Моя Прекрасная Мертвая Возлюбленная

У многих из вас возникнет вопрос как я узнал о смерти Эмили? Все очень просто. Три дня назад 17 апреля, туманным утром в дверь моего дома постучался почтальон и протянул мне белоснежный конверт. Очень странное письмо. Без адреса и имени автора также не было. На обратной стороне было лишь выведено нервным витиеватым почерком «Юному Ван Дорту лично в руки» С чувством тревоги я взял письмо, поспешно поблагодарил почтальона, и поднявшись в свою комнату, распечатал конверт. То что я прочел совершенно не укладывалось в моей голове. Маленький ничтожный червяк! Если ты читаешь это сейчас, то знай, что твоей драгоценной Эмили больше нет на этом свете. Я убил ее. Убил, даже без всяких угрызений совести. Милая наивная дурочка сама обрекла себя на эту участь, согласившись на встречу ночью в лесу у старого дуба. Бедняжка, она даже ничего не успела сделать или сказать. Она даже не могла бороться. Все кончилось быстро. Хех. Эта дурочка прихватила с собой еще и фамильное золото, о лучшем развитии событий невозможно было мечтать! Я уже далеко. В одном итальянском провинциальном городишке. Тебе не отыскать меня. Так же, как и Эмили, лежащую где-то в лесу в безымянной могиле. P.S. Это письмо расплата за то, что ты в свое время пытался помешать моим планам! Слава богу, у тебя этого не вышло! Я сполз по стене и уткнув лицо в колени плакал. Вопреки заверениям маман, что мужчины не плачут, слезы сами лились из моих глаз. И остановить их было невозможно. Крупные солоновато-горькие капли стекали по лицу. Кажется, им не будет конца… С того дня я перестал выходить на улицу, замкнулся в себе окончательно, хотя и до этого был не особенно разговорчив. Совсем не ел… Что привело к сильному истощению, из-за бессонных ночей под глазами пролегли тени… Я стал похож на ходячий труп… А впрочем, я и был трупом. Жизнь потеряла всякий смысл. Но покончить с собой я не мог. Мне не дали бы сделать этого маман и папан. Черт возьми! Боже всемилостивый, скажи за что?! Мне не нужна эта жизнь если нет ее! Не слышать ее смеха, голоса, не видеть ее лица… О нет, нет! Я сплю! Это все кошмар! Сейчас придет Эмили, как всегда улыбнется мне своей прекрасной особенной улыбкой, я галантно возьму ее под руку, провожу к столу, на котором уже все накрыто… И мы будем пить чай, болтая о сущих глупостях, потом как всегда поднимемся по лестнице в большой зал, сядем за пианино, и будем музицировать вместе… Эмили… Эмили… Кто-нибудь разбудите меня!!! Я был близок к нервному срыву. Это проявилось в приступе истерического хохота.