Полосатый енот

      Чимин лежит на диване перед телевизором и гладит свой уже большой животик. Под боком мирно сопит зверек. Чонгук готов прыгать от счастья в такие моменты. Енот ничего не портит, Чим ничего не просит, мир и покой. Омега лениво чешет за ушком пушистого, балдея от приятной на ощупь темной шерстки. Эта картина так умиляет. Альфа всю жизнь бы любовался.       — Тебе правда нравится это смотреть? — спрашивает он, осторожно садясь рядышком и показывая на телевизор.       — Нет. — Чим тут же переключает на следующий канал.       Чон улыбается, кладя большую ладонь на животик и прислушиваясь к ощущениям. Малыш уже большой, активно проявляет свой характер, докучая папочке.       — Принести чего-нибудь?       — Ммм… — Чимин задумывается. — Клубнику хочу.       — У нас же нет клубники.       Чим переводит взгляд на альфу и улыбается.       — Ладно, я понял. Сейчас схожу. — Он чмокает омегу в щеку и встает с дивана. — Лучше бы не спрашивал, — бормочет себе под нос.       — Кхм-кхм, Кееексииик, — хитро тянет Чимин.       Чонгук хватается за волосы и в ужасе шепчет:       — Не буди лихо, пока тихо! Это же пушистое чудовище, пускай спит! — Он быстро обувается и вылетает из квартиры от греха подальше. Чим усмехается, гладя крепко спящего енота.       — То-то.

***

      Кексик вообще спокойнее стал, как заметил Чонгук. После того как у Чимина начало расти пузико, он стал более послушным и тихим, больше спит и вообще доставляет Чимину сплошное удовольствие. Ему нравится гладить мягкую шерстку, нравится успокаивающее урчание зверька, который теперь больше домашнего кота напоминает. А тому интересно прислушиваться к малышу в животике. Чонгуку енот порой даже человека напоминает. Ребенка скорее. Он уже морально готов к скорому появлению еще одного, который потом тоже будет везде шкодничать. Никакого спокойствия с этими енотами, малышами и Чиминами… Но Гук не жалеет о том, что пока еще не пустил енота на шубку, ведь усатый умеет успокоить Чимина, заставить улыбаться и расслабляться, когда нервишки шалят. Чимин очень любит Кексика и души в нем не чает. Он балует его и пичкает пухленького любимым шоколадом, за что в благодарность получает урчание возле животика, что очень успокаивает малыша. Чонгук даже не представляет как бы справлялся с психами беременного омежки без этого полосатого. Все-таки он тоже член семьи и играет в ней большую роль.       А когда Чимину пришло время рожать и Чонгук потерял дар речи от волнения, Кекс тянул его за штанину, заставляя наконец вылететь из квартиры и везти омегу в больницу. Кексика ни за что на свете не пустили бы в больницу вместе с хозяевами, если бы Чимин не орал истерично от волнения «Где мой енот?! Мне нужен енот!». Чонгуку даже немного завидно, что он тут нервно ногти кусает за дверью и седеет от каждого крика, а енот там, Чимина присутствием своим успокаивает. Вот она, справедливость. Теперь альфа понимает чувства пушистого.       Зверек вразвалочку довольный выплывает из кабинета. Чимина в чувства привел, свое дело сделал. Чонгук счастливый хватает его на руки, целуя в мокрый нос.       — Ах ты полосатый! Любимый мой енотище! Что бы мы без тебя делали?! — Он проходит в кабинет и улыбается, видя омегу с маленьким чудом на руках. Счастью кажется предела нет. Что еще нужно альфе, кроме любимого омеги и маленького лупоглазика на руках? Ну, и усатой мордочки само собой.       — Ты прелесть, — улыбается Чонгук, целуя омежку в лоб. — Спасибо за чудо.

***

      Чимин тихо посапывает рядом с детской кроваткой, уснув, наверно быстрее, чем сам малыш. Чонгук, умиляется, глядя на ангельские личики любимых двух малышей — Чимина и Лихёна.       Чонгук устало потирает затекшую шею после долгого рабочего дня и идет на кухню. Холодильник встречает его, как говорится, повесившейся крысой. Чонгук тяжело вздыхает. Семейная жизнь выматывает, работа морально убивает, но Чон понимает, что Паку дома с малышом в сто раз сложнее, а потому через полчаса он уже возвращается из супермаркета с двумя огромными пакетами, и готовка ужина идет вовсю.       Енот, учуяв запах еды, бежит скорее к Чонгуку и дергает его зубками за носок, пыхча под ногами.       — Я уверен, что Чим тебя кормил, — говорит Чонгук, легонько отпихивает ногой енота в сторону, за что его кусают за палец на ноге.       Все-таки приходится кинуть зверьку добрый кусок колбасы, который сразу довольно утаскивают под диван.       — Вот же ж попрошайка. — Улыбается он.       Приготовив ужин, альфа ставит на плиту подогреть детское молоко. Малыш начинает кричать с комнаты, прося обратить на себя внимание. Чонгук пулей летит в комнату.       — Ну-ну, малыш, не буди папу. — Он берет омежку на руки и возвращается на кухню. — Эй, усатый, куда лезешь? Это не твое!       Чонгук даже не успел заметить как так быстро енот уже оказался снова на кухне, залез на стол и опустил обе лапки в пока еще не успевшее нагреться на плите молоко.       — Ну что ж ты делаешь… — негодует Чонгук, провожая взглядом енота, оставляющего мокрые следы на полу.       Альфа греет новую порцию молока и кормит малыша, отдавая оставшееся зверьку. Сонный Чимин заходит в кухню и смеется с полосатого, пьющего молоко с детской бутылочки. Он треплет его шерстку и садится напротив мужа. Чонгук укачивает младшего омегу и кормит довольного Пака приготовленным ужином. Чимин безмерно счастлив, что у него такой замечательный муж. И на хорошую работу устроился, и ужин приготовит, и с малышом посидит. Пак все никак не нарадуется.       В таком темпе проходят уже два года. Лихён бегает по квартире, гоняет бедного енота, хватает его за хвост, резво смеясь.       — В тебя пошел омега, — говорит Чимин.       Чонгук усмехается, щипая Пака за бок, и хватает пухлого зверька, пытающегося побыстрее спрятаться от ребенка под диваном.       — Нельзя обижать Кексика. Погладь его.       Лихён укает и осторожно гладит пушистого по голове маленькой ладошкой, отчего тот урчит. Вскоре малыш очень подружился с животным. Кекс все время чем-нибудь завлекает ребенка, играет с ним и чудит тоже. Но тем не менее весьма облегчает жизнь своим хозяевам, предоставляя им больше свободного времени. Чонгук с трудом уламывает Чимина сходить с ним в ресторан, пока зверек с малышом после веселого дня крепко-крепко спят.       Пак весь как на иголках. Натянуто улыбается мужу, оглядывает красивый интерьер весьма к слову дорогого ресторана, выполненный в белых и красных тонах. Молодым людям приносят вареного лобстера с различными соусами. Чимин вылупляет глаза на сей заказ.       — Приятного аппетита. — Улыбается Чонгук.       Чимин увлекается вкусным дорогим ужином, разговаривает с мужем, вспоминает день их встречи, забавные моменты совместной жизни. Пак понимает, что встреча с Гуком была просто судьбоносной, ведь теперь он безмерно счастлив. И кто бы мог подумать, что это благодаря еноту.       — Енот! — неожиданно восклицает Чимин, озвучивая ход своих мыслей.       — Что «енот»? — Чон зависает с палочками в руках и внимательно смотрит на омегу.       — У меня плохое предчувствие…       Чонгук закатывает глаза.       — Расслабься, они спят, как убитые. Я уверен.       Чимин замолкает, поджимая губы.       — У меня все равно плохое предчувствие… — спустя пару минут снова говорит омега и подрывается с места. — Сердце папы никогда не врет.       Чонгук наспех расплачивается за ужин и спешит за мужем. Чимин ураганом врывается в квартиру и замирает, прислушиваясь к тишине.       — Я же говорил, они спят, — шепчет Чон, вздыхая.       Из кухни слышится глухой стук. Чимин направляется туда и замирает у входа. Любознательный Лихён копошится в холодильнике, вытаскивая все оттуда. На полу лежит упавшая только что пачка молока. Довольный зверек рядом слизывает с пола разлившуюся вкусняшку. Лихён любит баловать животное подобным образом. Чимин хлопает себе по лбу, а потом спокойно разворачивается и уходит, бурча под нос «Ничего страшного. Они ведь спят. Пошли в ресторан.»       — Тебе убирать, — говорит он громче уже где-то с комнаты.       Альфа тяжело вздыхает.

***

      — Чонгук-а, — тихо выдыхает омега, подставляя шею поцелуям альфы. Прижимается теплой, влажной после душа оголенной спиной к холодному бледно-голубому кафелю ванной. Теплые руки скользят вниз по талии, к бедрам, губы жарко целуют ключицы, обдавая обжигающим сбитым дыханием. Чимин плавится в любимых объятиях, соскучившись по близости с альфой. Он обнимает его за крепкие плечи и тихонько стонет от сладкого тягучего поцелуя.       В семейной суете они совсем забывают друг о друге, о простых объятиях, коротких поцелуях, совместных прогулках. Чимин постоянно занят неугомонным ребенком, а Чон на работе. Порой им просто хочется найти свободные хоть пять минут, чтобы утонуть в любви с головой.       Чонгук нежно целует омегу в губы, чуть покусывая, завлекая в более глубокий и страстный.       — Папа! — раздается громкий веселый возглас малыша, который распахивает дверь ванной и смеется, заинтересованно глядя на родителей.       Чимин чуть смущается, пряча взгляд, а Чонгук смотрит на веселого карапуза и усатую мордочку, мелькающую где-то в проеме открытой двери. Он слышит быстрые мелкие шажки и скрежет когтей — енот тикает подальше. Лихён весело гогочет и неуклюже спешит скорее за енотом.       Чон смеется, прислоняясь лбом ко лбу омеги и заглядывая ему в глаза.       — Чувство, будто я второго енота завел.       Чимин усмехается и робко чмокает альфу в губы. Момент удачно испорчен, но все равно они самые счастливые на свете.