Что, если 2...

Как из туннеля начал доноситься голос Линкольна, который в прибавок ещё тряс свою сестру за плечи. Лекса болезненно застонала, ведь по всему телу прошлось ощущение какой-то нехватки. — Лекса! Лекса, проснись! — Не ори, Линк, прошу, — просипела девушка, открывая глаза. — Лекса, ты вернулась в своё тело! Как?! Что случилось?! Палмер подскочила на месте, забывая обо всех неприятных последствиях обморока, и уставилась на себя в зеркало. Она бы вновь упала в обморок, если бы не брат, который стиснул её в медвежьих объятиях. — Наконец-то! Боже… я так рад! Так рад! Линкольн будто бы не замечал потерянного состояния сестры. Он был рад, что проблемы с Алексом решились, но вот Лекса была не очень то и рада этому. Она просто стояла в объятиях брата и смотрела на своё лицо, длинные тёмные волосы… — Нет, — слабо выдохнула Лекса, — нет-нет… ну только не сейчас. — Лекс, о чём ты? — старший-Палмер отстранился и посмотрел на бледную сестру. — Ты не рада? — Боже, Линк, — брюнетка громко застонала, оседая на кровать, — я рада, но Кларк… мы с ней только помирились, а тут. Лекса опустила голову и тяжело вздохнула. Она не знала, что ей делать, она была потеряна. Помимо того, что именно Александрии Палмер практически весь год не было в школе и тут она вернётся под конец, вызывая целую тучу вопросов, так теперь и Кларк. Да, Алекс и Кларк были очень близки, но Лекса и Кларк… у них нет ничего общего, так по крайней мере думает Гриффин, и она будет ждать Батлера, а не Палмер. Девушка сделала глубокий вдох и выдохнула. Всё было проще, когда она была парнем… Но была одна проблема, которая пугала Лексу, когда та была Алексом. Она слишком долго была парнем, мозг начал перестраиваться, и Лекса начала становиться сто процентным парнем, забывая о том, что она вообще-то девушка. Не слушая о том, что говорил Линкольн, Палмер отсоединила свой телефон от зарядки и увидела уже одно входящее сообщение от Кларк. Любимая: Доброе утро =* Заедешь за мной? Лекса громко застонала, смотря на это сообщение. Вот почему с ней всё это происходит? Почему именно она попала во всё это? Хотя… если подумать, то в какой-то степени она даже рада, ведь если бы Лекса не стала Алексом, то Кларк на неё даже внимания бы не обратила. — Лекса, тебе надо собираться в школу, — старший-Палмер закончил свою речь про то, как хорошо, что она вновь вернулась в своё тело, и встал с кровати. — Учёбу никто не отменял. Я позвоню директору, скажу, что ты вернулась. — Я не могу… только не сегодня… Палмер сжала в руках телефон, стиснула зубы и подняла взгляд полной мольбы на брата. — Не смотри на меня своими щенячьими глазками. У тебя скоро экзамены, — строго сказал он и, развернувшись на пятках, покинул комнату.

***

Лексе было страшно… ей было до такой степени страшно возвращаться в школу, что она даже опоздала на первый урок, ссылаясь на то, что её старый мотоцикл, который она выкатила из гаража, барахлит. К сожалению, ездить на той мощной махине, на которой ездил Алекс, Лекса больше не сможет… да и это вызвало бы подозрения. Поэтому достав свой старенький изрисованный шлем, Палмер поехала на мотоцикле, который собрала с отцом. Она скучала по нему, но ей не хватало скорости. Лексе было страшно видеть Кларк… видеть её, слышать её голос, но не иметь возможности подойти к ней, обнять, поцеловать. Если всё это ещё вчера можно было совершить, то сейчас ей будто бы ограничили доступ. Когда она вошла в класс, все громко охнули. Все без исключения. Сердце гулко билось в груди, и Палмер просто сглотнула, извинилась перед учителем и прошла к самой последней парте. С неё не сводил глаз ни один человек в классе, даже те самые голубые глаза смотрели с неким удивлением, но в них не было той любви, которую Лекса видела, когда была Алексом… — Мисс Палмер, не ожидали Вас увидеть, — произнесла женщина, поправляя очки на глазах. — Вы же уехали, нет? — Внеплановое возвращение, — Лексе приходилось прикладывать титанические усилия, чтобы придать голосу стойкости. — Семейные проблемы. — Ну что ж, мы рада Вашему возвращению. Прошу, подойдите ко мне после урока, я дам Вам задания, без которых я Вас не аттестую, — твёрдо сказала учительница по истории и продолжила вести урок. Палмер кивнула и опустила голову, стараясь справиться с нарастающей паникой. Как подойти к Кларк? Что у неё спросить? Лекса осознавала, что ей просто придётся заново влюблять в себя Кларк Гриффин, но как это сделать, если её сердце принадлежало Алексу Батлеру? — Мисс Палмер, что я только что сказала? — женщина строго посмотрела на Лексу, которая сидела с опущенной головой и была погружена в свои мысли. — Эм… миссис Гроу, простите, я не слышала. — Мисс Палмер, Вы пропустили непозволительно много, опоздали на мой урок, да ещё и не слушаете то, что объясняю. — Простите, — брюнетка открыла тетрадь и взяла ручку, готовясь записывать. Учительница начала рассказывать дальше, косо поглядывая на Палмер, которая теперь старалась отстраниться от всех мыслей и слушать преподавателя, что было ужасно тяжело. Лекса косо наблюдала за Кларк, которая каждые несколько минут проверяла телефон, и Палмер даже знала, зачем она его проверяет. Она, точнее Алекс, ей ведь так и не ответил… Урок шёл мучительно долго, плюс ещё учитель долго перечислял, какие работы надо сдать Лексе, а когда миссис Гроу отпустила её, Палмер пулей вылетела из кабинета, ища глазами Кларк. Ей нужно с ней поговорить, несмотря на то, что она даже не знает с чего начать, но поговорить им надо. — Ты ведь Лекса? — Кларк мило улыбнулась. Палмер даже не пришлось её долго искать, Гриффин сама нашла её. Брюнетка поджала свои пухлые губы и только кивнула. — Слушай, Лекса, извини, что когда-то между нами было… — Всё нормально, — прохрипела девушка, не узнавая свой голос. — Ты давно вернулась? Гриффин смотрела на неё каким-то особенным взглядом, ей явно не хотелось знать, когда Лекса приехала и что она где-то там делала, ей хотелось поскорее узнать, где, мать его, Алекс Батлер. От понимания всего, грудную клетку словно сжимали, не давая сердцу биться, а лёгким дышать. От понимания, что Лекса безразлична Кларк было невероятно больно. — Вчера, — коротко ответила брюнетка, смотря куда угодно, только не в голубые омуты. — Слушай, ты знаешь Алекса? — Лекса зажмурилась, словно от удара, но кивнула. — А ты знаешь, где он? Тот самый момент, когда нужно что-то сказать, приободрить, но Палмер понимала, что, если она обнадёжит Кларк, у неё не будет никаких шансов. Она понимала, что у неё просто нет выхода… Алекса больше нет… есть только она, Александрия Палмер, а Алекс Батлер навсегда останется её частью. — Он… — сказать то, что хотела сказать Лекса, было трудно… труднее, чем думать об этом, — он уехал, Кларк. Слова, которые ударили словно гром среди ясного неба, обрушились на блондинку. За какую-то секунду с её лица исчезла дружелюбная, неискренняя улыбка, уступая место гримасе боли и неверия. Её кожа стала похожа на белое полотно, казалось, что она вот-вот упадёт в обморок. Эта новость… была ошеломляющей и одновременно ломающей, и Лекса понимала, что Кларк не простит… — Ты врёшь, — прошептала Гриффин, но она скорее убеждала саму себя… она надеялась, что Палмер врёт. — Он не мог уехать… не после того, что между нами было… он не посмел бы… — Кларк, — брюнетка громко сглотнула и коснулась дрожащего плеча девушки, — мне жаль… Но… он уехал сразу же, как только я приехала. — Не… трогай меня, пожалуйста, — её голос дрожал, она еле сдерживалась, чтобы не заплакать и в последнее мгновенье побежала в женский туалет. Прозвенел звонок на урок. Коридоры опустели слишком быстро, оставляя Лексу наедине со своими мыслями. Пойти к Кларк или пойти на урок? Да какой тут может быть выбор! Как вообще можно думать? Палмер влетела в уборную и застыла, увидев Кларк, сидящую на полу, даже не зашедшую в кабинку. Она сидела и захлебывалась практически беззвучными слезами, только иногда по туалету разносились всхлипы. Сердце Лексы сжалось до такой маленькой точки, что стало больно… Она чувствовала себя ужасно, из-за неё Кларк приходится переживать всё это. Но как сказать Кларк, что она это и есть Алекс? Та же просто не поверит: назовёт сумасшедшей, хлопнет дверью и потом будет обходить её за милю, так и не дав Лексе всё объяснить. Палмер опустилась рядом с плачущей девушкой, и она была готова забрать всю её боль себе, лишь бы той было легче… лишь бы ей стало проще. Алекс больше не вернётся, как бы сама Лекса этого не хотела… Батлера больше нет. Он живёт только в самой Лексе. — Кларк, милая, — брюнетка медленно и осторожно обняла Гриффин, — тш-тш… Кларк дрожала в её руках, она прижималась к человеку, которого толком не знала, но ей было так плевать. Ей было так больно, так плохо… что ей было плевать, с кем она обнимается, и кто её успокаивает. Палмер гладила её по светлым волосам, по плечам, немножко качала их из стороны в сторону. Она хотела помочь…, но не могла ничего сделать. Не в её силах забрать боль девушки, которую она любит. Но она могла быть рядом… и она будет рядом, даже если Кларк будет отталкивать, она будет рядом. — Милая, он не стоит твоих слёз, — прошептала Лекса в белокурую макушку, — если он так поступил, то он полный мудак. Александрия Палмер считала себя мудачкой, потому что в какой-то момент ей стало казаться, что если она вернёт своё тело, то всё будет легко и просто…, но всё как обычно пошло по пи*де. В тот момент, когда она решила вернуть своё тело, она думала о себе… забывая о том, как будет чувствовать себя Кларк. — Л-Лекса… я… Боже… я его так любила… да и люблю, — просипела Кларк в кофту брюнетки. — Почему он так со мной поступил… — Все парни такие, — зажмурившись, прошептала Лекса. Она стиснула плечо блондинки и тихо выдохнула. — Если он с тобой так поступил, то он недостоин тебя. — В том то и дело… он был не как все парни, — Кларк всхлипнула снова, — он был… идеальным. — Никто не идеален… — Он был, — вновь повторила блондинка и, сжав своими пальцами бок Лексы и зажмурившись, тихо сказала: — именно, что был… Палмер болезненно выдохнула, когда почувствовала, как ногти Кларк впиваются в её бок даже через кофту. Ей было неприятно всё… ей было больно это слышать и осознавать, что это про неё. И что это правда… Но она не хотела такой боли для Кларк. Именно об этом ей говорил её брат в начале их отношений, но какая же Лекса была дура, что не послушала его. Лекса молчала. Кларк плакала. И, когда её слёзы закончились, а на кофте Палмер виднелось довольно большое мокрое пятно, Гриффин медленно отстранилась от брюнетки и окинула её внимательным взглядом красных глаз. — Это удивительно… ты… ты может мне не поверишь… Лекса про себя усмехнулась. Нет ничего такого, во чтобы она больше не поверила. — Поверю, — с легкой улыбкой на пухлых губах, сказала Александрия. А Кларк всё ещё как-то неверяще изучала. — Ты… ты мне снилась последние несколько месяцев… — Кларк закусила губу, словно думая, надо ли говорить дальше, но через несколько секунд продолжила, — только вот я не помнила, кто ты… и сейчас я поняла, что это точно ты. Лекса, ты мне снилась. Палмер наигранно усмехнулась, но что-то внутри перевернулось. Снилась? Но как это возможно, если они, по факту, даже не знакомы… — И что же тебе снилось? — Это бред… полнейшая чепуха, — Гриффин замотала головой и вытерла мокрые щёки ладонью. — Если не хочешь — не рассказывай, — просто сказала Лекса, но ей было до ужаса любопытно… — Просто, знаешь, у меня ощущение, что я тебя очень хорошо знаю… хотя я с тобой никогда не общалась близко… Лекса сглотнула и прикрыла глаза, дабы не видеть этих пронзительных голубых. — Веришь в родство душ? — тихо спросила Палмер. — Не уверена… — А мне нравится, — с закрытыми глазами пробормотала Лекса, — отличная идея. Где-то кто-то создан для тебя и на всю жизнь… Кларк с непониманием смотрела на брюнетку, которая сидела с закрытыми глазами. — Родственная душа — это навсегда… и дважды в жизни её не встретишь. — продолжала говорить девушка. — К чему ты клонишь? — робко спросила Гриффин. «К тому, что я уже встретила свою родственную душу… и она сидит прямо передо мной. С красными от слёз глазами, со слегка запутанными волосами и невероятными голубыми глазами, которые смотрят на меня и словно выворачивают изнутри… Это невероятно, но это так…» — Просто так спросила.