Близнец для меня (Larry Stylinson)

™ - Вот твой чай. - Гарри торжественно вручил Луи большую чашку чая и сел рядом с ним напротив телевизора. - Спасибо. - Томлинсон улыбнулся и перекинул руку через плечо мальчика. Гарри довольно прижался к его груди, и исподтишка начал наблюдать за тем, как Луи пьет чай. Это оказалось довольно увлекательно. Раздался недовольный крик из кухни: - Гарри! Ты что, помыл посуду? - Ох, малыш, зачем ты это сделал? - простонал Луи. - Я-я... - Теперь ее будет мучить совесть и она сделает нам с Найлом все мозги. - Томлинсон задумался. - Кстати, о нем. Он не сможет отвести тебя сегодня домой. - А ты? Луи качнул головой в отрицание и крепче прижал к себе мальчика. Гарри нахмурился: - Может, я сам пойду. Если выйду пораньше, то автобусом доберусь на трассы, а оттуда... - Нет, так я тебя не отпущу. Мне нужно быть уверенным, что после того, как ты выйдешь от меня - максимум через час ты окажешься дома. Гарри хихикнул. - Так значит, ты все-таки доверяешь Найлу? - Я никому не доверяю. - поспешно ответил Луи. - Но ты, похоже, уверен в нем. - отметил парнишка, расслабленно опираясь на парня. Томлинсон приподнялся, чтобы проверить, как далеко находится Иви, а затем присел обратно, наклонившись к Гарри. Они были похожи на тайных заговорщиков. - Найл мой самый близкий друг. И отношения у них с Иви начались именно потому, что я попросил его находиться с ней рядом всегда. Он знает, что ей нравится лучше, чем я. Он знает, что ей дарить на день рождения, чтобы она светилась от счастья. Он знает ее целиком и полностью. Лучше чем я в сотни тысяч раз, Гарри. Лучше человека, который связан с ней кровными узами в течение восемнадцати лет. Меня это бесит. - Луи вновь обернулся. - Меня бесит любой человек, которого она любит больше чем меня. Гарри с завистью, но одновременно с пониманием отнесся к этому чувству и постарался утешить Луи: - Это просто невозможно, Лу. Она не может любить Найла больше, чем тебя. - Может, и она это доказала, когда я запретил им встречаться. - Луи сделал большой глоток. - Если бы она действительно любила меня больше... - Она просто-напросто поняла, почему ты запрещаешь им встречаться. Если бы была какая-то действительно весомая причина, то я уверен, что... - Весомая? А это была недостаточно весомая на твой взгляд? - Это был эгоизм. Эгоизм и ревность. Луи, неужели ты сам не понимаешь, насколько это эгоистично - разрушать счастье сестры из-за собственной ревности? Ты навсегда останешься самым значимым человеком в ее жизни, но когда-нибудь ей понадобиться семья, она захочет детей. - Гарри помолчал, а затем осторожно спросил. - Ты понимаешь меня? Томлинсон кивнул, время спустя. Мальчик улыбнулся и поцеловал его в щеку, вновь прижимаясь к нему. Он решил перевести тему: - Тогда остается только Лиам. - Что? - Лиам может отвезти меня. - Абсолютно точно нет. Я же сказал, что должен быть уверен в том, что ты окажешься дома через час. Я не знаю что может прийти на ум этому Сахарному Эльфу. - Луи фыркнул, и прижал Гарри к себе как можно плотнее. ™ - Я напишу тебе как только проснусь, обещаю, ба. И мама с папой ничего не узнают. Спасибо, люблю тебя. Гарри был уверен на все сто, что Гейл ни за что не отпустила бы его, попроси он ее об этом еще дома, но сейчас ей просто ничего не оставалось, как согласиться. Мальчик заранее знал, что дома его ждет недовольство и обида, но перспектива ночевки у Луи затмевала все остальное. Он положил трубку и полетел обратно к Луи, чтобы сообщить радостную новость. Томлинсон сидел на диване и, нахмурившись, что-то печатал в телефоне. - Лу, у меня хорошая новость. - парень не заметил мальчика и, казалось, не услышал его слов. - Луи. Гарри нахмурился и немного вытянул голову, чтобы посмотреть, чем таким важным и неотложным занят Луи. В первую очередь взгляд его упал на сообщение с текстом "Увидимся на днях", а затем уже на имя контакта, что Гарри очень и очень не понравилось. - Что же такого важного ты хочешь сказать Каре на днях, когда вы увидитесь? - Гарри! - Луи поспешно спрятал телефон, улыбаясь. - Подсматривать нехорошо. Стайлс опустил голову. - Ты сказал тогда, что вы с Карой друзья. - Ну. - протянул Луи, усаживая Гарри себе на колени. - Фактически. - У вас свидание? - еще более подавленно спросил Гарри. Луи усмехнулся и положил руки на талию Гарри. - Ревнуешь? - Все-таки свидание! - ахнул мальчик. - Нет, малыш. Деловая встреча. Не переживай. - Луи притянул мальчика плотнее и уткнулся носом в его спину. Гарри почувствовал насколько холодны руки Луи и поспешно коснулся его носа кончиками пальцев. - Ты такой холодный! - и он вскочил в поисках одеяла. - Так что ты хотел сказать мне? - Луи вытянулся на диване, когда Гарри встал, и положил руки под голову, наблюдая за активными поисками. Мальчик нашел сложенный плед кофейного цвета, не слишком плотный, но для средства согревания вполне подходящий. Он принес его к Луи и раскрыл, накрывая парня. Попытка уложить руки Луи под плед не увенчалась успехом, ибо парень даже не пытался поддаться мальчику и только улыбался. В конце концов Луи перехватил руки Гарри и уложил его на себя, накрывая их пледом. - Лу. - пробормотал мальчик, очарованный моментом. - Ты так и не ответил. - парень улыбнулся, услышав трепещущий голосок Гарри. - Гейл разрешила мне остаться у тебя. - Замечательно. - Томлинсон вытянул голову, целуя Гарри в макушку. - Ты же будешь спать со мной? Эти слова заставили Гарри вспомнить тот день, когда Луи впервые официально, ни скрываясь от Гейл, остался у него на ночь. Тогда парнишка не знал, как задать этот же вопрос Луи, все смущался и не мог подобрать слова. А Луи так легко и непринужденно спрашивает об этом, что Гарри - в силу, конечно, своей ревности - сразу же подумал о том, что он делает это регулярно. - Но если ты... - Луи прокашлялся, смущённый долгим молчанием. - если ты не хочешь, то я могу выделить тебе комнату Найла. - Все хорошо. - пробормотал Гарри. Луи задумался. По телевизору шел фильм с участием Эмилии Кларк, но никто из смотрящих не пытался вникнуть в сюжет. Им просто было все равно, каждый думал о своём. Гарри, например, думал о небольшом рассказе Найла, который тот ему поведал в машине. Он никак не мог себе представить, что Луи может привести в свой дом проститутку, с которой потом ложится в постель. В постель, где, собственно, и предстоит спать Гарри. Задать подобный вопрос Луи парнишка не решится в любом случае, но, возможно, удастся разузнать у Найла. Воспоминания о разговоре в машине привели Гарри к размышлениям на еще одну тему. Страшное и произносимое с неким преклонением имя Джона навевало на мальчика страх. Мужчина ему представлялся долговязым, рослым, в меру худым, с длинными костлявыми пальцами и морщинистым, но статным лицом, в огромном черном цилиндре и длинном пальто. В общем, Гарри представил англичанина примерно конца девятнадцатого века. Это вопрос задать будет, казалось, не так трудно, как предыдущий, но всё-таки некий дискомфорт в связи с этим Гарри испытывал. Он чувствовал, что услышит то, чего слышать не хочет. - Ты... Лиам оставался у тебя на ночь? - вдруг спросил Луи, заставив Гарри поднять голову. Луи выглядел задумчивым, немного разочарованным и печальным от своих мыслей, но взгляд его был настолько внимательно сосредоточен на экране, что, казалось, ничего больше его не заботит. - К чему вопрос? - Ты не ответил, когда я спросил о том, где ты будешь спать... то есть, я думаю, ты не захотел, потому что... ответь. Просто ответь. Гарри нахмурился, но все его попытки уловить мысли Луи оказались безуспешными. - Эм, нет. Он не оставался у меня с ночевкой. - парнишка, вздохнув, слез с Луи. - Ты куда? - Я хочу... если ты не против, я хочу посмотреть твои книги. - Гарри смущённо перебирал пальцы. - Тут нет моих книг, они в другой... - Луи очень во время заткнулся и нервно прокашлялся, принимая сидячее положение. - Я хотел сказать, тут много книг Иви. Они будут интереснее для тебя. - Но я хочу... - Кто-то сказал "Иви"? - девушка возникает в дверях, ведущих в зал из кухни. Она, похоже, была в отличном расположении духа. - Да, Гарри очень хочет взглянуть на твои книги. Если не трудно. - Луи мило улыбнулся, вызывая у Гарри массу подозрений. Мальчик шокировано взглянул на него. - О, это отлично! - девушка буквально подлетела к Гарри и взяла его под руку. - Луи рассказывал, что ты очень любишь читать. Томлинсон виновато улыбнулся, когда Гарри поднимался в комнату его сестры и последнее, что увидел парнишка перед тем как войти, был Луи, вновь достающий телефон из своего кармана. ™ Луи лежал на кровати и изучал потолок, когда дверь в его спальню тихонько открылась и через небольшую щель проникла мокрая голова Гарри. Мальчик, не решившись войти в одном только полотенце, опустил глаза, когда взгляд Луи упал на него. - Лу. - позвал он. - У меня нет одежды. Томлинсон точно ждал этого момента, лукаво улыбнулся и пожал плечами. - Она лежит здесь. Ты можешь взять ее. Гарри нахмурился. - Лу, дай мне ее, пожалуйста. Луи в отрицание покачал головой и простонал. - Я так удобно лег! Не хочу вставать. - Лу... - рассеяно протянул парнишка. Томлинсон вздохнул, вставая. Он прихватил футболку и шорты, которые взял у Иви и подошёл к двери. Гарри поспешно скрылся, оставив маленькую шёлку для одежды. Щеки его загорелись, когда он почувствовал как рука Луи легла на дверную ручку. Парень немного потянул дверь на себя, просто потому что он может это сделать, но затем, подумав, протянул вещи, на всякий случай даже отвернувшись. Он не хотел делать то, чего не хочет Гарри. Не хотел потом ловить на себе боязливые и недоверчивые взгляды. Луи никогда не вел себя так с теми, с кем спал. Он ни чем не выказывал того, что он хочет кого-то больше, чем хотят его. Он делал на встречу человеку ровно столько шагов, сколько делали на встречу ему и ни каплями больше. Никогда. Луи внезапно вспомнил свой первый раз. Он не знает для чего или по какой причине, но чувство у него сейчас было примерно такое же, как и тогда, когда Найл пригласил его к себе домой и родителей его впервые не оказалось дома. Он помнит, как по настоятельной просьбе Найла в комнату, где находился пятнадцатилетний Луи, вошла девушка лет семнадцати, очень миловидная, маленькая и хрупкая. Но несмотря на свой внешний вид, держалась она довольно уверено и выглядела опытной. Луи потом часто представлял, каким он неуклюжим и поражённым выглядел со стороны, когда она уложила его на кровать. Одно он знает точно: им овладело дикое отвращение, когда она начала раздеваться. Причину тому он не знал, ведь тело у нее было поистине потрясающее, поэтому вскоре он пришел к выводу, что отвращение это было адресовано ему самому. Он ненавидел себя за то, что позволил этому произойти. Когда Гарри вошёл, у Луи мелькнула мысль о том, что у Гарри когда-нибудь тоже будет его первый раз. Когда-нибудь это маленькое кудрявое чудо тоже решится на этот шаг, когда-нибудь, когда будет такая же обстановка как сейчас, только рядом с ним будет совершенно другой человек. Тот, кто сможет провести с ним всю жизнь. Тот, кто сделает все так, что Гарри потом не будет жалеть о сделанном. Большой палец Луи мягко поглаживал щёчку Гарри, пока тот глядел на старшего широко раскрытыми зелёными глазами. Он не решался позвать его по имени, ибо ощущение у него было такое, будто тем самым он вырвет Луи из транса. Ангел на плече Луи, к мнению которого парень прибегал крайне редко, влепили ему звонкую пощечину, воскликнув: К чему тебе думать об этом? Это не твоё дело, далеко не твоё. Гарри сам решит, как ему будет лучше. Луи устыдился собственных мыслей и тут же прогнал их прочь от себя. Ему было стыдно именно потому, что он никогда в жизни не задумывался о том, как и у кого пройдет его первый секс, будет ли ему при этом комфортно и будет ли он счастлив этому впоследствии. - Все хорошо? - поинтересовался мальчик. - Да, все... - Луи поспешно убрал руку в карман. - Все замечательно. Гарри облегченно вздохнул и улыбнулся. - Чья это одежда? - Иви. - Луи схватился за краешек футболки. - Эта - моя, но Ив ее присвоила себе два года назад. Гарри оглядел себя и вновь взглянул на Луи. - Мне идёт? Томлинсон кивнул, улыбнувшись, и подошёл к кровати. - Ты так и не ответил мне, где собираешься спать. Если тебе не... Гарри прыгнул под одеяло, намерено игнорируя слова парня, и устроился поудобнее, готовясь ко сну. Он зевнул и причмокнул, а Луи лег рядом, усмехнувшись. - Я очень устал. - пожаловался парнишка. - Ты весь день смотрел со мной фильмы. - Не только. Утром у меня были и другие дела. - Гарри сделал важное лицо. - Да? И какие же? - Луи приподнял бровь. - Неважно. - Гарри потянулся для поцелуя перед сном и нашел губами лоб Луи. - Спокойной ночи. ™ Ночью Гарри приснился сон. Сон был очень правдоподобный, настолько, что утром парнишка проснулся с трясущимися конечностями и с покалыванием на губах. Началось все с того, что Луи разбудил его, ничего не говоря, только лишь мягко улыбаясь. На все вопросы он отвечал партизанским молчанием, и в конце концов заткнул Гарри, сунув руки под его футболку. Мальчик очень чутко ощутил прикосновение прохладных нежных пальцев, ласкающих его талию и спину. Он не отрывал взгляда от лица Луи, и тем не менее не мог его разглядеть, все было как в тумане. Близость тела Луи оказалась более пьянящей, чем можно было предполагать, а его касания оставляли за собой обжигающие линии. Гарри помнит, как резко приблизился Луи к его лицу, но затем остановился, точно смакуя момент, и Гарри смог почувствовать его дыхание на своих приоткрытых губах. Луи так потрясающе медленно коснулся своими губами губ Гарри, что мальчик почти простонал от нежности и возвышенности этого момента. Луи то захватывал верхнюю губу Гарри в ласковый плен, то нижнюю, то позволял делать это мальчику. Руки его теперь заботливо обвили тело Гарри, будто защищая его от всего, что могло причинить боль. Луи почти не отрывался от губ Гарри, хотя мальчику казалось, будто он охватывает все его пространство, и это довело его до конвульсий. Проснулся мальчик именно от лихорадочной дрожи во всем теле и от сумасшедшего стука в груди и голове. Было уже утро. Луи мирно сопел рядом, руки его обхватывали талию Гарри. Видимо, парень почувствовал как трясется тело мальчика и начал просыпаться. Первое, что увидел Гарри - довольная улыбка. - Привет, малыш. - прохрипел он и потянулся. - Привет. - прошептал Гарри в ответ. Луи вслепую нашел одеяло и накрыл их обоих, выпустив Гарри из объятий. Будь его глаза сейчас открыты, он бы ужаснулся взгляду, которым сверлил его Гарри. А что, если это было вовсе не сон? Некоторые пробелы в памяти можно объяснить тем, что Гарри все это время находился в блаженном полудрёме, но как объяснить поведение Луи? Он бы никогда такого не сделал. Нет, всё-таки сон. Гарри не может определить отношение Луи к себе как что-то одно. Это нельзя было назвать дружбой, ведь вряд ли Луи точно так же проводит время, например, с Найлом. Но Гарри не чувствовал себя хорошо от того, что парень относится к нему особенно и с нежностью, ибо после кратковременного блаженства наступило осознание того, что это вовсе не знаки внимания. Он не знал этому определения. Не знал, но очень хотел узнать, ибо, возможно, он всё-таки ошибается, и Луи может отвечать взаимностью на его чувства. Может. Это так странно звучит. Так странно и прекрасно, что у Гарри дрожит улыбка на губах. Он рассматривает объект своего обожания с нескрываемой нежностью в глазах. Смотрит на его чуть дрожащие ресницы, умиротворенное расслабленное лицо, карамельные спутанные волосы, и понимает, что именно рядом с этим человеком ему будет спокойнее, чем в любом убежище мира, именно в его руках он бы хотел оказаться в самую трудную минуту. И, самое главное: если бы у Гарри была возможность что-то изменить в Луи, он бы этого не сделал. Он нуждается в том Луи, который сейчас лежит рядом с ним, со всеми его достоинствами и недостатками. Мальчик услышал шорох за стеной и встал, развеивая все мечты и фантазии. Он потянулся и поплыл по мягкому ковру к двери, но остановился около ручки, услышав шепот: - Гарри нет в твоей комнате. - Может, он уже встал? - Нет, говорю же. Там никого не было. - То есть... ты хочешь сказать, что он спит у Луи? Тишина. Гарри закусил губу, улыбаясь. Найл произнес это с таким удивлением и хорошо прикрытым восхищением, будто до Гарри в комнате Луи не смел спать никто, кроме самого Луи. Мальчик неосознанно пытался быть первым для Луи в тех вещах, в которых это было возможно. Он хотел стать для Луи уникальным. - Проверим? - чуть громче спросила девушка. - Боже, Ив, зачем тебе это? - Найл явно не был в этом заинтересован. - В этом нет ничего запрещённого, это ведь не оргия. Они хотят спать вместе - они спят вместе. - Ты не понимаешь! Мой брат никогда никого не приводил домой и тем более не знакомил со мной. Они точно вместе. - взволновано бормотала ему в ответ Иви. - Я не знаю, Ив. Могу сказать точно: они не друзья. - Ты что, замечал что-нибудь за ними? Гарри начал перематывать в голове всё происходящее за последние двадцать часов, чтобы понять, действительно ли мог Найл заметить за ним что-нибудь, что раскрыло бы его чувства. Вообще, мальчик подозревал, что скрывать эмоции он не умеет совершенно, особенно когда ревнует. В такие моменты он даже не старается выглядеть безразличным, ибо слишком сильно зацикливается на представлении или изучении объекта своей ненависти. После тщетных попыток найти себе прикрытие Гарри сдается и поражением признаёт, что его чувства открыты всем как на ладони. Актер из него никудышный, и, скорее всего, даже сам Луи уже давно разобрался в его чувствах и просто насмехается над ним. Но Найл ведь сказал "они", а значит, он имел в виду и Гарри и Луи. Неужели, за Луи тоже замечалось нечто подобное? Гарри быстро придумал себе идеальный сценарий их обоюдного признания в чувствах, представил, как это будет неловко, но до чёртиков приятно, как они обнимутся после этого и не будут знать, что говорить. У мальчика от таких представлений выступил живой румянец на щеках, но Найл всего двумя предложениями оборвал его крылья: - Нет, просто Луи дружит только вынуждено и с исключительно с полезными ему людьми. Вот и все. Это был один из тех моментов, когда совсем не замечаешь, как меняется выражение твоего лица, как слабеют руки и как в глазах одно чувство заменяет другое, совсем ему противоположное. Если Зевс существует, то он только что расшиб Гарри молнией на две части. У мальчика сложилось ощущение, что он только что проснулся от глубокого сна и ощутил реальность каждым сантиметром кожи. Это было нечто, что сначала ощущается физически, а уж потом доходит до сознания. Волнительная дрожь в коленях и узел, стягивающийся в животе - вот что стало предшественником следующих мыслей: Я нужен Луи только пока ему это выгодно. Гарри чувствует, что ему очень плохо находится здесь. Он хочет выбежать на улицу из этого дома, хочет вдохнуть свежего воздуха. Ему больно от мысли, что Луи, называя его другом, желал поскорее избавиться от него. Что их связывало не то живое, горящее чувство, что грело душу Гарри на протяжении этого времени, а холодный расчет, ради которого Луи и терпит компанию Гарри. Если все это правда, то сердце Гарри разорвется на кусочки. Мальчик точно не помнит, как он решился на то, чтобы открыть дверь, но буквально через секунду на него уставились две пары удивлённых глаз, а сам он, не обращая ровным счётом внимание ни на что, прошел мимо в сторону ванной. ™ Гарри молчал за завтраком. Луи в тысячный раз кинул встревоженный взгляд сначала на него, затем на Найла. Хоран понял, что допроса по этому поводу ему не избежать, но что ответить - он не знал. Также он не знал, что произошло с Гарри, и поэтому намекнул Иви взглядом, чтобы она с ним поговорила. Девушка замялась, не зная, с чего начать. Луи переживал с того самого момента, когда, столкнувшись с Гарри в гостиной, он пожелал доброго утра, а в ответ получил лишь слабый кивок. На все вопросы о своём самочувствии и настроении Гарри отвечал коротко и быстро, будто общение с Луи ему надоело до чёртиков. Из-за этого парень в течение часа ходил угрюмый и задумчивый, и сейчас все пытался сложить полную картину вчерашнего вечера, чтобы понять, что так обидело Гарри. Все мысли мальчика занимало только одно: он не нужен Луи, ни в качестве друга, ни в качестве кого-либо другого. Гарри раздражала собственная наивность, которую он, по своему подростковому обыкновению принимал за тупость. Осознание того, что Луи воспринимает его как бедное дитя, относится к нему как к ребенку, и, соответственно, исходя только лишь из этого, заботится о нем и чувствует на себе ответственность, настигало Гарри крайне болезненно и долго, в течение целого часа. Но даже сейчас он ни в чем не винил Луи, только себя. Ведь парень всего лишь попытался скрасить его жалкое существование, пожалел его, а Гарри воспринял это как нечто большее. Теперь ему казалось, что в каждом слове, жесте и действии Луи присутствовала вынужденность, нежелание, которых Гарри не замечал по своей наивной влюбленности и вере в то, что кому-то действительно нужен, что он впервые за последний год не является обузой. - Гарри? - позвала Иви, немного смущенно и неловко. - Если ты уже доел, то мы можем подняться ко мне. Мальчик уже собирался отказаться, но затем взглянул на искреннюю и открытую Иви, которая оказалась не менее наивной, чем он в данной ситуации. Она посмела предположить, что Гарри занимает особое место в сердце ее брата, точно так же, как и сам Гарри. Скорее всего, сегодня они видятся последний раз, ибо мальчик убежден, что больше не вернётся в этот дом и жизнь Луи. Иви очень добрая и милая девушка, и Гарри не хотелось видеть разочарование на ее лицо почти сразу после их знакомства, поэтому он кивнул и выдавил некое подобие улыбки. Они встали из-за стола. Найл слегка толкнул ногу Луи под столом, когда Гарри и Иви скрылись из виду. Когда Томлинсон обратил на него внимание, он кивнул в сторону гостинной, приглашая его пойти за ними. Иви тем временем прикрыла дверь в комнату, мягко улыбнувшись Гарри, который скромно расположился на уголке ее кровати. Здесь все было более живо, чем в остальных комнатах, более тепло и обжито. Одна стена была полносто отведена для книжных полок, тянущихся от одного угла до другого, другая затяна окном и широким подоконником, третья для кровати и тумб, а последняя для шкафа, где, судя по всему, хронилась одежда. Гарри больше всего привлекла книжная стена, на которой висели шесть огромных полность забитых полок. Это отличная идея, которую мальчик хотел был воплотить и у себя. На одной из тумб лежала открытая книжка, видимо, читаемая сейчас. - Любишь читать? - спросила девушка, поймав взгляд Гарри на изучении ее богатств. - Очень. - Гарри коротко улыбнулся. - Но до тебя мне далеко. Ив хихикнуа и плюхнулась на кровать, поджав под себя ногу. - Я прочла пока только половину, потому что очень часто перечитываю понравившиеся мне истории. Гарри повернулся к ней. - Почему? - Не знаю. Не люблю, когда заканчивается что-то, к чему я привязалась. - Иви пожала плечами. Гарри почувствовал ироничную связь ее слов и своей жизненной ситуации на данный момент. - Иногда мне тоже очень хотелось перечитать некотрые истории, но я пообещал себе, что ни за что не сделаю этого, пока не прочту все книги в мире. - Это невозможно. - Иви улыбнулась, поджимая губы. - Да, но лучше я начну что-то новое, чем вернусь к старому. - Потому что можно упустить что-то более важное и интересное? - Или просто не успеть. У обоих сложилось ощущение, что разговор приобрел философский характер. Они улыбнулись друг другу, понимая, что со стороны это выглядит глупо, и они еще слишком малы для всего этого. Поэтому, спустя некоторое время, Иви решили перейти к делам более земным и житейским. Луи и Найл к тому моменту устроились около двери и слушали разговор. - Вчера ты был таким милым и веселым, а сегодня точно сам не свой. - Иви придвинулась ближе, выражая крайнюю заинтерисованность. - Если у тебя какие-то проблемы,то может быть я смогу тебе помочь? Гарри опустил взгляд на свои руки. - Все в порядке, у меня просто не очень хорошее настроение с утра. Ничего серьезного. - Хорошо. - Иви явно ему не верила, но до последнего старалась остаться психологом. - Но ты просто знай, что со мной можешь поделиться чем угодно, и это останется конфендициальной информацией. - Спасибо. - только и пробормотал Гарри, видимо, не оценив стараний Иви. Девушка сдаваться не собиралась, в то же мгновение откинула в сторону образ члена группы поддержки и легла на живот, подперев щеки руками. Она понимающе улыбнулась мальчику и начала свой рассказ. - Когда я поняла, что мне нравится Найл, я в течение нескольких месяцев мучалась, не зная, как ему сказать об этом. Все было бы намного легче, если бы я видела какое-то внимание с его стороны, но этого не было. Он был бревном в этом плане. - Что?!- шепотом воскликнул Найл и получил слабый подзатыльник от Луи за свою несджержанность. - В твоем же случае все обстоит по иному. Ты можешь свободно признаться Луи, ни за что не опасаясь. Ну, или хотя бы мне. - Хах... о чем это ты? - Гарри разодрал в кровь кожу у ногтя, совершенно не обращая внимание на боль. - Ладно. - усмехнулась Иви. - Пойдем на прямую. Тебе нравится Луи? Мертвая тишина охватила участников разговора по обе стороны двери, если Найла и Луи можно считать участниками. У Луи перехватило дыхание после озвучки вопроса, а Гарри не слышал ничего кроме собственного сердцебиения. Он не мог собраться с мыслями, даже прилагая к этому все усилия, а ведь он даже не знал, что Луи стоит за дверью и слушает его. Все равно, это было выше его сил. Лицо мальчика то становилось ярко-красным, то бледным, словно полотно, а кровь уже почти лилась по его пальцу. Иви поняла, что еще немного, и Гарри может умереть от избытка чувств и эмоций. - Ты можешь не говорить, я итак все вижу. - Ответь. - сорвалось с губ Луи. Парень пробормотал это почти одними губами, но сам не знал, громко он сказал это или тихо, да и его это не волновало вовсе. Он больше не мог терпеть это несносное молчание. Иви вздохнула и встала с кровати. Она потрепала Гарри по волосам и сочувственно улыбнулась. Этот случай показался ей ещё более тяжёлым, чем ее собственный, ведь сейчас Гарри даже сам себе признаться не может в своих чувствах, а о разговоре с Луи даже упомянать не стоит. Для Иви их взаимная симпатия была как на ладони, и если в чувствах Луи она ещё могла сомневаться, то с Гарри она была уверена на все сто. И сейчас она винила себя за то, что довела мальчика до такого состояния. Для начала, он должен сам разобраться в себе, чтобы не запутаться ещё больше. - Прости, Гарри. Прости. Я не должна была начинать это, и ты обязательно разберёшься сам, как придет вре.... - Да. - еле слышно пробормотал Гарри, а затем, помедлив, сказал более уверено - Да, он нравится мне. Прежде, чем кто-либо сумел что-либо сообразить или выразить это физически, Гарри неспешно поднялся с кровати и взглянул на Иви, точно с последней мольбой. - Я очень хочу домой. Найл может отвезти меня? Пожалуйста. - Д-да, конечно. - пробормотала Иви, пока Гарри почти что плыл к двери. - Когда мне... эм... ему сказать? - Сейчас. Сейчас если можно. - эти слова он произнес прямо около двери, и тогда только опомнились подслушивающие, но было уже поздно убегать. Через две секунды дверь отворилась. Первое, что увидел Гарри, когда начал открывать дверь - это пара ног в белых носках, на которые падал свет из комнаты. Сердце его пропускало один удар за другим, по мере того, как взгляд его поднимался выше. Каждое мгновение прокатывалось по нему как махина по дряхлому деревянному мостику, пока сознание отчаянно кричало о том, что это самая гнусная минута его жизни. Но нет. Это далеко не так. Всю глыбу чувств и эмоций Гарри по-настоящему испытал только тогда, когда встретился взглядом с Луи. Это было истинное уничтожение. У мальчика сложилось впечатление, будто его только что отключили из сети, и мозг перестал воспринимать и определять то, что он испытывает. Он стоял перед Луи, буквально минуту назад раздевшись, оголив свою душу, и теперь покорно принимал его тяжёлый непонимающий взгляд, точно ношу, которую предстоит нести всю оставшуюся жизнь. Найл и Иви испарились, будто их и не было. Теперь мальчик стоял один на один со своим позором перед Луи, но он уже почти ничего не ощущал, только одно: ещё немного, и он лишится чувств. Та самая глыба была подвешена над ним на веревки, а ножницы были в руках у Луи. И парень почувствовал это. Все сейчас только в его руках. И он совершено не знает, что делать. - Гарри. - сказал он на выходе, а после замолк, точно больше говорить не собирается. Каждая последующая секунда резала Гарри ножом правды. В глубине души он знал, что собирается сделать Луи, но не мог уйти, пока не удостовериться. Глыба над ним пошатнулась. Луи со вздохом собирает все силы в кулак, и говорит, что должен. Или он думает, что должен. - Ты... ты не должен этого чувствовать. Тебе лучше избавиться от этого.