Как тебя зовут, малыш?

“Зорькин”, - промелькнуло в мозгу. Вот кто реально мог ему помочь. Неизменный Катин друг хоть и раздражал Андрея неимоверно некоторое время назад, но зато точно должен был знать, что случилось с его Катей, почему она решила сбежать от него. Она ведь именно сбежала. Пускай только на время, но объяснение ее странному поведению хотелось знать здесь и сейчас. Когда Андрей открыл дверь в кабинет финансового директора, Николай Антонович стоял перед зеркалом и увлеченно изображал крутого мачо, посредством растопыренных пальцев рук создав некий экзотический беспорядок у себя на голове, и, видимо, никак не ожидал вторжения президента на свою территорию. Обнаружив главу компании в непосредственной близости от собственной персоны, он даже не сразу принял к сведению сей факт, а когда осознал, застыл с глупой улыбкой, придавшей ему, вкупе с гнездом, которое он умудрился соорудить на голове, вид презабавный. Андрей, на короткое мгновение забыв о своих проблемах, чуть не рассмеялся, встретившись взглядом со взъерошенным гением. Правда тут же вспомнил, зачем он оказался в кабинете Зорькина, и постарался придать своему взгляду побольше серьезности и дружелюбия. Словно ничто его не удивило, окинул взглядом кабинет, давая возможность Николаю принять соответствующее выражение лица, а заодно и внешний вид, чем неглупый молодой человек и воспользовался. Быстро причесавшись при помощи все того же средства (собственных рук), он зашел за стол (присесть, однако, не решился) и, насколько смог, невозмутимо спросил: - Вы что-то хотели Андрей Палыч? - Конечно, хотел. Иначе зачем бы я пришел, - хмыкнул Андрей. - Есть у меня к тебе, Николай Антонович, пара вопросов. Ты не знаешь, что случилось с Катериной? - А что с ней? - озадачился Николай, даже складка между бровей пролегла. - Вот и мне хотелось бы знать. Вчера она так и не пришла в “Зималетто”, хотя собиралась, а сегодня вообще отпуск попросила. Я и подумал: может, она тебя посвятила в свои планы? Вы же друзья. Коля вспомнил вчерашний вечер, когда он, как обычно, пришел к Пушкаревым и застал подругу спящей. Хотя... он ведь не проверял, спит ли Катя на самом деле, поверил ее родителям, а она вполне могла и притвориться. - Нет, вчера мы с ней даже не виделись, если честно, - Зорькин почесал макушку. - А вы пробовали ей позвонить? - Хм, умный какой. До этого я и без тебя додумался. Только у нее, вот ведь незадача, все телефоны молчат. Николай снова нахмурился и взял в руки свой мобильный, но и ему приятный женский голос сообщил, что номер Катерины недосягаем, а в квартире Пушкаревых телефон отзывался чередой длинных гудков, которые никто не спешил прерывать. Неизвестность и невозможность что-то предпринять угнетали. Андрей уже собрался ехать на улицу Авдеенко и на месте выяснить, что там у Пушкаревых произошло, почему с ними не удается связаться, но Николай его отговорил. - Андрей Палыч, если Катька, как вы думаете, от вас прячется, давайте лучше я сам все выясню. Мне она скорее расскажет. - Вот с чего бы ей от меня прятаться? - удивился Андрей. - Не знаю. Вам виднее. - Поговори у меня, - рыкнул Жданов. - Ладно. Узнай, что сможешь. И потом... все... расскажешь мне. Слышишь? Все! Без утайки. - Конечно, - не стал спорить Николай. - Если попытаешься соврать... я тебя уволю, - угроза прозвучала тихо и оттого еще более устрашающе. Дозвониться до Пушкаревых получилось лишь спустя час. Трубку сняла Катерина и, даже не выслушав Колю, попросила не беспокоить. - Я перезвоню тебе позже. А сейчас не отвлекай, ладно. Все, пока. - Пушкарева! Может, ты объяснишь, что происходит? - закричал Николай в трубку, чтобы Катя не успела бросить ее. - Коленька, я же сказала: потом, все потом. Мне некогда. Пока, - и трубку все-таки положила. Он честно ждал звонка. Целых сорок минут. За это время его внутренний телефон раскалился докрасна: Жданов, мучимый информационным голодом, извел Николая своим упорством. Когда через сорок минут Коля, с риском нарваться на недовольство Катерины, позвонил сам, ответом ему снова были длинные гудки. Только ближе к вечеру удалось получить из уст Елены Александровны странный ответ на вопрос “где Катя?” - Так она же в командировку уехала. Разве ты не знаешь? Как же это?.. - Ой, тетя Лена, что-то заработался я совсем. И правда. Она же в командировке, - Кольке ничего не оставалось, как прикинуться беспамятным и глупо подхихикивать в трубку (еще хорошо, что не надо было в глаза Пушкаревой старшей смотреть). - Кто в командировке? - с порога уцепился за его слова Жданов, которому надоело ждать у моря погоды, и он снова явился в кабинет финансиста. - Ну, до свидания, теть Лена, - поспешно и излишне бодро распрощался Николай. - Так кто у нас в командировке? - повторил свой вопрос Андрей. - Катя, - Зорькин пожал плечами, пытаясь донести до начальства, что сам ничего не понимает. - В какой она командировке? Она же в отпуске. - Может, решила родителям не говорить про отпуск? - Это ты меня сейчас успокоить пытаешься? - свирепо зыркнул на него Жданов. - Куда она отправилась? - Упс! А я не знаю, - дошло до Зорькина, что за конфуз с ним случился. Выведать у родителей подруги о том, куда она уехала, теперь не представлялось возможным: что это за начальство, которое не знает, куда отправляет своих служащих? Получалось, что Николай, признав свою осведомленность по поводу Катиной командировки, признавал и то, что он информирован о месте ее пребывания. - Зорькин! - Андрей неприлично выругался, когда понял, что местонахождение Кати тому неизвестно. - Ну, спасибо! Помог! - он безрезультатно поискал глазами, на чем можно было бы сорвать злость, и, так и не найдя достойного объекта, бросился прочь из кабинета, но на пороге обернулся, одарив финансового гения недобрым взглядом. - С цифрами ты, конечно, мастер управляться... Вот только поэтому я тебя сейчас и не трону. После его ухода Коля без сил опустился в кресло. - Пушкарева! За какие грехи ты мне в подруги досталась? - обреченно произнес он в пустоту.