Как тебя зовут, малыш?

Уже больше двух недель в квартире Пушкаревых царила тишина, от которой они все успели отвыкнуть. Надо же, как быстро маленький человечек, неожиданно появившийся в квартире, изменил привычный уклад их жизни. И как сложно оказалось вернуться в привычную рутину неспешно и безмятежно текущих дней. Без Андрюши в доме стало пусто и грустно. Даже бывший вояка проникся к мальчику неподдельной любовью и теперь все чаще вздыхал, думая о чем-то своем, стариковском. Катя, вдруг повеселевшая, вскоре снова загрустила. Про маленького Жданова ничего не рассказывала, а родители не решались спрашивать о нем. - Пора тебя замуж выдать, Катерина, - огорошил как-то за ужином Валерий Сергеевич дочь, которая от этих слов чуть не захлебнулась чаем, - а то мы с матерью так и не успеем внуков понянчить. - Валера, что ты говоришь? - шикнула на него не менее дочери удивленная жена. - А что я такого говорю? Выросла уже дочка. - Пап, а жениха я в шкафу найду? Я же не бываю нигде. - Ну, а на работе твоей... неужели нет приличных мужчин? Есть, папа, и приличные, и симпатичные. Да только все они не про мою честь. - Ну почему же, есть, конечно. Только... они мне не нравятся, - выкрутилась Катерина. А если кто и нравится, то он меня не замечает. - Ну ты еще больше носом-то покрути — так в девках и останешься, - выговаривал дочери подполковник, уверенный в неотразимости собственного единственного чада. Разговор Кате все больше не нравился, и она заерзала на стуле. - Что ты пристал к Катюше? Успеет она еще замуж, - заступилась Елена Александровна за дочку, видя ее недовольство. - Успеет, - передразнил жену Пушкарев. - Вечно вы мне рот затыкаете, - и замолчал, снова вздохнув. После того, как Катя побывала в гостях у Ждановых, она заметно притихла и на работе. Старалась лишний раз не попадаться Андрею Палычу на глаза, ничего не спрашивала у него об Андрюше, что было даже странно. Сам он не лез к ней со своими новостями и проблемами, считая, что девушка и так уже проявила добрую волю и достаточно помогла им с сыном — зачем еще больше вмешивать ее в свою жизнь. Хотя ему очень хотелось поделиться с Катей. Например, тем, что Андрюшка научился сам сидеть. Андрею казалось, что ей безумно интересно все, что касается малыша. Но она молчала, думая, что Ждановы больше не нуждаются в ее помощи, и выполняя данное самой себе обещание не вмешиваться в их жизнь, дать малышу время отвыкнуть от нее и постараться самой забыть его. Да и навязчивой быть не хотела. Только однажды ее глаза радостно блеснули, когда Жданов предложил ей повидать Андрюшу, сказав при этом, что мальчик наверняка соскучился. Но радость в глазах тут же сменилась печалью, и Катя, сославшись на неотложные дела, отказалась от возможной встречи. Андрею стало даже немного обидно. Вот так, значит? С глаз долой - из сердца вон? А у Ждановых в самом деле произошли большие перемены. Андрюшка постепенно привыкал к своему новому дому, все чаще улыбался, реже капризничал без видимой причины. Правда, к собственной няне продолжал относиться настороженно, словно ждал чего-то (или кого-то). В один из дней к ним напросился Малиновский. - Пригласи, что ли, меня к вам с Андрей Андреичем в гости, раз уж ты со мной никуда не ходишь, - движимый, скорее, любопытством, чем обидой, попросил Андрея лучший друг. Ну не отказывать же ему. Через полчаса их пребывания в доме Ждановых Андрей уже пожалел, что привел Романа. Тот не столько знакомился с маленьким Андреем, сколько бессовестно пялился на Валентину. - Палыч, ты заболел? У тебя под носом такой экземпляр живет, а ты и глазом не ведешь. Андрюха, это ненормально. - Малина, остынь. Это няня моего сына. - Ну и что? Одно другому не мешает. Я понимаю, если бы ты был хотя бы женат. Но ты же свободен, Андрюха. Я бы на твоем месте... - А ты действительно хочешь на мое место? - весело усмехнулся Андрей, посмотрев на Малиновского. - Ну, не то чтобы... - сообразил Роман, что сморозил, и пошел на попятный. - Но ведь если у тебя каждый день перед носом проплывают такие формы, разве можно оставаться к ним равнодушным?! - вытаращив глаза, продолжал проповедовать Малина. - Роман, хорош! - остановил его восторженные вопли хозяин дома. - Я тебя вообще-то привел с сыном познакомиться, а ты, похоже, его даже не заметил. - Почему это? Заметил. Похож на тебя, - лаконично отчитался друг. - Но ты же знаешь, что младенцы меня пока не интересуют ни в каком виде. Ну не созрел я еще до этого. Я и тебя-то не понимаю, как ты вдруг... - Так, стоп! Закрыли тему! Сын у меня уже есть? Есть. И поздно думать о том, созрел я для этого или нет. Уходил Малиновский все еще завороженный неземной красотой Валентины. Даже пытался просить у Андрея разрешения приударить за ней, если Андрей сам этого делать не собирается, но перед его носом возник увесистый кулак друга. - Только посмей! - Ты как собака на сене, ей-богу, - покачал Роман головой, но больше убеждать и спорить не стал.