По дороге к счастью, по тропе ненастий

      Лазурь бескрайнего моря осталась позади. Ясутора мысленно покачал головой, когда на замечание отца подросток на заднем сиденье фыркнул и демонстративно сложил руки на груди. В последнее время парень часто вступал в мелкие перепалки с отцом, отказываясь выполнять просьбы. Что ж, в конце концов, многие подростки выражают протест против родительской опёки. Позади послышалась возьня. Определённо Орихиме решила сама пристегнуть сына, раз уж тот упрямился. Неожиданно из-под машины впереди отлетел тёмный предмет, похожий на покрышку, из-за чего Ичиго вынужден был взять правее.       – Ичиго! – возмутилась женщина.       – Извини! Я пытался…       Садо вздрогнул. Что-то было не так. Ичиго резко крутанул руль, уходя от столкновения с резко остановившейся машиной впереди. Визг тормозов, а затем подлетающая в их сторону другая машина. Буквально в последний момент Ясутора успел трансформировать руку, вытягивая её перед лицом Ичиго. Последний безуспешно пытался отстегнуть ремень. С заднего сиденья послышался испуганный крик мальчишки. Дальше всё завертелось. Несколько сильных ударов по голове и правому боку ненадолго дезориентировали мужчину. Когда он пришёл в себя, не сразу понял, где находится. Его рука, всё ещё закованная в броню, повисла на руле. Из глубокой раны стекала кровь, капая на лицо Ичиго, в неестественной позе запрокинувшего голову. Позади яркими осколками рассыпался щит Сантен Кессюн.       – Ичиго, – еле выдавил из себя Садо, чувствуя сильную боль в районе груди.       Собравшись с силами, он разбил треснувшее боковое стекло и выбрался из машины. Затем трансформировал вторую руку и сорвал искорёженную дверь. Осторожно вытащив Ичиго, а затем и Орихиме, Ясутора потянулся к Аки, который был в сознании, но явно пребывал в состоянии аффекта. Оттащив парня на достаточное расстояние, он перенёс друзей чуть в сторону от машины. Они ещё были живы, но травмы были ужасны. У Ичиго явно была сломана нога и, судя по неестественной позе ранее, скорее всего, повреждён позвоночник. Орихиме выглядела хуже. Из-за того, что она была не пристёгнута, её конечности оказались переломаны во время падения. Но она дышала, и это вселяло надежду. Садо обернулся к парню. Тот сидел на земле, сжав колени руками, и трясся. Похоже, защита Орихиме помогла избежать ему серьёзных травм. Борясь с сильной болью в боку, мужчина подошёл ближе и обратился к сыну своих друзей.       – Аки, они живы. Всё будет хорошо.       Но мальчишка не реагировал на обращение. Он с ужасом смотрел на родителей и что-то бормотал под нос. Неожиданно он вскинул голову, смотря за спину Садо. Тот обернулся  и едва успел прикрыться рукой, когда мощная лапа упала на него.  От удара боль в боку услилилась, а изо рта хлынула кровь. В голове промелькнула мысль, что повреждены рёбра и лёгкое, но обдумывать её не было времени. Пустой вновь нападал. Садо удалось нанести ему удар по касательной, но этого было недостаточно. В глазах всё расплывалось.       – Аки! – крикнул он мальчишке. – В машине в сумке Ичиго удостоверение шинигами. Рисунок черепа, помнишь?       Парень качнул головой и в момент, когда Садо, отражая очередной удар, схватил лапу пустого, бросился к машине. Мужчина краем глаза видел, что мальчишка безуспешно пытается дотянуться через разбитое стекло до сумки. Пустой второй лапой оттолкнул от себя Садо и обернулся к ребёнку.       – Ты вкуснее, – раздался отвратительный голос.       Отворачиваться от врага было ошибкой.       – Ла Муэртэ!       Садо воспользовался моментом, собрал силы в кулак и нанёс существу мощный удар. Маска пустого треснула. Обе руки мужчины вернули первоначальный облик. В памяти всплыли старые слова капитана восьмого отряда: «Есть два вида приёмов. Те, что нельзя использовать, когда у тебя уже нет сил. И те, что можно использовать даже после этого, ценой собственной жизни».       – Похоже, я снова это сделал, Ичиго.       Мужчина упал на одно колено, а затем на четвереньках, превозмогая боль, подполз к другу. Протянув руку, он коснулся его шеи, пытаясь нащупать пульс.       – Нашёл! – крикнул Аки со стороны машины и поднял руку с удостоверением вверх.       Садо обернулся и улыбнулся. Если Ичиго примет форму шинигами, то сможет привести  помощь или доставить их в больницу. Однако его улыбка так и застыла на губах, когда огромный коготь пронзил его со спины. «Так он был не один», – промелкнула мысль в потухающем сознании. Коготь вырвался из грудной клетки, и мужчина рухнул рядом с Ичиго. Со стороны машины раздался испуганный вскрик.       «Я не могу так просто умереть. Не могу. Я должен спасти Ичиго и Орихиме. Я должен защитить Аки».       Желание столь сильное, что обжигало грудь мужчины огнём. Больше ничего не было важно. Садо открыл глаза и с трудом поднялся. Тело было тяжёлое, дышать было трудно. Он поднял правую руку, собираясь обратить её, но ничего не вышло. Опустив взор на руки, он заметил цепь, что разветвлялась и тянулась к Ичиго, Орихиме и Аки. Тут же пришло осознание, что он умер, а желание привязало его к самому дорогому.       – Вот и всё. Человек с большой силой стал вкусным угощением. Оставлю тебя на десерт, пока не явились другие.       Пустой в один прыжок оказался около мальчишки, который спрятался за машиной. Садо бросился в его сторону, хотя и понимал тщетность своих действий.       – Аки, беги к отцу. Приложи амулет к нему.       Мальчишка рванул в сторону, но пустой перекрыл ему путь. Рогатый череп навис над младшим Куросаки. Аки взглянул в сторону отца и матери и вновь возрился на пустого. А затем с силой ударил удостоверением по своей груди. Его тело упало назад, а на его месте остался дух парня. В какой-то момент Садо ожидал увидеть форму шинигами, но этого не произошло. Похоже, Аки ожидал того же. Он отшатнулся. В его глазах явно читался немой крик отчаяния. Пустой расхохотался и, взмахнув лапой, опустил огромный коготь на парня. Аки увернулся, но коготь зацепил цепь, разрубая её пополам.       – Вот и всё, малыш! – вновь обратился пустой.       Именно в тот момент, когда он уже собирался наброситься на парня, воздух вокруг словно начал стягиваться к месту, где стоял подросток. Одежда на нём начала тлеть. Совершенно не контролируя себя, Аки заорал, выпустив мощный горячий поток реяцу. Ясутору откинуло ударной волной. Земля под ребёнком провалилась, будто от удара чего-то огромного и тяжёлого. А вместе с ней к поверхности оказался прижат и пустой, которого сдавливало невероятно мощной волной реяцу, пока не раздался треск расколовшейся маски.       Но будто этого было мало. Кожа мальчишки начала чернеть и покрываться белыми пластинами. Раздался дикий крик и мальчишка подлетел в воздух и раскинул руки, обсыпая в разные стороны осколки пластин и вновь покрываясь новыми.       Ясутора увидел, как отлетающие пластины врезаются в горячую землю, оставляя вмятины. Он бросился в сторону Ичиго, когда понял, что им угрожает опасность, но было поздно. Когда мужчине удалось добраться до друзей, всё вокруг было усыпано осколками. Садо упал на колени рядом с Орихиме. Две части цепи, что связывали его с четой Куросаки, рассыпались.       «Я никого не спас», – еле выдавил из себя мужчина. – «Всё ещё слишком слабый и бесполезный».       Опустошённым взглядом Садо посмотрел на опустившееся на землю тело ребёнка, покрытое толстым слоем чёрной брони. Одну половину лица покрывала маска пустого, вторая всё ещё была открыта, и из человеческого глаза стекали слезы.       – Почему? – раздался дрожащий голос.       Полупустой подошёл ближе и упал на колени, обхватив тела родителей руками.       – Не оставляйте меня!       Реяцу паренька всё ещё полыхала. Воздух словно содрогнулся, а в небе над их головами раскрылся огромным чёрный проход.       – Тебе нужно вернуться в тело, – испуганно обратился Садо к рыдающему мальчишке.       Обернувшись в сторону образовавшегося кратера, Ясутора с ужасом понял, что Аки выжег своей реяцу всё вокруг. В центре остался лишь искорёженный раскалённый докрасна автомобиль. Физического тела парня не было видно.       – Нужно спрятаться, Аки!       Садо прикоснулся к плечу парня рукой, но обжёгся и отдёрнул.       – Я не оставлю их! Не оставлю!       – Ты погибнешь, – попытался вразумить паренька мужчина. – Нам уже ничем не помочь. Сейчас нужно спасти тебя.       – Нет.       Из разлома показалась огромная голова гиллиана.       – Если хочешь их снова увидеть, ты должен выжить.       – Я убил их, – рыдал подросток, отказываясь прислушиваться к старому другу отца.       – Они попадут в Общество душ. Ичиго ведь рассказывал тебе. Мы найдём их позже.       Только после этих слов Аки оторвался от родителей и обернулся в сторону Садо, а затем взглянул на небо, где из разлома показалась ещё одна голова гиллиана.       – Надо спрятаться! – Садо указал в сторону леса.       На самом деле, прятки были бессмысленны, и он это понимал, так как Аки совершенно не контролировал свою реяцу. Но им нужно было выиграть время. Шинигами не оставят без внимания появление разлома. Последний раз взглянув на тела родителей и их друга, подросток кивнул.       Попытка скрыться в лесу оказалась неудачной. Сами того не желая, в попытке избежать пустых они всё ближе приближались к городской черте, где им удалось на некоторое время скрыться. Прячась в подвале закрытого завода, Аки полным горечи голосом произнёс:       – Мне больно, Ясутора-сан и страшно. Моё тело действовало само. Я никогда не смогу себя простить. И они тоже.       – Не беспокойся об этом. Они не станут винить тебя. Они сейчас в Обществе душ, а значит, ты сможешь с ними встретиться.       Аки протянул руку к цепи, что тянулась от Садо.       – Что это?       – Моё желание защитить тебя. Хотя в этом теле я мало что могу.       – Ясутора-сан, – тихо произнёс Аки. – Не жертвуйте ради меня душой. Отправляйтесь в Общество душ, как только сможете.       Садо не успел ответить, как рядом с ними ощутилось духовное давление нескольких пустых. Нужно было вновь бежать.       Но на этот раз побег оказался неудачным. Их окружили. Аки тщетно пытался вспомнить те ощущения, что привели к пробуждению его силы.       – Я не знаю, как пользоваться своими силами, – отчаянно прошептал  он. – Они сожрут нас. Если бы только отец был здесь. Если бы я использовал амулет на нём.       Садо оттеснил мальчика назад. Неужели уже не оставалось выхода? Он так хотел защитить этого несчастного ребёнка, но, не имея своих сил, всё было бесполезно. Мужчина взглянул на цепь, связывающую его с мальчишкой, символ его желания. Затем обернулся на шагнувшего вперёд пустого. Сжав правую руку в кулак, он поднял её перед лицом, вспоминая, как впервые пробудил свою силу. И тут пришло воспоминание о бое в Уэко Мундо, где он в полной мере осознал природу этой силы. Обернувшись к испуганному ребёнку, он ободряюще улыбнулся. Его левая рука схватилась за основание цепи у груди и с силой дёрнула, разрывая связь. Тёмная жгучая боль в груди вырвала из его глотки истошный крик. А затем всё растворилось, тело стало невесомым. Уже не было той боли в груди, не было страха, но появилось гнетущее безудержное желание. Дыра в груди требовала заполнить её. Ощущение невесомости исчезло. Каким-то образом он оказался позади пустых и видел, как они окружили Аки, споря между собой, кому достанется его душа.       «Он мой», – твердил разум. – «Мой! Только мой!»       Взревев, Садо бросился на пустых, сильными ударами кулаков кроша их маски. Никогда ещё его кулаки не были так сильны без обращения. Расправившись с врагами, он обернулся к сжавшемуся в углу ребёнку. От него исходил манящий аромат, из-за чего появилось чувство голода. Да, он мог бы насытиться этой душой.       Протянув огромную ладонь с несоразмерными пальцами к голове подростка, Садо уже собирался схватить его, но замер. Ужас на лице паренька напомнил ему, кто перед ним и чего он действительно желал.       – Аки, – собственный голос больше был похож на рык.       Взгляд упал на протянутую к ребёнку руку. Это была не его рука, как и вторая. Хотя расцветка напоминала высвобожденную руку Гиганта, форма отличалась. Коснувшись лица пальцами, он ощутил твёрдую маску. Он должен был защитить это дитя. Так почему же ему так хочется его сожрать? Садо вскинул голову и взревел. Он не мог навредить этой испуганной душе. Перебарывая инстинкт, Ясутора развернулся и бросился подальше от соблазнительной души. Позади раздался вопль. На мгновение Садо обернулся и увидел покрытое чёрной бронёй тело ребёнка, на лице которого образовывалась маска. «Скрыться! Скрыться! Подальше от него!»       Разлом в небе над ним был огромен. Десятки пустых проникали в мир живых. Садо чувствовал их голод, слышал их радостные речи об охоте. А в голосе стучала только одна мысль: убежать, иначе он сам начнёт охоту на того, кого так яростно желало защитить его сердце. Туда, в разлом, лишь бы не слышать крика отчаяния мальчишки.       Ичиро резко дёрнул головой, разрывая связь. По спине прошла дрожь. Он даже представить не мог, какую страшную боль испытывают пустые. Но это существо перед ним не просто бывшая человеческая душа. Ради обретения силы, способной защитить сына друга, он пожертвовал своей человечностью. Кёраку обернулся к подростку, который молчаливо смотрел на него.       – Когда ты сказал, что покажешь мне, что значит быть настоящим монстром, ты ведь говорил не о нём?       Аки вновь обернулся к пустому.       – Ты смог увидеть его мысли?       – День, когда он обратился в пустого.       – Ясно. Скажи, его сознание всё ещё тут?       – Полагаю, да. Мне кажется, что он намеренно предложил мне увидеть именно эти воспоминания. Мне жаль.       – Я почти ничего не помню с момента, как Садо разорвал цепь на своей груди, обнажив чёрную дыру. Знаю лишь с рассказов остальных, что потерял контроль над собой и своей реяцу. Я привлёк сотни пустых, которые погубили множество людей в том городе. Их души не могли упокоиться. Моя реяцу коснулась каждого из них, мои страх и ненависть пробудили в них отчаяние. Никто из них не хотел умирать, у каждого оставались незаконченные дела, любимые люди, мечты и желания. Моя реяцу настолько сильно воздействовала на них, что отравляла их души, усиливая отчаяние, ускоряя расширение дыры в груди.       – Аки…       – Я не только убил своих родителей, я виноват в смерти множества людей. Я уничтожил собственное физическое тело своей необузданной силой. Я стал причиной, почему Садо стал пустым. Я запер нас здесь. И кто же из нас монстр?       – Ты не мог это контролировать.       – Верно, – Куросаки кивнул и подошёл ближе к Ичиро, сжав его плечо. – Так же, как и ты недавно. Мне понадобились годы, чтобы научиться полностью контролировать свои силы. И ещё больше времени, чтобы понять главное: невозможно исправить то, что уже произошло. Грех остаётся с тобой до конца. Вопрос лишь в дальнейшем выборе пути. Ты не монстр. Прими себя таким, какой ты есть, и двигайся дальше, Ичиро.