Непростая любовь

Король, казалось, был полностью погружен в свои размышления. — Ваше величество, — один из эльфов учтиво поклонился, — какая-то эльфийка пересекла границу, мы привели ее к вам. — Что? — грозно переспросил эльф, поднимая голову, — Ириссэ… — пораженно выдохнул король Фелагунд, поднимаясь с трона и жестом давая понять страже, что они могут быть свободны. Сестра, здесь, после стольких лет… Финрод просто не мог в это поверить. Думы, которыми он был так увлечен до того момента, когда сообщили, что некая дева нарушила границу, исчезли. Взгляд его был прикован к Аредель. Она была напоминанием о Валиноре. — Прошу меня простить за такой прием. Если бы я знал, что ты прибудешь… — он и обрадовался, и растерялся. — Финдарато! — девушка кинулась к брату, — Как же давно мы с тобой не встречались! Эллет была поражена: брат здесь, да еще и король. — Не беспокойся о приеме, я сама не знала, что окажусь здесь. Пришла к вратам твоего города по чистой случайности: задумалась и заблудилась в лесу. — Сестра, — Артафиндэ радостно рассмеялся и, плюнув на все приличия, обнял девушку. Пусть на его голове теперь сиял золотой венец, пусть на его плечах лежал тяжелый груз ответственности. Но он так скучал по двоюродной сестре, что на время забыл обо всем. — Эру, сколько же лет прошло… Ты так выросла с того момента, когда я видел тебя в последний раз. — Как же я скучала по тебе, — сказала девушка, прижимаясь к груди брата. Золотистые локоны Инголдо щекотали лицо, но Ириссэ со смехом лишь глубже зарывалась в них, вдыхая такой знакомый аромат. В детстве и юности эльдар были дружны, как были дружны и два их Дома, но после Исхода виделись впервые. — Я тоже скучал по тебе, — прошептал Фелагунд, рассмеявшись и зарывшись рукой в ее волосы. Просто обнимал, как и раньше, с братской нежностью и любовью. Он вообще любил всех своих братьев и сестер, даже феанорингов, хотя многие из них относились Финроду далеко не так доброжелательно. — Как удачно ты набрела на Нарготронд… — Да, это точно, — нежно улыбнулась Аредель, — знала бы, что ты здесь, давно бы пришла сюда. Девушка была безумно рада снова встретить Финдарато. Брат многому научил ее и, несмотря на мягкий нрав, умел наставить на верный путь и подсказать верное решение. Именно эти качества сейчас, видно, и помогали ему править. Тяжелый золотой венец у Фелагунда съехал набок и эллет, смеясь, поправила его. — Знал бы, где ты, давно бы навестил, — ответил Финрод, улыбаясь. Наконец, поцеловав ее в лоб, он слегка отстранился, рассматривая сестру. Красавица. Но он заметил царапины на ее руках и платье. — Это где ты так? Наверное, тебе лучше промыть раны и переодеться… — Пустяки, оцарапалась, когда шла через кустарник, — махнула рукой дева, — и хуже бывало, — она хихикнула, вспомнив свою первую поездку верхом. Но царапины, хоть и несерьезные, саднили, поэтому Аредель, посерьезнев, согласилась с братом: — Да, наверное, ты прав. — Я тебя провожу до покоев и распоряжусь, чтобы выдали все необходимое. И не спрашивай, откуда я возьму тебе новое платье, — с улыбкой произнес Финрод, смотря на сестру. Эру, в такие темные времена глоток счастья просто опьянял… — Хорошо, не буду, — несколько удивленно согласилась Ириссэ. Идя вслед за братом, она вертела головой по сторонам, стараясь разглядеть даже мельчайшие детали богатого убранства королевского дворца и с удивлением отметила, что очень многое схоже с убранством дома Финарфина в Валиноре. Эллет грустно улыбнулась: память о родных преследует не только ее. Артафиндэ подвел ее к комнате с золоченой дверью. Она как раз была для приемов родни. То есть, шикарная и просторная, едва ли уступающая покоям самого государя. Потому он осторожно открыл дверь, вручая сестре ключ. Зайдя в свои покои, девушка поразилась. Комната была большой, светлой и красиво обставленной. Положив ключ на маленький столик, она хотела уже закрыть дверь, но, спохватившись, обернулась к Фелагунду: — Где я смогу потом тебя найти? — Я буду у себя, — он указал на дверь в конце коридора. Ему нужно было отдохнуть от дел, а по-настоящему свободным он ощущал себя только в родных покоях. — Как только передохнешь — смело стучи. — Хорошо, — кивнула девушка. Когда ей принесли платье, Ириссэ взяла его в руки и улыбнулась: брат еще помнит ее вкусы в одежде. Очень хотелось надеть эту красоту, но сначала нужно было обработать царапины, чем Аредель и занялась. Закончив, она быстро надела белое с серебристой отделкой платье и придирчиво оглядела себя в большом зеркале. Повертевшись недолго возле него, эллет осталась довольна. Расчесала растрепавшиеся волосы и заплела их в длинную косу. Приведя себя в порядок, она немного посидела на подоконнике: ее окно выходило в сад. Соскучившись, девушка вышла в коридор и направилась к комнате Финрода. Постояв немного у двери, Ар-Фейниэль постучала. Финрод задумчиво щипал струны большой позолоченной арфы, стоящей в его комнате. Музыка помогала ему отдыхать, а заодно и лучше думать. Он будто бы вкладывал часть своей души в эту музыку, тихо напевая эльфийскую песню. Голос разносился по комнате, чистый и светлый, как душа государя. В ней пелось о любви и родине. О сражениях и победах… Однако, стук в дверь заставил его прерваться. Вздрогнув, король обернулся. — Входи, — ему даже не нужно было угадывать, кто стоит за дверью. Толкнув дверь, Ириссэ вошла в комнату брата. Фелагунд сидел в кресле, перебирая струны стоящей перед ним арфы. — Прости, я помешала тебе? — чуть виновато спросила девушка. — Нет, что ты, — улыбнулся Финдарато, убирая руки от струн. Затем мягко посмотрел на сестру. — Ты просто не можешь помешать. — Чудесно, — улыбка осветила ее лицо. Аредель села рядом, пододвинув стул и вгляделась в лицо брата. Как же он повзрослел с момента их последней встречи! Несмотря на то, что Первые дети Илуватара не стареют, на лбу едва заметными ниточками пролегли морщины, а на лице было выражение светлой печали. Но это был тот же Артафиндэ, с которым они играли в детстве — ее любимый брат. — Не представляешь, как я рад тебя видеть, — улыбнулся Фелагунд, смотря на девушку. Все такая же прекрасная и юная. На ее плечах не лежал такой груз, как на нем, но это радовало эльфа. Хоть кого-то не изменило Эндорэ… — Расскажи, как ты? Я ведь не слышал ничего с тех пор, как мы расстались. — Я? — эллет задумчиво улыбнулась, — я все так же. Ищу приключений, лезу где надо и не надо, в общем, такая же, как много лет назад — в ее глазах сверкнули лукавые огоньки. — Расскажи лучше про себя, у тебя-то жизнь, наверное, интересней? — Да, ты всегда была непоседой, — мягко рассмеялся Артафиндэ, а затем усмехнулся, качнув головой. — Да, жизнь насыщенная, ничего не скажешь. Вот, город построил, договорившись с гномами. Они постарались на славу… Жаль только, что приходится держать его в тайне. Иначе от него камня на камне не останется… — Моргот? — выдохнула девушка, — Опять его козни… А город и вправду чудесный, он чем-то напоминает мне Тирион, — Ириссэ задумалась. — Он все пытается вызнать местоположение, — произнес эльф, посмотрев на девушку. — Мне тоже. Только здесь я нахожу покой… Лицо Аредель помрачнело: — Это плохо… Поведя плечами, словно от холода, она подошла к окну. — Я очень скучаю по Валинору, — по щеке девушки поползла слеза. — Я знаю, — Артафиндэ поднялся и положил руки на ее плечи, затем стирая слезу. — Рано или поздно мы вернемся туда. Не будет больше войн и страданий. Только Блаженный Край. — Я очень хочу в это верить, но… не могу. Впереди мне видятся лишь боль и страдания и тьма, — нахмурившись, Ар-Фейниэль закрыла глаза, стремясь отогнать неприятные мысли и положила голову на плечо брата. Артафиндэ лишь обнял ее, закрыв глаза. Он тоже предвидел это, но к чему расстраивать сестру? — Мы многих потеряем, Ириссэ. Это так. Но не грусти, в конце концов, Намо милосерден. Я верю в счастливый конец. — Я уже не верю в милосердие Валар. К чему эти детские сказки? Пора просто признать, что они отгородились от нас морем и горами и забыли обо всем. Они трусливы иначе бы не бросили нас одних на борьбу с Морготом, — начав эту гневную тираду, девушка уже не могла остановиться и, выпутавшись из объятий брата, заходила по комнате, размахивая руками. — Мы сами прогневили их. Пошли против воли, совершали ужасные поступки… Хотя ты права. В этой войне мы можем рассчитывать только на себя, — Финдарато покачал головой. — И коль мы одни против всей тьмы, что таит в себе Моргот, то нам нужно быть осторожными. Я не боюсь за себя, но страшусь о вашей судьбе. — Не стоит бояться за меня, — эллет повернулась к Инголдо, — я нолдиэ и тоже готова встать против армии Тьмы и даже против самого Моргота, как и мои предки.  — Я знаю, — мягко улыбнулся ей Артафиндэ. — И знаю, что дай тебе в руки оружие, ты будешь грозой наших врагов. Только… их слишком много, чтобы нам выстоять в открытом бою. Если и ударять, то внезапно и тихо. — Поэтому ты предпочитаешь отсидеться в скрытом городе, — печально усмехнулась Ириссэ, — но Нарготронд все равно падет, как бы ты не старался… — спохватившись, девушка подняла влажные глаза на Финрода, — прости, я забылась. — Я не отсиживаюсь, — нахмурился король, складывая руки на груди. — Я тоже выступаю против армий Тьмы. Даже вот… Он усмехнулся. — Сам едва не погиб. Уж лучше бы меня не спасали… — Что? — вскинулась Аредель. — Когда это произошло? — она подскочила к брату, — И не смей так говорить, ты мне еще живым нужен. — Не так, чтобы очень давно. Весь мой отряд положили, я остался один против этих чудовищ. Думал, что все уже кончено, но… мне помог один смертный, мой союзник. Хотя и сам потерял людей в этой бойне, — Фелагунд поморщился от воспоминаний. — На мне теперь долг жизни. — Но это же… ужасно! — девушка вздрогнула от мысли, что могла потерять Финдарато, и обняла брата, — как я рада, что все обошлось. — Все обошлось, — прошептал он, погладив ее по волосам. — Но что-то мне подсказывает, что долг мне отдать придется… — Хоть бы это произошло не скоро. Не хочу вновь расставаться с тобой, — тихо сказала Ар-Фейниэль, подняв голову и взглянув Фелагунду в глаза. — Я тоже не хочу с тобой расставаться, — прошептал он, поглаживая сестру по щеке и не отводя от нее взгляда. — И все-таки тебя по праву называют Белой девой Нолдор. Аредель улыбнулась и, накрыв ладонь брата своей, прижалась к ней щекой. — Почему ты так считаешь? — Потому что ты будто сияешь светом Амана, — прошептал он. Такая родная и близкая… с ней связано столько воспоминаний… Ириссэ с улыбкой прикрыла глаза, боясь заплакать. Снова нахлынули воспоминания из детства, когда еще сияли Древа, а эльдар были юны и беззаботны. — Не плачь, сестра. Я рядом, — прошептал Артафиндэ ей на ухо, крепче обнимая ее и слегка покачивая в объятиях. Теплые и такие надежные объятия… Эллет обвила руками шею брата и прижалась к его груди. Впервые за многие годы она была полностью счастлива. Слишком много она потеряла, но теперь просто забылась в руках Инголдо. — Я тебя ни за что не отпущу, — с улыбкой прошептал Артафиндэ, не размыкая объятий и закрыв глаза. Слишком много он перенес за это время, слишком много потерь и боли омрачали его мысли. Но Ириссэ была будто светом, который разогнал этот мрак. — Я люблю тебя. — И я тебя, — тепло улыбнулась девушка. Она и вправду любила Финрода, нежной сестринской любовью. Король улыбнулся, поцеловав девушку в лоб. Как хорошо было сейчас забыть обо всем… Эллет была счастлива. Эта нежданная, но такая радостная встреча позволила ей, пусть и на короткий срок, позабыть обо всех горестях и бедах. — Хочешь пройтись вместе со мной? — с улыбкой спросил король, наконец, приоткрыв глаза. — С удовольствием, — улыбнулась она, размыкая объятия Улыбнувшись, эльф предложил ей взять себя под руку. Нужно было показать ей город. Девушка взяла короля под руку и, придерживая подол, пошла за ним. Внезапно в голове, как молния, сверкнула мысль: — Кстати, а откуда у тебя платье? Ты познакомился с какой-то девой здесь? — Можно и так сказать. Попросил свою хорошую подругу одолжить ее новое платье, — пожал плечами эльф, едва улыбнувшись. — Вот как… — протянула Ириссэ и улыбнулась, но улыбка получилась какой-то вымученной, а глаза сверкнули стальным блеском. — Что с тобой? — нахмурился Финрод, заметив ее странную улыбку. — Нет-нет, все в порядке, — поспешила заверить брата эллет. Она сама себе боялась признаться что… Ревнует его?! — Кстати, — Финдарато вдруг вспомнил, едва нахмурившись. — Я полагаю, скоро сюда прибудут Тьелкормо и Куруфинвэ. — Правда? Это же замечательно, я с удовольствием встречусь с ними! — обрадовалась девушка. Она была в хороших отношениях с сыновьями Феанора и была бы рада увидеть их. — У вас будет много времени, — улыбнулся Фелагунд, скрывая свое недовольство. Он и раньше не особо любил этих двух феанорингов, а сейчас, смотря на восторженную сестру… сжал зубы. Такая перемена настроения не укрылась от Ириссэ. Она настороженно взглянула на эльфа и спросила: — Все в порядке? Ты не рад, да? — Я не очень доверяю им двоим, — пожал плечами нолдо, скрывая ревность. — Ты ведь знаешь, мы никогда не ладили. — Да, я забыла, извини, — эллет погладила брата по плечу и продолжила путь, пытаясь скрыть свои мысли. Злополучное платье и «подруга» Инголдо не давали ей покоя, и она даже не догадывалась о чувствах брата. — Все в порядке. В любом случае, отказать я им не могу. Братья как-никак, — усмехнулся Артафиндэ, погладив девушку по руке. — А твой брат до сих пор сокрушается, что ты все в девах ходишь? — Турукано? Есть немного, — усмехнулась Аредель, — но после долгих лет приставания ко мне с этим вопросом, уже привык и больше не лезет. — Прекрасно. А Артаресто все спрашивает, почему я не женюсь. У самого-то уже дочь есть… — Прекрасно? Почему это? Я думала, тоже нотации начнешь читать, — рассмеялась девушка. — Ну, — Инголдо рассмеялся, — не буду. Ты уже взрослая. Нельзя в этом торопиться. Если ты кого-то любишь… все произойдет само собой. — Дело в том, — со смехом объясняла Ар-Фейниэль, — что мое сердце не принадлежит никому. А Турьо все время пытается меня с кем-нибудь познакомить. — Значит, в этом мы похожи, — улыбнулся Фелагунд. — Мое сердце тоже не занято никем. — А как же Амариэ? — удивленно вскинула брови эльфийка, — или вы с ней поругались? — Мы с ней не ругались, — качнул головой Финдарато. — Когда я уходил, мы долго с ней говорили. И, в общем, пришли к соглашению. Ее сердце занял другой, а я… не стал мешать. Все равно уходил… — Хорошо… — девушка посмотрела в глаза брата. Такие строгие, с еле уловимой печальной искоркой где-то в глубине. Казалось, от них не оторвать взгляда. Улыбнувшись, она положила голову на плечо Артафиндэ. Они стояли в каком-то коридоре, освещенном красноватым светом факелов. Король улыбнулся, едва наклонив голову. Эру, как же она была прекрасна в этом неверном свете… сердце почти болезненно сжалось. Ириссэ привстала на цыпочки и прикоснулась к щеке Фелагунда губами. — Я по тебе скучала, — сказала она с улыбкой. Ей действительно не хватало этого общения. — Я тоже по тебе скучал, — прошептал он, проведя ладонью по ее волосам. И едва дернулся, когда ее губы неожиданно коснулись его щеки. Слишком внезапно. От этого мимолетного движения их губы едва не соприкоснулись, но король успел отклонить голову назад. — Прости… — прошептал король, — Просто это было неожиданно. — Извини… — эльфийка густо покраснела и отвела взгляд. Отпустив руку брата она прошла несколько шагов вперед и закрыла лицо руками. Щеки горели. — Не стоило мне этого делать… — Стоило. Просто мне нужно быть немного внимательнее. Правда, мне удается это все хуже, — Финрод, казалось, не был смущен. Внешне — точно. А вот в душе… Вдох, выдох. Аредель попыталась успокоиться, все еще не поворачиваясь к Финроду, чтобы он не увидел ее красного лица. — Знаешь, — чтобы хоть как-то отвлечь девушку, начал Инголдо. — Я уже пожалел, что стал владыкой. Впрочем… здесь мое место. — Пожалел? Почему? Слишком давит на плечи бремя ответственности? — Ириссэ, наконец, успокоилась и повернулась к Финроду. — Я боюсь подвести свой народ. Я не самый взрослый… и не самый умелый. Я готов принять ответственность за все. Но моя ошибка может разрушить тысячи жизней. — Не бойся, судя по этому городу, у тебя отлично получается, — она шагнула назад и положила руку эльфу на плечо. — Если что — обращайся, я попробую помочь, — эллет подмигнула брату и рассмеялась. — Спасибо, сестра, — рассмеялся он, поправив свою прядь волос. — Обязательно обращусь. — Пойдем дальше? — спросила девушка, беря короля за руку. Смущение исчезло, не оставив и следа, и Аредель снова стала самой собой. — Идем, — кивнул Финдарато, все еще чувствуя некую неуверенность. Впрочем, рядом с Ириссэ это чувство несколько отступило. Они шли дальше по коридору, но оба молчали. Эльфийка погрузилась в свои мысли и, сама того не замечая, все крепче сжимала руку Инголдо. Артафиндэ не решался прервать раздумья девушки, поэтому шел молча, сжимая руку сестры, мягко, но крепко. Ее прикосновения доставляли королю какое-то… если не счастье, то удовольствие — точно. Через четверть часа все остатки неловкости рассеялись и Ириссэ болтала о всякой чепухе, вертя головой по сторонам и активно жестикулируя. Говорила все, что приходило в голову, как в детстве. Король не перебивал, но больше слушал, да и вряд ли было возможно вставить хоть слово в бесконечный поток речи юной нолдиэ. Финдарато внимал речам Ириссэ с неподдельным интересом. Ему было интересно буквально все, что касалось ее жизни, а потому слушал, принимал к сведению, а затем, будто бы спохватившись, сообщил, что этим вечером в Нарготронде будет праздник. — Праздник? А в честь чего? — оживилась дева, наконец замолчав и оглянувшись на брата. — В честь основания города, — улыбнулся он. — Буду рад тебя там увидеть. — Разумеется, я буду там. Лишний повод познакомиться с жителями города и пообщаться с тобой, — с улыбкой сказала Аредель. — Тогда я счастлив, — рассмеялся эльф, церемонно поцеловав ее руку. Выдернув руку, эллет со смехом обняла Фелагунда. — К чему все эти церемонии, брат? Я ведь все та же Ириссэ, твоя непоседливая младшая сестра. — Ну, раз ты моя младшая непоседливая сестра… — Финрод засмеялся и едва приподнял ее, покружив. Как делал это и в Валиноре, порой пребывая в хорошем настроении. Засмеявшись, девушка вцепилась в плечи короля, глядя на него. Поцеловав его в лоб, эльфийка улыбнулась: — Ну хватит, хватит, отпусти. Улыбнувшись, эльф выполнил ее просьбу, опуская девушку на землю. Как хорошо было вспомнить детство и юность… Эльфы шли через сады, наполненные благоуханием цветов. Девушка сняла туфли, идя босиком по мягкой траве, щекотавшей ступни. -Давай посидим немного? Здесь так хорошо, — обратилась Ириссэ к брату, опускаясь на траву. — Давай, — улыбнулся Финдарато, садясь рядом с сестрой и любуясь окрестностями. Город он любил больше жизни. Это было его маленькое творение. Аредель нарвала цветов и, разложив их у себя на коленях, плела венок. Через некоторое время она надела один себе на голову, а второй нахлобучила брату поверх королевского венца. — Перед праздником я заплету тебе косички и вплету в них цветы, — рассмеялась эллет, — будешь клумбочкой, как в детстве, помнишь? — Помню, — рассмеялся Финрод. — Я тогда всегда полночи выплетал из волос цветы. Но… мне нравилось. Это было прекрасно и я с нетерпением буду ждать повторения. — В этот раз я могу тебе помочь с избавлением от цветов и расчесыванием, Златовласка, — улыбнулась Ар-Фейниэль. — Спасибо, — рассмеялся он, даже уже не обижаясь на прилипчивое прозвище. Девушка рассмеялась, вспомнив, как дулся брат в детстве, когда сыновья Феанора так его окрестили. Перебирая в тонких пальцах ромашку, Ириссэ прислонилась к плечу Финдарато и задумалась. — Кто вообще меня так первым назвал? — задумчиво протянул он, легко коснувшись губами макушки девушки. — Куруфин, кажется… Или Турко, — немного поразмыслив ответила та, — вы еще тогда подрались, пришлось Турьо и мне вас разнимать. — Я помню, — рассмеялся он. — Ребенком я был очень обидчивым… — Хорошо, что ты сейчас не такой. Иначе посадил бы меня под стражу за такое оскорбление, — засмеялась Ириссэ. — Не посадил бы. Сестра моя, я же тебя люблю. — Правда? — притворно удивилась она, заглядывая королю в глаза. — Правда, — улыбнулся он, не отводя от девушки взгляда, мягко проведя по ее щеке. — Я очень рада, — нежно улыбнулась Аредель, коснувшись губами скулы брата. И вновь нежность захлестнула Финрода с головой. Осторожно повернув голову, он встретился с девушкой губами, внутренне холодея. Оттолкнет… Он ее потеряет… Навсегда.