Даня счастлив. Но счастлив ли Миша?
27 августа 2016 г., 15:11
Миша стоял на кухне и готовил яичницу. В доме было необычайно тихо, ибо Даня еще спал. Легкая щетина проглядывала на лице мужчины, что делало его намного старше своих лет. На нем был милый розовый фартук, повязанный на шее и спине.
Закончив готовить, он разложил сие творение на две белоснежные тарелки, которые, в свою очередь, находились на большом пластмассовом подносе. Поставив рядом с тарелками стаканы с апельсиновым соком, Миша взял на руки поднос и прошел в комнату, где спал Даня.
Думаете, наверно, что этот завтрак Миша приготовил себе и Дане? Вовсе нет.
На кровати рядом со спящим Рэнделлом лежала девушка, внешне чем-то похожая на парня. Первое, что можно было заметить в ней особенного — так это ее брови, которые по своей природе были густыми и темными. Недлинные волосы ее были хаотично раскиданы по подушке разными прядками. Даня же мило сопел, закинул руку над головой. Как вы помните, он любил спать в таком положении в детстве.
— Доброе утро, — после сказанного пара ног высунулась из-под одеяла, давая понять, что их обладатель сладко потягивается. Даня посмотрел на отца, протер глаза, зевнул и сказал:
— Доброе утро, пап, — немного промолчав, он продолжил, — Странный сон. Я типа учился в университете и был ржавой жестянкой. Или даже не жестянкой, а чем-то вроде… Контейнера. Да, контейнера. Я двигался со скрипом, как старый робот, а когда наклонялся, то жидкость лилась у меня изо рта. Это было круто. Доброе утро, — сказал Даня проснувшейся девушке с сонной моськой.
— Доброе утро… — протянула девушка, тихо зевая.
— Кстати, пап, я так вас и не познакомил. Пап, это Лиза, Лиза, это папа, — улыбается Даня им обоим.
— А тебе что снилось? — обратился Даня к Лизе и запустил руку в копну взъерошенных подушкой волос.
— Ничего, — после этого девушка положила свою голову на грудь Рэнделлу.
Миша посмотрел в пол, выдав:
— Не буду мешать, — и покинул комнату.
Да, его мальчик уже взрослый. Но порою бывает больно смотреть, как тот целует и обнимает другого человека, не тебя. А ты для него лишь отец.
— Пап, мы тебя с Лизой не разбудили, когда вошли в дом? — спросил Даня, выходя из душа с повязанным на поясе полотенцем. Миша читал книгу, но, услышав голос сына, прекратил это занятие, ответив:
— Нет, я не спал вовсе.
— Но ведь почти светало, — заметил парень, так похожий на Рэнделла, которого Миша видел почти 25 лет назад.
Даня крутил в руках зеленое яблоко и, оторвав его хвостик, сказал:
— Лиза вышла ненадолго, скоро вернется. Она поживет у нас недолго. Ну, если ты не против, конечно же.
Все-таки больно было Мише наблюдать за своим сыном, как тот заводит семейную жизнь с другим человеком. Но ведь не счастья он хотел Дане?
— Да, конечно. Она милая девушка. — улыбнулся Миша, смотря в глаза сыну. — Хорошо, что она останется.
***
Влюбленные сидели на качелях и болтали. — Представляешь, я люблю обо всем этом думать. Вообрази: над океаном, в горах, над облаками бушуют снежные бури. Миллионы лет на этой планете кружатся биллионы снежинок, и нет среди них двух похожих. Прям как мы, — замечает Даня, говоря все это Лизе. — Как мы, люди? — Да, как мы с тобой. Прикинь, все живое, не только лица, тела, но и ногти, радужки глаз, ворсинки в легких, структура мозга — все, что у нас есть. Или, скажем, птицы: они появились уже после динозавров, как раз перед нами. Подумай, одних только перьев, сколько их тут было, немыслимо! От самых разных, от страусов до пингвинов. Причем повсюду! Это же уму непостижимо, сколько их тут было. Биллионы, биллионы биллионов, понимаешь? И нет двух похожих, — восхищается Рэнделл, размахивая руками. Он берет перо и крутит в руках, продолжая: Перед нами столько структур, но нет ни одной похожей! Лиза смеется, после чего отвечает: — Не знаю, что сказать, Даня. Это все так… — Как? — Как-то незрело. — Серьезно? — Ну да. — И что? — Что "что"? — Любишь детей? Лиза кивает головой и снова смеется. Улыбка никак не сходит с ее счастливого лица. — Да? — Рэнделл подлетает на качелях к Лизе и целует в щеку. За всем этим наблюдал Миша, стоящий у окна на кухне. А счастлив ли Миша?***
Миша часто впадал в депрессивную прострацию: ходил уныло по комнате, мало общался с сыном. Думаю, такое его поведение можно было объяснить. Хотя, вы и сами понимаете, что с ним такое. Вырастить копию любимого как сына — это еще часть испытания. Тут еще нужно смириться с тем, что тот никогда не разглядит в отце парня. Обо всем этом думал и наш герой Миша, который лежал на кровати лицом к стене в своей комнате. В дверь постучали, и Миша взял рядом лежащую книгу и сказал: — Входите. В дверном проеме показался Рэнделл и Лиза. — Привет, мам, — Лиза в руках держала тарелку с пирогом. Даже просто на Даню смотреть Мише было больно. — Мы тут вместе с Лизой приготовили пирог. Оказывается, я не так плох в кулинарном ремесле, — улыбается Даня Мише. — Спасибо большое, — говорит отец и берет из рук Лизы сладость. — Но сейчас я не голоден. Попробую немного позже, хорошо? — в ответ он получает кивки головой от парочки, которая вскоре исчезает в дверях.***
Как-то раз Даня зашел в комнату отца и увидел его спящего, сжавшегося в комочек, словно эмбрион. — Пап? — спросил сын, но Миша даже не вздрогнул, продолжая спать. — Спокойной ночи, пап, — говорит Даня, после чего закрывает тихо дверь. За дверью послышался разговор Лизы и Дани. — Он вообще сегодня не вставал. — начал беспокоиться за отца Даня. — Я думаю, ты должен с ним поговорить. На самом деле Миша не спал и лишь притворялся спящим. Он открыл глаза и смотрел в стенку, подслушивая диалог. — Ну и о чем же мне с ним говорить? — О том, что ты видишь. Он же твой отец, в конце концов! Глаза Миши заслезились от внутренней тоски.***
Отец и сын словно отдалялись друг от друга после появления Лизы в доме. Нет, она, конечно, не виновата, но что мог поделать с собой отец, который любил своего сына, как прежнего Рэнделла? Но вскоре Лиза нашла себе жилье рядом с домом Дани, но грусть отца никак не хотела спадать с его лица. Когда Даня спал на своей просторной кровати, в комнату зашел Миша. Он смотрел на него и старался не заплакать. Подойдя к кровати, он посидел несколько секунд рядом, после чего лег рядом с сыном. Даня, перевернувшись на бок, сквозь сон обнял отца, думая, что это Лиза, но, очнувшись, он резко отстранился от отца: — А, это ты, пап, — он вскочил с кровати и, надев джинсы, собирался выйти из комнаты, если бы не одно обстоятельство. Отец решил притвориться спящим снова, и не зря. В комнату зашел еще кто-то. Судя по голосу, можно было догадаться, что это была Лиза. Она подошла вплотную к Дане и стала его целовать, приторно причмокивая. Даня положил руки на талию девушки, которая, в свою очередь, стала спускать джинсы парня. — Подожди, подожди, — говорил сквозь поцелуй Рэнделл, но Лиза уже спускалась с боксерам парня. — Я хочу принять душ, — Лиза останавливается и встает. — Я с тобой, — шепчет девушка, и они скрываются в душе.
