The only

      Чон Хосок не был каким-то особенным человеком с самого рождения. Учился средне. Не блистал знаниями и находился примерно на семидесятых местах в рейтинге. Математика давалась сложно, как, в принципе, и биология с химией. Все вокруг знали куда пойдут после старшей школы, а он не знал до самого последнего момента. Со средней школы он не интересовался практически ничем кроме танцев. Они были его страстью. Начиная с конца младшей школы и заканчивая сегодняшним днём танцы пленили его. В начале парень пытался танцевать более пластичные движения, но встретив однажды его учителя по танцам, влюбился в хип-хоп и уличный танцы. Его забавляли движения, привлекали трюки. Отец не поддерживал его начинание, а мать надеялась, что он станет айдолом. С такой-то страстью… Почему бы и нет? Но ни в средней школе, ни в старшей он так и не прошел отбор. Почему? Все дело не в нем самом, а в агентствах. Три крупные компании не набирали односторонне развитых людей. Ведь Хосок не умел петь или же читать реп, лишь танцы были его умением. SM смотрит больше на лицо, YG смотрят на то, какую энергию ты излучаешь изначально. JYP так вообще набирает только девушек. Более мелкие агентства не интересовали юношу. Он закончил академию танцев в Кванджу и переехал жить в Сеул с сестрой. Он не искал чего-то особенного в этой жизни, но стремился к лучшему достатку. Так он и оказался преподавателем в академии для детей. В первую очередь он воспитывал в них желание танцевать, точнее подпитывал это желание, а позже ставил цели для детей. Для него творчество было очень ценно. Он никогда бы не променял творчество и талант на деньги и глупое подчинение. Дети ценили это в своем учителе и были послушны.       Перед встречей с Юнги он мечтал найти себе компанию друзей для хорошего и творческого отдыха. Ведь он приехал в Сеул всего год назад и работал целыми днями. Его коллеги не особо привлекали парня. Изредка даже смеялись над его глупыми мыслями о творчестве. Все в голос говорили, что деньги — главное в этом бизнесе, но Хосок не нуждался в деньгах, которые бы он получал лишь из-за подчинения. Из-за того, что он говорил это детям и развивал любовь к творчеству, он не нравился другим преподавателям. «Помните, любовь к делу — самое важное во всем. Если не будете любить танцы всем сердцем, то и думать забудьте про них», — говорил он детям, которые были его единственными друзьями.       Наконец, встретив Юнги и Намджуна, парень стал радоваться по-настоящему в этом картонном мегаполисе, а вскоре и, правда, полюбил Мина и обрел нечто большее, чем просто друга, но он так боялся потерять его и придумал тогда Butterfly. Юнги был для него словно сон, нереально прекрасный сон. Ему иногда даже казалось, что это все иллюзия. — Юнги-хён, привет! — Чон помахал парню. Проходя внутрь Старбакса, они сели на привычное им место у окна, заказали два кофе и круасаны. — Сейчас придут Намджун и Чимин, — предупредил Юнги, медленно отпивая кофе и радуясь теплой погоде. — Чимин? Зачем? — поинтересовался Хосок, поправив на себе толстовку, и стал есть круасан. — Намджун, наверное, что-то задумал, — Юнги рассмеялся и положил Хосоку руку на колено пол столом.       Парни скрывали от общества, что они были вместе. Если бы люди вокруг увидели, то стали бы тыкать пальцами. Как хорошо, что они не замечали короткие поцелуи парней и объятия, потому что многие привыкли к фансервису айдолов. Жить в отельном пузыре своих отношений это их больше привлекало, чем бунтовать и выставлять все напоказ. — Мы не виделись неделю. Ты как? — спросил Хосок, держа своего парня за руку под столом. — Хорошо. А ты? Ты же вышел на работу вновь. Как дети? — обычно разговоры с Хосоком вовсе не напрягали Мина, а лишь расслабляли. — Все отлично, даже более чем. Скоро будет выпуск самых старших. Придешь посмотреть? — Мы придем, — неожиданно сказал Намджун, оказываясь около Хосока.       Парни разъединили руки, Нам сел за стол. Вскоре подошел Чимин. Вблизи Пак выглядел совсем худощаво и крошечно, даже меньше чем Юнги. — Привет, — парень поклонился всем и сел напротив Намджуна. — Привет, — Юнги улыбнулся чуть более открыто, чем обычно. Хосок слегка пнул парня, сразу же показывая ревность. — Да, успокойся ты! Я же не ревную на то, как Намджун-хён смотрит на тебя, — Юнги погладил больную ногу.       Чимин удивленно посмотрел на парней. — Вы тоже встречаетесь? — удивился он. — Что значит тоже? Конечно мы вместе. Тебе Намджун не говорил? — Хосок и Мин посмотрели на старшего. — Нет. Может познакомимся? — Мин Юнги, — протянул руку первым композитор. — Чон Хосок, — улыбнулся танцор. — Я Хосока-хёна где-то видел… — протянул Чимин. — Ты учился в моем колледже? — кажется Чон тоже что-то припоминал. — Это который находится чуть поодаль от реки? Да, я окончил его. — Значит ты тот самый парень, который шокировал всех на выпускном, — Хосок рассмеялся. — Что там было? — спросили хором старшие. — У него порвались штаны в самом неподходящем моменте, — коротко изложил Хосок, Чимин покраснел.       Последовали легкие смешки в адрес Пака. — Ладно, не для этого я вас собрал, — опомнился Нам. — Давайте устроим двойное свидание. Прямо сейчас. Чимин скоро появится в вашем телевизоре, ему надо немного отдохнуть, — Джун взял Чимина за руку, переплетая пальцы и немного смущаясь. — Ой, какие милости, — засмеялся Мин, смотря на парочку перед собой. — Сам-то хорош, — за ним засмеялся Хосок. — Этот парень совсем не умеет держать себя в руках. — А вот и умею, — возмутился Юнги. — А вот и нет. Тем более, ты не всегда чувствуешь подходящего момента, — притворно фыркнул Хосок. — Недавно видели уток. Я сказал, что они прекрасны, а он захотел съесть их! — Я хотел есть тогда, а не чувствовать твоего настроения, — фыркнул Юнги в ответ. — Всё, хватит. Мы немедленно идем в одно место и дальше в сторону реки. Там прекрасные пейзажи, — вмешался Намджун, когда оплатил их счет, выгоняя всех на улицу.       Вечерело. Тучи разошлись, показывая прекрасный закат. — Нам сюда? — удивился Юнги показывая на парикмахерскую. — Чимин перекрасится и вернется к нам, — Ким поцеловал Чимина в щеку.       Они попрощались на время. После того, как Чимин скрылся в стеклянных дверях здания, парни отправились в соседний сквер. — Ты не рассказывал, как познакомился с Чимином, — задумчиво протянул Юнги, оглядываясь по сторонам, держа Чона за руку.       В больших мегаполисах не волнует где ты, с кем ты, да и кто ты вообще: иностранец или же горожанин. Если ты одет вычурно, не как все, тебя никто не заметит, а вот если ты, парень, держишь другого парня за руку или целуешь его, то все тут же становятся агрессивными и начинают осуждено смотреть на тебя. Камнями, конечно, кидать не будут, но приятного мало. Поэтому Юнги старался делать вид, что он играет, как будто это фансервис, хотя фанатов никаких и не было в помине. Хосок так же старался не злить окружающих и скрытно ото всех обнимал Юнги или держал его за руку. Ведь не хочется получить от прогулки плохое ощущение. — Вообще я нашел его в Instagram. Он работал моделью, пока восстанавливался после перелома ноги. — Ну, теперь ясно почему его выбрали в айдолы, — фыркнул Юнги.       Он перестал считать, что айдолов берут только за красивые лица после того, как увидел Чимина, но предвзятость к агентствам осталась. — Может, ты не будешь говорить про моего парня в таком тоне? Тем более, я старше тебя, — Нам немного повысил тон. — Он больше не будет, правда же? — Хосок давно заметил в Юнги некий скептицизм ко всему окружающему.       Парни замолчали. Они сели в сквер с небольшим лесом. Вокруг было на удивление тихо, как будто было 6 утра. В мегаполисе редко найдешь такой скромный уголок. Его как будто создали специально для них. Май. Можно сказать, начало лета. Многим жителям Сеула нравился май и сентябрь. Нет проливных дождей, теплая, благоприятная погода. В мае листва только начинает появляться на деревьях. Листья имеют приятный свежий запах и цвет, иногда похожую на свежую мяту. Сквозь тонкую пелену листвы проникают ярко-желтые лучи солнца. Глаза не слепит, но солнцезащитные очки все равно начинаешь таскать в сумке. Многим горожанам нравится гулять именно в этот период и как раз для них предусмотрены такие скверы, парки и лесопосадки. Хотя, в основном, гуляют молодежь и парочки, постоянно надоедающие глазу. — А вы как познакомились? — тишину нарушает Ким. — Забавный случай. В автобусе в мой день рождения у нас оказались абсолютно одинаковые шарфы, — Юнги засмеялся, беря Хосока за руку. — В жизни бы не подумал, что ты будешь встречаться с кем-то, — Нам улыбнулся.       Вновь молчание. Хосок не знал, о чем можно поговорить и предложил поиграть в «камень-ножницы-бумага», кто проиграл тот отвечает на вопрос от своего соседа. Отсчет начался. — Что ты любишь больше всего на свете? — задал вопрос Хосок, проигравшему Юнги. — Писать музыку и американо, — без раздумий сказал Юнги. — А если подумать? — Хосок притворно нахмурился. Мин замолчал. — Чувак, ты должен был ответить, что любишь его, — Намджун громко засмеялся, прикрыв рот рукой. — Ааа… — простонал Юнги и хлопнул себя по лбу. — Вот тут хён не прав. Я рад, что ты ответил честно, — Чон улыбнулся. Вновь начался отсчет. Проиграл Намджун. — Почему ты переехал в Японию? Только правду. Ложь ты мне говорил все три года подряд, — задал вопрос Юнги. — Всё же раскусил меня, — цыкнул Намджун. — Я не хотел жить с родителями, как и ты. Они хоть и приняли мои увлечения, но желали, чтобы я пошел работать по специальности и стал приносить им прибыль. Ещё с семнадцати лет в Японии у меня были знакомые музыканты. И в 22 года я переехал жить туда. Родители свыклись и помогали мне, пока я сам не стал прилично зарабатывать. Хотя был еще один факт, из-за которого я переехал в Японию, но это слишком личное. — У всех проблемы с родителями, — вздохнул Хосок. Раз, два, три. Проиграл Чон. — У тебя были проблемы с родителями? — спросил Намджун. — Больше с родственниками. Мой отец и его сестра ненавидели меня. Точнее мои увлечения. Постоянно вставляли палки в колеса и мешали. Только мама поддерживала меня и отпустила в Сеул. С тех пор я не видел своего отца, хотя периодически посылаю ему небольшую сумму из своей зарплаты, — Хосок притянул Юнги ближе к себе и положил его голову к себе на колени.

***

— Когда твой Чимин придет? — становилось темно. — Скоро. Он же записан был на точное время и тем более красить ему совсем нечего. Это же не девушка, — усмехнулся Намджун, поглядывая на свои часы. — А почему он решил стать айдолом? — Юнги зевнул. — Вот этого я не знаю. Скорее всего, из-за денег. Он же родом из деревни под Пусаном. Родители зарабатывают немного, — пожал плечами Намджун, так же зевая. — Чонгук ведь тоже из Пусана, — протянул как-то грустно Шуга. — Тот самый Чон Чонгук? — из сумерек появился Чимин уже с блондинистыми волосами. — Да, — еще грустнее отозвался Юнги, даже не обращая внимание на волосы Чимина. — Я учился с ним вместе. И сейчас мы будем с ним выступать. С нами будет еще Тэхен. Моё агентство сделало трио, — Пак подошел ближе к парням и присел на бортик небольшой чаши для фонтана, который уже был выключен. — Чимин? — Намджун заметил явное изменение в цвете и удивленно посмотрел на своего парня. — Что? Скажи спасибо, что не розовый, — усмехнулся Пак и откинул голову назад. — Не делай так пожалуйста, — Намджун выдохнул. — Тебе очень идет, — отозвался он о цвете волос. — Да, не делай, Чимин, а то хёну и так приходится нелегко, — Юнги давно заметил взгляд Нама, изучающий и пожирающий Пака.       Чимин ничего не ответил, но позу сменил. Юнги все так же утыкался носом в колени своего парня.       Вокруг включились фонари. На небе хоть звезд и не было видно, но каждый из парней чувствовал их присутствие и влияние. «Виноваты звезды» — говорят многие. Может, это так и есть. «Так сложилось», «Так получилось» … Хосок и Юнги так и думали. Они думали, что их встреча случайна, как падение листка на плечо, как ветер, который приходит и уходит. Им хотелось сохранить эту внезапность уже с первых дней встречи, как и многим из людей. Но ветер бывает холодным… — Привет, — улыбнулся новенький на баскетбольной площадке. — Привет, — пробубнил Юнги под нос, не обращая внимание на мелкого паренька и продолжал задумчиво крутить мяч на пальце. Чонгук увидел, что парень не хочет знакомиться, но все же не отошел.       Хосок, Намджун и Чимин болтают о чем-то своем. Юнги не слышит их, погрузившись в свои мысли. — Хён! Ну почему ты всегда такой? — возмущенно шепчет на ухо Юнги Чонгук. На экране крутят второсортное кино. — Какой такой? — Юнги не отвлекается от экрана. Он вновь что-то подозревает, как и тогда в средней школе с Юнмином. — Такой грустный, — обиженно шепчет Чонгук.       Хосок треплет Юнги за ухом, словно кота. Юнги невольно дергается, но не от движений Чона, а от воспоминаний. — Юнги-хён, все хорошо? — Хосок смотрит на Мина, но тот не открывает глаза. — Да, всё хорошо, — парни продолжают болтать.       Иногда Чонгука выдавали невольные движения: он то приобнимет Юнги за плечи, то «случайно» коснется ног Юнги, пока те играют в баскетбол на площадке. Мин ужасно боялся, что повторится та же история что и с Юнмином. Он так не хотел этого. — Почему меня все любят? — задается вопросом хён, обращаясь к Чонгуку. — Я не знаю, — младший был готов рассказать обо всем Юнги, но промолчал. Телефонный звонок раздается на площадке. Мин берет трубку. — Прости, хён… — шепчет знакомый голос Пак Юнмина. — За что? — в трубке раздаются звуки машин и длинный гудок. — Чон, я скоро приду. Если стемнеет — иди домой, — Юнги хватает свою куртку, забывая о сумке и бежит с площадки. Вскоре Чонгук узнает, что Юнмин бросился под машину. — О чем ты думаешь? — шепчет тихо Хосок, пока Чимин и Намджун отошли ненадолго от парней поговорить и взять всем кофе. — Можно я расскажу кое-что? — Юнги поднимает голову с коленей Чона и садится. — Конечно можно.       Громкий стук половиц по полу. Громкие шаги и резкий скрип открывшейся двери. — Юнги? — Чонгук поднимается с софы в углу, на которой и получает первый резкий удар в скулу. Ошарашенные карие глаза смотрят в темный пьяный взгляд Мина.— Юнги… — совсем тихо шепчет Чон и получает вновь удар по лицу.       Из первой раны течет кровь, но Чону хочется знать почему. Мин громко кричит и отворачивается к лестнице. Младший успевает подняться, но его вновь сбивают. Громкий треск старых деревянных стен, тело впечатывается в стену. — Почему?! — громко кричит Мин. — Ты разве не понимаешь?! — на младшем появляются синяки от ударов, кровь течет из ран.       Честно, Юнги и сам не знал, что делает. Из-за алкоголя его как будто подменили. Как-будто…       «Пак Юнмин скончался 13 февраля в девять двадцать. Ему было шестнадцать лет.» — Мин Юнги умер. Мин бы с удовольствием избил себя, а может и сжег, но… — Хён, — цепкие руки младшего прижимают парня, сдерживая от ошибок. Его грубо отталкивают, но пальцы Чона продолжают держаться за куртку. Юнги в отчаянии берет ворот рубашки парня и кидает на софу, словно куклу. Из его глаз текут слезы. Чонгук сломан на части. Внутри закипает дрожь и отчаяние.       «Хен, извини» — словно говорят глаза младшего. Стук костяшек об острую скулу. Пьяное тело валится на лестницу. Юнги усмехается. Он ждал этого момента. Его пьяное сознание ждало, когда же Чонгук сдастся, но оно не заметило все тот же нежный луч в глазах Чонгука.       «Брось его! Брось, словно куклу!» — кричало сознание. Мин подрывается. Его пьяное тело слишком хорошо и четко двигается. Кукла падает на угол софы с криком боли. На долгие годы там, на груди, останется синяк, который пройдет лишь после встречи через 3 года.       «Ты мне нужен!» — кричит Пак в голове Юнги. В эту же секунду стул разбивает зеркало на стене. Звук осколков заглушает крики внутри пьяного Мина. Громкая тишина наполняет комнату. Чонгук не видит Мина.       «Чон Чонгук — ученик старшей школы — попал под машину. Он до сих пор не приходит в сознание», «Ты приемный!», «Пак Юнмин скончался» — все перемешивается в голов Юнги. Психиатры ставят диагноз — депрессия. — Я никому не рассказывал об этом, даже Намджуну, — говорит парень после минутной тишины. Хосок тут же обнимает парня и прижимает к себе крепко-крепко. — Спасибо, что рассказал мне, — Чон улыбнулся. — Я, правда, люблю тебя… — зачем-то говорит Юнги. — Я знаю, — парень улыбается, как сумасшедший. Он очень рад, что встретил Мина.       В куртке Хосока вибрирует. — Слушайте, — говорит Намджун на той стороне трубки. Хосок включает громкость. — Я оставил ваше кофе в кафешке на углу. Мы с Чимином уйдем от вас. Извините, что бросаем вас так вот… — запыхавшись, говорит Джун в трубку. — Ничего страшного. Развлекайтесь, — ответил Юнги и отключился. Хосок громко засмеялся. — Все-таки не удержался наш Намджун, — сказали парни хором и громко засмеялись.

***

— Почему ты мне нравишься? — тихо прошептал Юнги, смотря на лежащего рядом Хосока. — Потому что… — Чон задумался.       Вы же задавались тем же вопросом. Не так ли? А ведь, правда, почему мы так любим кого-то из людей? Одного единственного из шести миллиардов людей. Почему выбираем именно его? Не задумывались? Вот и Хосок не задумывался. А Юнги… — А ты почему? — тихо спрашивает Чон, даже не отвечая на вопрос. — Почему… — Юнги задумчиво смотрит на небольшой включенный торшер.       А ведь он задавался этим вопросом однажды. — Потому что ты бабочка, — улыбнулся Мин, смотря в темно-карие глаза Хосока, напоминающие горячий шоколад холодной зимой. — Бабочка? Как в нашей песне? — шепчет парень и улыбается. — Да. Как в нашей песне, — так же тихо шепчет Юнги. — А почему мы шепчем? — тихо спросил он чуть позже. — Так лучше, — загадочно улыбается Хосок и мягко целует аккуратные губы Юнги. Мин поддается теплому обволакивающему моменту и пропадает.

***

— Эй! Не урони, пожалуйста, мои кассеты, Намджун! — кричит Юнги из одного угла квартиры, а точнее со второго этажа.       После пары встреч с сестрой Хосока, парни решают поменяться квартирами. Мин переезжает к Хосоку, а сестра переезжает в квартиру Юнги. Им троим было так удобнее, нежели выгонять кого-то из маленькой корейской квартиры, чтобы провести время со своей парой. — Чимин, подай, пожалуйста, полотенце, — на улице была удивительно жаркая погода. С Намджуна пот льется рекой.       Вокруг одни коробки. Все, кому не лень, поглядывают на парней, которые пытаются втащить все в узкий коридор квартир. Юнги вроде и жил в своей теперь уже старой квартире всего четыре месяца, но вещей и аппаратуры накопилась тьма. Половину он отнес в студию, ведь квартира Хосока не резиновая, а половину отдал Намджуну. Он теперь официальный композитор и продюсер в Big Hit. Одежды было не так много. Он и Хосок часто менялись рубашками, толстовками и обувью. Если бы у них были фанаты, они бы давно спалили парней, но все же повезло — их не было. — Намджун, Чимин, спасибо, что помогли переехать, — Юнги поклонился парням и дал Чимину цепочку. — Ты завтра дебютируешь. Вот мой давнишний талисман. Он помогал мне в Японии, — в маленькую ладошку упал кулон из красной нити с птицей. — Спасибо, — улыбнулся Пак. Вскоре они попрощались. — И тебе спасибо, — улыбнулся он Хосоку и коротко поцеловал его. — Да не за что. Я всегда готов любить тебя, — счастливые улыбки заполняют эту квартиру до сих пор.