозь занавес в помещение проникает красный свет заката, ткань немного колышет лёгкий вечерний ветер. Гарри пролежал почти сутки. На столе лежит его аккуратно сложенная чистая одежда, а сам он чувствует, что одеяло, укрываемое его, приятно касается обнаженной кожи. Похоже, Гейл вчера его раздела. Хотя кто знает - он этого даже и не помнит. Рядом лежал телефон. Мальчик смутно вспомнил, как примерно с сегодняшнего утра начали приходить кучи сообщений, на которые он и не думал отвечать, кто бы ни был отправителем. Но сейчас он понял, что некоторым людям он всё-таки хотел бы ответить. Потому что боялся вновь потерять их. От кого: Эль ( 6 новых сообщений) 9:24 Доброе утро, Гарри! Хх 12:31 Я знаю, ты просыпаешься поздно, не не настолько. В общем, как только проснёшься, подумай над этим: как насчёт того, чтобы встретиться на днях всем вместе? Знаешь, Кристен и Ден безумно обрадовались, когда услышали от Эда все подробности. Они очень сожалеют, что побоялись прийти раньше, но они готовы искупить вину хоть сегодня!:) Сегодня вечером я полностью свободна, так что подумай) 15:03 Ты же не хочешь, чтобы я начала беспокоится, верно? 16:09 Гарри? 16:14 О Боже, что с тобой? 18:41 Ладно, хорошо, прости. Я звонила тебе домой и твоя бабушка сказала, что тебе не здороваться. Ответь, как только сможешь. Гарри, силой заставив свои пальцы двигаться, начал печатать ответ, в котором заверил, что уже все хорошо и он будет очень рад встретиться завтра или в ближайшие дни. Так же он ответил другим трем друзьям, а именно: Эду, Кристен и Дену. Мимолетно он взглянул на затаившуюся внизу строку переписки с Луи, поджал губы в ответ ее молчанию и пробормотал: - Он даже не хочет узнать, как я себя чувствую... что ж... что ж. Гейл, за один день утратившая свою резвость и весёлость, сидела за обеденным столом и слегка покачивалась, устремив взгляд в настенные часы. Она не следила за временем, просто секундная стрелка - единственное, что двигалось в поле ее видимости. Поэтому, захлопнувшаяся наверху дверь заставила ее подскочить и встрепенуться. - Гарри? На верхней ступеньке показался мальчик, одетый в домашние шорты и зелёную свободную футболку. Он причесал волосы и выглядел вполне себе прилично, но Гейл окончательно ввела в ступор его улыбка. - Привет. - мальчик сбежал на лестнице и обнял женщину. - Почему не пахнет ужином? Ты ничего для меня не приготовила? - он скорчил обиженную гримасу. Гейл ахнула и обняла Гарри в ответ, не веря тому, что происходит. - Ты... как же... ты.. как ты себя чувствуешь? - Замечательно, я отдохнул и все прошло. - Гарри хихикнул. - мы же будем ужинать, правда? Давай я помогу тебе? - Какое счастье! - женщина крепче обняла внука и расплылась в широкой улыбке. - Какое счастье! Ты должен позвонить маме и друзьям, все очень за тебя беспокоятся. Ужином я займусь сама. Гейл поспешно вытерла влажные глаза и убежала на кухню. Гарри облегченно выдохнул и опустился на стул, запустив руку в волосы. Гейл поверила, поверят ли все остальные? Маму убедить будет сложнее всего, так как именно она присутствовала при двухнедельной депрессии Гарри, когда ему только-только поставили диагноз. Друзьям он звонить не стал, так как уже ответил на их сообщения. Пока Гейл готовила ужин, он в течение получаса убеждал Марту в том, что с ним все хорошо. А что ей оставалось, кроме как поверить? Она сейчас далеко и думать, что с сыном все хорошо - куда легче, чем постоянно переживать о его самочувствии. За ужином Гарри через силу ел вкуснейшие блюда, но самым сложным было не показывать вида, что все это ему противно. Каждые несколько минут Гейл бросала на него подозрительные взгляды и он улыбался ей в ответ, активно прожевывая пищу. В конце концов женщина не выдержала, звучно опустила вилку на край тарелки и, подперев голову рукой, спросила: - И все же, что же такого веселого произошло вчера? Гарри, заранее подготовившейся к этому вопросу, улыбнулся и просто ответил: - Я познакомился с подругой Луи - она очень милая, еще он рассказывал о своей жизни. - Гарри продемонстрировал ямочки. - Ну а потом... потом я узнал о его задумке. - Что за задумка? - От моего имени он позвал всех моих друзей и устроил нам встречу в кафе. Мы не общались почти год, я соскучился, и они тоже, как оказалось. - Я так испугалась, услышав голос Элеонор, что не успела задуматься над тем, что вы не общались. - Гейл улыбнулась. - Луи хороший парень. И симпатичный. Гарри неловко усмехнулся, глаза его забегали по столу, пока в конце концов не устремились в тарелку. - Да. Неплохой. - замечательный. - И? Что же он о себе рассказывал? - О своей подруге. - уточнил Гарри. - Рассказывал их историю. - Они встречаются? - удивилась Гейл. - Нет. - Гарри сказал это резче, чем предполагал. - Когда-то они были близкими друзьями, но сейчас все изменилось. - А она красивая? Луи обращал на нее внимание? Гарри улыбнулся, вспомнив, как старался Луи избегать Джейн и все время тянул за собой мальчика, не забывал о нем. Он в отрицание покачал головой . - Он тебе нравится. - Что? - Он нравится тебе. Возможно даже сильнее, чем я предполагала. Гарри вспыхнул ярким пламенем. Ему правда казалось, будто вокруг пылают языки пламени и касаются его кожи. В секунду пламя разыгралось так сильно, что полосануло по глазам Гарри и вызвало защитную реакцию - глаза мальчика повлажнели. - Н-нет. С чего это ты... - Нет? А ну посмотри на меня, внучек. Посмотри и скажи, что он тебе не нравится. - Гейл откинулась на спинку стула и закинула ногу на ногу. - Не нравится. Не нравится! - Подними глаза. Гарри скрыл лицо в ладонях и решил молчать до тех пор, пока Гейл не перестанет прожигать его взглядом. - Хм. Возможно, тебе поможет сознаться тот факт, что ты тоже ему нравишься? Мальчик поднял голову и убрал руки от лица. Глаза его на секунду загорелись настолько ярко, что зелёная футболка на их фоне поблекла, а красные губы, наоборот, выделились более отчётливо. В них горел живой вопрос, на секунду вспыхнула надежда и уголки губ дрогнули в улыбке, но все это случилось прежде, чем парнишка понял, что тем самым напрасно выдал себя и Гейл, и самому себе. Его мимолетную радость мгновенно уничтожил тот факт, что Гейл глубоко ошибается. - Этого быть не может. - пробормотал мальчик, надежда в нем всё ещё билась горячим ключом. - Как ты... - Как я это поняла? - она улыбнулась. - Когда я его увидела впервые, я сразу отметила, что он симпатичный, да и слишком взрослый для того, чтобы бы быть тебе другом. Я было испугалась, потому что первое, что мне удалось уловить - это яркие, но холодные голубые глаза. Холодные настолько, что я решила, что сердце его столь же холодно и жестоко. Проще говоря, я приняла его за плохого парня, который разбивает сердца и не заботиться о последствиях. Но когда он увидел меня, я заметила растерянность, смущенность в его лице и поняла что плохим его назвать нельзя. Возможно скрытным, подозрительным, холодным, но не плохим. Он не такой. Я уверена более чем на сто процентов, что сексом он занимается не больше, чем это необходимо его организму. - Гейл связала это слово с Луи так просто, что Гарри инстинктивно съежился и взглянул на свои ноги. - Но дело не только в этом, хотя то, что он не связан за всеми этими молодежными развлечениями, немного не уверен в себе, означает вот что - он не способен причинить боль или обидеть. Я поняла, что ты ему не безразличен, когда прочла на его лице неподдельный ужас и испуг. Он испугался за тебя так, словно ты самый родной человек в его жизни. Слышать тишину после ласкающего душу голоса (или рассказа) Гейл было невыносимо. У Гарри от возбуждения тряслись коленки, он никогда ещё так не нервничал. Ему казалось, что он что-то упустил или не обдумал, он начал искать в поступках Луи некий подтекст, перебирать в голове всё воспоминания о их времяпровождении, вспоминать все взгляды, слова, прикосновения. Нет, ничего. - То, что между вами происходит - далеко не дружба, дорогой. Да, это забота, внимание, переживания, но все это находится на уровни выше, чем просто дружеские обязанности. Такое ощущение, что вас что-то связывает, но я понятия не имею, что это. Вам самим нужно разобраться. То были последние слова Гейл перед тем, как Гарри отправился в свою комнату, предварительно помыв посуду и сходив в душ. У него было слишком много пищи для размышлений на весь оставшийся вечер, хотя единственное, чего ему по-настоящему хотелось - это сон. Сон лет так на пятнадцать, если бы это было возможно. Думать о своих отношениях с Луи он не хотел абсолютно, ибо это совершенно бесполезное занятие - ведь думай или нет, все равно сделать Гарри ничего не может. Луи считает Гарри малышом, о котором нужно заботиться и следить, чтобы тот ничего не натворил. Луи считает, что Гарри нужна особая забота, ласка и внимание. Луи считает Гарри капризным и избалованным мальчиком, и по большей части это все правда. Так же правда то, что Луи красив. В нем есть все, что может привлечь: загадочность, резкость, твёрдость, вся его внешность и характер. Но Гарри всегда казалось что есть то, что кроме него в Луи никто не замечает. Это делало Луи его Луи. Гарри не знал, что это, но всем сердцем и душой готов был принять это, если бы только Луи сделал ему шаг навстречу. Мальчик всячески отрицал и презирал мысль о том, что их знакомство с Томлинсоном слишком коротко для таких выводов, ведь он считал, что знаком с Луи уже многие и многие годы, и готов был поспорить, что Луи чувствует тоже самое. Они были слишком разными близнецами. Бывает ли такое? Несомненно. Близнецы зачастую расходятся в характерах до всеобщего удивления, но при этом продолжают чувствовать друг друга, сохранять прочнейшую нить между своими сердцами. Простые бытовые интересы Луи и Гарри одновременно кардинально расходятся с одной стороны, и до мельчайших подробностей сходятся с другой. Мальчик не мог подкрепить это научным объяснением и не был уверен, что такое вообще существует, ведь он знал только одно: он безумно тоскует вдали от Луи, хотя и понимает прекрасно, что это не взаимно.