Как тебя зовут, малыш?

Ее глаза были полны решимости, а вот руки, по привычке или из-за сильного волнения, теребили ткань длинной мешковатой юбки, медленно собирая ее складками. Когда Катя заговорила, то губы ее подрагивали, а голос звучал звонко, словно на пределе. - Андрей Палыч... так не должно быть. - Вы о чем, Катя? - Так не должно быть, чтобы дети по вине взрослых были... брошенными. - Вы все слышали... - не спрашивал, утверждал он. - Андрей Палыч, не бросайте этого малыша! Ведь он же ни в чем не виноват. Ее взгляд зажегся лихорадочным блеском, и голос зазвенел еще громче. - А с чего Вы взяли, что я собираюсь его бросить? Катя будто просветлела вся от этих слов и даже улыбнулась, хотя еще и неуверенно, но подол своей одежды комкать перестала. - Я знала. Я знала, что Вы... Вы очень хороший. - Прекратите, Катя, - Андрею было явно не по себе от незаслуженных похвал в свой адрес. - Если бы я был хорошим, как Вы говорите, этого ребенка не было бы вообще. - Не говорите так. Если он родился, значит, так было нужно. Ничего не происходит просто так. Для чего-то он появился на свет. И снова эта горячность и лихорадочный блеск в глазах. Когда она так взволнована, то совершенно не кажется дурнушкой. - Все это я понимаю. Я хоть и не ангел, но и абсолютно бездушным себя не считаю. Но ребенок... Вы же слышали: Кира не желает становиться для него матерью. А такой крохе просто необходимо тепло материнских рук. Этого я ему дать не смогу. - Пожалуйста... - непонятно о чем попросила его Катя. - Пожалуйста, не торопитесь от него отказываться. Вдруг он Вам понравится? - Тут ее щеки покрылись ярким румянцем, и она, словно через силу, выдавила из себя: - Я помогу Вам, если Вы позволите. Глаза девушки стали умоляющими, будто она просила за кого-то очень близкого и дорогого. - Спасибо Вам, Катя. Вы самый добрый и бескорыстный человек, которого я когда-либо встречал. Но мне нужно подумать. - Андрей Палыч, этот малыш... он же Ваш сын. Разве можно о чем-то размышлять, когда он там... один... с чужими людьми? - Катя-Катя, дайте же мне хотя бы осознать, что моя жизнь с этого дня должна повернуться на сто восемьдесят градусов. - И Вы даже не поедете туда, чтобы познакомиться с ним? Глубокое разочарование, появившееся во взгляде Кати, заставило Андрея устыдиться. - Катя-Катя, - снова повторил он и внимательно посмотрел на свою помощницу. - Поеду. Конечно, поеду. - Можно я поеду с Вами? Она ни минуты не раздумывала, задавая этот вопрос, и столько было надежды в ее голосе, что отказать ей было невозможно.