Во славу Самаэля, конечно

Муравьи под стальным колпаком, Насекомые, вши, погремушки. Этим чувством три года влеком… То ли дети, а то ли игрушки. Копошáтся на корке земной, Строят башни для громких падений. Пьют на праздники, тянутся в бой, Чтоб развлечь разудалый мой гений. Пляшут, прыгают в пропасти с крыш, Макрокосмос несут в черепушке. Великан! Но в душе лишь малыш. То ли дети, а то ли игрушки. Лезут в недра земные, как танк, Поднимаются в чёрное небо. Камикадзе шагают ва-банк, Вырабатывают плацебо. Расселяются, словно чума, Паразитами входят под кожу. Себе сами и страж, и тюрьма. Прячет взгляд и стыдится лик Божий. Всё стремятся до сути дойти, Хоть ломают и крылья, и ноги. Всю вселенную носят в плоти! Загулявшие, глупые боги. Пьют отчаянно, как не в себя, И дерутся не менее браво. Их в песочницу нежно, любя Посажу. Вот на них и управа. Всё же бабочки, не муравьи. Наколю на иглу экземплярчик. Ещё треплются крылья твои. Пусть замрут. Опущу их в футлярчик. Как забавно танцует в руках Моих милая марионетка. Улыбнись, дорогуша, в глазах Твоих радость хочу видеть, детка. Этим чувством лет триста влеком… Эх, понять бы ещё, отчего же. Закурю как-нибудь вечерком, Ветер нынче и зол, и тревожен. Погружается небо во тьму, Тихий свет разливают гнилушки. Я когда-нибудь всё же пойму: Дети это иль только игрушки.