Давай попробуем?

Снег валил так, что не видно было даже фонарей. Лекса смотрела в окно и размышляла, она скучала по своей блондинке и не могла выразить словами свои чувства. Обида, злость, непонимание и, конечно, мысль о том, что она ошиблась в Кларк, что не разглядела в этих голубых глазах неудовлетворенность.. Ведь можно было бы обо всем поговорить. От нечего делать, она решила помыть посуду и включить телевизор, чтобы хоть как-то заглушить в голове мысли. Какой-нибудь противный и сопливый сериал или фильм вполне подойдёт для убивания вечера. Стянула с себя платье и так и осталась в красном нижнем белье, она вообще хочет его теперь выбросить. Щёлкнув пультом, Лекса даже не позаботилась выбрать канал, просто отошла к раковине и включила воду. По телевизору крутили новостной репортаж, и ведущий о чем-то рассказывал. Уайлд оттирала сковородку от прилипшего стейка, как её слух выцепил в монотонном диалоге диктора слово "каток". Она оторвалась от своего занятия и выключила воду, обернувшись на телевизор. Подойдя ближе, она почувствовала, как её тело сковал страх от кадров, что мелькали сейчас на экране. Прямой эфир. Девушка сделала звук громче, а сердце стучало в висках. "... как сообщает корреспондент с места трагедии, все ещё неизвестно, сколько людей осталось под завалом. Напоминаем, крыша бостонского катка обрушилась в 20.32 и завалила, по предварительным данным, около 15 человек. Из-за бури в городе невозможно подключиться к базе катка и уточнить, кто был на месте. На данный момент из-под завала вытащили в тяжёлом состоянии восемь человек, пять из них - посетители. Также, нам известно из расписания в интернете, что внутри находятся три работника катка: администратор Шанайя Кроф, инструктор Лорейн Мендес и инструктор Кларк Гриффин. Если вам известно, кто ещё мог быть на месте катастрофы, сообщите нам..." Пульт выпал из рук Лексы. На месте трагедии. Завалило каток. Инструктор Кларк Гриффин. Сильный снегопад, минус двадцать градусов ночью. Боже. Её Кларк, её инструктор. Под завалом снега и бетона, одна, уже более четырёх часов. Всё, что испытывала Лекса сейчас - был животный ужас и чувство вины, что она так думала о Кларк, пока та лежала под завалом. Моя девочка... Как же ей сейчас больно. Новый поток липкого страха сковал тело, стало сложно дышать, а что, если ей уже не больно?.. Надо что-то делать, Уайлд рванула в комнату, натягивая первые попавшиеся джинсы, носки, кажется, разные, быстро натянула толстовку Кларк, запрыгнула в сапоги и, не заботясь о выключенном свете и телевизоре, она схватила ключи от машины и, накинув пальто, выбежала на улицу. Даже открыть дверь подъезда было тяжело, снегопад сейчас был невероятно сильным, и Лекса чуть ли не завыла, увидев свою машину, погребённую под толщей снега. Она быстро начала руками без перчаток счищать снег, скребла ногтями по замерзшему стеклу. Кофта и пальто уже намокли, а Лекса только смогла раскопать капот. Упав на колени рядом с колёсами, ледяными, дрожащими и красными руками она принялась выгребать снег из-под колёс. Тело Лексы колотило, и она не знала, от ужаса, страха или от холода. Она дрожала и уже не чувствовала пальцев на руках, когда стоя на коленях в снегу, откапывала последнее заднее колесо. Запрыгнув, наконец, в салон, девушка не смогла попасть ключом даже с третьего раза в замок зажигания. - Блять! И снова сердце защемило. Мысль о том, что её нежная Кларк, с бледной кожей и светлыми глазами, где-то там, под завалами. Собрав остатки своего мужества, Лексе удалось завести двигатель. Машина заурчала и внезапно заглохла. - Нет! Нет! Заводись! И снова она выворачивает ключ, и двигатель трепыхается, но заводится, печка начинает греть салон и, как ножом по сердцу, два сидения. Еле-еле уняв дрожь в окоченевших пальцах, которые нещадно кололо от холода, Лекса начала крутить руль, чтобы хоть как-то выехать из сугроба. С третьей попытки на механической коробке передач она пробуксовала и выехала на дорогу. Машин на дорогах не было, в такой снегопад все люди предпочитают сидеть перед телевизорами в своих уютных домах, и Лекса выжимала из своей BMW всё, что могла. Машина буксовала и плевалась снегом, замерзшие дворники раскидывали лёд и снег по стеклу. Видимости практически не было, и Лекса ехала по памяти на свой страх и риск, не думая ни о чем, кроме Кларк. Мимо неё пронеслась скорая, и сердце заколотилось еще быстрей. Девушка, шмыгая носом, старалась сдержать непрошеные слезы, пристраиваясь за каретой скорой помощи, давя на газ. И она не ошиблась, машина скорой подъехала к катку, и сотрудники больницы бежали ко входу в здание с чемоданами и носилками, перелезая через желтую ленту ограждения. Ужас и тошнота подкатывали к горлу, нещадно хотелось плакать, но Лекса держалась. Видя, как сотрудники экстренных служб оттаскивают плиты, чтобы собаки могли учуять человека. Десятки людей, лай поисковых собак и синие красные огни окружали здание, как и эта проклятая желтая лента. Глаза Лексы лихорадочно бегали по людям, наконец, она наткнулась взглядом на полицейского и, не заглушая мотор, выбежала из машины, пытаясь хоть как-то затянуть на себе пальто, чтобы сохранить тепло. - Офицер! Офицер! Полицейский обернулся и, внимательно оглядев девушку, спросил: - Вы владеете какой-то информацией? - Да! Нет, Кларк Гриффин, инструктор, она там? - Сожалею мисс... Но по данным её пропуска, она не выходила из здания. Где она была в этот момент, угадать сложно, сейчас разбирают завалы на самом катке, но ещё не дошли до подсобок и раздевалок. Вы ее родственница? - Её девушка. - Ещё раз сожалею, пять часов прошло и... Офицер замолчал и грустно посмотрел на Лексу. Её колотило, и она, запахивая пальто, смотрела на спасателей, которые разбирали завалы. Люди бегали туда-сюда, офицер протянул ей пластиковый стаканчик с кофе. Лекса обернулась и увидела ещё нескольких человек, с такими же бледными лицами наблюдавших за работой людей, что пытаются спасти жизнь их родных. Внезапно Лекса услышала дикий лай и вой собак, бригада скорой рванула к ним, а спасатели кричали что-то страшное: "В критическом! Пульс не прощупывается! Набор для дефибрилляции!" Сердце Лексы замирает, и она не может дышать. Из-под завала достают девушку, цвет волос был красным от крови, лица было не видно, синие джинсы порваны на бедре, а у кофты нет рукава. И только Лекса старается успокоить своё дыхание, как видит ботинки.. ботинки, которые шнуровала сегодня утром.