heartbeat.

      На третьем этаже не прекращала действовать аппаратура: звуки машин распространился по всему периметру, некоторые даже слышали на нижних и верхних этажах, немного пугаясь. Ким Минсок приступил с самого утра к работе по созданию микросхемы, потеряв связь с окружающим его миром. Сюмин долго и кропотливо ждал, когда расплавится небольшое количество песка, чтобы потом из него сделать однородный слиток кремния — основу для будущего чипа. Без этого маленького «ритуала» нельзя было обойтись, так как кремний подходил лучше всего для полупроводника.       Помещение было огромным, практически занимая все пространство этажа. В нем находилось больше всего аппаратуры, по сравнению с остальными лабораториями. Кабинет оснащался масштабным оборудованием кондиционирования, благодаря которому воздух отчищался, чтобы ни какая микроскопическая частица не попала на микросхему. Иначе это может вывести из строя целый чип. Несколько помощников помогали Минсоку, совершая мелкие поручения, а основную работу он старался все же делать самостоятельно. Рядом с Сюмином располагалась габаритная машина, при помощи который этот слиток кремния острыми лезвиями разрезался на тонкие, толщиной с мелкую монету пластинки. После чего один из них, выбранный лично Минсоком, полировался и шлифовался, чтобы поверхность была без малейших дефектов.       Получив нужный результат, Минсок приступает к самому важному этапу создания — созданию самого чипа. В небольшую кабину он помещает пластину, которая, покрывается светочувствительными специальными реактивами, застывающие под действием сильного излучения ультрафиолетом.       Одно из самых сложных — размещение транзисторов. Минсоку потребовалось очень много времени для этого, чтобы разместить все их на одной крошечной пластинке. Так так большая информация будет находиться в ней, требовалось размещать транзисторов все больше и больше, делая их микроскопическими. В специальном защитном костюме Минсок наносил рисунок на пластину при помощи специального оборудования, слой за слоем добиваясь нужного результата.       В общей сумме ушло где-то несколько дней, но они были настолько кропотливыми и тяжелыми, что все работники падали на кровать без сил. Минсок долго работал над тем, чтобы организм человека принял инородное тело без перебоев и контактировал напрямую с нейронами мозга. Ему удалось это сделать, присоединив несколько особенных транзисторов, которые были схожи с его собственным чипом, встроенным в его руку.       По ночам, если выдавалась такая возможность, он отправлялся в библиотеки, адрес которых были написаны в небольшом блокноте. Первая по списку была Национальная библиотека Кореи, находившаяся далеко от места работы Минсока. Но он не пожалел денег и вызвал дорогое, но быстрое ночное такси, которое привезло его к нужному месту за пол часа. Он попросил подождать водителя, немного доплатив ему.       Эта библиотека — единственная, которая работает до поздней ночи. Минсок знал это, и поэтому решил не терять время впустую, а попытаться дальше расшифровать теорию чисел. Войдя внутрь, Сюмин, неожиданно для себя, почувствовал запах чего-то старого, сожженного. Проходящие мимо библиотекари объяснили ему, что здесь недавно проводили ремонт здания, отчего по всему зданию еще слышался этот неприятный аромат.       — Подождите, пожалуйста, — одна из нескольких наблюдателей остановилась и подошла к Минсоку. — Как у Вас здесь начинаются ряды? С какого начинается последовательность книг?       — Может, Вам проще найти или подсказать что-то. — Минсок покачал головой, говоря, что ему нужна третья книга по списку в этой библиотеке, что друг посоветовал именно ее, а как называется, он не помнит напрочь. — Если так… то ряд начинается вот оттуда, — девушка указала на угол в правой стороне, от которой начинались все стеллажи, — как раз все книги находятся на своих местах, никто их не брал. Удачи вам и желаю приятного дня, — и она прошла в другой павильон, в котором ее кто-то ожидал, судя по спешке.       Минсок смотрел по сторонам, касаясь кончиками пальцем полки, наполненные книгами. Зал был наполнен светом от огромной люстры, расположенной почти по середине потолка: в ней было словно пару сотен мелких свечей, которые невозможно потушить. Каждый огонек поблескивал, играясь на стенах крошечными солнечными зайчиками. Подбираясь все ближе к нужному стеллажу, Сюмин посматривал на пол: он был выложен мелкой мозаикой, напоминая из далека диковинный паркет. Ботинки немного скрипели. проходя по нему, создавая маленькое эхо в огромном помещении, которое хранило в себе огромное количество литературного наследия.       Минсок увидел табличку «Художественная литература» над верхней полкой. Именно сюда ему указывала наблюдательница. Он отсчитал третью книгу, направляясь в левую сторону. Виктор Гюго. Собор Парижской Богоматери. Шестое переиздание.       Цифра шесть имела здесь значение, так как составляла часть новой широты. Сюмин проделал тот же путь с остальными библиотеками, только приезжая туда очень рано утром, или уходя с обеда, ссылаясь на то, что у него возникли незапланированные дела. Минсок выполнял свою работу в полной мере, поэтому его временные отлучения ни у кого не вызывали подозрений или настороженности. Только Тао начинал беспокоиться, видев в Сюмине некоторые значительные изменения: вены стали виднеться из-под бледной кожи, синяки становились все больше и больше, но только искра появилась в глазах, которая горела в нем карамельным пламенем. Никто таких мелочей не замечает, а когда ты любишь, то способен на куда более большее, чем простое наблюдение из-за стороны. Его сердце билось сильнее, когда Минсок проходил мимо него, ласково махая ладонью. Но только шансов у него не оставалось никаких на взаимное счастье, ведь Тао прекрасно знал, что весь Сюмин принадлежит другому человеку, имя которого он отказывался говорить.       Выходя из университета, Минсок составил последние координаты из последних книг. Данте. Божественная комедия. 9 кругов ада. А. Блок. Двенадцать. Ремарк. Три товарища.       Минсок не вводил их в поисковик, потому что у него закончился трафик на мобильном телефоне, да и последние деньги он потратил на прохладный освежающий мятный лимонад, поэтому пополнить счет ему было нечем. На улице медленно рассеивалось рассветное утро, до работы оставалось совсем немного — еще пол часа. В кармане лежало лишь около 300 вон, поэтому Сюмин решил пройтись до автобусной остановки, чтобы дождаться транспорта. Скоро должен был прийти рейсовый автобус, который как раз возит очень многих корейский жителей на работу. Рядом с ним присел парень, посматривающий на телефон. Он чего-то ожидал, обновляя каждую минуту ленту сообщений.       — Извините, — обратился Минсок к парню, скрывающий свое лицо за каштановыми волосами. Он не мог просто смотреть на него, чувствуя, что ему плохо, — это, возможно, не мое дело, но что-то с Вами случилось? Может, я могу чем-то помочь Вам. — Парень обратил внимание на Сюмина, показывая ему покрасневшие и сосудистые в области белка глаза. Он поправил свои волосы, убирая их немного в бок.       — Да нет, просто… пару дней назад у меня пропал близкий друг. Он ушел куда-то рано утром и не вернулся. Я пытался дозвониться до него, а он не отвечает на звонки. — Минсок приблизился к парню, стараясь придумать подбадривающие слова для него. — Я боюсь за своего друга, понимаете? Вдруг он сделал с собой что-нибудь, а ведь он может… — Парень отвлекся от разговора, увидев оповещение в новостной ленте. Но, как оказалось, это очередной спам.       — Он страдал какими-то психологическими атаками, которые не всегда мог предвидеть. Пару раз я приходил вовремя, уводя его от острых ножей в другую комнату. Мне пришлось их затупить, чтобы в следующий раз он не смог оставить на своем теле даже царапины. Никто не может его найти: ни полиция, ни интернет. — К остановке подъехал автобус, нужный Минсоку. Пока остальные заходили туда, он решил задать парню еще пару быстрых вопросов.       — Покажи мне его фото, пожалуйста. Может, я его видел где-то. И скажи также свое имя и номер телефона. Если мне что-то будет известно, я тебе обязательно сообщу. — Парень поднялся, крепко обнимая Сюмина, чуть ли не целуя. Его руки дрожали, отыскивая нужную фотографию. — Меня зовут Ким Минсок. Это так, на будущее.       — Очень приятно, Ким Минсок! Меня зовут О Сехун. Вот мой номер, — парень продиктовал ему последовательность чисел, — спасибо Вам большое, что решили помочь мне. Для меня это очень значимо! И да, вот фотография, — и Минсок впал в временный ступор, улыбка сползла с его лица, не оставляя никаких светлых эмоций. — Что с Вами? Вы его видели? Умоляю Вас, ответьте мне. На экране телефона он увидел лицо Ким Чондэ.

***

      Минсок приехал на работу вовремя, но, увидев сильную суматоху и огромную группу лаборантов, двигавшиеся из стороны в сторону, испугался, что пропустил что-то весомое и важное. Он направился искать в толпе Тао, чтобы узнать, что же все-таки произошло. Сюмин не мог разобрать, что говорили в толпе, поэтому направился за всеми на шестой этаж, где как-раз находилась комната Цзы Тао.       Пока Минсок поднимался на лифте, его голову не покидала мысль о Чондэ. Когда он увидел снова это очаровательное лицо, искрящиеся радостью глаза и полную жизнью улыбку. И этот человек-солнышко пропал… Сюмин понимал, что все эти болезни, атаки возможно из-за него, что он тогда, как глупый мальчик, бросил его, зная его ранимую и теплую душу, воспринимающую все близко к сердцу. Он еще больше начал винить себя, пытаясь скрыть появляющиеся слезы.       «Седьмой этаж». Все вышли, направляясь к залу с открытым демонстрационным окошком. Минсок пропустил нужный этаж, но ноги повели его сами за остальными. Прорвавшись вперед, он увидел Тао в белой накидке и медицинской повязке. Напротив него сидел молодой парень, руки которого были зафиксированы прочными стальными кольцами к ручкам стула. Все ожидали чего-то, притаив дыхание.       — Бекхен, что здесь происходит, ты не знаешь? — спросил Минсок у своего помощника-лаборанта, стоявшего около него.       — Вы не знаете, господин Ким Минсок? Сейчас будут вкалывать эликсир по стиранию памяти выбранному недавно добровольцу, мы ведь все обсуждали это на прошлом обеде. Или Вы забыли? — Сюмина тогда не было на работе, а никто другой больше не говорил ему об этом. Он не мог увидеть лицо парня, поэтому постарался подойти чуть ближе. Что-то тянуло его посмотреть туда, что-то близкое и родное.       — А ты знаешь его имя?       — Конечно. Его зовут Ким Чондэ. — И в глазах Сюмина все резко потемнело: он перестал чувствовать землю у себя под ногами, падая все быстрее и быстрее. Чондэ. Ким Чондэ. Чен. Я ненавижу тебя, Ким Минсок.