The divine drama

Блед­нее ли­цо млад­ше­го Май­клсо­на бы­ло толь­ко од­нажды, ког­да на Хел­ло­уин он при­мерил на се­бя об­раз Джо­кера. Факт то­го, что он со­вер­шенно слу­чай­но об­ме­нял­ся лю­без­ностя­ми с мо­гущес­твен­ной бо­гиней пя­ти сти­хий зас­тавля­ло опа­сать­ся и нер­вни­чать. С та­ким его семья ни­ког­да не стал­ки­валась. Кол за­шёл во внут­ренний двор Бой­ни и взял со сто­ла от­кры­тую ем­кость с до­рогим и кол­лекци­он­ным ал­ко­голем, чтобы сде­лать нес­коль­ко глот­ков. Не­от­ку­да ря­дом ока­зал­ся стар­ший бра­тец, имен­но тот, что об­ла­дал до тош­но­ты на­до­ед­ли­вой ин­те­ллиген­тностью. Элай­джа обо­шел пар­ня и, опе­рев­шись ру­ками на спин­ку крес­ла, за­ин­те­ресо­ванно изу­чал шок на ли­це не­путе­вого родс­твен­ни­ка. — Смот­ри не прог­ло­ти гра­фин, Кол. На те­бе ли­ца нет. Что-то про­изош­ло? — муж­чи­на раз­вел ру­ками в ожи­дании от­ве­та. — Ты же зна­ешь, как мне ве­зёт с жен­щи­нами. Я прос­то аль­фа-са­мец. Вот, нап­ри­мер, око­ло ча­са на­зад, ме­ня по­цело­вала од­на весь­ма оча­рова­тель­ная осо­ба. Но поз­же ока­залось, что она то са­мое чу­дови­ще, ко­торое раз­вле­калось на клад­би­ще се­год­ня ночью. Те­перь да­же не знаю, ра­довать­ся мне, или сва­ливать нах­рен с пла­неты. — О чем ты? Где ты встре­тил её? Как она выг­ля­дит? — сор­вался с мес­та стар­ший Май­клсон. — Лег­че, Элай­джа. Я прос­то схо­дил за по­куп­ка­ми. Уви­дел сног­сши­батель­ную ры­жево­лосую де­вицу, пе­реки­нул­ся с ней па­рой взгля­дов и сло­вечек. А по­том она наб­ро­силась на ме­ня с по­целу­ями. — Нам нуж­но знать че­го она хо­чет. Ка­ковы её це­ли. Нель­зя, чтобы по го­роду раз­гу­лива­ла ядер­ная бом­ба. — Да ну, понятно, что она хочет. Как и все - меня. — Прекрати паясничать. Мы сейчас говорим об угрозе нашей семье, найди в своём колодце с сарказмом капельку такой необходимой нам серьёзности по такому случаю. Кол опустил глаза, ведь он и правда иногда вел себя слишком вызывающе для ситуации и не раз это служило причиной для многовекового сна в семейном склепе. После того, как семья воссоединилась он больше не хотел разочаровывать братьев и сестёр, поэтому мысленно прикусил язык и дал себе подзатыльник. - Прости, брат, ты прав. Сейчас это не уместно. Младший братец на секунду замолк, отпивая алкоголь, а потом снова стер свою маску серьезности с лица. - Но Ни­ку ска­жешь сам. Не хо­чу смот­реть, как его схва­тит па­ралич в бес­по­кой­стве за его ко­ролевс­тво. - Не беспокойся, роль гонца с плохими вестями давно принадлежит мне. А ты, будь добр, не высовывайся из дома. Возьми почитай что-то, - мужчина повернулся к небольшой полке с книгами, и достал что-то из классики и вручил Колу, - пусть и в сотый раз. Кол притворно кивнул, покрутил книгу в руках, открыл где-то по средине и, когда брат скрылся на улице, парень швырнул её небрежно на стол и забросил ноги сверху разбалтывая алкоголь внутри бутылки. На ули­це силь­но ис­порти­лись по­год­ные ус­ло­вия. Штор­мо­вой ве­тер и ли­вень зас­та­вил лю­дей сме­нить ули­цу на тёп­лые и у­ют­ные по­меще­ния, где не­дос­та­ет про­тив­ный хо­лод. Ско­ро нас­ту­па­ет ночь, но в до­ме Май­клсо­нов спит лишь ма­лень­кая прин­цесса — дочь ко­роля Но­вого Ор­ле­ана. Нес­по­кой­ная ат­мосфе­ра зас­тавля­ет семью нер­вни­чать. Жен­щи­ны ждут вес­тей, а муж­чи­ны про­чесы­ва­ют каж­дый квад­ратный метр ок­ру­га в по­ис­ках ры­жего ура­гана. Двор­ни­ки на ло­бовом стек­ле ав­то­моби­ля Элай­джи не ус­пе­ва­ют вы­пол­нять свою ра­боту и че­рез стек­ло ма­ло что мож­но раз­гля­деть да­же с зре­ни­ем пер­во­род­но­го вам­пи­ра, по­это­му взяв в ру­ки проч­ный зонт и поп­ра­вив до­рогое паль­то стар­ший Май­клсон по­кида­ет тран­спортное средс­тво и вы­ходит на ули­цу. Взгляд опус­ка­ет­ся на уже ис­пачкан­ные брен­до­вые туф­ли и вы­раже­ние ли­ца не отоб­ра­жа­ет боль­шой ра­дос­ти по это­му по­воду. Звук раз­би­ва­ющих­ся о ас­фальт кап­лей не поз­во­ля­ет рас­познать пос­то­рон­них зву­ков, ви­димость сни­жена, ос­та­ёт­ся на­де­ять­ся на уда­чу и вни­матель­ность. Кол осо­бо не за­мора­чива­ет­ся ук­ры­вать­ся от дож­дя и при­нуди­тель­но­го вет­ра. Не удивительно, что он не послушал Элайджу. Отсиживаться в стороне парень никогда не умел, поэтому нравоучения братца не сильно повлеяли на него. Сей­час, ког­да дви­жение на ули­це силь­но по­уба­вилось он мо­жет поз­во­лить се­бе не­ос­то­рож­ность ис­поль­зо­вать сверхъ­ес­тес­твен­ную ско­рость с уве­рен­ностью, что ник­то не за­метит. Стра­теги­ей пар­ня бы­ли мес­та где со­бира­ют­ся иног­да ведь­мы. С би­той на пле­че па­рень мчал­ся по ули­цам в на­деж­де об­на­ружить но­вую зна­комую и разго­ворить её, исполюзуя свою природную обоятельность. Парень был уверен, что красотка выделила его не просто так. Все же Кол Май­клсон всег­да имел боль­шое вли­яние на жен­щин. И не важ­но кто ты — прос­тая де­вуш­ка, или бо­гиня, что учавс­тво­вала в соз­да­нии Все­лен­ной. И как в сказ­ке был тре­тий брат, ко­торый ре­шил, что сто­ит ис­кать бо­жес­тво в у­еди­нении с при­родой. По­это­му сор­вавшись с мес­та мчал­ся сквозь лес­ные ча­щи, бо­лота и по бе­регам мо­гущес­твен­ной Мис­си­сипи. И Кла­ус не про­гадал. Внут­ренний волк чувс­тво­вал из­ме­ния в ок­ру­жа­ющей сре­де. Пах­ло сы­ростью, хво­ей и ма­ги­ей, на зов ко­торой гиб­рид и нап­равлял­ся. Ког­да уви­дел сто­ящую на бе­регу ре­ки де­вуш­ку, что под­хо­дила под опи­сание млад­ше­го бра­та, ос­та­новил­ся и при­та­ил­ся, чтоб по­наб­лю­дать за её дей­стви­ями. Она си­дела на боль­шом кам­не и вре­мя от вре­мени под­ни­мала ру­ки вверх вы­зывая рас­ка­ты гро­ма. Ама­тея рас­лабле­но опус­ти­ла но­ги, под­ня­ла ли­цо вверх и нас­лажда­лась сво­им тво­рени­ем. Струй­ки во­ды ска­тыва­лись по её ко­же и во­лосам, де­лая об­раз бо­гини ещё бо­лее за­вора­жива­ющим. Не­ожи­дан­но для пер­во­род­но­го де­вуш­ка ве­село зас­ме­ялась и обер­ну­лась в сто­рону наб­лю­да­юще­го, встре­ча­ясь с ним взгля­дами. От это­го Май­клсон по­чувс­тво­вал се­бя бе­зоруж­ным пе­ред жен­щи­ной и вы­шел навс­тре­чу ей из сво­его ук­ры­тия. — Ска­жи мне, Ник­ла­ус, раз­ве не прек­расно не­бо, усе­ян­ное мол­ни­ями? — де­вуш­ка под­ня­ла ру­ки вверх и пе­реб­ра­ла паль­ца­ми не­боль­шой раз­ряд в ру­ке за­тем сде­лала не­боль­шой бро­сок и на не­бе по­яви­лась яр­кая вспыш­ка, — так за­бав­но, что та­кое прек­расное яв­ле­ние яв­ля­ет­ся раз­ру­шитель­ной си­лой. — Я боль­ше люб­лю звез­дное и ти­хое не­бо, — со­вер­шенно спо­кой­но от­ве­тил муж­чи­на ос­та­новив­шись воз­ле бо­гини. — Прав­да? — на ли­це Ама­теи на нес­коль­ко се­кунд ос­та­нови­лось удив­ле­ние. Бо­гиня сде­лала нес­коль­ко гра­ци­оз­ных дви­жений ру­кой и дождь прек­ра­тил­ся, а шторм сме­нил­ся на штиль, пред­ва­ритель­но ра­зог­нав ту­чи и от­крыв прек­расный вид на яр­кие соз­вездия. — Мне под­властно все на это пла­нете. Это да­леко не пре­дел, пер­во­род­ный, — де­вуш­ка лов­ко спрыг­ну­ла с кам­ня и мед­ленно, по­доб­но хищ­ни­ку, пош­ла навс­тре­чу Кла­усу, которого не покидал шок. В этот мо­мент гиб­рид пе­рес­тал се­бя чувс­тво­вать са­мым мо­гущес­твен­ным су­щес­твом во Все­лен­ной, по­это­му нем­но­го по­ежил­ся от слишком близкого присутствия божества. — Это ме­ня и бес­по­ко­ит. Че­го те­бе нуж­но в мо­ём го­роде? Ка­ковы твои це­ли? — Май­клсон пе­ре­оди­чес­ки встре­чал­ся с ней взгля­дом, в эти мо­мен­ты бы­ло ощу­щение, что она его под­чи­ня­ет, оча­ровы­ва­ет, соб­лазня­ет, об­хо­дя вок­руг и ка­са­ясь паль­ца­ми его пле­ча. — По­ка ты бу­дешь ви­деть во мне вра­га, я не смо­гу быть с то­бой чес­тной. — Как же мне раз­гля­деть в те­бе дру­га ес­ли в пер­вые ми­нуты пре­быва­ния в Но­вом Ор­ле­ане ты вы­пот­ро­шила нес­коль­ко ко­венов ведьм. Это на­ве­ева­ет сом­не­ния нас­чет бла­гих на­мере­ний с тво­ей сто­роны. - Ох, эти ведь­мы, я ду­мала вам­пи­ры с ведь­ма­ми в хо­лод­ной вой­не, не так ли? А мне они за­дол­жа­ли па­ру мил­ли­онов лет, ко­неч­но же, моё нас­тро­ение по от­но­шению к ним бу­дет не очень дру­желюб­ным. Они мне омер­зи­тель­ны. Дру­гое де­ло вам­пи­ры. Мне им­по­ниру­ет ва­ша жаж­да кро­ви. Это прек­расно, я тоже люблю реки крови, особенно, когда они насыщены магией. А ещё сердца, они такие вкусные. Мужчина скривился представляя ужасную картину, где Аматея поедает сердце какого-то бедняги. Это вызвало отвращение и возмущение. У этой персоны явно не все дома. Парень в мыслях воссоздал портрет Авроры и издал слабый смешок. - Я сказала что-то смешное? - О, нет. Напомнила мне кое-кого. - Дамы не любят сравнений. Не обижай меня, ты же не хочешь меня обидеть? Чтоб я разозлилась? Причинила вред кому-то очень близкому тебе? После прямой угрозы Клаус взбесился. Он сразу подумал о Хоуп и его охватила ненависть и страх, он словно снова оказался перед лицом неродного отца. - Да ты ненормальная, дорогуша! У те­бя ма­ни­акаль­ный син­дром, мо­гу по­сове­товать хо­роше­го пси­хоте­рапев­та. Если тебе ещё не можно помочь, - слишком смело ответил гибрид своей собеседнице, - Запомни, милочка, ты никогда не подойдешь ни на шаг к моим близким. Ни к братьям, ни к сестрам, ни к дочери, ни к её матери. Я разорву тебя, если услышу угрозы в их адрес. - Я уби­ла Бо­га и всех сво­их сес­тёр, ты ду­ма­ешь, за из­лишнюю сме­лость я не ли­шу жиз­ни те­бя? Не сто­ит за­бывать об ува­жении и веж­ли­вос­ти в раз­го­воре с соз­да­телем все­го ми­ра, - от дружелюбной сногсшибательной красотки не осталось ничего, вместо неё демон с яростными глазами вызывал острое недовольство своим собеседником с помощью грубой силы, - Я, и только я решаю кто достоин жить, а кому в моём доме не место. Не вынуждай вносить тебя во второй список, ты можешь быть полезным, когда успокоишься. Богиня схватила гибрида за горло и улыбнулась его безуспешным попыткам освободиться. Её сила после подпитки от смерти ведьм была огромной и немыслимой и это забавляло, особенно когда сталкиваешься с достойным противником. Но сейчас Клаус Майклсон не создавал ей проблемы. - Сейчас я тебя отпущу, а ты в свободное от королевских игр время подумай над тем, что тебе не хватает хороших манер. За тысячу лет можно было бы научиться общению с дамами, я не довольна тобой. - Наигранное недовольство сменилось улыбкой на прекрасном лице. Одними пальцами Аматея сломала шею гибрида и бросила его тело на землю, - сладких снов, мой дорогой Никлаус. То, что творилось в голове у рыжеволосой богини действительно можно было скорее назвать сумасшествием, нежели здравым смыслом. Её посмели оградить от мира, лишили её всех человеческих чувств, заставили смотреть из маленького окошка за своим детищем. Ей было больно, а за боль нужно отвечать сполна. Все будут страдать за её бесконечное одиночество. Аматея не просто так сказала, что ей импонирует жажда вампиров, ведь она сама чувствует непреодолимую необходимость купаться в крови обидчиков, пить её и наслаждаться её манящим ароматом. И она не смеет отказывать себе в таком удовольствие. Все же сложно сдерживать переживания, когда твой брат битый час не отвечает на звонки именно поэтому паника Ребекки подняла на уши всю семью, стаю Полумесяца и подчиненных вампиров квартала. Последний звонок который совершил Клаус был на пути к восточной границе города, поэтому скорее его найдут оборотни, чем вампиры, ведь лес и берег Миссисипи это их территории. Так и случилось, молодой оборотень найдя тело проинформировал его местонахождении свою королеву. Хейли быстро среагировала на сигнал и прибыла на место именно в момент, когда Ник стал приходить в себя. Резким рывком он вскочил на ноги и его волк просто взбесился, о чем говорил бешенный рык, жёлтые светящиеся глаза и белоснежные острые клыки в оскале. - Тише, тише, тише, Клаус. Это всего лишь я, не убей мать своего ребёнка. - Я убью эту суку! Дайте только её достать, - от злости гибрид не мог себя сдерживать и достаточно масивное дерево которое было к нему ближе всего переломилось пополам, а от удара кулаком пальцы были сломаны. Хейли хмыкнула, отходя подальше, чтоб позвонить Элайдже и сообщить, что их драгоценный братец нашёлся. В трубку что-то кричала Ребекка о том, что убьет его за доставленные волнение и Хейли, обречённо покачав головой, отключила телефон. - Нам нужно возвращаться домой. По дороге поведаешь подробности своего приключения. Гибрид лишь кивнул в ответ. Сегодня его гордость и самоуверенность были перетерты через жернова могущества Аматеи. Он сам себе признался, что после Майкла, наконец-то, встретил достойного противника. Но есть одно маленькое НО. Оно бегает по дому звонко смеясь, не любит пить молоко, постоянно пачкает его кисти для рисования, переговаривается с матерью и называет его папой. Из-за Хоуп Клаус не хотел вступать в новую войну, даже если это будет стоить ему власти. Пусть катится все ад. Никлаус Майклсон больше никогда не расстанется с дочерью.