Алая тьма - Черная кровь

      Меч, разрубивший Еву, почти достиг моего лица. Я не успел бы обнажить клинок для защиты, поэтому постарался хотя бы оттолкнуть Серану, чтобы её не задело, но громадное оружие даэдра остановилось, едва коснувшись кожи своим лезвием.       Ева одной рукой удерживала меч гигантского даэдра, который с рыком и громким топотом пытался контратаковать, но тщетно. Будто зажатая в тиски, огромная железка не двигалась.       — Ева! — кричал дремора, яростно дёргая меч. — Убить! Убить! Убить!       Девушка резким движением вырвала из рук нападающего оружие, свободной рукой вытащила свой эбонитовый меч из ножен и метнула его. Она попала точно в небольшой зазор для глаз на шлеме. Не теряя ни секунды, вампирша с разворота отрубила голову дреморе его же собственным клинком. Огромная туша упала замертво, прогремев доспехами на всю округу.       — Ева, ты в порядке? — взволнованная Серана подбежала к сестре.       — Юна, Серана, быстро отошли отсюда, — скомандовала нордка, вытаскивая меч из трупа.       Я без промедления выполнил её указания, как и Серана. Хоть враг и был побеждён, Ева всё ещё была в полной боевой готовности. Почему же?       — Тут столько странной магической энергии, — пробубнила вампирша. — Ева, перед тобой ещё трое!       — Сзади вас ещё один, — после услышанного я автоматически схватился за мечи. — Он ваш, а остальные на мне. Юна, перекрести мечи, если нужно будет защищаться.       Только сейчас я обратил внимание на изменение своих орудий. В центре клина красовался плоский гладкий бледно-белый прозрачный кристалл в форме ромба, от которого в сторону гарды и острия шли полосы из эбонита с какими-то маленькими красными, белыми и голубыми вкраплениями. Также изменилась и рукоять. До этого гладкая, теперь на ней была двойная поперечная резьба, разделяющая её на три равных сегмента. Навершие стало чёрным, но сохранило прежнюю форму.       Враг воспользовался нашей заминкой: мне в лицо уже летела стрела, а в сторону Евы запустили огромный огненный шар. Девушка создала щит из тьмы и отразила атаку, а меня прикрыла Серана, отбив стрелу молнией.       — Быстро, — отметил я. — Спасибо, Серана, а сделать врагов видимыми ты можешь?       — Мне нужна пара секунд на подготовку, — прокричала она, упав на одно колено, и коснулась ладонями земли.       Под нами появился светящийся круг белого цвета и постепенно расширялся. Враг немедленно атаковал вновь, выпустив уже две стрелы в Серану. Я отбил одну стрелу мечом в руке, а другую блокировал вторым мечом, вытащив его из ножен наполовину и встав прямо перед вампиршей.       Контуры врага понемногу проявлялись, но я не стал бросаться в атаку, ведь краем глаза заметил огненный снаряд, который летел прямо в меня. Не успев даже задуматься, я скрестил два меча перед лицом. Кристаллы в центре каждого клинка засияли, передо мной появился полупрозрачный барьер, полностью поглотивший заклинание, будто «Оберег».       Ева создала между Сераной и дреморой-лучником стену из тьмы, защитив её от очередного выстрела, сама при этом отбиваясь сразу от двух мечников. Дремора-маг решил не атаковать меня вновь и переключился обратно на вампиршу.       — Юна, прикончи его! — вскрикнула Серана, запустив в лучника ледяные шипы.       Враг увернулся прыжком в сторону, но его настигла молния, которой девушка моментально ударила в направлении уклонения. Дремора упал, настигнутый хитрой атакой нордки, а я уже почти добежал до него. Лук, который был использован в качестве щита, я разрубил ударом сверху вниз, однако меч потерял скорость, из-за чего лучник отделался неглубокой раной. Он рывком вскочил на ноги, атаковав меня кинжалом, что висел у него на поясе. Я блокировал мечом его выпад и контратаковал, повредив его руку и выбив оружие. Вампирша добила даэдра молнией прямо в голову. Лицо сгорело, а в черепе красовалась дыра.       На моём лице были кровь, плоть и, видимо, мозги дреморы-лучника. Я конечно доверяю Серане, но, если бы она не метала молнии рядом с моим лицом, я был бы спокойнее. Хотя, стоит отметить, что воюет она намного более уверенно и агрессивно, так как она оправилась от ран.       Тем временем Ева продолжала биться сразу с тремя противниками, казалось, что они её теснили. Дреморы с мечами атаковали быстро и яростно, не давая контратаковать. Дремора-колдун обрушил на неё огненный дождь. Нордка блокировала магию силой перчатки, а мечи — своим клинком. Девушка устала, её движения замедлились. Точнее, так я подумал, но, когда я уже бежал к ней на выручку, она несколькими резкими атаками обезглавила двух мечников. Их тела в доспехах с грохотом рухнули наземь, истекая кровью.       — Может, ты сдашься? — вампирша обратилась к магу, что безуспешно посыпал её заклинаниями, не в силах пробить её барьер из тьмы. — Неужели вы не видите разницу в силе между мной и вами?       — Заткнись, тварь! — Последняя её фраза вывела даэдра из себя, он прекратил атаковать и кричал во весь голос. — Убийца нашего брата должен умереть! Не тебе рассуждать о силе, жалкий вампир! Ты используешь дар Молага Бала так расточительно и бесцельно! Само твоё существование…       — Да-да, конечно, — саркастически сказала Ева. — Будь вы хоть вполовину сильны как ваш брат, я бы поняла вас. Но вы слабы. Будь вы хоть вполовину умны как ваш брат, я бы поняла вас. Но вы глупы. На что вы рассчитывали, нападая такой жалкой толпой? Хотя… Ваш братец, хоть и превзошёл вас, был глупым и слабым, так что не стоило от вас много ждать.       — Ты мразь! Сука! Хватит трепать языком! — маг создал в руке огромный чёрный огненный шар. — Сражайся молч…       Я даже не разглядел её движений, столь быстры они были. Девушка моментально сократила дистанцию. Удар мечом был ужасающе сильным. Чёрное лезвие эбонитового меча Евы с хрустом разрезало череп дреморы. Словно нож, что режет масло, клинок опускался всё ниже и ниже. Туловище было разрублено пополам. Удар, который начался из-за спины нордки, завершился, когда меч практически коснулся земли. Половинки тела мага упали друг напротив друга.       — Сражайся молча, — пробубнила Ева. — А сам-то?       Серана подбежала к сестре и крепко обняла её. Та немного опешила.       — Я в порядке, — усмехнулась она. — Ни одной раны. Я пропустила меч сквозь себя с помощью перчатки, так что тот дремора не успел меня даже порезать. Так что…       — Заткнись, — тихо сказала Серана. — Даже если всё в порядке, я буду беспокоиться за свою сестру.       — Ну ты чего…       — Всего секунду, — прошептала девушка. — Всего секунду я думала, что он тебя убил. И этого хватило. Даже это — уже перебор. Мне страшно. Я не хочу снова…       — Серана, — вампирша очень грустным голосом обратилась к сестре. — Никакого «снова» не будет. Я могу о себе позаботиться. А тебе стоит позаботиться о себе, хоть немного, прошу.       — Хорошо, — выдохнула нордка, выпустив Еву из своих объятий. — Извини.       Я вежливо подождал, пока они закончат свою беседу, а теперь могу и сам кое-что сказать.       — Думаю, надо двигаться дальше, если, конечно, на нас ещё кто-нибудь невидимый не нападёт.       — Ну… именно таких больше не будет, — ответила Ева. — За столько лет у меня довольно мало врагов скопилось. Я очень дружелюбная.       — Они просто долго не живут, — поправила её Серана.

***

      Разбили лагерь мы на границе Вайтрана и Солитьюда. Вокруг было множество высоких густых кустов, несколько деревьев, а чуть поодаль — небольшой пруд под охраной грязекраба. Рассветало. Первые лучи солнца жгли глаза, но это было так прекрасно, что взгляд не отвести. Холодный утренний ветерок развевал волосы и освежал. Именно этого мне и не хватало после целой ночи в пути и боя c дреморами.       — Я поняла, — сказала Серана в ответ на объяснения сестры. — Но это так глупо. Зачем мстить за смерть самоубийцы? Если их брат не вынес позора от поражения, то это не твоя вина.       — Спасибо за добрые слова, — Ева добавила в суп последний ингредиент (капусту) и продолжила свой рассказ. — А что касается моих других врагов… В живых почти никого не осталось, но недавно прибавился новый. Отец моего «жениха» придёт мстить. Он очень могущественный вампир, у него много подчинённых и связей. Следует быть бдительнее. Не исключено, что Харкон с ним может объединиться. Вот тогда у нас будут серьёзнейшие проблемы.       — Что-нибудь придумаем, — неуверенно сказал я. — Когда кто-то вроде тебя беспокоится, становится действительно страшно.       — «Кто-то вроде меня»? — недоумевала девушка.       — Я имела в виду, — сделав паузу, чтобы правильно сформулировать мысль, я продолжил. — Ты очень сильная, у тебя огромный опыт. Если уж ты считаешь что-то проблемой, то мне тем более не справиться с этим.       — Больше уверенности, Юна, — строго сказала вампирша. — Ты неплохо справилась сегодня, хотя есть куда стремиться. Бери пример с Сераны. Она не сомневается. Она атакует, быстро и метко. Я уже говорила, и не раз, что тебе в первую очередь нужно тренировать голову. Научись контролировать свои мысли и эмоции.       — Я пытаюсь, честно, — я, тяжело вздохнув, будто оправдывался. — Но когда я думаю о том, что надо меньше думать, я начинаю больше думать. Это… сложно… Однако иногда у меня бывает так, что голова отключается сама, тело становится таким лёгким и быстрым. В такие моменты я точно знаю, что делать, не задумываясь. Если бы это происходило, когда я хочу, а не спонтанно… Было бы проще.       — Это в любом случае прогресс, — отозвалась Серана, похлопав меня по плечу.       — Раз уж мы об этом заговорили, — Ева улыбнулась. — Нас прервали, когда мы хотели сделать кое-что важное. Сестрёнка, как насчёт покопаться в воспоминаниях Юны? Покажешь мне и ей её пьяный бой. Думаю, это поможет, хоть немного.       — Ну… Как-то это… — девушка недовольно промямлила. — Показывать всё её глазами — трудно и опасно. Тем более я не стану пытаться восстанавливать её воспоминания, иначе мозги ей расплавлю. А это значит…       — Покажи нам свои воспоминания, — лицо нордки было таким ехидным, будто она придумала план по захвату мира. Серана отвела взгляд от неё. — Я не буду смотреть дальше, чем надо, честно.       — Ладно, — нехотя согласилась девушка. — Но первой будет Юна.       Так как мы сидели кругом вокруг костра, вампирше пришлось встать и подойти поближе. Правую руку она положила мне на лоб, левую — на щёку. Первой моей мыслью было то, что её руки очень нежные, но холодные. Но стоило нашим глазам встретиться, как всё вокруг исчезло.       Я ничего не видел, не чувствовал. Это была не темнота, а именно «ничто». Это продлилось недолго. Всего пара секунд, и я вновь «в сознании». Первое, что предстало моему взору, был я сам, окружённый талморцами.       Довольно странно видеть себя чужими глазами. Ещё забавнее то, что это вовсе не я, а Юна. Девушка, чьё тело я забрал без её ведома, при этом сам того не зная. А так как конкретно в этот момент я был пьян, по сути, я и буду смотреть на саму Юну, ведь телом управляет она.       Огнеглавая использовала приёмы, что я смутно помнил. Ловко убивала одного за другим. Удар по горлу, удар в ногу, бросок меча, уклонение, контратака — всё у неё получалось просто идеально, несмотря на опьянение.       Под конец боя произошло то, что меня интересовало больше всего. Уклонившись от атаки в упор, Юна присела, а потом исчезла. Через мгновение враг был мёртв. Возможно, из-за того, что я смотрел глазами Сераны, всё казалось чуть медленнее обычного. Именно благодаря этому я смог разглядеть то, что дало мне подсказку. Очень важную подсказку. А когда я вспомнил атаку красным энергетическим лучом из рук, всё встало на свои места.       Это было не что иное, как способность Соловья похищать здоровье врага. Рана на моей щеке исцелилась, а талморец умер. Выглядит логично. Но вот что касается исчезновения… Я успел заметить тёмно-зелёную дымку, которая окутала моё тело сразу перед тем, как Юна пропала, и ещё какое-то время после её появления. Это последний навык «Скрытности», позволяющий спрятаться от врага, даже если он стоит к тебе в упор, когда ты приседаешь.       Какой можно сделать вывод? Всё так, как я и предполагал. Юна — мой персонаж, что сейчас реален, как и сам Скайрим. С точки зрения этого мира, я в теле опытного убийцы, вора и мечника. Но вот с точки зрения игры… У Юны много выносливости и здоровья. Очень высокий уровень. Много навыков и уникальных талантов, полученных за выполнение квестов. Скрытность, изученная на максимум, позволяет ей просто стать невидимкой. Владение одноручным оружием выражено не высоким уроном, а различными приёмами и финтами. Моё снаряжение не имеет характеристик, но оно качественное и прочное. Думаю, зелья лечения, что я таскаю с собой, помогают крови лучше свёртываться или затягивают раны быстрее, вместо восстановления здоровья, которого банально нет в этом мире.       Если я не ошибаюсь, то вспоминая своё прохождение игры, я смогу предсказать, какими ещё навыками обладаю. Нужно лишь придумать аналогии игровым терминам и применить это к текущему миру. Как минимум, спектрального ассасина я должен уметь призывать, раз Тенегрив у меня есть. Но получится ли у меня применять всё это так же, как и у «оригинальной» Юны?       У неё выходит явно лучше меня. Эти плавные, но быстрые движения, обманные манёвры, мощные удары… Они столь естественны и прекрасны, что хочется смотреть и наслаждаться этим. Наслаждаться…       Смотря на то, как Юна убивала целую толпу альтмеров, я наслаждался. Хоть мне казалось, что я ничего не помню, мои пальцы чесались, сердце билось чаще, дыхание перехватывало. Я уже это испытывал, я уже этим наслаждался.       Напуган ли я? Наверное, должен быть напуган. Обязан. Это ведь так ужасно — убивать. Но… мне плевать. Я же защищался, убивал тех, кто был мне неприятен. Что в этом плохого? Ничего, думаю. С волками жить — по-волчьи выть, да? Я и так слишком много о всякой лишней фигне размышляю. Оказавшись в средневековом фэнтези мире, где тебя каждый второй может прирезать, нет времени на «убивать — это плохо».       Но я не успел ещё сильнее поддаться своим мыслям, так как Серана прервала наш «сеанс». Я снова был в своём теле, а Ева уже разливала готовый суп по тарелкам. Вампирша же похлопывала меня по щекам.       — Да очнулась я, очнулась, — недовольно проворчал я. — Ты ведь это специально?       — Нет, — явно слукавила девушка. — Я не хотела тебе мешать, но случайно подслушала некоторые твои мысли. И… Ты действительно странной бываешь иногда, Юна.       — И что именно ты подслушала? — Я немного разволновался, ведь мои мысли о другом мире не то, что другим следует знать. Но Серана меня обнадёжила.       — Ты опять думала о том, что поступила плохо, убив тех эльфов, — она немного погрустнела, но затем внезапно воскликнула. — О! И я не знала, что в голове ты называешь сама себя «Юна». Это забавно.       — Ну… — мне стало очень стыдно. — Из-за того, что с моей памятью есть проблемы… Таким образом напоминаю себе, что я это я. Это как-то само собой происходит.       — Смогла что-то понять? — спросила Ева, отдавая мне мою порцию. — Подожди, пока остынет.       — Скажем так… узнала больше, чем рассчитывала, — я положил горячую тарелку на траву перед собой. — Точнее, я это и так знала, но никак не могла сформировать общую картину в голове.       — Теперь мне ещё интереснее увидеть самой, Серана, — сёстры переглянулись. — Мне самой подойти?       — Да, встань и подойди, — с усмешкой ответила девушка. — Только не пытайся заглянуть дальше положенного.       — Что я там не видела? Или ты вдруг стала скромницей?       — Ой, заткнись!       Вампирша тронула лицо Евы, как и моё чуть раньше. Меня удивило то, что золотые глаза нордки стали такими же янтарными, как у Сераны. Девушки смотрели друг на друга, но, одновременно с этим, будто смотрели в пустоту. Очень сложно описать это словами. Да и времени подобрать не было, ведь ещё секунд через десять всё кончилось. Неужели и со мной было так же? Мне казалось, что я был в воспоминаниях намного дольше.       — Вот и всё, — недовольно хмыкнула Серана. — Но… Ева! Ты же обещала!       — Я всего лишь одним глазком! — воскликнула девушка. — Но я не ожидала от тебя такого. Она ведь была такой беззащитной… или причина в этом? Тебя это возбуждает сильнее…       — Нет! — она явно смутилась. — Я… Я была пьяна!       — Хмм… А разве это была не ночь перед пьянкой?       — Э… Это мои воспоминания. Я лучше знаю!       — Да-да, конечно, — Ева ухмыльнулась, вызывая гнев у сестры. — Ой, точно! Юна, я увидела твой пьяный бой.       — Ну и как тебе? — искренне поинтересовался я. Её мнение мне очень-очень важно.       — Как небо и земля. Разница в силе просто огромна. Я не ожидала, что ты столь хороша, когда полагаешься на инстинкты, вместо бесполезных дум, — она задумчиво почесала голову. — Но не стоит переживать. Мы на верном пути. Тебе же не тело тренировать надо, а просто обуздать свои эмоции. Это не так страшно и сложно, как ты сама предполагаешь.       — Ты ничего не забыла? — Серана ткнула её в бок. — Ева…       — Из-за воздействия моей наглой сестры у меня проскочила глупая мысль, что… ну… — нордка сделала долгую паузу. — Будь бы нам обеим по семнадцать… Я бы сказала, что не откажусь от поединка с тобой.       — Э… — Я немного не понял, что она сейчас пыталась сказать, но звучало как… комплимент?       — Это не похвала, ясно?! — взволнованно сказала она. — Ты чуть сильнее кучки талморцев. И это было один раз, и то по пьяни. Не расслабляйся!       — Э… — И что мне отвечать? — Э… Спасибо…       — Это была не похвала!

***

      Великолепно. Овощи очень мягкие, специи прекрасно подобраны. Простой походный овощной суп такой вкусный. Ева готовит просто замечательно. И Серана была согласна со мной, нахваливая сестру. Доев, мы посидели немного, наслаждаясь тишиной. Обожаю такие вот посиделки.       — Я схожу осмотреть местность, — Ева поднималась на ноги, но её остановила Серана.       — Лучше я, — девушка начала пробираться сквозь густой кустарник, что нас окружал. — Заодно опробую пару заклинаний и наберу воды из пруда.       — Осторожнее, — крикнул я ей вслед, а она лишь махнула рукой, не оборачиваясь.       — Ну, раз уж мы одни… — нордка медленно приближалась, а её улыбка не сулила ничего хорошего. — Есть серьёзный разговор, и он не для ушей Сераны.       — Я слушаю, — она меня заинтриговала. Надеюсь, ничего плохого не случилось.       — Нет-нет, это я слушаю, — она прижала меня к земле и уселась на мои ноги. У меня дежавю…       — А может, поговорим сидя или стоя? — Её лицо было так близко, что я чувствовал дыхание девушки у себя в волосах.       — Так мне проще будет разглядеть ложь, — в отличие от прошлого раза, когда мы были в этой же позе, голос Евы был строг и холоден. Как и в нашу первую встречу, вампирша вселяла в меня ужас, хоть сейчас я и не думал, что мне голову оторвут. — Первый вопрос: кто для тебя Серана?       — Она… — и вновь сложные вопросы. Что мне ответить? Зачем Ева это спрашивает? — Она мой друг, само собой. Не враг же?       — Неправильный ответ, — усмехнулась она. Её глаза внимательно смотрели в мои, будто проникая в душу. — Ты должна была сказать: «Пока что Серана мой друг».       — И как это понимать? — возмутился я. — Хочешь сказать, что я предам её? Если ты мне не доверяешь, то так и скажи! Но я клянусь, у меня нет причин для поступков, что могли бы ей навредить, так что не надо меня обвинять.       — Юна, ты временами такая глупая, — девушка мягко улыбнулась. — Я имела в виду, что вы прекратите дружбу… в хорошем смысле… Но твой ответ тоже подойдёт. Теперь второй вопрос.       Она не спешила его задавать. Нордка молча сверлила меня взглядом ещё какое-то время. А земля, между прочим, холодная. Не хватало мне только загнуться от простуды. Я прервал тишину:       — Ева, вопрос.       — Зачем охотник на вампиров помогает вампиру? И не говори, что ради спасения мира. Ты ведь не знала об этом при вашей первой встрече. Мне интересны твои первоначальные мотивы и мысли.       — Её грудь, — я ответил быстро и честно. — У неё красивая грудь. И лицо. И фигура. И глаза. И волосы. Она полностью в моём вкусе. Я прежде не встречала девушки прекраснее. Поэтому мне захотелось ей довериться. Конечно, моя интуиция также сыграла важную роль. Я просто почувствовала, что должна ей помочь.       — Извращенка, — ехидно сказала она. — А строишь из себя невинную.       — Ну извини, что мне девушки нравятся. Я виновата, что вы такие красивые?       — Вы? — Её улыбка стала ещё шире. — Да ты ещё и на меня обратила свой похотливый взор? Нужно быть осторожнее рядом с тобой.       — Может, тогда ты слезешь с меня?       — Нет, — резко ответила она. — Последний вопрос: чем ты готова пожертвовать ради победы над Харконом?       Ева поставила меня в тупик. Дело не в том, что мне нечего отвечать. Проблема как раз в наличии ответа.       — Я… Давай пропустим этот вопрос, — я не хотел отвечать. Ей не понравится ответ. Серане не понравится ответ. Мне самому не нравится ответ. Но… от правды не убежать…       — Отвечай! — Её крик был очень уж громким и устрашающим. — Ты настолько слаба, что стыдишься этого? Будь честной до конца! Если ты не готова умереть, то так и скажи.       — Я… Я готова умереть в бою, если окажусь слабее, — мой голос дрожал, мне было тяжело это произносить. Говоря о чём-то, что тебя беспокоит, вслух, ты лишь усиливаешь негативные чувства. Однако я должен ответить. — Но если так случится, что нужно будет добровольно отдать жизнь… Ради Сераны я смогу, надеюсь. Откуда мне вообще знать, смогу ли я? Вдруг я струшу или запаникую? Но я знаю точно, что мир я спасать не буду, жертвуя собой. Если я умру, то какой в этом смысл? Где моя награда за жертву? Я хочу остановить Харкона, но… Я готов пойти на крайние меры только в том случае, если на кону будут жизни дорогих мне людей. И то, только когда перепробую всё остальное.       — Юна, больше самоуверенности, — раздражённо прошипела она. — Я уже говорила, что ты себя принижаешь. Ты действительно стыдилась такого ответа? Пусть мир катится в Обливион, если ты не сможешь наслаждаться жизнью. Я сама так поступаю всю жизнь. Знаешь, почему я убила Алдуина? Он и его драконы были очень приставучими и мешали моим поискам Сераны. Я вовсе не стремилась быть героем.       — Похоже, наши мысли действительно сходятся в чём-то, — сказал я. — Думала, ты скажешь, что я должна быть готова умереть в любой момент или что-то похожее.       — Бред, — фыркнула Ева. — Если ты так ничтожно умрёшь, то толпы дураков начнут тебя восхвалять. Ты ведь героически погибла, спасая их. Будто тебе есть дело до какого-нибудь рыбака из Солитьюда.       — А что же скажут умные люди? — Я понял ход её мысли, но не до конца, поэтому и уточнил.       — А умные люди скажут: «Она не пожертвовала собой. Она просто сдалась».       — И к чему вообще был этот допрос? — наконец поинтересовался я.       — Когда мы найдём леди Валерику, она спросит у тебя то же самое, ещё и добавит сверху. Тебе могло показаться, что я излишне опекаю Серану, но когда ты познакомишься с её матерью… Полный мрак.       — Так ты хотела меня подготовить? Спасибо!       — Ох, помилуй меня даэдра, — Ева слезла с меня, встала на ноги и подала мне руку. — Советую тебе не искать в чьих-то поступках скрытой добродетели. Добро не скрывают, в отличие от зла. Всегда ищи подвох.       Сделав небольшую паузу, девушка добавила:       — На второй вопрос необязательно отвечать честно. Валерика тебя не так поймет.       — Хорошо, спасибо за совет, — я хихикнул. — На самом деле, я на секунду забыла, сколько лет ты прожила. Этот разговор помог мне осознать, что ты хорошо разбираешься в людях и мироустройстве.       — Неужели моя игра была столь правдоподобна? — вдруг спросила она, чем удивила меня.       — Игра? Ты о чём?       — Оставим это на следующую беседу, — нордка развернулась и побрела прочь. — Пойду за Сераной. У неё привычка долго гулять.       — О… Ладно, — промямлил я.       И чего она так резко тему сменила? О чём Ева вообще говорила? От ещё большего количества мыслей у меня точно бы разболелась голова, но громкий звук сзади заставил все мысли исчезнуть.       Кто-то пробирался через кустарники прямо ко мне. От мозга до кончиков пальцев молниеносно дошёл сигнал об опасности. Рукой я вытаскивал меч, одновременно разворачиваясь. Горизонтальный удар получился одновременно и быстрым, и сильным. Лысый мужик в доспехах однозначно пострадал бы, но кто-то стоящий сзади него заблокировал мой меч своим клинком, защитив шею норда.       Я отскочил на пару шагов назад и положил левую руку на рукоять второго меча, вдруг придётся задействовать оба. Мужик же, к слову, довольно крупный, оцепенел, но лысого грубо отпихнула в сторону его спасительница — девушка в кожаных доспехах голубого цвета. Она направила на меня свой эбонитовый клинок, готовая напасть, но…       — А? Юна? — её глаза округлились, а губы искривились в широкой улыбке. — Юна! Иди сюда, обниму!