Невозмутимость

Пока мечник нес Санджи в воронье гнездо, ни на мгновение не желая расставаться со своей драгоценной ношей, кок усиленно размышлял о том, что же он мог попросить у сурового накама. Самым простым решением, пожалуй, было банально попросить его не сдерживать голос во время секса с ним, с Санджи. Блондин тут же представил, как между быстрыми поцелуями томно произносит на ушко мечника: «Зоро, я хочу, что бы ты стонал» и последующую реакцию парня на его слова. Н-да… К черту такое желание, если старпом его не убьет на месте, то в последствии его ждет еще масса «положительных» моментов, которые явно не заставят себя ждать – Зоро никогда и никому не давал ни единого повода сомневаться в нем, ни в чем. Как вариант, можно было попросить его выпить афродизиак и тем самым сэкономить блондину кучу нервов в попытках вырвать из груди мечника хотя бы один единственный стон. Но сам по себе этот способ был признан несостоятельным и именно по этой причине маленький пузырек и остался дожидаться своего времени в шкафу на камбузе. Попросить парня лечь под него и, продемонстрировав практически все то наслаждение, которое дает ощущение горячего члена внутри, раз за разом задевающего ту самую точку, вознести любовника на самый пик блаженства и услышать наконец-то то, чего он жаждет каждой клеточкой своего тела? Три ха-ха и два хи-хи. Это же бред. Чистый бред. Чтобы мечник согласился на такое желание? Да скорее Луффи разлюбит мясо! Да и опять же это должно идти от всей души, из самых глубин сердца, а не из-за глупой прихоти и невозможности неподчинения – уж что что, а свои обещания Ророноа сдерживал всегда. Очутившись, наконец, в тишине вороньего гнезда, Зоро аккуратно сгрузил свою ношу на футон, вольготно расположившийся на полу в дальнем углу комнаты и, склонившись над парнем, вовлек того в медленный и чувственный поцелуй. Кок с пылом ему ответил, зарываясь руками в зеленые волосы и немного прогибаясь в пояснице. Сильные руки обхватили тонкое тело под спину и потянули на себя, помогая повару сесть, и принялись стягивать с того пиджак. Блондин встрепенулся и с усилием оторвался от любимых губ, дарящих ему пылкую ласку, и попытался немного восстановить чуть сбитое дыхание. – Кок? – Не понимая, почему любовник остановился, спросил Зоро. – Желание, – коротко ответил тот, на что мечник закатил глаза, но продолжил выжидательно смотреть в лицо напротив, продолжая, тем не менее, выводить кончиками пальцев узоры на его спине. Повар медленно вытащил из кармана пиджака черную ленту и, все еще немного нервничая, взглянул на накама. Зоро фыркнул в ответ, но не произнес ни слова, и позволил повару завязать себе глаза и уложить на футон. Пару мгновений блондин просто сидел и смотрел на, неподвижно лежащего перед ним на мягкой поверхности импровизированной постели, мечника, изумруды глаз которого скрывала сейчас широкая темная лента. Он все еще не совсем был уверен в том, что именно собирался сделать, но в его голове ни единой мысли не возникало о том, чтобы все прекратить – он сделает это сейчас или уже не сделает никогда. Парень вытащил веревку из кармана и быстро избавил себя от сковывающих движения пиджака и рубашки. Склонившись над мечником, блондин аккуратно и нежно прихватил его нижнюю губу своими, постепенно втягивая того в умопомрачительно медленный и упоительно чувственный поцелуй. Ророноа, в действиях которого до этого чувствовалось нетерпение и страсть, включился в игру блондина и сам не предпринимал никаких действий, позволяя повару делать то, что тот задумал. Санджи, временно насытившись податливыми и мягкими губами Маримо, огладил руками его мускулистое загорелое тело, чуть приподнимаясь над парнем, и забрался ладонями под его футболку, лаская каждый дюйм теплой кожи и начиная стягивать ткань вверх, покрывая поцелуями открывающийся торс мечника. Подняв и удерживая руки старпома за головой, дабы избавить его от ненужного уже предмета одежды, он снова припал в долгом и неторопливом поцелуе к его губам. Одновременно с этим одна ловкая и проворная рука лучшего повара во всем Гранд Лайн нашарила неподалеку, предусмотрительно вытащенную веревку и быстро, насколько это было возможно, закрепила ее за проходящую вдоль стены невысоко над полом трубу отопительной системы, проведенной киборгом. То, как удачно старпом расположил футон для сна именно в этом углу, кок по достоинству оценил только сейчас. Второй рукой, удерживающей до этого запястья Ророноа, блондин стянул футболку с фехтовальщика и мгновенно накинул на руки парня петлю веревки и затянул узел покрепче. Тут же, отрываясь от зацеловывания зеленоволосого, кок закрепил успех и завязал еще пару тугих узлов так, чтобы мечник не смог высвободится, пока блондин с ним не закончит. – Завитушка, и что, позволь спросить, ты делаешь? – Угрожающе прошипел Зоро, опешивший в первое мгновение, и попытался вырваться, но веревки держали его крепко. – Тише, Маримо, тише. Где твоя хваленая выдержка? – Не удержался от подколки Санджи, шепча слова в самое ушко и оставляя невесомый поцелуй на скуле. Кок все еще до конца не мог поверить в успех этой весьма сомнительной операции. Чтобы голова-трава настолько потерял бдительность? Он ведь черти сколько возился с этой долбаной веревкой – надо было купить наручники, насколько он бы себе жизнь облегчил. И почему дельные мысли всегда приходят так поздно? Хотя… парень взглянул на рьяно дергающего руками в попытке освободиться мечника, может оно и к лучшему, иначе глупый Маримо все запястья бы себе ободрал до мяса, опять-таки, если он продолжит в том же духе… – Эй, Зо-о-ро, – промурлыкал кок на ушко старпома, вновь склоняясь над ним. – Не истери, ничего такого я делать с тобой не собираюсь, а вот ты, если продолжишь в том же духе, выломаешь трубу, и тогда Френки и Нами на тебе живого места не оставят. Угроза подействовала, и Ророноа прекратил свои попытки вырваться и напряженно затих, упрямо поджимая губы и тем самым показывая, насколько он недоволен выходкой накама. Санджи нежно и с толикой грусти смотрел в любимое лицо – потом Зоро ему еще припомнит связанные руки, все-таки уговор был на одно желание и странно, что мечник даже на него-то согласился. Ну да ладно, все это будет потом, а сейчас – в глазах парня загорелся предвкушающий огонек, а рот растянулся в довольной победной улыбке – сейчас он возьмет от этой ситуации максимум. Повар наклонился и поцеловал плотно стиснутые неподатливые губы фехтовальщика – дуется – ну что же, парень лукаво улыбнулся и спустился ниже, проводя дорожку из поцелуев по шее мечника к ключицам и ниже. Губы задержались на темном соске, захватывая его в мягкий плен и медленно посасывая и лаская шаловливым язычком. Руки же блондина оглаживали мускулистое тело, даря ему мягкие и нежные прикосновения. Постепенно мечник немного расслабился, и Санджи, выпустив покрасневший набухший сосок изо рта и коротко лизнув второй, провел влажную дорожку ниже, погружаясь в ямку пупка и продолжая целовать и вылизывать низ живота, стягивая руками штаны фехтовальщика вместе с бельем. Повар, почувствовав, что парень под ним снова, почти совсем незаметно напрягся от этого жеста, поцеловал выпирающую бедренную косточку и мягко прошептал: – Расслабься и получай удовольствие, Маримо. Я не сделаю ничего, что тебе бы не понравилось. – Услышав короткий смешок мечника и почувствовав, как тело любовника обмякло, кок улыбнулся оказанному ему акту доверия и мягко раздвинул длинные мускулистые ноги несопротивляющегося парня в стороны, уютно устраиваясь между ними и принимаясь вылизывать внутреннюю сторону его бедер. О возбуждении Ророноа свидетельствовали только заметно вздымающаяся и опадающая на каждом вдохе грудная клетка, а также немного сбитое учащенное дыхание, ну, не учитывая гордо вздыбленного, налитого члена парня, конечно же. Кок терялся в догадках, как только у Зоро хватает выдержки? Он сам уже еле сдерживался, чтобы не застонать от навязчивого желания почувствовать плоть мечника в своем рту, вылизывать и сосать его, издавая все эти пошлые умопомрачительные хлюпающие влажные звуки, и останавливало его только желание заставить старпома стонать первым. Санджи, почувствовав как его собственное возбуждение заинтересованно упирается в ткань его штанов, быстрым и привычным движением расстегнул молнию и, расположив свое достоинство поудобнее, подхватил мечника под коленями, заставляя того согнуть ноги и упереться пятками в футон, получая лучший доступ. Прикусив нежную кожу совсем рядом со входом в тело зеленоволосого, кок вобрал в рот его яички, немного пососал, а затем медленно провел языком по всей длине члена от самого основания до кончика, продолжив ласкать мошонку парня рукой. Взяв в рот крупную головку, истекающую смазкой, кок мягко перекатил ее на языке и принялся отсасывать Зоро, с каждым движением все глубже заглатывая его член. Одновременно с этим, кок чутко наблюдал за всеми реакциями своего невозмутимого любовника на его действия. В общем и целом, завязанные глаза должны были усиливать все те ощущения, которые Санджи дарил мечнику. А связанные руки, невозможность прикоснуться к нему, некая покорность и полная зависимость от другого человека, разве не должны были тоже хоть как то отразиться на эмоциях испытываемых фехтовальщиком? Лично его самого мысль о том, чтобы полностью зависеть от воли Ророноа, от его чувств и желаний безумно распаляла, черта с два он, конечно же, признался бы старпому в таком, но сам по себе факт оставался фактом. Может тогда Зоро просто-напросто в своих фантазиях представлял себе что-то иное, относясь к этому равнодушно? «Ага, например, фантазировал и вовсе не о тебе». – Тут же услужливо подсказал внутренний голос, но повар лишь отмахнулся от него, как от назойливой мухи. Был еще вариант, почему мечник продолжал оставаться спокойным. Санджи внимательно проследил за реакциями любовника. Нет, вроде в этом плане все в полном порядке – парень не был напряжен. Его, казалось, совершенно не беспокоили больше связанные над головой руки и он был полностью удовлетворен словами повара о том, что тот не собирается перешагивать за грань в своих ласках. Более того, судя по виду Маримо, по его частому немного сбитому дыханию, и легкой полуулыбке, играющей на его губах, тот получал определенную порцию удовольствия, но вот только стонать он, похоже, вовсе не собирался. Все попытки кока на этом поприще потерпели колоссальный крах. «Вот только все ли?» – Опять нежданно негаданно влез внутренний голос. Кок знал как можно было получить от мечника желаемое – надо было хорошенько вывести его из себя, из этого состояния равновесия и душевного спокойствия, в котором тот пребывал большую часть своей жизни, и вот тогда… возможно… В любом случае, попытаться стоило. Вот только как именно сейчас это можно было бы сделать? И опять же в его голове сразу же вспыхнул ответ: «Признание». Это уж точно произведет на фехтовальщика просто неизгладимое впечатление. Кок невесело усмехнулся. Да уж, впечатление будет что надо. Он прервал свое занятие и приподнялся над мечником на вытянутых руках. Тот выглядел безумно притягательно сейчас – тяжело дышащий, почти покорный, невозможно сексуальный, распластанный перед ним с широко раздвинутыми ногами и гордо поднятым, жаждущим его ласк членом… такой желанный. Сможет ли блондин обходиться без него? Тут парню вспомнилось то, как Зоро отреагировал на связанные руки и сказанные им слова. Мечник доверял ему. И доверял не только свое удовольствие в постели, но и свою жизнь в бою. Кок решился. Плавно скользнув вперед, повар распластался на парне под ним, плотно прижимаясь своей грудью к его, шаря руками по тугим мускулам и жарко дыша тому в шею. Оставив на ней шикарный засос, блондин поднял голову выше, прикусывая мочку уха зеленоволосого и в ответ на повернувшего в сторону ласки голову мечника, чувственно прошептал: – Люблю тебя. Ророноа, вздрогнув всем телом, на мгновение затих, а затем резко дернулся, но веревки продолжали крепко удерживать его руки. Санджи легко поцеловал парня в губы и быстро отстранился, не позволяя тому углубить поцелуй. Вылизывая шею зеленоволосого, кок краем сознания уловил, что загорелое тело под ним мелко дрожит. «Получилось?» – блондин неверяще распахнул глаза, пристально уставившись в лицо фехтовальщика, а его рука потянулась к члену парня, обхватила ствол и уверенно провела по всей длине. Зоро ощутимо дернулся и задышал сильнее, натягивая удерживающие его веревки. – Развяжи! – рычит мечник сквозь стиснутые зубы. Санджи ошарашенно склоняет голову набок и снова двигает рукой, и старпом снова отвечает, подаваясь навстречу. – Я не закончил, – мягко шепчет блондин, спускаясь ниже и замирая, лукаво улыбаясь, напротив паха фехтовальщика. – Развяжи… меня… – бывший охотник на пиратов задыхается словами, когда умелый рот Санджи вновь накрывает его член и сразу же, заглатывая его почти целиком, принимается интенсивно сосать. Из груди мечника рвется глухой рык, тело, покрытое мелкими капельками пота, выгибается дугой, а ноги непроизвольно разъезжаются еще шире. Кок ногтями слегка царапает кожу упругих ягодиц, почти полностью выпускает изо рта напряженный орган и самым кончиком языка щекочет маленькую дырочку на головке сочащуюся смазкой. От этого движения Зоро, и без того съезжающий с катушек от невозможности что либо сделать, дабы подтвердить или опровергнуть слова кока, прогибается в пояснице и сдавленно тихонечко стонет, не в силах сдержать плещущиеся через край, эмоции. Санджи шокировано поднимает голову и во все глаза, все еще не веря в произошедшее, смотрит на мечника. Тот, тяжело дыша, быстро облизывает пересохшие губы и хрипло шепчет: – Развяжи. В этот раз кок безоговорочно ему подчиняется и, подтянувшись повыше, распутывает тугие узлы веревки. Зоро, извернувшись, тут же подминает повара под себя, одной рукой спешно избавляясь от мешающейся повязки. Он обхватывает голову блондина ладонями и долго шарит по его лицу взглядом, задерживаясь на глазах и пристально в них вглядываясь. Кок смущен таким вниманием к собственной скромной персоне, его щеки покрываются жарким румянцем, но он не отводит взгляд, открыто встречая пламенный взор мечника. Найдя все ответы на интересующие его вопросы в голубых глазах блондина, Ророноа мягко улыбается и накрывает губы повара своими, втягивая того в неторопливый нежный поцелуй, вовлекаясь в него всем телом. Санджи застонал от чувственных движений мечника, и Зоро, оторвавшись от него на несколько мгновений, быстрым движением избавил его от остатков одежды и вытащил из-под подушки тюбик лубриканта. Быстро и обильно смазав себя, зеленоволосый приставил член к дырочке повара и вошел в его податливое тело одним сильным плавным движением. Кок захлебнулся стоном, и его тело выгнулось в руках фехтовальщика. Мечник улыбнулся и вышел из него почти полностью, затем снова резко и сильно подаваясь вперед и задевая простату парня. И снова, и снова… Кок, и без того уже распаленный всем произошедшим сегодняшней ночью не стесняясь стонал в голос от каждого размашистого толчка любовника. Почувствовав, что блондин уже находится на грани, мечник склонился над ним в момент наивысшего наслаждения и низким голосом прошептал слова ответного признания. Кок кончил, обильно забрызгав и свое тело, и тело мечника спермой, и ошарашенно уставился на Зоро, замершего на пике наслаждения и так сладко застонавшего в тот самый момент, когда внутри кока разлилось приятное тепло его семени. После потрясающего, ни на что ранее испытанное им не похожее, оргазма, кок расслабленно лежал в уютных объятиях любимого Маримо и сладко посапывал, готовясь отбыть в царство Морфея. Завозившийся и приподнявшийся над ним Зоро слегка спутал грандиозные планы блондина. – Зоро, что?.. – хрипло поинтересовался повар, но замолк на полуслове, уловив предвкушающее и ничего хорошего не предвещающее для него выражение на лице зеленоволосого демона. – Зоро? – Тебя никто за язык не тянул, Завитушка, и теперь я могу сделать с тобой все, что только захочу, – мечник чувственно облизнул губы и хищно улыбнулся. Санджи судорожно сглотнул. Ночь обещала быть долгой.