heartbeat.

      Сюмин не помнил того, что произошло за последние несколько минут до падения в обморок. Как потом рассказал ему врач, работающий на данную компанию уже долгое время, что Минсок пытался открыть дверь лаборатории, стуча громко и хаотично по стене. Он что-то кричал невнятно, но так, чтобы его смог кто-то услышать за стеклом. Но в один миг Сюмин потерял сознания, и несколько лаборантов успели поднять его. Руки все были в мелких царапинах и синяках: он применял огромную силу, что слышался даже хруст костей. Тао не видел всего этого, выполняя поручение президента в этот день ввести в Ким Чондэ сыворотку. Сам Цзы Тао был против этого, желая, чтобы парня подготовили к этому. Но он уже находился под действием снотворного, когда его привезли к нему. Ему предоставили договор, по которому Ким Чондэ давал полное право совершать с ним все в рамках реализуемого проекта. Он знал, на что пошел.       Ким Чондэ не помнил даже собственного имени после того, как проснулся от сильнодействующего наркоза. Он не понимал, где он находится и что он здесь делает. Вместо Цзы Тао пришел Ву Ифань, который взял на себя ответственность объяснить все молодому парню. Он подошел к нему, почтительно здороваясь, и присел рядом с ним. Прикасаясь к руке, Ифань почувствовал приятное тепло, что было весьма удивительным явлением после такой сложной процедуры.       — Где я сейчас? — спросил Ким Чондэ, дрожа слегка нижней губой. Он смотрел на начальника с испугом и настороженностью, не зная, что можно ожидать от него в данный момент. — Эта сыворотка очень сильная. Единственное, что он сможет вспомнить, это свое имя или же только те моменты, повлиявшие сильно и кардинально на его жизнь. Это та информация, которая живет с человеком очень длительный промежуток времени. Если ему не напоминать и всячески отдалять от таких тем, он ничего не вспомнит. Будет повторная процедура, только с меньшей концентрацией, чтобы не шокировать организм. Только прошу Вас, не беспокойте его сильно, говорите только то, что действительно необходимо сейчас. Иначе он запросто может погибнуть.       — Здравствуй еще раз. Меня зовут Ву Ифань, и я пришел, чтобы помочь тебе вспомнить.       — А я что-то забыл? — Чондэ все больше стал бояться его, немного отклоняясь в сторону. Но Ву Ифань смог успокоить напугавшегося парня, сказав, что ничего страшного не произошло. Он ударился головой об плитку, когда шел на работу. Говорил, что скоро к нему придут через пару часов врачи и проведут несколько необходимых для его здоровья оздоровительных процедур. Ифань просил его не пугаться их, что они хорошие специалисты и смогут вылечить его.       Это делалось все для того, чтобы Чондэ не сбежал, оставаясь в кабинете до дня заключительного этапа — внедрения чипа в головной мозг. Так как сыворотка будет вводиться еще раз, то они не боялись последствий этого короткого разговора. Чондэ немного успокоился и прилег спать, чувствуя неприятную боль в области головы. Ву Ифань сказал ему, что это абсолютно нормально, укрывая его белым теплым одеялом.       Выходя из кабинета, к Ву Ифаню направлялся молодой мужчина, держа в руках плотно запакованный контейнер. Сверху он был закрыт черной тканью, от чего нельзя было рассмотреть, что находится в нем. Ву Ифань знал, кто это, и поэтому сразу же, когда они находились на достаточном близком расстоянии, он принял контейнер, немного наклоняясь к собеседнику.       — Ким Минсок. 36 кабинет, где находится медицинский центр. Вколешь это быстро и без свидетелей. Нам не нужно, чтобы он помнил последние пол часа своей жизни. Это может привести к серьезным опасностям наш эксперимент.

***

      Как только Тао узнал, что Сюмин находится в больничном кабинете, он побежал сразу же к нему. Многие говорили ему, что у него произошел психологический срыв. Кто-то ссылал все на усталость, ведь в последнее время Минсок работал так, что не жалел себя и свои собственные силы. Но когда Тао приблизился к медицинскому центру и захотел открыть входную дверь, то, как оказалось, кабинет был давно уже закрыт, а Сюмин отправлен домой, чтобы отдохнуть от сильного стресса.       Минсок не помнил ничего из того, что произошло с ним недавно: он забыл О Сехуна, который все время смотрел в телефон, ожидая заветного звонка или сообщения о том, что Чондэ найден. Да и то, как он встретил своего Чена, когда в его крови уже активно действовала стирающий память раствор. Но в его голове сохранилась информация о том, что меньше недели назад разгадывал шифр, и он шел искать последнее число в университет. Но, когда Сюмин достал из кармана блокнот, в котором делались мелкие пометки и записи, то на последней странице уже была написана последняя координата — 37. 69, 123. Минсок не понимал, как он мог забыть, что уже посетил последнее по списку место.       — Может, из-за усталости совсем забылось, — Сюмин успокаивал себя, вбивая в поисковик цифры. На карте отметилось место, которое находилось в черте города. По данным поиска, это здание давно заброшено и является каким-то открытым музеем. Его давно никто не посещал, поэтому те, кто занимался реставрацией или же просто поддерживали жизнь здесь, просто покинули это место, найдя себе более интересное и прибыльное занятие.       Сюмин, немного оправившись, остановил встречную машину и продиктовал необходимый ему адрес: округ Мапхо-гу, улица Ваусан-ро, дом 31. Перед тем, как ловить транспорт, Минсок зашел в аптеку, купив легкого успокоительного в маленьких таблетках. Его не отпускало ощущение, что он что-то вылетело из его головы, причем очень важное для него. Сюмин надеялся, что вспомнит по прошествии дня, или же убедиться, что его ощущения ложные.       Он продолжал наслаждаться видом Сеула, открывая новые места для себя. Маленькие кофейни под открытым небом так увлекали его, что он забывал о том, куда едет из для чего. Кто-то катался на велосипеде, на роликах или самокате, смотря ему вслед. Он невольно улыбался каждому, хоть его не было видно за тонированным стеклом. Тем более скорость машины не позволяла разглядеть все черты лица, хоть как не старайся.       Прибыв к нужному месту, Минсок долго не мог понять, что это за здание: оно было уже ветхим, а поверхность стен уже крошилась, открывая на обозрения куски кирпича. Ни одного целого окна не осталось, а дверь сломана пополам, так и оставаясь висеть на еле держащих петлях. Сюмину сначала было жутко входит туда, но, убедившись, что этот небольшой дом и есть нужное здание, он, с замиранием сердца, переступил порог. Чувствовался резкий запах сырости, который, словно, разъедал нос изнутри. Пол был полностью разодран, лишившись крепких досок. Остался лишь один песок, который предательски попадал в обувь и мешал в последующей ходьбе.       Минсок долго размышлял над тем, что же ему делать дальше. Ведь больше никаких подсказок он не нашел. Что здесь находилось Сюмин не представлял, поэтому он посматривал по сторонам, пытаясь найти то единственное, ради чего все начиналось. Попадалась только сломанная мебель, крошенная посуда и какие-то осколки. Обои висели клочьями, создавая идеальные условия для мелких пауков, успевших приютиться здесь. Больше ничего здесь не было, за что можно зацепиться в поисках разгадки. По крайней мере, так думал сначала Минсок. Но после того, как он нашел встроенный сейф в стену, стал надеяться на лучшее.       Замок был в форме круга, для активации которого нужно ввести пароль. Сюмин смотрел так где-то пол часа на эти клавиши с числами, пытаясь понять, что от него требовалось. Минсока удивило, что сейф до сих пор не вынесли. Скорее всего, он был настолько прочно установлен внутрь стены, что даже опытные «извлекатели» не справились. Сюмин решил обновить память и посмотреть на надписи, записанные в дневнике. Но это никак не помогло ему, а только лишь ухудшило ситуацию.       — Стойте, стойте, — Минсок посмотрел снова на сейф, понимая, что он приближается к своей цели. — Первая надпись очень помогла мне когда-то. Так почему так нельзя проделать и с последней? Для Пак Чанеля 2016 — окончание дневника, а для меня это будет началом.  — Он ввел это число, нажимая на отдельную кнопку. В следствие прозвучал короткий писк, открывая небольшую дверцу сейфа. Внутри был маленький прожектор, помещающийся в ладонь Минсока. Достав его, он решил найти подходящую стену, на которой можно посмотреть записанное изображение. Это оказалось достаточно сложно, потому что все сыпалось и не подавало признаков жизни.       Немного спустя он смог найти подходящее место. Минсок нажал на заветную кнопку, готовясь к тому, что ему предстоит увидеть или даже услышать. Появилась темно-синяя рябь, а затем начал вырисовываться силуэт человека. Сюмин узнал его, ведь это был Пак Чанель.       — Здравствуй, дорогой друг, который смог найти мое небольшое видеообращение. — Сюмин наслаждался голосом ученого, который только что стоял перед ним, только в виде мелких и микроскопических пикселей. — Я уверен, что сейчас передо мной стоит какой-нибудь ученый или лаборант, — Минсок немного вздрогнул, понимая, что он читает его насквозь, являясь давно уже покойником. — Не удивляйся. Мой дневник, скорее всего, остался при пользовании лаборатории. Они не допустят, чтобы он попал в чужие руки. Хочу для начала представиться, хотя, если ты смог расшифровать мое послание, то ты знаешь мое имя. Но, повторение — мать учения. Я — Пак Чанель. Когда-то давно являлся одним из лучших ученой лаборатории «Bacteria and Viruses», занимаясь разработкой новых технологических проектов. Да, название немного не соответствует моему роду деятельности, но это действительно так.       — На данный момент, в 2016 году, мне дали задание создать идеального человека, который будет превосходить по разуму и интеллекту остальных, подстраиваясь абсолютно под любого. Для меня это было что-то новое и инновационное, поэтому я без раздумий согласился. То, что от меня требовалось — создание чипа, помещающий огромное количество необходимой информации. Для меня это было очень просто, я справился за пару дней, если меня не обманывает память. Но, этот эксперимент пришел к полному праху: человек, который был выбран для этого, стал вести себя совершенно по-другому. Совсем не так, как планировалось. Помня все свои прошлые воспоминания, он решил собственными усилиями избавиться от новых возможностей, говоря, что это только разрушает его. Компания приняла решение уничтожить подопытного, иначе была большая вероятность, что об этом узнают не те люди. А в следующий эксперимент включить и использование сыворотки по стиранию памяти, чтобы никакие воспоминания не мешали человеку.       — Тот, кто слушает меня сейчас. Я не знаю, какой сейчас год и что твориться в мире. Но умоляю тебя об одном — останови это. Если ты участвуешь в создании такого человека, то прекрати и любым способом останови проект. Если же его уже создали и проект осуществился, то поднимай восстание и митинги. Делай все, что угодно. Это необходимо остановить, как пытаюсь это сделать и я сейчас, но, как видишь, безуспешно. Они, тем самым, убивают человека, делая из него подопытного кролика, выполняющее верно и беспрекословно приказы. Это делается не для блага, а для корыстной выгоды. Помоги мне, ради свободы. Спасибо…       Запись окончилась, оставляя Минсока одного в пустой комнате умирающего здания. В его голове творилась внутренняя борьба, за что ему сражаться: за то, к чему он шел долгие годы, пожертвовав самым дорогим, или же за свободу, о которой говорил ему Пак Чанель.       — Чондэ… я ведь видел тебя сегодня. Да, ты был за стеклом, в одном из кабинетов, когда тебе вводили сыворотку. Чен! — Сюмин бросился с места к направлению дороги, не замечая прохожих, которые шли ему на встречу. Он не слышал того. что ему говорили, он пытался как можно быстрее добежать до пересечения и поймать попутную машину. Минсок вспомнил, что было на самом деле в лаборатории. Как он кричал громко имя Чондэ, выбивая крепкое стекло, как скалил зубы, умоляя пустить его туда. Ему было все равно на боль, окровавленные пальцы и внимание толпы. Он хотел увидеть его, бросить все и забрать его отсюда, умоляя о прощении. Даже если бы они снова не были после всего этого вместе, Минсок не рассчитывал на такой прекрасный конец. Он хотел вернуть его домой, к близким, которые любят и заботятся о нем. Для него это было самым важным — чтобы Чондэ обрел истинное счастье.       Сюмин со временем понимал, что сознание он вовсе не терял: перед тем, как снова ударить в дверь, в его шею воткнули мелкую иглу, которая в последствие отключила его рассудок. Минсок умолял водителя ехать как можно быстрее, придумывая план по спасению Чондэ. В душе Сюмин понимал, что, возможно, лишиться из-за этого жизни или, в лучшем случае, он будет преследоваться полицией. Но ему было все равно, ради Чена Минсок был готов пожертвовать чем угодно, наплевав на все принципы и здравый смысл.       Единственный способ, который знал Минсок, это восстановление памяти Чондэ при помощи специального устройства. Только это занимает определенное количество времени, да и не всегда это приводило к необходимому результату. Только он не знал, где все это находилось и как успеть при этом вывести Чондэ из здания незамеченным. Минсок попросил остановиться около адреса, который он продиктовал водителю. В этом здании жил Цзы Тао, и что-то подсказало ему, что Тао пойдет сегодня переночевать именно домой. И внутреннее чутье его не обмануло.

***

      Завершающая операция проводилась на следующий день. Все это время Чондэ находился под наркозом, который поступал через капельницу. Сыворотку ему должны были вводить перед самой операцией, чтобы эффект сохранился лучше всего. Тао, после того, как узнал все от Минсока, как на самом деле обстоят дела в лаборатории, был шокирован. Он обещал помочь Сюмину тем, чем сможет. К сожалению, предотвратить операцию они не могли, потому что она проводилась скрытно от половины сотрудников. Тао решил подменить раствор, тем самым не травмируя мозг Чондэ сильнее. Он рассказал Минсоку, как тот сможет попасть в зал реконструкции памяти, чтобы их вместе не заметили. Восстановление памяти было необходимо, без этого мозг Чондэ мог перестать работать, не получая информации от чипа. А за этим шло и отключение остальных важных для жизни органов, в том числе и сердце.       Минсок же решил поступить следующим образом: перед операцией он должен был отдать чип, который хранился в специальном темном углублении с фильтром воздуха. Иначе, если бы он отдал сразу, мог произойти преждевременный сбой. Сюмин, придя на работу немного пораньше, первым делом изменил рисунок, который не сможет контактировать напрямую. Он не мог травмировать микросхему, так как это могло привести и к гибели Чондэ.       Передав чип главному хирургу, Минсок отправился на нижние этажи, ожидая предстоящего результата. Сразу после проведения операции должен был произойти некий «тест-драйв» того, что в итоге получилось. Сюмин ждал этого больше всего, но старался при этом держать спокойный размеренный вид. Многие спрашивали о его здоровье, что произошло с ним вчера, на что он отвечал всем одинаково: «Немного перенервничал, сдали нервы, видимо, из-за недосыпа».       Через несколько часов всех участвующих в проекте сотрудников позвали на главное собрание в кабинет номер 16. Тао не отходил от Минсока, который все время искал его в толпе. Собрались абсолютно все: все тот же состав, что был здесь больше месяца назад. Начальники вместе с президентом приветствовали всех, кто работал вместе с ними, помогая в реализации проекта. Только по середине зала были не они, а Чондэ, сидевший без сознания на специальном кресле. Минсок не мог смотреть на это: еще немного, и он подбежит к нему, крепко обнимая и целуя кончик носа. Тао всячески успокаивал его, говоря, что все пройдет так, как нужно.       — Здравствуйте, дорогие коллеги, — начал с привычных слов президент. Все в зале зааплодировали. — Сегодня — тот самый день, когда мы можем посмотреть на наше общее творение. На то, ради чего мы когда-то собрались здесь вместе с Вами. — Они отключили Чондэ от капельницы, а начальники приподняли его за плечи вверх. Он открыл глаза практически сразу, оглядывая всех вокруг. Чондэ не понимал, что ему нужно делать и как он здесь оказался. Минсок старался не смотреть на него, дабы не вызывать лишних подозрений.       — Что же, давайте приступим к тестированию. — К Чондэ подошел президент, приятно улыбаясь и слегка подмигивая глазами. Он протянул ему руку и немного наклонил голову в знак приветствия. — Здравствуй. Меня зовут Ким Чонин, очень рад видеть тебя. — По предполагаемым соображениям, Чондэ должен был также наклониться в ответ президенту и заулыбаться. Именно такая информация находилась в чипе до того, как Минсок изменил рисунок. Но этого не произошло. Вместо этого Чондэ протянул свою руку, смотря немного невинными глазами на него.       — Очень рад знакомству, Ким Чонин. — Чондэ покачал головой стал смотреть в зал. — Я ведь знаю Вас, — смотря куда-то вдаль, в сторону начальников. Но неожиданно сработала сигнализация, которая сигналила в случае пожара. Загорелся второй этаж. Всех мгновенно вывели на улицу, абсолютно всех сотрудников лаборатории. Поток людей был огромен, что многие не заметили исчезнувших Минсока и Тао. Чондэ тоже пропал.       — Как вы могли его упустить? Где мы будем искать его сейчас? — спрашивал президент у начальников, которые сами были в недоумении. — Может, что-то пошло не так в ходе операции, поэтому он испугался и куда-то сбежал.       — Куда Вы идете, Ву Ифань? Там же пожар! — кричал Пак Джоу вслед Ву Ифаню. Ким Чонин понял сразу, почему он отправился туда. В его пиджаке был огнестрельный пистолет, который обязательно должен сегодня выстрелить.       — Скорее всего, он хочет найти оставшихся людей. Не переживайте, он человек везучий, хоть и рисковый. Справится. Эксперимент не удался. Подопытного и свидетелей следовало уничтожить.       Тао и Сюмин ввели Чондэ за собой в нужный кабинет, находившийся на первом этаже рядом с совещательным, только в другом коридоре. Тао стоял около входа, присматривая за ними. Чондэ хотел оторваться от крепких объятий рук Минсока, но у него это никак не удавалось. Он был слишком слаб на данный момент, чтобы сопротивляться.       — Чен, прошу тебя, поверь мне сейчас, — он усаживал Чондэ на специальное сиденье, над котором находилось устройство по восстановлению памяти. — Дай мне шанс исправить прошлое. — Чондэ послушал Минсока, усаживаясь на указанное место. Он смотрел на него тем взглядом, который Сюмин любил и ненавидел одновременно. Взгляд, наполненный любовью, лаской и заботой… Неужели твое сердце до сих пор помнит меня?       Он подключил устройство, тем самым надевая сверху на голову Чондэ что-то на подобии шлема. Благодаря нему восстанавливались уничтоженные нейроны и все то, что было стерто намертво. Минсок надеялся хотя бы на то, что Чондэ вспомнит, кто он, вспомнит самые яркие воспоминания, страстные поцелуи и незабываемые ночи, сопровождающиеся мелкими звездопадами. Чен любил любоваться на ночное небо: оно дарило ему вдохновение, чувствуя, что он не одинок, ведь кто-то еще рядом с ним смотрел на маленькие огоньки, схватившись за руки.       Прошло некоторое время, датчик дал сигнал, что аппарат закончил свое действие. Минсок открыл лицо Чондэ и ждал, что же он скажет теперь. Пройдя столько испытаний вместе, живя вместе под биение общего сердца.       — Сюмин! — Чондэ просился в объятия Минсока, крепко прижимая его к себе. Ему было страшно, осознавая, что с ним произошло. Увидев перед собой Сюмина, его Сюмина, которого он так долго искал.       — Чен, тебе нужно бежать отсюда немедленно, иначе ты можешь задохнуться. — Минсок, удерживая появившиеся слезы, указывал ему путь к выходу. — Там черный ход, тебе проводит туда Цзы Тао, который стоит сейчас за дверью. Он мой товарищ и хороший друг. Доверься ему также, как и мне когда-то… Прости меня за всю боль, которую я причинил тебе. — Он отпустил его, сжимая руки в крепкий кулак. — Прости, но ты должен идти. Сделай это ради меня и нашего счастья.       — Сюмин, — Чондэ приблизился к Минсоку, обнимая его крепко. — Я никогда не держал на тебя зла. И я уйду только с тобой, никак иначе.       За дверью послышался огнестрельный выстрел и негромкий вскрик Тао, сопровождающийся коротким скрежетами об стену. Он упал на пол, не сопротивляясь собственному стремлению продолжить жизнь. Минсок осознал, что он опоздал и не успел вывести Чена на улицу, тем самым не выполнив свое собственное обещание перед ним.       — Ах, дорогой Тао…       Чондэ смотрел на Минсока потерянным, но счастливым взглядом, чувствуя его страх к предстоящей опасности, которая стояла очень близко и готовилась к финальному и завершающему действию. Что-то внутри него подсказывало, что конец близок, но, даже не смотря на это, ему хотелось верить в лучшее, в счастливый конец. Минсок схватил Чондэ за руку и, не отрываясь, смотрел на него, считая про себя приближающиеся шаги. Три человека объявлены в розыск. Следствие установило пропажу без вести.

***

      Деятельность компании была приостановлена до принятие решения областным судом. Кто-то отправил в высшую инстанцию документы о пропаже трех человек, ссылаясь на запланированное убийство. Никто не подтверждает этого из сотрудников, но и не отрицает. Все они боялись: каждый жил последние несколько дней в страхе за свои жизни.        Экспертиза не могла определить точную причину пожара. Одна из версий — умышленный поджог. Кто-то видел рядом с зданием за пару часов до пожара молодого мужчину в серой толстовке, похаживающий рядом с воротами. Группа солдат была отправлена на его поиски. Но это невозможно. Ведь Пак Чанеля не могут найти уже на протяжении пятидесяти лет с того самого дня, когда он стал идеальным человеком.