У нас нет вечности

      — Скажи, как это? Умирать?       — Больно.       — Но не больнее, чем терять близкого человека…       — Нет. Когда ты умираешь, испытываешь двойную боль. Физическую и моральную. Физическая боль — это нестерпимая боль во всем теле, а моральная — это осознание того, что через несколько секунд ты умрешь и больше никогда никого и ничего не увидишь. А когда теряешь близкого человека, боль только одна — моральная.       — Давай не будем о грустном. Лучше обсудим наше новое печенье с сюрпризом. Какую начинку можно положить в него?       — У меня к тебе вопрос, братец. Ты не мог придумать ее сам? Что ты делал все то время, пока меня не было?       — Переживал о тебе, вообще-то!       — Ну первый месяц да. А остальные два? Как мне рассказывали, ты быстро со всем смирился.       — Это тебе Грейнджер сказала?       — Да, но не Грейнджер, а уже Уизли.       — Во-первых, Грейнджер — это не фамилия, это ее образ жизни и наказание для остальных. А во-вторых, я переживал каждую секунду, но просто скрывал это.       — Почему же?       — Когда нам сообщили об ухудшении твоего здоровья, мама вернулась домой сама не своя. Я случайно услышал их с папой разговор, тогда она сказала: «Если Фред умрет, Джордж не справится с этим и уйдет вслед за ним. Я не смогу пережить смерть двух сыновей, Артур». После этого я решил не показывать, как мне плохо, чтобы не расстраивать маму. Должно быть, я хороший актер, раз даже Гермиона поверила.       В тот момент у меня как камень с плеч упал. Я уж начал думать, что если он так быстро забыл обо мне, значит, я не так важен для него, как он для меня. И, слава Мерлину, я был не прав. Я просто не могу представить нас по отдельности, мы словно единое целое. Всегда вместе. С детства. Наверно, поэтому он мой самый близкий человек, которому я готов доверить что-угодно. Кроме одного. Разговор с хранителем я буду держать от него в тайне. Не хочу огорчать брата.       Я улыбнулся и перевел свой взгляд на часы, Мерлин, четыре часа утра! Мы потеряли счет времени. Гермиона, наверное, волнуется. Нужно идти.       — Фордж, уже очень поздно. Мне надо уходить.       — А сколько времени?       — Четыре утра.       — О, Мерлин! Анджелина убьет меня!       — О чем я тебе и говорю.       — Ладно, Дред. Завтра увидимся. Не забудь, в понедельник в магазин.       С этими словами Джордж аппарировал, а я вышел из бара и направился к дому Гермионы и Рона, который находился неподалеку. Всю дорогу я раздумывал над своим выбором. Я точно не собираюсь отступать, но где мне искать любовь всей жизни? За пять месяцев невозможно это сделать! Вдруг она живет на другом конце света? Мне определенно нужна чья-то помощь. Но чья? Джордж и мама с папой сразу отпадают. Рон и Гарри тоже не вариант. Джинни? Нет, она слишком мала. Перси? Обязательно проболтается. Билл и Чарли заняты семьей. Кто тогда остается?       К этому моменту в поле моего зрения попал большой белый дом. Гермиона! Точно. Она же самая умная волшебница за последние сто лет! Она сможет что-нибудь придумать. И никогда никому не расскажет об этом. Вспомнить хотя бы школьные времена, когда она прикрывала нас с Джорджем перед Макгонагалл. Отлично, теперь я знаю, кто мне поможет, но остается еще один вопрос: «Как ей сказать?». Но об этом придется подумать позже, так как я уже подошел к двери поместья. Не знал что у Герм и малыша Ронни такой огромный дом. Дверь была не заперта, поэтому я вошел. Странно, что Гермиона не заперла ее, мало ли кто зайдет.       Пройдя по длинному коридору, я оказался в гостиной, сделанной в стиле девятнадцатого века. Вообще, весь дом был сделан в этом стиле, но из всех комнат я видел только коридор и эту. У стены был огромный камин, недалеко стол с резными ножками, а напротив диван с двумя креслами. На одном из них как раз-таки спала Гермиона. С книгой в руках. Должно быть, опять читала. И что ей нравится в этом? Полнейшая скука. Иногда я просто поражаюсь ей! Как она может сочетать в себе совершенно противоположные вещи? Ум и красоту, занудство и пренебрежение всякими там правилами, серьезность и... Да, единственное, чего ей не хватает, — умение веселиться. Смех, шутки, развлечения — никогда не замечал за ней такого. Если только однажды. На святочном балу. В тот раз она по-настоящему веселилась, до того как Рон все не испортил. Впрочем, откуда мне знать? Может, она и веселится, только с лучшими друзьями. Гарри, Роном и Джинни. Скорее всего. Ведь не может она вечно ходить хмурой? Не может, поэтому я постараюсь узнать ее поближе. Но завтра, а сейчас я пойду спать.       Найти гостевую комнату труда не составило, она находилась на втором этаже. ***       Проснулся я от запаха. Сладкого запаха тостов и кофе. Желудок заурчал: неудивительно, я не ел со вчерашнего вечера. Переодевшись, я спустился на кухню. Гермиона стояла у плиты и что-то готовила.       — Утро доброе! — весело произнес я, отчего Гермиона подскочила на месте.       — Фред? Ты меня напугал, — улыбнулась она.       — Итак, чем ты будешь меня кормить? — потирая руки, спросил я.       — Кофе и тосты с абрикосовым джемом.       — Абрикосовым? Обожаю его! Как ты узнала?       — Ну вот в чем в чем, а в этом ваши с Роном вкусы совпадают. Ты, насколько я знаю, ешь то же самое, что и он.       — Не сравнивай меня с ним! Малыш Ронни — всеядное существо, а я — нет!       — Прости, что задела твое самолюбие.       — А, кстати, какие планы на сегодня?       — Ну, я собиралась прогуляться во Флориш и Блоттс, а что?       — Ничего, просто сегодня мы идем в магловский мир! Так что откладывай все свои дела.       — Зачем нам в магловский мир?       — Как зачем? Я пропустил три месяца жизни! Мы отправляемся наверстать упущенное!       — О, Мерлин! Ты не мог позвать Джорджа?       — Мог, но с ним мы встретимся вечером. Так что собирайся, через двадцать минут отправляемся! Возражения не принимаются!       Она лишь вздохнула и ушла, что-то бурча себе под нос.       Через двадцать минут Герм вернулась. И, если честно, я не узнал ее. Совсем. Белая блузка обтягивала ее стройную фигуру, джинсовые шорты подчеркивали всю красоту ее длинных ног, а черные балетки дополняли образ. Я словно увидел перед собой совершенно другую девушку, не помню, когда она так одевалась.       — Ну что, пошли? — улыбнулся я.       — Конечно.       Я взял ее за руку и аппарировал.       — Парк аттракционов? Откуда ты знаешь это место? — спросила Гермиона.       — Мы с Джорджем как-то раз были здесь, но по другому делу, поэтому не успели нигде прокатиться. Так! Пошли!       Я схватил ее за запястье и помчался в глубь парка. Мы подошли к кассе, и я купил сразу несколько билетов. Первым делом я направился к Колесу Обозрения. Гермиона наотрез отказывалась идти к нему, поэтому пришлось ее тащить, а потом заталкивать в кабинку. Но это того стоило, поскольку с Колеса виден весь Лондон. Она была в восторге. Оказывается, Гермиона впервые каталась на нем.       Потом я побежал к американским горкам. А вот туда Герм пошла с радостью. Мы сели в вагончик и помчались со всей скоростью. Такое чувство, будто мы сейчас выпадем оттуда.       После горок мы пошли к бассейну с шарами. Если честно, не совсем понял, что это, но потом нам объяснили, что нужно залезть в шар с воздухом и бегать по воде. Было смешно смотреть на Герм, которая, словно хомяк, крутилась в этом шаре.       После аттракционов Гермиона предложила съесть по сладкой вате.       — Ты действительно предлагаешь есть мне вату? Как? Она же невкусная!       — Нет, ты что, — она засмеялась. Она просто называется ватой, на самом деле это сахар и вода на палочке. Держи! — с этими словами она подала мне розовый комок. Оторвав кусочек, я попробовал.       — Это и правда вкусно! И почему в мире магов ее не продают?       — Не знаю, но это еще один повод посещать мир маглов.       — Согласен. Может, еще куда-нибудь сходим?       — Я не против, может, в торговый центр?       — Давай, никогда не был в магловском магазине.       — Тогда давай руку.       Мы аппарировали в какое-то помещение. Это был туалет. Женский. Это я понял, когда услышал визг. Мы поспешно оттуда удалились. А перед моими глазами предстало огромное четырехэтажное здание.       — Ты не могла выбрать другое место для аппарации?       — Не-а, — улыбнулась она.       Теперь была очередь Гермионы водить меня с этажа на этаж. Сначала мы зашли в какое-то кафе, немного подкрепились, а потом пошли в кино! Это было потрясающе! Мы ходили на комедию, я никогда так не смеялся. Потом началось ужасное. Гермиона затащила меня в магазин. Мы пробыли там два часа! И ушли с десятью пакетами! Вот зачем девушкам столько одежды?       — Все, пойдем домой. Я устала, — зевая произнесла Уже-не-Грейнджер.       — Хорошо, но завтра обязательно продолжим.       — Ладно-ладно, только пошли уже.       — Мне нужно заглянуть к Джорджу. Доберешься одна?       — Конечно.       Я аппарировал в квартиру над нашим магазином.       — Дред! Я уж заждался! Где ты так долго был?       — В магловском мире.       — Что ты там забыл?       — Мы с Гермионой решили сходить в парк аттракционов. Точнее это я решил, а ее позвал с собой.       — И как?       — Было весело. Было очень весело! Знаешь, Фордж, сегодня я узнал ее с совсем другой стороны. Я понял, что она умеет веселиться. У нее очень красивая улыбка и мелодичный смех. Почему она это скрывает? Почему постоянно ходит серьезной?       — Понятия не имею, Дред. Но, я надеюсь, ты не влюбился в нее? Малыш Ронни никогда тебе этого не простит.       — Знаю. Но, слава Мерлину, я ничего к ней не испытываю.       — По тебе видно!       — Мы договорились завтра тоже куда-нибудь сходить.       — Потом расскажешь.       —Как я могу не рассказать тебе?       Джордж лишь улыбнулся. Мы попрощались, и я аппарировал.       Гермиона спала. Я тоже направился в комнату, размышляя о завтрашнем дне.