Глава 4 (II).
24 августа 2017 г., 19:10
Тучи заволокли февральское небо, делая его серым и невзрачным. Лучи света никак не могли пробиться сквозь ту пелену.
Такое состояние природы было под стать состоянию людей, толпившихся на кладбище возле очередной новой могилы.
Володя молча прижимал к себе подрагивающую от холода дочь и не отводил взгляда от портрета жены в траурной рамке.
Вот гроб медленно опустили в кажущееся бездонным углубление. Послышались звуки приземляющихся небольших порций земли, какие могли уместиться в человеческой ладони. Глухим гулом они отдавались, ударяясь о крышку гроба.
Маленькая Лиза не знала, что ей делать, плакать ли…
Единственное, на что у неё хватало сил и мужества, крепче прижаться к отцу.
Люди начинали расходиться, поочерёдно подходя к родственникам погибшей.
Кто-то клал Соколову руку на плечо. Некоторые легонько обнимали овдовевшего мужчину, выражая свои соболезнования. Но практически никто не замечал Лизу, оставляя её без внимания.
А ведь она тоже переживала потерю. Она потеряла маму. Маму, что была для неё чуть ли не центром вселенной.
Неужели они думали, что она ещё слишком маленькая, чтобы осознать ситуацию…
Девочка тоже плакала. Хоть и беззвучно, хоть и незаметно, хоть и внутри… И ей тоже было тяжело, пусть никто этого и не замечал.
Единственным, кто подошёл к ней ближе всех и крепко-крепко обнял, был Максим. Уж он-то знал, что творилось у подруги внутри.
Каждый день он видел, как она переживала, как уходила в себя, пусть и в таком возрасте.
Он видел, как она в течение последнего месяца умоляла все существующие и несуществующие силы не забирать у неё маму. Но всё это оставалось тщетным и бесполезным…
Когда все разошлись, возле усыпанной цветами и похоронными венками, чуть припорошённой свежим снегом могилы остались лишь Володя и сжавшая его ладонь Лиза.
На временно установленном деревянном кресте было высечено до боли сжимающее сердце имя.
Посмотрев на дочь, мужчина вздохнул и, вспомнив данное жене обещание, взял её на руки.
«Я буду жить ради дочери. Обещаю, она никогда не останется одна» - вновь провернул он в голове сказанные незадолго до смерти Маши слова.
Прижимая к себе неровно бьющееся маленькое сердечко в груди малышки, Соколов действительно чувствовал стремление жить и видеть в этом смысл.
6 лет спустя
Сидя на последнем, седьмом по счёту, уроке, шестиклассница Лиза практически лежала на парте, подпирая локтем голову.
Она всегда была прилежной ученицей, но сегодняшний учебный день выдался довольно тяжёлым. Так что на последнем уроке, к тому же уроке музыки, девочка уселась за предпоследнюю пустую парту и тихо погрузилась в свои мысли.
Блондинка и сама не замечала, как свободная рука её выводила непонятные узоры на развороте тетради, где должен был красоваться конспект.
Внезапно её отвлекла вибрация телефона из кармана брюк.
Быстро достав его, чтобы тот не успел отразиться от деревянного стула грубым гулом, она разблокировала экран и открыла диалоговое окно.
«Идём горячий шоколад пить»
Лиза глянула в сторону парня, сияющего ухмылкой, с соседнего ряда.
Она тоже улыбнулась в его сторону, но более сдержанно.
«После урока?» - быстро настрочила она ответ, и вновь перевела на него взор.
«Ну, если хочешь, можем сбежать с этой тягомотины» - посмотрел он в её сторону замышляющим взглядом.
В этом взгляде Соколова сразу прочитала вечного оболтуса Макса Морозова.
Стараясь не выдать смешинки, она слегка приподняла брови и покачала головой.
Максим показательно закатил глаза. Отвернулся. А затем, прикрыв веки, сбоку выдвинул три пальца.
Динамично двигая рукой, как бы специально показывая ей, он сменил их двумя. Одним…
Синхронно с выдвинутым им кулаком воздух разрезал долгожданный звонок.
Лица учеников тут же озарились улыбками. Они повскакивали с мест, скидывая тетрадки и пеналы в рюкзаки.
Морозов, в свою очередь, подошёл к подруге.
Взяв её за руку, он увёл её за собой в направлении их любимой кофейни.
- И всё-таки что-то с тобой не так. – скрестив руки и опершись ими о столешницу, вывела заключение Лиза.
Сидя за столиком, у окна, вытянувшегося от пола до самого потолка, друзья пили любимый для таких промозглых сентябрьских дней, как этот, горячий шоколад.
Пасмурная погода всегда навевала тоску. Но только не тогда, когда они были вместе.
Обычно, если кто-то из них и грустил, то Лиза.
Однако на этот раз роль задумчивой скульптуры занял Максим, всегда старавшийся развеселить подругу.
- Вчера узнал, что компания отца автоматически досталась мне. Пока что заочно из-за моего несовершеннолетия. Но я понятия не имею, как этим всем управлять. – решился он доверить ей свой секрет. – Отец не успел посвятить меня во все тонкости… И, честно сказать, я боюсь своего восемнадцатилетия. Боюсь не справиться…
Она положила ладонь на его руку, лежащую на столе, и посмотрела в глаза.
Девочка, постепенно превратившаяся в девушку, вспоминала, как год назад увидела в новостях известие об убийстве бизнесмена Петра Морозова.
В памяти отложились моменты того, как она дрожащими непослушными пальцами стала поспешно набирать номер ещё ничего не знавшего друга.
- Ты справишься. Я в тебя верю. – улыбнувшись, произнесла она, не теряя с ним зрительного контакта. – А если понадобится, всегда можешь попросить моей помощи.
Послав ей в ответ улыбку и утвердительный кивок, парень взял её небольшую ладонь в свою.
Последнее время у него по коже пробегал приятный холодок, когда он дотрагивался до неё.
Но не желая брать это во внимание, Макс снова усмехнулся заразительной ухмылкой и сделал глоток из своей кружки.
***
За эти шесть лет Володя смог оправиться после потери жены. В чём он был безгранично благодарен Лизе, заставившей его посмотреть на данную ситуацию с другого ракурса. Тем не менее мужчина понимал, что никогда не сможет выбросить Машу из головы, мыслей, памяти… У него в бумажнике до сих пор хранилась небольшая фотография. С неё улыбалась красивая жизнерадостная девушка. Совсем живой и такой любимый в памяти образ заставлял задуматься, вспомнить былые моменты и невольно сложить губы в полуулыбке. Уж сколько Соколов винил себя в её смерти. Винил в том, что не смог найти для неё лекарства, не сумел уберечь… Сумерки, приходящие в сентябре раньше, полностью окутали город и начали превращаться в ночную темноту. Володя свернул на немноголюдную улицу, по которой всегда миновал пробки. Задумавшись, он не заметил остановившуюся на светофоре машину. Лёгкий удар. Автомобили инертно отдаляются друг от друга, словно магниты с одинаковой полюсацией. С недавних пор главный дизайнер компании увидел перед собой маленькую недорогую машинку, вздохнул и, оценив масштабы аварии, решил договориться с водителем. Но стоило ему покинуть салон авто, как навстречу ему, поставив руки в боки, вышла среднего роста блондинка. - Думаете, если вы ездите на дорогих машинах, вам всё можно? Вот уж нет. – увидев в его руке кошелёк, заявила она с крайне недовольным выражением лица. - Значит, будем вызывать гаи… - усмехнувшись и пожав плечами, прислонился он к капоту своей машины. Кошелёк отправился обратно в карман, а его место в руке занял мобильный. Скептически взглянув в его сторону, женщина тихо хмыкнула и уселась на невысокий багажник своей машинёшки. Как только тот завершил разговор и объявил, что полицейские скоро будут, между ними повисло тяжёлое, отдающее свинцом молчание. Прервал его телефонный звонок Володи и ответ: "Да, зайка". Сидевшая скрестив руки на груди вторая участница происшествия посмотрела ему вслед и что-то про себя подметила. Вскоре он вернулся. Снова молчание. Но уже ненадолго. Дождавшись, пока он займёт прежнее место, незнакомка перевела на него взгляд. - Жена… любовница? – как можно более равнодушно, нарушила она напряжённое молчание. - А я так похож на того, у кого есть любовница? – дрогнув бровью, обратился к ней с встречным вопросом Соколов, оставив руки в карманах. - А разве нет! - Что ж, понятно, какого мнения вы о тех, кто ездит на дорогих машинах. – повторив её предшествующую фразу, выдал он. – Вот только боюсь вас огорчить, не все мы такие. - Значит, жена… - Дочь. Соприкоснувшись взглядами, они тут же отвернулись и рассмеялись себе под нос. Первой вернулась к отдалённо именующемуся диалогу блондинка. - Я Вера. – протянула она ему ладонь в знак знакомства. - Владимир. – ответил ей тем же мужчина.***
Пользуясь введением в их школе пятидневки, за что их проклинали многие ученики из других школ, друзья провели этот день вместе, зная, что завтра никуда не надо. Уже затемно провожая подругу до дома, Максим не терял попыток уговорить её поехать вместе с классом на базу на осенних каникулах. - Лиз, ну, давай съездим! Развеемся хоть… - остановившись на крыльце её дома, уверял её парень. Лиза в ответ вздохнула и запрокинула голову. Небо, усыпанное миллионом маленьких светящихся точек, называемых звёздами, почему-то всегда вызывало умиротворение в её душе. Иногда она даже утверждала, что оно подсказывает ей верный ответ. - Хорошо, я спрошу разрешения у папы. – спустя час уговоров согласилась она. – Но только при одном условии: мы поедем вместе. Морозов победно сжал кулаки и обнял её. - Куда ж ты от меня денешься! – усмехнувшись, сказал он, вновь почувствовав странный холодок по телу.***
Просмотр новостей в интернете для девочки-подростка снова закончился импульсивным возмущением. Она чувствовала дикую несправедливость по отношению к разным слоям населения. Жуткую ревность у неё вызывали новости о тех, кто живёт в большом достатке и, можно сказать, имеет всё. - Вик, зачем ты постоянно просматриваешь это, если оно тебя так задевает! – всплеснул руками брат, увидев её негодование. Вика чуть закатила глаза и развернулась к нему. - Почему им всё, а нам ничего? - Мы тоже неплохо живём. – возразил парень, выглядевший старше года на два. – У нас есть крыша над головой, необходимые для жизни вещи. - Знаешь ли, Ромочка, да мы с тобой до сих пор тесную комнату напополам делим и на этих скрипучих кроватях вынуждены спать. Может, я тоже хочу жить, как мне заблагорассудится! – возмутилась она, подходя к нему вплотную. - Перестань завидовать. – медленно, чуть ли не по слогам, проговорил Рома. – Это тебя ни к чему хорошему не приведёт. Послав ему яростный взгляд, она шумно выдохнула, понимая, что данное занятие действительно бессмысленно. В тот же момент детей развела в разные стороны, опасаясь, что те подерутся, вовремя подоспевшая мать. - Вы же брат и сестра! Защищайте и поддерживайте друг друга, а не устраивайте здесь курятник. – смотря то одному, то другому в глаза, произнесла Вера. – Кто знает, может, в скором времени мы с вами и окажемся уровнем повыше.***
Дождавшись, когда отец вернётся домой, Лиза спустилась на первый этаж. Она застала его на кухне со стаканом крепкого напитка в руке. Незаметно подкравшись, девочка обняла его сзади и, приподнявшись на носочки, положила голову ему на плечо. - Тяжёлый день? – спросила она, смотря на виски в стакане. Володя с улыбкой вздохнул и отставил его в сторону. Сказав: "Ничего необычного", он притянул её к себе вперёд. В который раз он благодарил судьбу за то, что он не остался одинок. Лиза тем временем думала, как же спросить разрешения отпустить её на каникулах в небольшую поездку с другом и одноклассниками. Немного помешкав, она всё же решилась спросить напрямую. - Пап, а если бы мой класс поехал на базу на осенних каникулах, ты бы меня отпустил? - Допоздна одной не гулять, с мальчиками не связываться… И, в принципе, да. – покачал он головой. - Да ты суровый! - Ну, не могу ведь я тебе всё разрешать. – бросив короткий смешок, поцеловал он её в макушку. – Езжай, конечно, только будь осторожна. Соколова кивнула и вновь прижалась к нему. Володя внезапно заметил ненароком проскочившие у него мысли о новой знакомой, с которой они разошлись, даже не обменявшись контактами. Но он тут же погнал их прочь. Они ещё долго стояли так, сжимая друг друга в объятиях, и осознавали, что ближе человека им не найти, не представляя, что уже очень скоро всё изменится.
