Я вроде не гей, но ты мне нравишься

- Что это значит? - прошипел я, когда мы уже входили в холл травмпункта. - Ты о чем? - Корсаков как ни в чем не бывало пожал плечами и направился к регистратуре. Мне же оставалось лишь проследовать за ним. Но, нет, это не может быть глюками! Я отчетливо помню, как он сунул под нос ватку и поцеловал меня. Извращенец фигов! - Я о том, что произошло у тебя! Его спина окаменела передо мной, а я даже немного струхнул, а вдруг врежет? - И что же там произошло? - он развернулся и заглянул мне в глаза. Хо, мы люди пуганые!Тем более здесь же он меня не треснет. - Ты сам знаешь, что произошло! - напирал я. Роман скрестил руки на груди и изогнул одну бровь, словно требуя объяснений - типичный препод, блин! Правда и я не промах, еще чего оправдываться перед ним буду! Да и за его поступок! - Что же? Откачивание бессознательных студентов - уже преступление? Или у кого-то бред на почве удара? - Какой, блять, бред?! - мне уже было по барабану, что передо мной стоит препод по русскому языку. - Может, для начала дойдем до врача? Затем он развернулся и молча продолжил путь до белого окошка регистратуры. -...Да-да, пятнадцатый кабинет, - услышал я отрывок разговора. Хм, а ведь реально... Может это и вправду бред? Да нет! Бред уж чересчур реалистичный и правдоподобный, такого не бывает. Но тогда встречный вопрос: зачем ему это все? Неужели мало красавчиков-педиков?! Или он маньяк...? - Свиридов! - окликнул меня Роман Викторович и поманил к правому ответвлению. - Бахилы только надень. Бе-бе-бе! Как с маленьким ребенком! Фырча и возмущаясь, я таки натянул эти чертовы синие пакеты на кроссовки и, как на смерть, пошел к кабинету. Очереди не было, поэтому мы сразу же зашли внутрь. За небольшим вытянутым столом сидел худощавый старичок со всклоченными седыми волосами. Честно говоря, именно так в детстве я представлял себе Айболита. Он махнул нам рукой, чтобы мы сели, а сам продолжил что-то записывать в большую зеленую тетрадь. - Нин, отправь эти бумажки в отдел, - "Айболит" обратился к полной, в бирюзовом халате женщине неопределенных лет. - Да чаво их отправлять, все равно палавина врет, - медсестра хмуро хватанула бумажки и остервенело пробила на них печати. Спустя две минуты на нас обратили внимание. Старичок потер переносицу и отложил в сторону ручку. - Итак, с чем пожаловали? - Подозрение на сотрясение, - кивнул в мою сторону Роман. "Айболит" встал из-за стола и подошел ко мне. - Тошнит, голова кружится? - Есть такое, - ответил я. - Нин, направление на рентген выпиши. А вы, молодой человек, как травму получили? Корсаков не дал мне даже слова сказать: - На льду поскользнулся и головой ударился. - Все они ударяются, - прокряхтел старичок. - Нин, пиши по неосторожности. У нас тут видите ли отчетность! Мне всучили направление и отправили в тридцать восьмой кабинет. Роман Викторович встал с кушетки и вышел из кабинета, даже не удосужившись дождаться меня. Я в очередной раз измученно вздохнул и направился следом. Тридцать восьмой кабинет находился за углом. Дверь была приоткрыта(видимо, этот гад уже заперся туда), я постучался для проформы и заглянул. - А вот и мой друг, Лидочка, - окинул меня насмешливым взглядом Роман и поманил рукой. "Лидочкой" оказалась смазливая девчушка моих лет. Ее светлые волосы касались лопаток, серые глазки пожирали моего чертова препода, а декольте было настолько огромным, что можно было сразу определить, какое белье предпочитает хозяйка. Она ненавязчиво дотрагивалась пальчиками до плеч Корсакова и что-то мило щебетала. Джакомо Казанова нашелся! Не успел я в кабинет зайти, как он уже местную бабу окучил. Корсаков заинтересованно ответил Лидочке на очередной ее вопрос, а затем вновь взглянул на меня, будто проверяя реакцию. - Ну и куда мне? - я решил прервать их идиллию(хм, Лида...идиллия). Лидочка встрепенулась, улыбка тут же исчезла, а сама она взяла меня за руку и подвела к стене. - Стой смирно, - хмуро буркнула девушка и пошла за перегородку в другую комнатенку. - Дыши. Я послушно продолжал дышать. - Не дыши. Что-то щелкнуло и Лидочка вышла из-за перегородки, махнув в знак того, что я могу снова обогащаться кислородом. - Подождите в коридоре, мальчики, - сказала она и выпроводила нас в коридор. - Неправда ли она красавица? - невзначай спросил Роман, когда мы уже сели на лавочку в коридоре. - Обычная кукла, - фыркнул я. Однако в ответ на мои слова Корсаков ничего не сказал, а как-то удовлетворенно улыбнулся и достал телефон. Краем глаза я увидел, что он открыл, но это был всего лишь обычный Subway Surfer. Интересно, какой у него рекорд? Пф, всего полтора миллиона, не густо. Через десять минут выглянула Лидочка, которая молча всунула мне снимок, а Роману, смущаясь, протянула розовый листок-стикер, наверно, со своим номером телефона. - Звони, красавчик, - услышал я ее страстный шепот, от которого меня аж передернуло. Роман снисходительно кивнул и убрал бумажку в карман. До кабинета врача мы дошли, не проронив ни слова, правда я заметил, что Корсаков был доволен, как удав, чего это он? - А-а, упавший на лед? - "Айболит" опустил очки на переносицу и взял снимок. Он что-то периодически тихо говорил, вертел снимок, а в заключении воскликнул: - Молодой человек, а у вас сотрясение мозга! Ну, обалдеть теперь! Врач что-то выписал мне для профилактики, а потом вежливо выставил вон, желая мне больше сюда не возвращаться. И на этом спасибо. - Садись, больной, - сигнализация "Лексуса" пискнула, а Роман открыл дверь машины. За этот день я понял лишь одну вещь, нет, даже две. Во-первых, Корсаков не был педиком, иначе зачем он флиртовал с медсестрой? Во-вторых, опять же касается его персоны: он был, в принципе, порядочным мужиком - не бросил ученика, оказал первую медицинскую помощь, отвез в травмпункт. - Не проголодался? - спросил Корсаков. - А то у меня в бардачке "Сникерс" лежит. Дают - бери, бьют - беги. Я достал батончик и с удовольствием откусил.