The main inspirit

Джину вернулся к нему только под утро, когда в комнате снова стало светло. Услышав шаги, Сонгю даже обрадовался. У него не оставалось больше никаких сил стоять в неудобной позе, привязанным, подвешенным за руки. - Развяжи меня, - облизнув пересохшие губы, выдавил из себя Сонгю. Он знал, что должен был спросить про Дону, но тело словно проткнули бесчисленными иголками и все, о чем мог думать Сонгю – о том, чтобы его развязали. - Какой ты стал сговорчивый, - улыбнулся Джину, подходя к кольцам в стене. Сонгю не стал пререкаться, слишком ныло все тело. Мужчина развязал веревки, давая ему больше свободы. Сонгю рухнул на пол и чуть не закричал от вспышки боли в мышцах. Стиснув кулаки, Сонгю перетерпел пару минут, сворачиваясь в комок. Он чувствовал на себе внимательный взгляд мужчины, но не открывал глаз, стараясь совладать со своим организмом. - Что с Дону? – когда сознание вернулось на место, спросил Сонгю. - Дрожит, как кролик, - хмыкнул Джину. – Но тебе лучше о себе беспокоиться. Как сегодня настрой? Все еще хочешь сопротивляться? Сонгю не хотел больше испытывать боль, поэтому ничего не ответил. - Так-то лучше. Давай, я помогу тебе раздеться. Мужчина подошел ближе, склонился над ним и стал ножницами разрезать футболку. - Развяжи мне руки, - попросил Сонгю, выжидая удачного момента, чтобы напасть. - Пока рано. Сонгю не сопротивлялся, позволяя мужчине разорвать свою футболку. И в последний момент, когда Джину отвлекся на разглядывание следов плети, Сонгю резко ударил мужчину ногой в пах. Джину закричал, выронил ножницы. Сонгю рванул вперед за ножницами, но не успел – мужчина оказался проворнее. Джину оттолкнул ножницы и набросился с кулаками. От ударов по почкам на глаза выступили слезы. Мужчина со злостью бил его и ногами, и руками, не давая никакой возможности отползти или дать сдачи. - Тварь! Хочешь по-плохому? Не ценишь моей доброты, хомяк? Получи! Джину снял ремень с брюк и стал бить его им. Он что-то кричал, но Сонгю уже не слышал. Он довольно скоро потерял сознание от жестоких, болезненных ударов. В себя его привело ведро холодной воды, вылитой на голову. Сонгю вышел из спасительного небытия резким рывком. Он даже закричать не смог, в груди перехватило от ледяной воды, стекающей по обнаженной груди. Раны тут же защипало. Сонгю ошарашено дернулся назад, хватая ртом воздух, не соображая, не понимая, где он. - Очухался? Ты какой-то слабенький. С тобой даже поиграть нельзя, - цокая языком, бросил Джину. Мужчина сидел на столе у окна, возле его ног стояло пустое ведро. Отдышавшись, Сонгю сумел сфокусировать взгляд. Он обнаружил себя лежащим на полу, полностью обнаженным. Это смутило окончательно. Подтянув колени к груди, Сонгю попятился назад. Его трясло. Этот человек его уже по-настоящему пугал. И все, чего сейчас хотел парень – это выбраться из этого кошмара. - Ты снова меня не слушаешься, Гю, - раздосадовано бросил Джину. От звука его голоса Сонгю вздрогнул. Все тело сотрясала крупная дрожь боли. От избиения желудок выкручивало наизнанку, от побоев тошнило. - Давай договоримся, ты делаешь все, что я скажу – а взамен я не буду тебя бить. Как тебе? - Ты больной урод, - забиваясь в угол, бросил Сонгю. Мокрая челка падала на глаза, по телу стекали капли холодной воды, а лужа под ним растекалась все дальше. - Жаль. Я надеялся, что сегодня мы с тобой сможем нормально поговорить, - вздохнул Джину. Сонгю чуть не закричал, когда мужчина подошел ближе, схватил его за волосы и толкнул на пол. Сопротивляться уже не получалось, все слабые попытки дать отпор приводили только к новым ударам. Сонгю, то и дело проваливаясь в темноту, даже не понял, когда Джину успел распять его на полу. Кошмарный сон никак не заканчивался, наоборот, он принимал новый, чудовищный оборот. Сонгю обнаружил себя лежащим на животе, руки и ноги были разведены по сторонам и привязаны к кольцам в полу. - Как я все идеально рассчитал, - самодовольно сообщил Джину. – Как раз под твой рост подошло. Сонгю задышал чаще. - У тебя очаровательная попка, - похлопав его по ягодицам, шепнул Джину. - Не трогай меня! - Снова проваливаясь в панику, Сонгю едва соображал. Рука мужчины скользнула на поясницу, через мгновение ладони снова вернулись на ягодицы. Грубое прикосновение парализовывало. – Не трогай меня! Прекрати! Сонгю дергался в кандалах, но Джину только смеялся. - Не беспокойся, я не собираюсь тебя насиловать. Я просто подожду немного, и ты сам захочешь этого, будешь скулить и просить меня трахнуть тебя. От уверенности, с которой говорил мужчина, становилось не по себе. Сонгю терялся в происходящем. Ему было одновременно и страшно, и стыдно вот так лежать перед другим мужчиной - растянутым и открытым, уязвимым. - А сегодня ты кое-что попробуешь новое, - продолжил Джину. – Твой друг, кстати, уже узнал, что значит секс с настоящим мужчиной. Но с ним не интересно, он только и делал, что ревел и просил остановиться. Сонгю казалось, что хуже быть просто не может. Дону. В голове не укладывалось, как можно причинить боль этому солнечному ребенку. Сердце больно сжалось от слов психа. - Не трогай его, - прикусив губу, попросил Сонгю. – Не трогай его больше. - Только если ты не станешь меня разочаровывать. А ты меня сегодня разочаровал, Гю. Снова вынуждаешь меня наказывать тебя. Сонгю слышал, как мужчина подошел к столу и что-то оттуда достал. - Будешь послушным мальчиком? Ты же лидер, должен нести ответственность за своего мембера. Если не справишься, мне придется и его наказать. Лидер. Сонгю едва сдержал истеричный смех. - Давай. Сделай, как я прошу, и все закончится, - уговаривал Джину, снова похлопывая его по ягодицам. – Я ослабил цепочку на ногах. Теперь встань на четвереньки и прогнись в спине, лбом упрись в пол. Все понял? Сонгю не хотел ничего понимать, он хотел снова потерять сознание, провалиться в темноту, чтобы не чувствовать на себе грубые руки мужчины. - Хочешь, чтобы я снова взял плеть? Или может, ты хочешь, чтобы я пригласил сюда твоего друга? От мысли, что Дону увидит его в таком виде, кровь застывала в жилах. Сонгю медленно, сдерживая слезы унижения, стал подниматься на четвереньки. Руки и ноги с трудом слушались. - Вот так. Молодец, - похвалил Джину, кладя ладонь ему на лопатки и заставляя прогнуться в спине, принять отвратительную позу. – Ну, перестань так дрожать. Расслабься. Я же сказал, что не собираюсь тебя насиловать. Сонгю молча глотал слезы. Джину похлопал по выставленным на обозрение ягодицам. - Какой ты аппетитный, - возбужденно произнес мужчина. – Расставь ноги шире. Не закрывайся. Уверен, еще никто не трогал тебя тут, - Джину развел руками ягодицы айдола и потрогал пальцем сжавшийся анус. Сонгю прикусил губу, дыша болезненными урывками. Он не понимал, почему позволяет вытворять с собой такое, но вытерпеть еще одну порцию побоев Сонгю не был готов. А так хоть и до слез унизительно и отвратительно, больно не было. Пока. Джину сел, жадно поглаживая его тело по бокам, по спине, по груди, огладил живот, коснулся вялого члена легкими, щекочущими движениями пальцев. В жизни Сонгю слишком давно не было секса, чтобы остаться безучастным к ласкам даже в такой смущающей и пугающей ситуации. Тело реагировало на прикосновения само собой. Устав от боли и побоев, оно наслаждалось короткой порцией ласки. - А тебе это нравится, - довольно произнес Джину. Слезы хлынули из глаз. Отвращение к себе пересилило все страхи. Как он может получать удовольствие в такой ситуации?! Вырвавшись, Сонгю ушел от прикосновений. Он больше не мог быть послушным, он терял сам себя. Джину, не ожидая такого активного сопротивления, растерялся. - Отпусти… отпусти меня, не трогай, - бессмысленно, хаотично дергая цепи на руках и ногах, Сонгю проваливался в панику. Ему было плохо, тошно, он не хотел больше ничего чувствовать. - Встал на место! – ударил его Джину по бедрам. – Не хочешь? Ну, как знаешь. Сонгю силился вырваться, но мужчина навалился на него всем весом, прижал к полу, коленом не давая свести ноги. Сонгю снова закричал, брыкался и вырывался, но Джину ударил его головой об пол. На мгновение перед глазами все помутнело. Одновременно с этим Сонгю почувствовал, как в его зад что-то уткнулось. - Не дергайся, Гю, иначе будет больнее. Не дал мне шарики ввести нормально, теперь придется потерпеть, без смазки обойдешься. На глаза снова навернулись слезы от боли и унижения. Что-то холодное, металлическое и большое разрывало, добавляя новых мучений. - Вот так. Один вошел. Еще два осталось, - прижимая его к полу, произнес Джину. Сонгю уже не мог сопротивляться. Он кусал губы и тихо стонал от раздирающих его изнутри металлических шаров, которые Джину с силой вводил в него. - Не своди ноги. Расслабься, Гю. Ты такой узкий, малыш, - возбужденно шептал Джину. – Давай, прими еще один. Последний. Он не очень большой, даже меньше моего члена. Слезы капали на пол, тело дрожало, сопротивлялось, отказываясь принимать инородный предмет. Но Джину давил с такой силой, разводя ягодицы в стороны, что Сонгю не выдерживал и срывался на крик. - Вот и все. Хватит плакать, ты же мужчина, - сполз с него Джину. – Ммм, как очаровательно это смотрится в твоей заднице. Сонгю в бессильной злобе сжимал и разжимал кулаки, чувствуя ужасный дискомфорт и чувство наполненности внутри. Было больно даже думать об этой штуке внутри. - А теперь покрути попой, - продолжил издеваться Джину, заставляя его вновь встать на колени. От внезапной боли в заду Сонгю застонал, ногтями царапая пол. – Ну, успокойся. Сейчас привыкнешь. Давай, медленно опускайся вниз. Руки подгибались, отказываясь держать вес тела. Джину воспользовался этим, вынуждая медленно опуститься грудью на пол. Шарики внутри от движения усилили давление, рождая уже приятные ощущения, вспышками пробегающие вдоль тела, возбуждая, дразня, заполняя. Сонгю больше не сопротивлялся, позволяя Джину вновь поднимать его и отпускать, играть с этими шариками внутри. Слезы катились градом, но уже не от боли, от осознания, что все это возбуждает, так сильно, как никогда раньше. Грубая сильная хватка на бедрах, шумное дыхание, вынужденное подчинение и сладкое удовольствие, когда шарики внутри задевали центр удовольствия. Противно от собственной реакции, но очень быстро все просто отошло на второй план. Возбуждение было настолько ярким и болезненным, особенно когда ладонь мужчины легла на член. Джину умело дрочил и двигал шарики внутри, вызывая то боль, то наслаждение. Сонгю не ожидал, что сможет возбудиться, не ожидал, что будет настолько сильно хотеть кончить. Джину грубо и сильно сжимал член, усиливая напряжения, заставляя прогибаться и стонать. Сонгю не мог больше думать, не мог сосредоточиться на чем-то одном, все мысли разлетались, по спине бежали капельки пота от напряжения, а ладонь на члене доводила его до помешательства. Джину шумно и часто дышал, но Сонгю его почти не слышал, он словно проваливался в омут наслаждения и напряжения, усиливающегося с каждым движением руки. Шарики внутри него растягивали, вызывая болезненные ощущения, но и они же придавали остроты, служа источником скапливающегося напряжения, готового вот-вот взорваться диким фейерверком внутри айдола. Джину ускорил движения, доводя парня до разрядки. После сильного оргазма пару минут Сонгю не мог прийти в себя, даже когда Джину стал дрочить и излился ему на ягодицы, он все еще находился в вакууме. - Хорошая шлюшка, - мужчина расслабленно укусил его за ухо и с силой дернул за волосы, надевая на голову резинку с мячиком. – Открой рот, - насильно впихнув в рот мягкий мяч, Джину зафиксировал ремни на затылке. – Это чтобы ты не удумал ничего с собой сделать. Сонгю не сопротивлялся. Но когда Джину ушел, оставив его одного, осознание произошедшего накрыло его с головой. Сонгю завыл, содрогаясь в рыданиях.