Letters to Steve

Отпускать Баки не хочется как от смерти, но Стив прекрасно понимает, что это глупо и уже смахивает на манию. К тому же «Я до магазина на углу» — звучит достаточно безобидно. Да и Баки больше похож на человека, который планирует ненадолго выйти из дома, а не бежать тут же в Аргентину. — Если ты меня тут бросишь в таком состоянии, то никогда себя не простишь, — предупреждает Стив больше для проформы, и Баки в ответ очень знакомо качает головой. — Да ты просто симулируешь. Дверь за ним захлопывается, Стив ощутимо вздрагивает и тут же одергивает себя. Самая большая глупость, которую он сейчас может сделать — это начать насильственно привязывать Баки к себе. Даже в вопросах закупки продуктов. Так что собственные заморочки временно придется засунуть куда подальше и просто научиться демонстрировать доверие не только на словах. Звонок в дверь раздается буквально через десять минут, и Стив идет открывать, на ходу придумывая реплику, в которой не прозвучат слова «забыл», «память дырявая» и «склероз». Но при всем желании, так быстро управиться со всем он бы не успел, значит — за чем-то вернулся. — А что же на этот раз не через окно? — интересуется Стив, распахивая дверь. В коридоре его ждет Сэм, и вид у него несколько обескураженный. — Кэп, я не так воспитан, чтобы к тебе вламываться через окно. Вообще плохо представляю, кому такое может прийти в голову. — О, — тихо произносит Стив, и понимает, что мысль стоит как-то развить. Хотя бы попытаться изобразить нужные эмоции. — Я просто подумал, что это Наташа. — Да, по поводу Вдовы… она говорит, что у тебя все замечательно, и это напрягает. Потому что сам ты на связь не выходишь, и я начинаю подозревать, что за всем этим кроется некая ситуация. — Все правда хорошо, я практически в порядке, вернусь в строй в ближайшее время, — Стив понимает, что чем поспешнее он заверяет Сэма, тем подозрительнее все смотрится. Вот только с Баки им так просто лоб в лоб встречаться точно не стоит. Непонятно, чем это закончится, и к такой встрече лучше приготовиться заранее. Сэм в этот раз тактичность не проявляет и смотрит на Стива вопросительно, как будто ждет, что его пригласят зайти и выпить чайку. Проблема в том, что пресловутый чаек как раз должен принести Баки. — Так что ты не переживай, — Стив пытается просчитать, сколько уже прошло времени с момента его ухода, и начинает тактическое отступление к лифту. Теснит Сэма туда же, и это ошибка. Хорошие новости заключаются в том, что Баки действительно не планировал никуда сбегать. Плохие — в том, что с магазинной задачей он справляется критически быстро. Когда распахиваются двери лифта, он, конечно же, стоит не в самом освещенном его углу, лицо прячет за волосами, затеняет козырьком кепки. Ситуацию оценивает молниеносно, хлопает по кнопке, и дверцы тут же начинают закрываться, но у Сэма тоже хорошая реакция, дверцы он удерживает и на Баки смотрит так, как будто искренне собирается ему навалять прямо тут да еще и голыми руками. Стив быстро отметает варианты с попытками изобразить неподдельное удивление или удержать Сэма, чтобы дать Баки время куда-нибудь убежать. Ему и самому хочется куда-нибудь убежать, а бегство вдвоем представляется не самым плохим выходом из положения. — Серьезно? — практически шипит Сэм. — А я все думаю, что ты сюда вечно притаскиваешься. И давно? — Нет, — Стив качает головой. — Все не совсем так… — Давайте уйдем отсюда? — тихо просит Баки, и Сэм смотрит на него и только на этом этапе, видимо, осознает, что тот вообще способен разговаривать. — Нас здесь могут услышать. Они перемещаются в квартиру, и начинаются, наверное, самые неловкие пять минут в жизни Стива. В нынешнем веке — уж точно. Теперь Сэм смотрит на них так, словно готов навалять им обоим. Стиву — в первую очередь. Баки нервничает, и заметить это можно, только если знать его очень хорошо, потому что в глазах его плещется растерянность, и Стив помнит ее по безумно далеким временам: так он смотрел, когда Стиву становилось плохо или было туговато с работой. — И что вы планируете делать дальше? — в голосе Сэма сталь, к которой Стив не привык. — Кэп, уж ты-то точно должен понимать, что это все не игры, и может плохо закончиться. И на помощь Старка я бы особо не рассчитывал… — О, он-то как раз уже помог, — Стив улыбается, и Баки помогает ему устроиться на стуле. Стив не видит в этом никакой необходимости, раны уже не особо беспокоят его, но это игра, которую они пока не в силах прервать. Баки слишком дорожит возможностью заботиться о Стиве снова, Стив, конечно же, не может ему отказать. — Помог? — вскидывается Сэм, собственное негодование направляя на Стива. — И что же это за помощь такая? Баки тут же делает то, что делал всегда — осознанно или неосознанно — становится перед Стивом, пытаясь оградить от всего: негодования, устремленных к нему злых слов, кулаков или вражеской пули. Это сильнее его, глубже инстинктов и мускульной памяти. — Тебе пытался удружить. Может, без его помощи мы бы тут втроем сейчас и не проводили время. Голос его звучит резко, и Сэм молчит несколько мгновений, оценивает защитное движение Баки, агрессивность позы. Приходит к какому-то очень важному выводу и качает головой, поднимая руки в жесте «сдаюсь». — Ладно, я всего лишь пытаюсь оценить обстановку. Знаете же, что я на вашей стороне, просто общий уровень вменяемости у вас явно не очень. Нужно больше рациональности. Стив не видит выражения лица Баки, но знает, что тот улыбается.