Двадцать восемь фактов, не считая одного

— Мне хорошо и плохо одновременно. — Я уже извинился. — И это ничего не изменило. Полечи меня, а? — Поттер… — Ничего не знаю! — категорично. — Лечи! Мы в ответе за тех, кому вставляли больше трех раз подряд. — Я и не отказываюсь, — устало. — Почему ты меня не остановил? Достаточно было просто сказать «нет». — Не хотел тебя расстраивать. Ты был таким ми-и-илым… — Поттер… — И называл меня котиком… — Поттер. — Питаешь к ним слабость? — Поттер! — Ладно-ладно, — примирительно выставляя вперед ладони. Секундная пауза. — А я питаю. Северус недоверчиво покосился на любовника. — В смысле? — уточнил он осторожно. — Не в этом, — насмешливо. — Извращенец. Я статуэтки кошек собираю. Снейп что-то мысленно прикинул и удивленно вскинул брови. — Твой факт? Что в нем такого секретного? — Амбридж, — Гарри выразительно поморщился. — У всего нашего курса, да и, наверное, у всей школы, в том числе и слизеринцев, изображения кошек ассоциируются с этой розовой жабой в рюшах. Каково мне, думаешь, иметь с ней что-то общее? Как вспомню — блевать хочется. И остановиться не могу — затянуло. Я под это дело целую комнату выделил. — Допустим, засчитано, — милостиво. — Но в следующий раз придумай нечто поинтереснее. — Сухарь бесчувственный. Никакого сострадания. — Да неужели бесчувственный? — Северус завел руку за спину Гарри, коснувшись пальцами воспаленного входа. — Может, еще разок? Гарри откровенно передернуло. — Тебя что, еще не отпустило? Хорошо, уел! Ты очень чувственный сухарь. Северус? Ну в самом деле! Снейп усмехнулся и произнес какое-то заклинание, принесшее заметное облегчение. Затем с силой прижал к себе податливое тело, с ходу выискивая интересные местечки. — Уверен? — Продолжай. * * * Северус проснулся от ощущения дикого голода, что неудивительно, учитывая, сколько сил он потратил накануне. Рядом с диваном услужливо стоял передвижной столик, заставленный тарелками с различной снедью. Посреди этого изобилия гордо возвышался заварочный чайник. Поттера в пределах видимости не наблюдалось. В очередной раз заворочалось чувство вины. Гарри — поразительный человек. Он не только спокойно отнесся к странностям Северуса, но и выдержал неслабый сексуальный марафон с требовательным и капризным любовником. Конечно, Снейп после еще раз уделил внимание пострадавшей геройской заднице и качественно ее подлечил. Настолько, что Поттер без проблем выстоял бы еще один-два раунда прямо сейчас. Но его, к сожалению, нет. Такое чувство, что у Северуса снова наступила молодость, когда он мучился от гормональных штормов, не имея возможности выплеснуть это на кого-нибудь. И так странно, что теперь можно просто притянуть к себе ненатурально ворчащего партнера и взять то, что хочется. Столько раз, сколько пожелаешь, потому что Поттер — такой же. — Кричер! — Северус сомневался, что тот отзовется. В конце концов, род Принц никакого отношения к роду Блэк не имел. Но старый домовик моментально появился перед удивленным взглядом мага. Видимо, Поттер дал соответствующее распоряжение. Какая предусмотрительность, даже подозрительно. — Профессор Снейп, сэр? — Где твой хозяин? — Одумавшийся наследник отлучился по делам и будет только ближе к ночи, — Северус удивился и постановке этой фразы. «Одумавшийся наследник»? Интересно. — Хозяин Гарри просил передать. Северус взял предложенный отрывок пергамента и, прежде чем успел озвучить свой вопрос, эльф исчез. Снейп аккуратно развернул и без того замученную бумажку. Непроизвольно перехватило дыхание. «Сегодня ночью твоя задница в моей власти». Ни в чем не повинное послание безжалостно смяли судорожно сжатые пальцы. Северус опасно прищурился. Поттер… знает? Он в курсе, или это банальное совпадение? Ему что-то известно и он издевается, или вездесущий гриффиндорец снова попал пальцем в небо? Признаваться не хотелось даже себе, но это откровенное обещание и взбесило, и… завело одновременно. Так или иначе, истинную подоплеку можно было выяснить только у Поттера, а значит, и нет смысла биться головой о стену. До вечера. А пока… Северус навестит лабораторию. Ему не помешало бы отвлечься. И подготовиться. Если Поттер даст правильные ответы на вопросы Северуса — его ждет очень интересное открытие. * * * Гарри мрачно скинул кроссовки, точным пинком отправив их в короткий полет. На шум выглянул Северус, удивленным взглядом проследив за траекторией падения обуви. — Что-то случилось? — вопрос был явно лишним и не совсем уместным, судя по тому, как Гарри скривился. Сделав пару глубоких вдохов, Гарри протащил Снейпа в гостиную, посадил его рядом с собой на диван, притираясь вплотную в тщетной попытке успокоиться. — Все то же самое. Чертов Кингсли! Чертова годовщина и приуроченный к ней прием, где меня традиционно показывают, как обезьянку в зоопарке. Отвертеться опять не вышло. Министр умело давит на рычажки: «Гарри, я прошу тебя об услуге один раз в год, взамен прикрывая твой не совсем светлый заработок и отмазывая перед журналистами, которым твое затворничество словно кость поперек горла», — довольно похоже передразнил Поттер. — А ведь я не нарушаю закон и в политику не лезу. И все равно плачу за свою мнимую свободу. — Но раньше ты как-то терпел? — хмыкнул Снейп, не понимая сути проблемы. — Что тебе мешает в этот раз поступить точно так же и просто пережить этот вечер? — Потому что мероприятие назначено на двадцать пятое, — устало. Северус нахмурился. — Поздновато. Обычно делали день в день, ну плюс-минус пару дней максимум. — Именно, — Гарри прикрыл глаза, устало откидываясь на спинку дивана. — И обычно я по этому поводу не переживал. — Поттер! — потеряв терпение. — Ты объяснишь уже, в чем дело?! — Каждый месяц в один и тот же день моя магия полностью исчезает, — раздраженно выпалил Гарри, косясь на встрепенувшегося собеседника. — Это интереснее статуэток. — Спасибо за понимание, — мрачно. — Мне пришлось окопаться в доме и сократить вылазки во внешний мир до минимума. Благо ничего масштабного меня в нем и не ждет. Однако жить так все равно тяжело. И все же… Проще придумать отговорку к тому, почему ты не покидаешь четыре стены постоянно, чем обосновать свое отсутствие в один и тот же день. Кто-нибудь обязательно заметит и, вычислив закономерность — заинтересуется. — Значит, двадцать пятого ты станешь магглом? — Да. — А лечение? — Колдомедик — единственный, которому я показывался — развел руками. Это тоже палка о двух концах: даже врача сложно заставить молчать, когда за информацию о его пациенте платят хорошие деньги. Если об этой моей проблеме кто-то узнает… К тому же… Мне банально страшно появляться перед таким скоплением народа без какой-либо защиты. Ты не представляешь, сколько раз меня на подобных балах пытались отравить или опоить. — Я мог бы составить тебе компанию, — задумчиво выдал Северус, постучав кончиком указательного пальца по губам. — Но у меня нет приглашения — охранная система Министерства меня не пропустит. — Северус! Это не самая большая проблема в этом случае. Ты — мертв! А Оборотное легко распознает все та же охранка! — Я все равно собирался рано или поздно «воскреснуть», — снисходительно. — Так почему не сейчас? И если ты придумаешь, как протащить меня… Поттер? Гарри растянул губы в полубезумной улыбке, набросившись на любовника с поцелуями. — Ты — гений! — Обоснуй. — Каждому приглашенному разрешено привести с собой спутницу. Или спутника. — Поттер, — ласково, как с тяжело больным. — Ты ведь знаешь, что все гости проверяются. Ментально проверяются, Поттер. Чтобы исключить Империус и зелья подчинения. После того, как я появлюсь с тобой, каждая собака будет знать, что мы ДЕЙСТВИТЕЛЬНО спим вместе. Вплоть до того, сколько раз и в какой позе. Потому-то аристократия и не любит все эти сборища. Унизительно. — Ты правда считаешь, что меня это волнует? — протянул с сомнением Гарри. — И слухи о том, что твою героическую задницу периодически трахает ублюдочный Пожиратель смерти, тебя тоже не заденут? — Нисколько. К тому же все так будут ошарашены твоим появлением, что на меня не обратят внимания. Да и тебе такой пиар полезен — нет ничего лучше, чем проверка министерской охранкой. Тебе все равно пришлось бы доказывать, что ты — это ты. А тут два зайца одним выстрелом… — под конец монолога Гарри сбился на раскатистое мурчание. — Поттер… — настороженно. — Что ты задумал? — Хочу добраться до вашей задницы, сэр! — бодро. — Я уже изучил теорию. Пошли! Северус настолько удивился такому напору, что безропотно позволил отбуксировать себя в душ, раздеть и поставить под восхитительно горячие струи воды. Которые, впрочем, на контрасте с кожей Гарри ощущались почти комнатной температуры — холодными. Если бы у Поттера была столь же феноменальная обучаемость всегда, а не только когда на кону стоит чья-то задница — цены бы ему не было. А уж сколько властности… Дорвавшись до желанного тела и поняв, что не получит по рукам, Поттер прикладывал столько усилий, что грех было не повестись. И Северус позволил. Позволил вести в поцелуях, не претендуя на первенство. Не протестовал, когда его развернули лицом к кафельной стенке и нажали на спину, побуждая прогнуться. А вот то, что после этого Поттер оказался на коленях сам… стало неожиданностью. Молодой любовник не знал слов «стыд» и «неловкость» и мастерски играл с телом Снейпа, заставляя того забыть об их разнице в возрасте и о том, что скулить под губами почти мальчишки взрослому и опытному мужчине не подобает. Отпустить себя до конца и без условностей было ново и чертовски приятно. Гарри плотно прижался к партнеру, на пробу проталкивая в тугое колечко мышц один палец. Снейп оказался восхитительно узким, и это жутко заводило. Он ведь никогда… А Гарри можно, словно он особенный. От этих мыслей неслабо сносило крышу, однако торопиться сейчас было нельзя. Поттер отвлекал себя, как мог. Вылизывал и выцеловывал все, до чего был способен дотянуться, однако достаточно подготовить партнера ему не дали. Когда он уже собирался добавить третий палец, Северус дернул бедрами, соскальзывая. — Поттер, я люблю… Мне нравится боль. В разумных пределах, конечно, — Снейп надеялся, что подробнее объяснять не придется, и Гарри его не разочаровал. Северус выгнулся, царапая короткими ногтями кафель. У Поттера не очень крупный член, да и длины средней, но, казалось, он был создан именно для того, чтобы медленно, по миллиметру проникать все глубже сквозь сопротивляющуюся плоть. И как паршивец понял, что именно это… Северус действительно хорошо переносил боль, поэтому он и не сошел с ума от частых Круцио Лорда. Но любить пытки сложно, если ты психически здоров. Боль не стала фетишем, ему нравилось это ощущение, но он никогда не пробовал перенести его в постель. Хоть мысль об этом появилась давно. Собственно, чуть раньше, чем задумка переспать с мужчиной. Причина и следствие, как-то так. Поттер сдал экзамен. Северус был готов кончить лишь от этого чувства. Но Гарри предусмотрительно пережал член у основания, предугадывая эту возможность. Он вошел до конца и дал партнеру секундную передышку, прежде чем выйти точно таким же восхитительным образом. И еще раз. И еще, до тех пор, пока Северус не выдержал пытки, срываясь на требовательный стон. — Быстрее. Просить дважды не пришлось.