Ох, уж эти разговоры за чашечкой виски!

Часы, не передвигающие свои идеально прямые пальцы - стрелки - уже пять лет, внезапно вновь зазвучали равномерным тиканьем. - Как вы тут живете, Хаус? Вне времени, вне пространства... - Эээй, австралиец, прр, - хромой мужчина дернул за невидимые вожжи, - Из тебя уже льется философия. Скоро начнем говорить про любовь, детство и кредиты. Остановись, пока не поздно! Виски в стакане, под светом люстры напоминающее карамель, пропало внутри молодого мужчины. - Поздно. Второй мужчина пожимает плечами и тоже опрокидывает свой стакан виски. - Хаус, а вы любили? - австралиец устраивается на кожаном диване и закидывает ногу на ногу. - Мы не настолько близки, чтобы вести такие разговоры. Так что либо мы сейчас занимаемся сексом, и утром я, если не перепутаю тебя с проституткой, готовлю тебе завтрак, либо убеди меня, что ты должен знать о моей любви к Стэйси, - Хаус удивленно смотрит на австралийца, - А ты умеешь допрашивать людей, маленький пройдоха! Роберт Чейз наливает себе виски: - Ваша любовь - ваша бывшая жена? А я-то думал, у меня с Кэмерон все безнадежно. Грегори Хаус возмущенно подскакивает со своего места: - Никто не говорил про безнадежность! Я все еще могу сбросить с дистанции этого инвалида! К тому же Уилсон когда-нибудь сдастся и поможет мне, - Хаус садится обратно на кресло. Мужчина затихает, прислушиваясь к своему организму, и с радостью замечает, что виски внутри него еще не готово познакомиться с унитазом, - Давай поговорим о твоей проблеме. Кэмерон. Кэмерон, Кэмерон, Кэмерон... Она не испытывает к тебе того же, что ты испытываешь к ней. Ты - не жертва. А я жертва, поэтому она меня любит. Роберт Чейз сильно сжал стакан в руке. - Вы прибедняетесь, Хаус. Никакая вы не жертва. Вы даже жалости не заслуживаете. Спасаете людей - но остаетесь дерьмом. - Чейз поднимает стакан с виски, - Ваше здоровье, которое после стольких доз викодина никогда не придет в норму! Хаус улыбается и, отсалютировав подчиненному бокалом, пьет. - Будь здесь Форман, мы составили бы идеальную основу для анекдота, - Хаус наливает себе виски, но от внезапной, секундной, боли в ноге, его рука дрогнула, и капля напитка попадает на стол. Диагност ставит бутылку на пол и, дотронувшись до капли, быстро слизывает ее с пальца, - Анекдот: встретились как-то в ресторане мужик, влюбленный в женщину, мужик, в которого влюблена эта женщина, и черный. - Вы мудак, Хаус. Чейз заполняет свой стакан до конца и встает с дивана. Он подходит к пустым полкам - туда, где у обычных людей стоят фото родных и близких. - Неужели вам даже сейчас не хочется позвонить матери или своему отцу? - Он не мой отец. Чейз проводит по полке пальцем, а потом сдувает с него пыль, которая возвращается на свое прежнее место. - Вы ведь понимаете, о чем я. Кэмерон поехала в Оветонну к родителям, Форман - к отцу в Балтимор. Да даже Кадди позвонила своей матери после смерти нашего пациента! - Чейз развернулся лицом к Хаусу, - Почему вы сидите у себя дома и пьете со мной? Что с вами не так, Хаус? - Ты думаешь, что один из сотни пациентов, умерший на руках дочери, пробудит во мне несуществующую симпатию к родителям? Все наши проблемы из детства. А у этой девчонки все проблемы от слишком близких отношений с отцом, - Хаус закидывает ногу на ногу и делает глоток виски. - Вы действительно обвиняете человека за любовь к отцу? - Чейз подходит вплотную к креслу, где сидит Хаус, и наклоняется, смотря на него снизу вверх злым взглядом, - Девочка провела с ним все время в больнице. Она терпела все ваши грубые слова и ссоры отца с женами. Она пыталась реанимировать его, а потом мы с Форманом с трудом оттащили ее от тела отца! Но постойте, Хаус, вы ведь там были! Вы сами сказали ей: "Поздно. Мне жаль" своим чертовым потрясающим голосом, будто вы самый добрый врач в планетарном масштабе! А сейчас вы обвиняете ее в любви!? Хаус удивленно вскидывает брови, когда Чейз замолкает, и подается вперед. - Мы ошибаемся так часто, что я к этому привык. Гребаная волчанка победила, ясно? 1:0 - Волчанка:Хаус! А ты? Пытаешься быть похожим на меня и сейчас сидишь в моей гостиной, потому что одинок. Я - это человек, к которому ты идешь после смерти пациента. Твой отец мертв, и я не заменю его, - диагност наклоняется к австралийцу, и между их лицами остается лишь пара миллиметров. Из взгляда Чейза, вопреки всему, улетучивается злоба, и он задерживает дыхание. Хаус приближает лицо к подчиненному, касаясь его. Их дыхание синхронно. Мужчина поднимает с пола бутылку виски и резко откидывается на спинку кресла. Чейз выдыхает и садится на диван. - Мы можем сменить тему. Поговорить, например, о Уилсоне, - австралиец опустошает свой стакан, - Он, кажется, гей. - Я натурал, а значит, никаких других членов наш супер-онколог не увидит. Все геи, посещающие нашу больницу, поведутся на тебя, а не на него, - Хаус пожимает плечами и ставит бутылку с виски на стол. - Я бы на него повелся, - Чейз поднял взгляд на начальника и сразу же добавил, - Если бы был геем, конечно. Австралиец потянулся к бутылке на столе. Он уже приготовил стакан, но снова посмотрел на Хауса. - Надеюсь, у вас нет герпеса или чумы, - Чейз отхлебнул из горла. Хаус улыбнулся. - Когда-нибудь люди, и Уилсон, поймут, что отношения в жизни мешают, когда стоят на первом месте, - хромая, мужчина подошел к шкафу и достал бутылку виски. Он потряс ее, убедившись, что она не пуста. - А Стэйси? Даже когда вы были с ней, работа оставалась важнее? - Да. И совершенствование. И бои грузовиков. Хотя нет - с боями я загнул, - Хаус плюхнулся в кресло. Он достал из кармана пузырек викодина, который, в отличие от бутылки алкоголя, все-таки оказался пустым. Нашарив под столом маленькую выемку, Хаус достал оттуда две таблетки. Закинув их в рот, он сделал глоток из бутылки. Мужчина перевел взгляд на австралийца, который, не останавливаясь, пил виски из горла. - Я знаю, что ты все видел. Если кому-нибудь расскажешь, запру в одной комнате с Уилсоном и включенным порно. Чейз смеется. - Улучшить вкус виски может отсутствие в нем колы и лед. Колы у меня не водится, и это к лучшему, - Хаус вертит в руках пустой бокал, - А вот лед есть. - Мне побольше, - Чейз протягивает мужчине бокал. - Всему вас надо учить, интерны! - Хаус игнорирует протянутый стакан австралийца и встает со своего места. Через пару минут перед мужчинами на столе стоит ведро с кубиками льда. - Вперед, Австралия! - Хаус выливает две бутылки виски одинаковой марки в ведро.