It's just us now

      - Что?! - Рей от изумления даже перестала вырываться. - Я не беременна!       - Тебе же хуже, - усмешка Сноука перекосила и без того безобразное лицо. Рей безуспешно пыталась вырваться. В этот момент корабль покачнулся, и ударной волной девушку отбросило назад, муун остался на месте, выпустив Рей и вцепившись руками в висевшие над головой провода.       Шаттл завертело в воздухе, один из двигателей был подбит. Корабль по инерции пролетел еще несколько метров, а затем с громким скрежетом рухнул вниз. В очередной раз перед глазами Рей запрыгал цветной калейдоскоп, а затем, как в замедленной съемке, она увидела, как Сноук, прихрамывая на одну ногу, подошел к ней. Горло сдавило спазмом - муун держал в руках бластер.       - Поднимайся, - Рей отчаянно замотала головой и попыталась отползти в сторону, но ногу будто обожгло болью. Вывихнута или сломана. Так или иначе, а идти она не сможет. Сноук понял это даже быстрее, чем она, и поднял бластер, целясь ей в голову. Выстрел был совсем тихим, Рей даже не поняла этого, когда плечо разорвалось болью, а Сноук стал оседать на пол. В другом конце отсека стоял Финн, на его плечо опирался Хакс, в руке рыжеволосого был бластер.       - Мы помогли тебе, а ты поможешь нам, - Хакс больше не походил на любителя моды, которым Рей его запомнила, скорее опасный дикий зверь, загнанный в угол. - Мы сбежим, а ты отговоришь Кайло искать нас по всей Галактике.       - Как будто он меня послушает, - обрела голос девушка. - Я его предавала не меньше, чем вы...       Но её уже не слушали, Финн и Хакс пробирались к выходу, а Рей беспомощно смотрела им вслед.       Когда Рей открыла глаза, первое, что она увидела, был белый потолок. Потом откуда-то с боку выплыл меддроид. Старенький и еле движущийся, такие сохранились только на Джакку. Значит, ее оставили дома. Что ж, не убили и уже хорошо. Рей попыталась встать, но чья-то рука резко преградила ей путь. В кресле рядом с кроватью сидел секретарь Энакина Скайуокера Джат Серео.       - Вам пока нельзя вставать, - сообщил девушке Джат, поглаживая длинную жиденькую бороденку. - Вам довольно сильно досталось. Как себя чувствуете?       - Что вы тут делаете? - сухо поинтересовалась Рей. Наличие в палате Джата могло означать только одно - с ней еще не закончили и она еще нужна Скайуокерам. И следом за этой мыслью сердце сжалось в болезненный комок. Бен... Он вряд ли выжил. Рей почувствовала, как по щекам побежали слезы. Она заигралась в большую политику, думая, что может обыграть тех, кто был в этом дольше, чем она жила на свете. Серео молчал, Рей плакала. Наконец секретарь прервал свое молчание:       - Понимаю, - сочувствующим тоном заверил он девушку. - Вы поставили на кон все, что имели, и проиграли. Но... - Джат сделал намекающую паузу, и Рей подавила всхлип. Не то чтобы ей было интересно, но чем быстрее этот слизень уберется из ее палаты, тем быстрее у нее появиться возможность сбежать. - Вам необычайно повезло. Не припомню, чтобы когда-либо до этого семья Скайуокеров кого-то прощала.       Рей тихо хмыкнула. Простили, как же. Просто нашли способ использовать ее и дальше. Но что с Беном? Она боялась спросить. Он жив - это понятно, будь иначе, ее бы бросили в пустыне или продали бы хаттам. Видимо, Соло-младший все же сказал что-то в ее защиту. Сердце болезненно сжалось. Наконец, она смогла выдавить:       - Что... что с Беном?       - Ему досталось, благодаря вам, но он жив, - тон секретаря стал сухим, как ветер в пустыни и таким же разящим. - Что ж, приятно, что вы сами подняли эту тему. Семья Скайуокер предполагает, что вы больше никогда не покинете пределов Джакку. Вам запрещается вести общественную деятельность и разглашать информацию о событиях, произошедших здесь. Вы исчезните также быстро, как появились. Вам дадут компенсацию, и вы будете очень обеспеченной женщиной по меркам этой планетки. Во всяком случае, до тех пор, пока здесь не обнаружат необходимые для создания нова-кристаллов минералы.       - Я вас поняла.       Вот и все. Вот так заканчиваются истории в политике. Проигравшего стирают в пыль и даже ее стряхивают с полотна истории. Что ж, она отделалась малой кровью. Рей молчала, Джат выждал приличествующую моменту паузу и встал. Уже на выходе секретарь остановился и произнес:       - Вы удивительная девушка, Рей. Вы были самым бездарным политиком, которого я помню за всю свою жизнь, но вы умудрились стать частью одной из самых дорогих и долгоиграющих интриг, какие только были в Галактике. И вам необычайно повезло - вы выжили.       Рей слабо усмехнулась. Это было честно. И даже не жестоко. Она ошиблась.       - И еще, - Джат сделал вид, будто чуть не забыл сказать, - личная просьба Бена. Когда сенатор Соло будет посещать Джакку, он бы очень хотел не увидеть вас даже случайно.       Вот теперь все стало на свои места. Скайуокеры не прощают. Пять лет спустя       Ветер закручивал песок в причудливые вихри. Раньше этот песок был проклятием планеты, а теперь стал ее спасением. Рей задумчиво пересыпала горстку песка из одной руки в другую, пропуская песчинки сквозь пальцы. Она была на самой отдаленной очищающей станции в пределах населенной части планеты, дальше были только необитаемые пустоши, где временами встречались только странные и неизученные твари. Ей это было по душе - песок, белое от жары небо, спидер и больше никого. Рей забиралась так далеко в пустыню в поисках пригодного для кристаллов песка, что иногда не видела живых существ и не произносила ни слова по несколько месяцев. В корпорации Скайуокеров она числилась как искатель Сой. Платили неплохо, спидер и припасы выдавала компания, так что Рей не тратила практически ничего из заработанного. Все кропотливо откладывалось. Хотя если бы кто-нибудь спросил зачем, Рей и сама бы не знала, что ответить. Это просто была еще одна привычка. Как всегда держать при себе бластер или молчать, пока не спросят, или прикрывать свое лицо, когда она приходила в корпорацию за жалованием.       Сегодня был ее последний день на этой станции, уже через два часа она погрузит дневной запас воды и отправиться обратно в Нииму. Теперь это не одинокая застава в пустыне, а вполне приличное поселение. Небольшое и все еще убогое в своей бедности, но уже поселение. Рей надо было убраться со станции до того, как на нее с инспекцией нагрянет сенатор Соло. Она не следила за его деятельностью, не читала статьи в галонете о его карьере и личной жизни, даже законы, подписанные им, не читала. Но все равно временами он ей снился. Такой, каким был в университете: высокий, широкоплечий с копной черных как смоль волос и этой полуулыбкой, когда не знаешь, смеется он или насмешничает.       Путь до Ниимы занял почти трое суток. Рей специально избегала любых поселений, опасаясь, что Бен по пути к очистной станции мог остановиться в каком-то из них. Бывшая застава встретила девушку тишиной и странным запустением. На одном из разобранных и превращенных в игрушку для детей истребителей сидела старуха кубазка*.       - Простите, а где все? Что-то случилось? - от долго молчания голос Рей стал сиплым, слова давались с трудом.       - Сенатор прилетел, - невнятно протрубила старуха, ее голосовые связки с трудом справлялись с общегалом.       Рей как будто ударили по голове. Бен же знал, где она живет. Не мог не знать. Но может, это другой?       - Какой сенатор?       - Известно какой, Соло.       Даже не поблагодарив старушку, Рей почти бегом кинулась к спидеру. Уехать не получиться, топлива нет, но если она посидит те часы, что Бен будет на заставе, дома, то он ее точно не увидит. Уж, он-то искать встречи не будет. Подкатив спидер к дому, девушка нервно накинула на него тент, чтобы песок не забился в детали, и быстро открыла дверь, мгновенно погружаясь в приятную прохладу помещения.       - У тебя довольно уютно, - забытый голос ударил под дых. Рей в неверии уставилась на Бена Соло, сидевшего в ее кресле. Мир неожиданно зашатался прямо под ее ногами и девушка сползла на пол. Это не мог быть он. Не мог. Сам же попросил не попадаться ему на глаза, и все эти долгие пять лет Рей прилежно выполняла это условие.       - За... Зачем ты здесь? - голос подвел и получился какой задушенный писк.       - Уроки Маз не пошли тебе впрок. Сенатор не должен терять голову ни при каких обстоятельствах, - и такая знакомая усмешка на губах.       - Ты пришел, чтобы покритиковать мои способности к обучению? - нервно уточнила Рей. Говорить вообще не хотелось. У нее была незначительная и никому неинтересная, но спокойная и в чем-то даже уютная жизнь. А Бен ее разрушил. Одним своим появлением он всколыхнул все те воспоминания, которые она так упорно пыталась забыть. Жизнь на Корусанте, обучение в университете, недолгий статус сенатора. Все это хотелось забыть. Но нет. Вот оно - живое напоминание о прошлом.              - Хотел тебя увидеть.       - Зачем?       - Не знаю.       Вот и поговорили. Рей нервно усмехнулась и кое-как поднялась с пола. Мир не рушился на голову, а странный разговор неожиданно успокоил. Бен почти не изменился на эти годы. Разве что стал еще шире в плечах. Стоять и ничего не делать было тяжко. Надо было хоть что-то сказать. Собравшись с духом, она, наконец, сказала то, что лежало тяжелым грузом на душе уже долгое время.       - Прости меня.       На лице сенатора на мгновение проступило удивление, но он быстро справился со своими эмоциями.       - Немного поздно, не находишь?       - Ничего другого сказать не могу, - усмехнулась Рей и наконец нашла, чем занять руки. Подойдя к маленькому шкафчику, она вытащила заварку и две чашки. Залив корешки водой, девушка протянула одну из чашек гостю. - У меня не бывает гостей, так что могу предложить только местный напиток "Гаюн". На вкус просто отвратительно.       - Могу предположить, что только для меня эту гадость в доме и держали, - в тон ответил Бен. Но чашку взял и даже мужественно отхлебнул. И тут же скривился в отвращении. - А я думал хуже, чем отцовский контрабандистский каф ничего быть не может. Я сильно ошибался.       Рей рассмеялась.       Он стал прилетать раз в два-три месяца. Сначала было больше тишины, чем бесед. Потом молчать вместе и смотреть на закат в пустыне стало уютно. Потом появились беседы обо всем и ни о чем. Бен не рассказывал ничего о своей работе или политике вообще, а Рей специально не спрашивала. Потом он стал оставаться на ночь. Они еще долго спали в разных комнатах, пока не столкнулись ночью на кухне и не оказались в одной пастели на утро. А потом стало нормальным созваниваться через галонет. А потом был скандал. Грандиозный. Энакин узнал, куда пропадает внук каждый месяц. Но буря под названием "Разъяренный Скайуокер" прошла мимо благодаря вмешательству Падме. И благодаря ей же, Рей очутилась на Набу в маленьком домике, подальше от больших городов и поближе в личной резиденции Скайуокеров. И там же через пару лет счастливый отец впервые взял на руки недовольно кряхтящий сверток. А Рей впервые поняла, что счастлива, глядя на своего мужа и сына.             *Раса насекомоядных гуманоидов с планеты Кубинди во Внешнем Кольце