Чемпионат чувств

— Знаешь, Аккерман, я всегда знал, что ты того, но чтобы сломать руку это уже верх тупизма! — театрально развел руками в разные стороны Ривай. — Молчал бы, — отозвалась недовольно азиатка, взглядом указывая на его ногу, — Сам-то особой живостью не отличился, — добавила девушка, а на лице Леви появилась ухмылка. — А я и не говорил, что лучше, — подхватил тут же пловец, — Сейчас мы почти на равных, — он свел брови к переносице, пока однофамилица упорно пыталась сдержать смешок, закрывая ладонью рот, — Ладно, не почти, — недовольно исправил он, на что Аккерман кивнула, ухмыльнувшись, — И почему, черт возьми, я попал именно в палату с тобой? — негодованию этого парня не было границ. Он был рассержен, но в тоже время и рад тому, что соседкой стала знакомая девчонка. Аккермана тошнило от своего непостоянства и одновременно бесило до чертиков. Надо же было ему сломать ногу, а ей руку! В следующий раз он ни за что не поддастся уговорам Ханджи и не попрется на этот треклятый каток.

[За нсколько дней до этого]

Пловцы вернулись домой лишь ночью, когда часы уже пробили полночь. Уставшие, но довольные победой, ребята из университета разбрелись по домам, еле как передвигая затекшими конечностями. — Аккерман, стой! — голос Леви раздался позади, заставив азиатку вздрогнуть и повернуть голову в его сторону, — А чего одна? Где твой братец? — он самодовольно усмехался, от него разило ядовитым сарказмом и Микаса поежилась от неприятного ощущения — ее резко бросило в жар, — Я со стенкой разговариваю, Аккерман? — он нахмурился, а девушка все-таки упрямо молчала, отведя лишь взгляд в сторону. Ривай медленно закипал, сжав руки до такой степени, что костяшки приобрели белесый оттенок. Он почему-то вспомнил Кирштайна. Этого самодовольного индюка, который так бессовестно дотрагивался до нее, это еще сильнее разозлило пловца и сейчас он был готов разнести весь квартал. — Он ушел провожать Кристу, — выдавила из себя азиатка, прерывая неприятное напряжение, почувствовав нутром, что лучше будет ответить и не испытывать терпение однофамильца. Сил ругаться не было. — А Имир? — Леви незаметно выдохнул пар, но в его голосе все еще проскакивали нотки раздражения. — Она вышла на две остановки раньше, — объяснила Микаса, вернув голову в удобное положение, — Я пойду домой и тебе советую, — добавила немного погодя Аккерман, сжав тонкими пальчиками лямку рюкзака. Темноволосый промолчал, коротко кивнув, и остался стоять на том же месте, где и стоял, наблюдая за удаляющейся фигурой Микасы. В голове что-то резко перемкнуло, а в темноте, всего на секунду, сверкнул металл. — Аккерман, я провожу, времени много, — Ривай в долю секунды преодолел между ними расстояние и подхватил ее под руку. Азиатка, с непониманием на лице, уставилась на парня, но тот шел прямо с гордо вздернутой головой. Вот же…вот же…вот же! Микаса не могла подобрать слова, не могла понять его мотивы, но отчетливо знала, что его действия весьма противоречивы и эта неизвестность ее пугала. Прыжок в неизвестность ее не устраивал, но чертовски манил.

***

Ночь была светлой и холодной: серебряные лучи переливались на острие ножа, красиво поблескивали и внушали некое недоверие, столь неприятное даже самому обладателю холодного оружия. Холодный ветер жалобно завывал, призывая пощадить очередную жертву. — Кагами Рюко, — скрипучий, противный голос тихо произнес имя очередной жертвы, загнанной в угол темного переулка. Названная Кагами девушка, истерично забилась в угол, выкрикивая ругательства и пустые угрозы. Ее волосы потускнели и более не были похожи на расплавленное золото, скорее на солому. Глаза были наполнены кучей эмоции: страх, отчаяния, напускное геройство и уверенность. Мужчина не смог сдержать смешок, от столь нелепой картины, а вот крикливая девица резко замолчала: только сейчас до нее дошло, что это не розыгрыш ее коллег по работе или друзей, которым та активно делала мозги все о том, да потому. Тело сковала мелкая дрожь, а губы задрожали, даже когда жертва сжала их в тонкую полоску. — Заканчивай, она такая же, как и все остальные, — буквально из неоткуда появившейся мужской силуэт, с раздражением отдал приказ, а второй подтвердительно кивнул, двинувшись на девушку, которая громко завопила слова о помощи, а после и вовсе схватила под руку камень и, размахнувшись, кинула его в витрину какого-то магазина. Завизжала сирена. — Блять, уходим, — недовольно отозвался мужчина в темном плаще и с уголком платочка, который выглядывал из кармана на груди, — С ней закончим позже, — мужчина повернул голову, замечая яркие огни сирены полицейской машины, пока второй наотмашь ударил девицу по лицу и та свалилась, приложившись головой об очередной камень.

***

— Смышленая девчонка, — поделился мнением Смит, откидываясь на спинку кресла, — Не каждая может дать отпор маньякам, — в его голосе было столько неприятных ноток жалости вперемешку с задором, что Леви недовольно хмыкнул. — Это только запутывает дело, Ирвин, — со вздохом выдал пловец, — Они не убили жертву, а это ничего хорошего не значит, — до этого изучаемые бумаги были откинуты на стол, а парень устало тер виски, — Надо скорее их поймать, — наконец заключил Леви. — Так-то это так, — закинув ногу на ногу, ответил Смит, — Но как ты их узнаёшь? В базе про них ничего нет, все свидетели мертвы, единственная наша зацепка — старый амбар на конце города, — он выдержал паузу и был перебит Аккерманом: — Твой предложения? — его голос приобрёл металлические нотки, а тонкие брови двинулись к переносице. — Оставить это дело копам, пусть отряд Ханджи с этим разбирается, — ответил с небывалой легкостью блондин, — Я устал гоняться за призраками, мы топчимся на месте уже какой месяц и до сих пор никакой информации, — добавлял мужчина, наблюдая за тем, как эмоции напарника сменяются одна за другой, — Ладно, у нас есть примерный список их жертв, — отведя взгляд от напора всего негодования Ривая, — Есть амбар, где они временно обитали и на этом мы ограничены. — Надо искать, — последнее, что сказал Леви, прежде чем покинуть комнату. Он устал от всего этого, ему откровенно надоело искать иголку в стоге сена, зацепок не было, еще и хвосты в универе и личная жизнь давили на него не больше, чем работа. Хотелось бросить все, послать руководство к чертям и уехать куда-нибудь, да хоть в Африку, лишь бы подальше от всего этого. Коридоры сменялись один за другими, освещение постоянно менялось с мягкого до резкого света, от последнего не хило так рябило в глазах. Это продолжалось до той поры, пока Леви не вышел на улицу. Плохо освещенная фонарями улица, слабый свет лунного диска на беспокойном небе, чья ткань с россыпью блестяшек скрывали дождливые тучи. Шаг. Другой. Третий. Достает сигарету, щелчок зажигалкой и наполнение легких таким губительным никотином. Все не то! Отвратно! Мерзко! Достало! С тяжелым вздохом падает на какую-то скамейку, сигарета тлеет в руках, пепел в сторону уносит ветер, а сам Аккерман откидывает голову назад, кажется, пустым взглядом смотрит на небо. « Такое же серое, как и ее глаза » — проскакивает между строчек абсолютно ненавязчивая мысль и тут же исчезает в пучине мыслей, не позволяя вспомнить о себе, так сказать, уделить должное внимание. « Аккерман, какого хера ты делаешь в моей голове? » — Непонятно для чего задает немой вопрос, тушит сигарету и откидывает куда-то в сторону. Замешательство. Леви не понятны его мотивы, его мысли и желания. Он до сих пор не может простить себе ту минутную слабость. Казалось бы, дура дурой, а поцеловать ее все-таки хочется. Вдох. — Ты что тут делаешь так поздно? На время смотрела? — срывается на крик, глаза источают недовольства. — Гуляю, — безразлично отводит взгляд, останавливаясь на секунду. Дура! — Почему так поздно? — злиться, но почему? Почему он, черт возьми, злиться? — Телефон сел, я не могу посмотреть на время, — резко отвечает, от чего Леви передергивает от такого заявления. — Ты в курсе, что тебе не безопасно гулять одной в такое время суток, когда по улицам ходят… — Кто? — Всякие, — выплевывает недовольно Ривай, поднимаясь с насиженного места. Эта девчонка сводит его с ума! Она промолчала, нечего сказать, ну и правильно. Возразить она ему не может, ведь он прав, но и оставаться в стороне не лучший вариант. Может, стоит все-таки ответить? Да нет, бред какой-то, даже аргументов нет. — Чего встала? Пошли провожу, — заметив ее замешательство, Ривай нагло щелкает пальцами прямо перед ее лицом, от чего азиатка вздрагивает, а после, пока до нее доходили сказанные им слова, Аккерман хватает ее за руку и ведет в сторону дома. Выдох.

***

До дома девушки они так и не дошли, дорогу перекрыли по непонятным причинам, а идти в обход было рискованно, в воздухе четко прослеживалась металлические нотки, а Луна выглянула из-за туч и ничего хорошего не предвещала. К их счастью, интуиция Леви его никогда, ну, или почти никогда, не подводила. Молодой человек резко остановился, дернув на себя замечтавшуюся девицу, которая тут же сделала пару шагов назад, но равновесие удержала. В ее глазах было столько непонимания, что Леви не удержался от ухмылки. — Мы идем ко мне, — важно сообщил он, от чего получил еще больше непонимания в свою сторону, — Чего так смотришь? Я не понятно сказал? Надо повторить? — он резко ее разворачивает, а после прижимает к себе, запуская руку в ее короткие волосы и чуть сжимая их, — Какой я мудила скажешь позже, а пока молчи, — Шепчет прямо на ухо Ривай, а щеки девушки покрываются румянцем, в то время, как сердце пропускает удар за ударом. От однофамильца приятно пахнет какими-то резкими мужскими духами, но они вовсе не вызывают отвращения, а опьяняют, создавая иллюзию тепла и защиты, но в голове тут же всплывают все неприятные моменты их общения, от чего она неумышленно морщит нос, будучи уткнутой в широкое плечо Леви. Все чувства перемешались в одно и было чертовски сложно понять, какую эмоцию лучше подобрать для данной ситуации, не то чтобы разобраться в своих чувствах в этот момент. Аккерман прекрасно слышал стук ее сердца, примерно представлял ее эмоции на лице. « Отвращение ли? » — очередной вопрос, не имеющий ответа, провалился в бездну, а Леви чуть сильнее сжал пальцами ее волосы, от чего азиатка вздрогнула и чуть сжалась. — Прости, — он извиняется? Сам Леви Аккерман имеет сердце и извиняется? Да еще и перед кем? Перед своим вечным врагом, перед человеком, которого ненавидит?! Микаса не переставала удивляться его поступкам, он, честно говоря, стал даже ее немного пугать, после того случая в бассейне, где он точно показал девчонке, что играть с ней не будет и легко может порешать, но сначала наиграется вдоволь. От неприятных воспоминаний девушка закрыла глаза, все также не сопротивляясь его действиям и уже почти не отдавая себе отчет о своих. Все слишком запутано. — Идем, моя машина стоит недалеко отсюда, — Он резко прервал мыслительный процесс, оторвав ее от себя. Он надеялся на отвращения на ее лице, но не получил ничего, кроме явного замешательства. Чуть приоткрытые губы однофамильцы заставили представить в голове картину о том, как Леви прикасается к ним, кусает, больно и до крови, в надежде причинить ей физическую боль и растоптать к черту ее достоинство. Но почему-то он этого не хочет. Он бы поступил бы так с любой другой, а она… А что она? Он и сам не понимает, почему его тянет к ней, точнее к ее губам. « Ты влюблен, Леви, это вполне нормальное состояние для человека, как твои крылья за спиной, уже достаточно большие? — почему-то вспомнил слова очкастой, недовольно хмыкнув, — Это очень приятное и теплое чувство, нужда в прикосновениях, встречах, желание утопать в глазах любимого человека, а взгляд, ах, взгляд наполнен нежностью и теплотой бесценен! » Влюблён…в кого? В эту дурочку? Да нет, быть такого не может! Она ему противна, омерзительна и еще много прилагательных с отрицательной окраской. Выдохнув, Леви дернул ее на себя, направляясь в противоположную сторону от ее дома. Она, как послушная кукла, пошла следом, уже явно подобрав себе маску безразличия и нацепив ее на лицо. « Нет, не любовь, а желания ее тела не более » — заключил про себя Аккерман, глазами пробегая по всему периметру переулка.

***

Квартира молодого человека встретила их мраком и запахом чего-то вкусного, от чего Леви позволил себе облегченно выдохнуть и прикрыть на секунду глаза, прежде чем включить свет. — Раздевайся, чего замерла? — несколько грубо произнес Аккерман, кинув взгляд на девушку, последняя коротко кивнула, стягивая с себя пальто. Она не понимала его! А сейчас еще больше запуталась во всем. Пошел ты к черту, Аккерман! Верхняя одежда уже висела на крючках, а Леви завел ее на кухню, пока телефон в кармане издал звуки, оповещая о том, что пришло сообщение. — Садись, ты наверняка голодная, — «добродетель хренов» — именно так окрестила его в своей голове азиатка, присаживаясь на стул. Леви ловко орудовал на кухне, а после минут десять на столе появилась еда, которая источала невероятно вкусный запах. — Приятного, — Леви уткнулся в телефон, бросив короткое пожелания и приступая к еде. — Приятного, — повторила за ним Аккерман, будто пробуя слово на вкус и опустила голову в тарелку, несколько секунд изучая ее содержимое, а после все же решилась попробовать. « Вкусно…» — пронеслась единственная мысль в ее голове, от чего уголки губ чуть приподнялись, но тут же временная улыбка покинула лицо. Леви, к сожалению, этого не заметил, но даже если бы и заметил на вряд ли что-то бы сказал. Тишина абсолютно устраивала обоих и нарушать ее пустыми разговорами никто не хотел. Но столь желанное молчание прервал продолжительный стук в дверь, от чего Микаса даже вздрогнула. Стук продолжался, а за дверью отчетливо слышались рассерженные голоса. — Черт, явился все-таки, — Хозяйн квартиры не хотя поднялся со стула, через плечо кинув короткое и твердое, — Будь тут, я разберусь, — и его силуэт пропал в тени коридора.

***

— Спишь ты тут, я на диване лягу, одежда и полотенце на стуле, душ прямо около кухни, вторая дверь, — дал короткое руководство Леви, опускаясь на диван и наблюдая за девчонкой, которая лишь кивала. Ее молчание стало напрягать, — Аккерман, а ты говорить-то хоть умеешь? — как бы между прочим задал вопрос Ривай, — Ты молчишь все время, что пришла сюда, неужели у тебя нет притензий или тебе не интересно, кто этот бессмертный, что долбился в дверь? — поймав на себе ее взгляд, добавил Аккерман. — Строишь из себя добродетеля, — наконец-то! Хоть слово она произнесла! — Эй, я вообще-то пытаюсь быть вежливым, — он усмехнулся, наблюдая за девушкой, — Могла бы хоть спасибо сказать, — с неким упреком. — А ты знаешь, что ты насильно меня сюда приволок? — начала гнуть свою палку Микаса. — Насильно? Ну, уж нет, дорогая, насильно я тебя сюда не приводил, ты сама сюда пришла, а значит согласилась на мой...Гм, мое предложение, — Осекся, но вовремя подобрал слова, все также взирая на однофамилицу с каким-то азартом в глазах. Это лучше тишины, определённо. Она промолчала, ничего так и не ответив. Возражать было нечего, поэтому остается только молчать. — Переодевайся и ложись спать, времени много, в универ ко второй паре, — осведомил ее темноволосый, поднимаясь с дивана и покидая комнату. « Чтобы не смущать! » — вбивал себе в голову Аккерман, прекрасно понимая, что все это ложь, ведь правда была бы слишком губительна, но не для него, ему давно плевать на подобное, а вот ей… Аккерман, честно говоря, даже не мог точно сказать что-то про неё, но точно знал, что из головы ее пора выкинуть.

***

Утро началось не так светло, как могло показаться с самого начала: в пять часов утра в двери раздавался громкий стук, а после и крики на всю лестничную площадку. Отчетливо можно было разобрать нецензурную брань и имя хозяина квартиры. Собственно, утренний гость перебудил весь дом и Леви, ничего не оставалось, как подняться с кровати, разлепив сонные глаза, и запустить пьяного родственника в дом, пока соседи не вызвали полицию. — Ак…ик.ман! Ты…сав…ик…ох…ик…л! — по речи пьяного Кенни можно было понять, что он недоволен, а затуманенные алкоголем мозги совсем не соображают. — Блять, ложись спать, Кенни, ты в хлам, — племянник устало потер переносицу, а Кенни завалился на диван, даже не соизволив снять обувь и верхнюю одежду, — Ублюдок, — выругался Аккерман, стянув с дяди обувь и глянув на часы, которые показывали половину шестого. Диван в зале был занят, а в его комнате спала Микаса, он выдохнул, ему ничего не оставалось, кроме как лечь на диван в своей комнате. Перспектива «Не спать с утра пораньше, как образцовый хозяин » его не устраивала. Темноволосый аккуратно прошел в комнату, тихо запирая двери, чтобы Кенни не вздумал вломиться в его комнату в пьяном бреду, как это бывало в последнюю неделю, и просить денег на шлюх. Такое поведение его немного пугало, дядя резко стал вести себя как малолетка, часто пил и пропадал на ночь из дома. Что было с этим связано он не знал, но стоит признаться, что все-таки переживал, хотя и хотел чтобы он съехал или, еще лучше, уехал обратно в свою деревню. — Ты не спишь? Этот идиот тебя разбудил? — заметив, что однофамильцы нету на кровати, он повернул голову к окну, около которого она стояла. Леви про себя отметил, что его футболка очень ей подходит, но немного короткая, чтобы прикрывать бедра полностью. Она промолчала, а Ривай напрягся. — Ложись обратно, время еще рано, — кинув на диван плед, Аккерман подошел к однофамилице, которая повернула к нему голову, — Что там такого интересного, что ты не хочешь отходить от окна? — он проследил за ее взглядом, а после увиденного, схватил ее за руку и отвел от окна, усадив на кровать. По непонятным ему причинам, девушку немного затрясло, в то время, как губы однофамильца слабо подрагивали то ли от холода, то ли от увиденного, — Ты видела их? — она отрицательно помотала головой, — Когда ты подошла к окну, там уже это было? — она кивнула, — Ложись спать, я вызову полицию, — Он присел на корточки напротив нее, а она, словно зашуганный котенок, смотрела на него своими металлическими глазками и чуть подрагивала. Но стоило ему отпустить ее плечи, как она тут же четко произнесла короткую, но столь нужную для нее фразу: — Не уходи. Леви поднял на нее глаза, переместив свои руки на ее, такие холодные, она точно человек? — Куда я могу уйти? Это же моя квартира, — он не мог не кинуть что-то ядовитое, пользуясь этой фразой, как защитой от её девичьих чар, но она это абсолютно не оценила, лишь фыркнула, грубо скинула его ладони со своих и легла под одеяло. « А у тебя была возможность разделить с ней кровать, — напомнил о своем существованье внутренний голос, — возможно, во всех смыслах! » Хозяин квартиры бесшумно хмыкнул и лег на диван, закутываясь в плед, он решил, что лишняя морока с полицией ничего хорошего ему не сулит, да и связываться с ними он не хотел, пусть другие звонят и оповещают властей о том, что во дворах дома находится труп женщины, тщательно выпотрошенный.

***

Остаток утра прошел тихо, когда Аккерман открыл глаза девушка еще спала, тихо посапывая и прижимая свои маленькие кулачки к груди. Трупа, как и его содержимого уже не было во дворе, даже следов крови не наблюдалось, что вполне можно было принять за глюк. Вот только, одинаковый глюк у них обоих — весьма странное явление. Выкинув неприятные мысли из головы, Аккерман поплелся на кухню, а затем и в душ. Но ни готовка простенького завтрака, ни водные процедуры бодрости не добавили, а неприятный осадок увиденной утром картины осел в душе ровно до того момента, пока не проснулась однофамилица. Она была очень тихой, отчего Ривай не сразу понял, что она проснулась и ходит по квартире. Ее появление на кухне, подобно призраку, испугало только что проснувшегося Кенни, который без умолку трещал о чем-то. — Ты привел в дом проститутку? — удивился мужчина и Леви тут же обернулся, — Растёшь, малой! — Это одногруппница, кретин, — недовольно отозвался Ривай, — А я домой проституток не таскаю, они же все грязные и такие распущенные, что аж блевать тянет, — добавил тот, но Микаса, кажется, в разговор не вникала, а лишь села на стул, потирая виски пальцами. Аккерман нахмурился, она до сих пор не отошла, в прочем, это вполне ожидаемо. Он, как-то заботливо, погладил ее по волосам и поставил на стол завтрак, глазами показав дяде, что он тут лишний и мужчина удалился. — Голова болит? — спросил Леви, присаживаясь на корточки, чтобы видеть ее глаза, ведь голову она опустила. — Нет, — отозвалась Микаса, встречаясь с ним взглядом. Они зависли. В тяжелом молчание.

***

На пары они не пошли, вместо этого Леви проводил Микасу домой, отчитал Йегера за такую безответственность по поводу сводной сестры и ушел по-английский. Было как-то паршиво, что ли. Настроение испорчено, хотелось напиться. Он достал телефон и набрал номер Смита. — Ирвин, собирайся, мы едем в паб…

***

Всю неделю это чертово чувство непонятной пустоты сжирало пловца изнутри, он почти ничего не ел, пропускал тренировки и курил. Курил много и часто, за раз мог затянуться тремя или четырьмя сигаретами. На занятия он часто приходил только на последние пары, сидел там минут двадцать и уходил. Просто уходил и шатался по коридорам. Кажется, он что-то потерял в то утро. Что-то важное. Вот только, что это было? Что он потерял? Зое не нравилась такая резкая смена настроения Ривая, она пыталась его развеселить, рассказывала о любимых мифических существах, что очень напрягало молодого человека раньше, а сейчас ему было все равно. — Нет, ну, вы посмотрите! Я тут из кожи вон лезу, а тебе плевать! — закатила как-то скандал Ханджи, когда они обедали в кампусе. — Отстань, очкастая, я устал, — он вложил столько недовольства в свои слова, что девушка вздрогнула. — Я понимаю, что у тебя работа, еще и учеба и бассейн, но это не значит, что ты должен все это бросить и говорить, что «Меня все заебалоло! Я устал! Убейте пожалуйста!», — злилась брюнетка, — Или у тебя недотрах? — ее глазки засверкали. — Ты дура или да? — вопросительно вскинул бровь пловец. — Предпочту не отвечать, — она подсела к парню чуть ближе, — Я тут слышала, что рыжая, как там ее, Петра перевелась в наш университет и это, если верить слухам, из-за привлекательного пловца, — прошептала девушка, Леви опять вскинул брови, — Ну, не будь таким холодным! И черту ясно, что из-за тебя! — Все это глупое ребячество, — поделился мнением Аккерман, ковыряя вилкой в салате. — А ты ей понравился, зато ребячество! Вот что, Аккерман, мы сегодня идем на каток и никаких отказов! Ты отдохнешь, а после опять, но уже с новыми силами, примешься за работу, — она говорила так воодушевленно, что Леви поморщился от сладости ее речи, — И не вороти носом! Сегодня в семь около ворот парка! — и она убежала, оставив парня одного. « Значит, Петра перевелась. Интересно, а тот индюк Жан не последовал ли за Аккерман, — он поднялся со стула, — Хотя, какая мне к черту разница? Это ее проблема».

***

Первый месяц зимы не радовал особыми морозами и был очень беден на снег. Но несмотря на столь дурацкую, но поистине зимнюю погоду, каток все же сделали искусственный и там часто собирался народ. — Я уже хочу как можно скорее вступить на лёд! — рядом идущая Ханджи абсолютно не радовала, она только больше портила настроение. — Очкастая, голова болит от тебя, хватит гоготать, — прошипел Аккерман, зло посмотрев на девушку и та угомонилась. Удивительно. Остаток пути они прошли в тишине. Яркие огни, блестящий лед, ларьки с горячими напитками, лавочки и оживленный гул — да, они попали именно на каток. Людей сегодня было немного, поэтому идея отдохнуть уже не казалось такой провальной. Аккерман вступил на лед, разрезая его лезвиями коньков и оттолкнулся от бортиков, ловко маневрируя между людей. Слабый морозный ветерок кусал за нос и щеки, которые тут же покрылись характерным румянцем. Он слишком быстро разгрузил голову и не заметил, как врезался в кого-то. Наспех пробормотал извинения, Леви опустил глаза и заметил ту самую рыжую девчонку. — Леви! Поздравляю Вас с победой! Извините, что не смогла этого сделать в день последних соревнований, я была вынуждена отсутствовать, — ее щеки были красными, глаза светились, подобно драгоценным камушкам. Но Ривай лишь сухо кивнул и поехал дальше. Она не была ему интересна. — Леви! — на плечи парня опустились руки Ханджи, заставляя его резко затормозить, а очкастую потерять равновесие, — Твоя любимица тоже здесь, — добавила брюнетка, выравниваясь. Аккермана как холодной водой окатили, он стал озираться по сторонам. Всю эту неделю они не пересекались. А когда на глаза попалась та заветная фигура с черными короткими волосами, еще и без шапки, Аккерман ринулся к ней. — Почему без шапки, Аккерман? — издевательская улыбка появилась на его лице. Микаса сразу же обратила на него внимания, но промолчала, продолжая идти вдоль бортика. — Я со стеной разговариваю? — он нагло повернул ее к себе, смотря прямо в глаза, — Шапка где? — бесполезно, она молчала, как партизан. Леви не выдержал, снял свою и нацепил на девушку, от чего поймал непонимающий взгляд, — Если ты заболеешь, мне не кого будет обходить во всем, — ласково напомнил о своем превосходстве Ривай, — Знаешь, давай сразимся? На желание? — предложил парень, — На перегонки до угла и обратно, — она кивнула, очевидно не понимая, на какой риск идет, но желание утереть нос этому негодяю было сильнее даже умению кататься на коньках, а этого азиатка абсолютно не умела. Они встали на прочерченную коньком линию и приготовились. На старт. Внимание. Марш! Леви вырвался вперед, а Микаса, предпринимая попытки двигаться вперед без опоры часто падала, но вставала и пыталась ехать вперед. Аккерман радовался своей победе, а бедная девушка, упав последний раз больше не поднялась, а лишь свернулась в клубочек. — Ну, что там у тебя? — он подъехал к ней и тронул за плечо, отчего Микаса зашипела, — Эй, змейка, не плюйся ядом, я просто посмотрю, — ему удалось ее немного поднять, но вот увидев слезы на ее лице его сердце пропустило удар. Почему она плачет? — Так больно? — он еще немного посидел в оцепенении и дотронулся до руки, чуть дернув ее, от чего девушка взвыла, — Поздравляю, у тебя перелом! Пойду куплю цветы и шампанское, это надо отметить! — Азиатка шутки не оценила, а лишь еще сильнее всхлипнула. К ней почти сразу подбежали дружки. Йегер, до этого поднимавший сестру на ноги, сейчас явно недружелюбно смотрел на Леви, а после и вовсе схватил его за воротник куртки, прошипев: — Что ты с ней сделал?! — Она упала и сломала руку, я тут не при чем, — ответил Леви оставаясь полностью спокойным. Эрен отпустил однофамилица сестры и приобнял девушку, после чего куда-то ее отвел. Аккерман наблюдал, как Эрен плюется ядом, Армин пытается его успокоить, в то время, как Микаса молча роняет слезы на лед. Стало мерзко. От самого себя.

***

По дороге домой Леви крупно не повезло, он пытался подняться по лестнице, но поскользнулся и упал. Упал неудачно, каким-то чудом сломал ногу и его отвезли в больницу. Ему точно везет сегодня.