Верни свет

      Высокий альфа быстрыми шагами шел по длинному коридору и изредка оглядывался по сторонам. Огромные двери предстали пред мужчиной и он замедлил шаг. Сжав ладонь в кулак мужчина постучал по двери и услышав короткое « Войдите» отворил дверь.       — Босс, он пришел в себя, — с порога произнёс альфа, стоя на пороге. Мужчина, что сидел напротив за большим столом замер. Он внимательно рассматривал лицо одного из своих людей, пытался найти в нем признаки лжи, но тщетно.       — Черт! — Ударив кулаком о стол, прокричал ДжиХёк. В его глазах металось отчаяние, ведь он меньше всего хотел смерти Пака да и вообще чьей-то смерти, к которой он будет причастен. Он опустил голову, громко выпуская воздух из легких. Запустив грубые пальцы в уложенные пряди волос, мужчина сверлил взглядом стену напротив.       — Что прикажете делать, босс? — Подал голос альфа, выжидающе смотря на ДжиХёка, не поднимая потухших глаз, — продолжайте наблюдать за ними, но не смейте причинять боль без моего приказа! — приказал альфа и наконец-то посмотрел на мужчину холодными глазами.       — Будет исполнено, босс! — Отчеканил альфа и, поклонившись, удалился из кабинета. ДжиХёк устало откинулся на спинку кресла и откинул голову назад. Его прижали со всех сторон. Он хочет помочь Чанёлю, но не ценой своей жизни, поэтому единственное, что он может ему дать — время.

***

      Легкий топот разносился по больничным коридорам и ели слышимое пение какой-то веселой мелодии. Радостный Бекхён спешил в палату к Чанёлю, что с большим нетерпением ждал возлюбленного с вкусняшками. Омега чуть ли не подпрыгивал через каждый шаг и просто сиял, словно отполированный чайник. Парень медленно открывает дверку в палату и проскальзывает внутрь. Светлая комната больше не казалось серой и унылой, а наоборот превратилась в светлую и немного уютную. Омега прошёл к больничной койке и встревожился, ведь на ней не увидел возлюбленного, что обещал ждать его из магазина.       — Чанёль! — Крикнул Бек и начал оглядываться в палате, но следов альфы он нигде не находил. Бек бросил пакет с продуктами на пол и понесся в ванную, но там альфы тоже не было. Бекхён испугался не на шутку. Его сердце пропускало удар через раз от испуга. Омега судорожно выбежал из палаты и нервно стал оглядывать длинный коридор, как вдруг в поле зрения он увидел знакомый силуэт. Бек побежал к альфе, что стоял с Кёнсу и что-то обсуждали.       — Чанёль! — Крикнул Бек, смотря на него испуганными глазами. Кёнсу и Чанёль услышав знакомый голос, стали суматошно что-то прятать и нервно оглядываться в сторону несущегося в их сторону Бекхёна.       — Я ищу тебя везде. — Произносит Бек, не отрывая взгляда от альфы, что выглядел так, будто его застали врасплох. Бек перевёл взгляд на ещё более нервного Кёнсу и прищурился. — Вы что-то задумали! Признавайтесь! — Бекхён приблизился к другу и стал оглядывать его с ног до головы. — Кёнсу, ты же мой друг, говори, что случилось! — Огромные глаза До стали в разы больше от такого напора друга. Омега всем своим видом просил Пака о помощи, что бы тот увел куда-нибудь этого вымогателя подальше, иначе весь план будет разрушен.        - Беки! Ой, что-то голова разболелась и закружилась! Хочу лечь.- Омега тут же обратил внимание на парня, что истошно проныл и схватился за голову.       — Я пойду, схожу за таблеткой…- До быстро отреагировал и убежал прочь от этой парочки, мысленно благодаря альфу за его сообразительность.       — Ладно. Пошли, ляжешь и отдохнёшь, горе моё! — Бекхён тяжело вздохнул и медленно поплёлся с Паком в сторону палаты. — Но все равно я узнаю, что вы там вдвоём задумали! — Строго произнёс омега, грозя своим тоненьким пальчиком и зашел в палату, совершенно не замечая хитрого взгляда возлюбленного и не слыша это таинственное « обязательно узнаешь, милый»       День пролетел слишком быстро. На улицах зажглись старые фонари, чей свет тускло сиял в огромных лужах на асфальте, что остались после проливного дождя. Весь город замер и словно уснул. Поздняя осень приносила только слякоть и холод, что пробирал до самых костей, поэтому мало, кто решался выходить на улицу без особой надобности.       Вот и Бекхён уютно примостился под боком у альфы и тихим и умеренным голосом читал книгу. Его мелодичный голосок разливался по палате и дарил неимоверный уют и какое-то особое тепло. Чанёль перебирал мягкие прядки и пропускал их сквозь пальцы, наслаждаясь этой атмосферой. Глаза альфы были прикрыты, а улыбка на его лице сияла и искрилась. Он был совершенно счастлив, потому что все, наконец-то, хорошо.       Сейчас, вдыхая любимый запах, наслаждаясь близостью самого любимого на свете человека, внутри альфы звенят колокольчики, и трепещет сердце. В голове лишь мысли о недалеком будущем. Вот они возвращаются в родную маленькую квартирку на окраине, готовят ужин, изредка даря друг другу поцелуи, ужинают при свечах, разговаривая на полутонах, словно рассказывают друг другу самое сокровенное, личное, интимное, а после тягучие поцелуи и сладостные стоны с ягодных губ, и это запредельное желание. Желание обладать этим человеком полностью, не ограничиваться только телом. Желание захватить его мысли, стремления и мечты, быть его всем, быть его кислородом, самым сильным наркотиком, быть тем, без кого не будет жизни.       Чанёль улыбается ещё шире, мечтая об этом, представляя эту идиллию. Он нежно целует Бека куда-то за ушко и щекочет его кончиком своего носа, добиваясь звонкого хохота со стороны юноши, и получает его.       — Ты сам попросил меня, почитать тебе, а сейчас мешаешь! — Шепчет омега, переставая смеяться. Он закрывает книгу, понимая, что читать её больше нет смысла, и поворачивается на бок, чтобы посмотреть в глаза альфе. Чан улыбается, смотря в любимые миндального цвета глаза, и целует парня в кончик носа, а потом и в щёчку, а потом касается нежных губ. Бек накрывает ладошкой чужую щеку и с упоением закрывает глаза, наслаждаясь нежностью поцелуя. Ели слышимый стук в дверь заставил влюблённых оторваться от столь приятного занятия и Бек недовольно промычал.       — Войдите! — Крикнул Пак, отчего-то победно улыбаясь. В палату зашёл До с не менее коварной улыбкой.       — Бек, пошли, есть разговор! — Требовательным тоном, воскликнул омега и схватил друга за запястье, поднял с кровати и потянул в сторону выхода. Бекхён даже не успел возразить другу, потому что все произошло слишком быстро, а когда опомнился, сидел в кабинете Кёнсу и смотрел на него ничего непонимающем взглядом. Кёнсу нервно постукивал пальчиками по столу и закусывал нижнюю губу.       — Кёнсу, что ты хотел? — Робко спросил Бек, в надежде хоть как-то разобраться в причине такого поведения друга. До растерянно продолжал смотреть в сторону, перебирая в голове темы для разговора и проклиная Пака за то, что тот не продумал весь план до конца.       — Да просто… Я же все-таки твой лечащий врач. Как ты себя чувствуешь? Есть жалобы? — Кёнсу состроил боле менее правдоподобную моську, что должна была выражать серьёзность его слов.       Бекхён теперь ни черта не понимал. Он даже раскрыл рот в удивлении, услышав якобы причину, по которой его выдернули из медвежьих объятий Пака.       — Кён, со мной все в порядке. Что за глупые вопросы, я пару недель назад сдал все анализы, что лично ты просмотрел и сказал о том, что я здоров! Что происходит? — Выпалил Бек, не выдержав странного поведения друга.       — А вообще, не расскажешь, что это было сегодня в коридоре? Что вы от меня скрываете? — Бек перекинулся через стол и возвысился над испуганным парнем, что судорожно пытался придумать очередную ложь, чтобы хоть как-то выкрутиться и немного выиграть время для Пака.       — Я соскучился, Бек. Мы нормально не общались с момента твоего пробуждения. — Первое, что пришло в голову омеги, и он ухватился за эту идею. До состроил жалостливые глазки и посмотрел на друга. Он правда соскучился и это неплохо так спасало положение.       — Кёнсу… Я даже не подумал об этом…- Бён даже как-то растерялся. Он, правда, не подумал о том, что его единственный и верный друг мог элементарно соскучиться, ведь он как никто волновался за него, потому что считал его больше, чем просто другом, считал своим братом. — Прости меня. Я так увлёкся Чаном, что совсем забыл обо всём…- В этот момент Бекхёну даже стало стыдно, увидев потухший взгляд Кёнсу. Бек сорвался в один миг, обежал стол и накинулся на друга, прижимаясь к тому всем телом.  — Спасибо тебе, Кенни, спасибо, что заботился обо мне…- Шептал омега, ели-ели сдерживая слёзы.       До улыбнулся и прижал друга к себе, понимая, что не представляет жизни без этого взрослого ребёнка. Омеги крепко обнимали друг друга, смеясь и вытирая капельки слёз, что скопились в уголках глаз. Им ненужно было слов, чтобы объясниться, все было понятно по душевным объятьям и искренним улыбкам.       В палате мерцал лёгкий свет свечей, что были, казалось бы, повсюду. От двери была выстроена красивая дорожка из лепестков алых роз, которую обрамляли маленькие ароматические свечки. В комнате царил запах лаванды, что источали свечи. Вдали виднелся небольшой столик, за которым что-то старательно расставлял альфа. Чанёль зажигал последние свечи за столиком и поправлял тарелки. В его действиях чувствовалось волнение, которое он никогда в жизни ещё не испытывал. Пак отошёл от столика и уверенным шагом направился к невысокому шкафчику. Он отворил дверцу и потянулся рукой на верхнюю полку. Оттуда он достал маленькую, коробочку, что была обличена в красный бархат. Пак самозабвенно прижал коробочку к своему сердцу, и на его лице появилась счастливая улыбка. Именно в этот вечер он решительно сделает Бекхёна своим навсегда, чтобы больше никогда не отпускать от себя ни на шаг. Он слишком долго находился без него, чтобы допустить это ещё раз. После долгой разлуки с любимым, Пак осознал всю важность этого маленького человечка в своей жизни. Он понял, насколько сильно любит его, насколько сильно нуждается в нём. Чанёль блаженно прикрывает глаза и погружается в свои мечты о том, как сильно будет рад его малыш, услышав это неожиданное предложение. От этого по телу разливалось приятное тепло, подобно сладкому мёду. Мечты альфы прервал писк телефона, на который пришло оповещение. Пак поспешил прочесть сообщение. Он радостно улыбнулся, увидев то, что Кёнсу отпустил Бека и тот направляется обратно в палату. Волнение словно накатило огромной волной, и альфа резко вскочил с кровати. Его захлёстывали разные эмоции. С одной стороны — безумная радость, а с другой — страх отказа. Нет, он был уверен в чувствах омеги, но боялся, испугать его таким серьёзным решением.

***

      Бекхён медленно шёл по освещённому коридору больницы, и с его лица не сходила улыбка. В его душе, спустя долгое время, царило спокойствие, что грело душу и заставляло её петь. Хотелось, чтобы такое чувство никогда не покидало омегу, ведь он слишком много перетерпел за это время.       Постоянные переживания, слёзы и страх за потерю любимого, превратили эти три недели в целую вечность, и хотелось, просто обычного счастья и спокойствия. Омеге не терпелось вернуться домой вместе с любимым альфой и забыть все, как страшный сон. Закрыться от всего плохого в их общей маленькой квартирке и просто наслаждаться друг другом.       Неожиданно мысли омеги прервало необъяснимое волнение, и даже страх. Бек оглянулся по сторонам и, не заметив ничего подозрительного, продолжил путь. Но странное чувство, будто, кто-то следил за ним, не покидало омегу. До палаты оставалось преодолеть один лестничный пролёт и пройти по длинному коридору и вот, она заветная дверь, за которой ждёт возлюбленный.       Бек как-то настороженно спускался по лестнице и не переставал оглядываться. Его резко окутало странное и непонятно с чего взявшиеся чувство страха за собственную жизнь, словно над ним нависла чёрная туча опасности. Бек замер, как только спустился с последней ступеньки. По его спине пробежался холодок, и тело словно превратилось в камень. Он смог только повернуть голову назад и открыть рот в испуганном крике. Перед ним только засверкали глаза, полные злобы и звериный оскал, а дальше темнота и резкое головокружение, что подкосило омегу и, тот упал на пол, теряя сознание.       Над телом возвысился молодой мужчина, что как-то злостно ухмыльнулся проделанной работе. Он поднял голову и посмотрел куда-то вверх. На самом верху лестнице стоял тот, кто жаждал этой мести больше всего на свете. Его взгляд прожигал юное тело омеги, а лицо озарил самый настоящий оскал хищника. В глазах прыгал огонёк безумия, что с каждой секундой превращался в огромное пламя сумасшествия.       — ДжиХёк наивно думал меня провести и спасти этих двух голубков…- Его голос звучал, словно гром среди ясного неба. Он глубоко вздохнул и опустил голову, будто думая, как поступить дальше.       — Неси его в машину. Начнём этот бой! — Мужчина властно махнул рукой и начал спускаться с лестницы. Как только мужчина преодолел ступени и возвысился над бессознательным телом Бека, он вгляделся в его лицо и прищурил взгляд.       — Понимаю Пака, омега хорош собой ничего не скажешь! — Мужчина оторвал свой взгляд от лица Бекхёна, так же быстро, как и взглянул и поспешил покинуть это место, вынашивая в своей голове план мести.

***

      Чанёль медленно сходил с ума. Бека не было уже десять минут и это не давало покоя. В его сердце вдруг забралось волнение и Чан не выдержал и стал звонить До. Омега удивленно выслушивал Пака, что дрожащим голосом говорил о том, что Бек ещё не вернулся. Кёнсу клялся всем чем можно было и говорил, что Бекхён целенаправленно шёл к нему и не понимал, куда тот мог подеваться.       Это вывело Пака из себя. Он сбросил звонок, не желая тратить время на разговор, а бежать на поиски парня. Что-то внутри него кричало, что омега попал в беду и это « что-то» мешало здраво мыслить. Альфа поспешил покинуть палату и, только открыв дверь, наткнулся на белый конверт, что выпал из щели между дверью и стеной.       Чанёль оцепенел. Его словно окатили ледяной водой. Руки отказывались поднимать белоснежный конверт, будто чувствуя, что в нем нет ничего хорошего. Но капля здравого смысла заставила поднять конверт и открыть его. Пак дрожащими руками вытащил листок, на котором было написано, что: « Если ты хочешь вернуть своего любимого Бекхёна, приходи на заброшенную фабрику один. Пора расплатится за смерть моего единственного сына!»       Пака словно ударили обухом по голове. Он осел на пол и схватился за голову. В памяти стали всплывать недавние события, связанные с убитым им бойцом. В тот вечер у Пака была установка убить, и он это сделал, совершенно не задумываясь о дальнейших последствиях.        В этот миг перед глазами предстало лицо любимого омеги, что сейчас по его вине, оказался в грязных руках, и ему снова угрожала смерть. Пак злостно смял письмо и резко поднялся на ноги. Глаза горели яростным огнём, в нем проснулся зверь, что готов был разорвать, каждого, выдрать все внутренности этому мстителю, за жизнь самого дорогого человека на планете.